Королевская Защита.

Когда тяжелые двери Отеля Хазбин в очередной раз распахнулись, в холле воцарилась немая сцена. Хаск, лениво протиравший бокал за барной стойкой, замер с тряпкой в лапе. Энджел Даст, со скучающим видом листавший какой-то журнал на диване, выронил его из рук, а все его четыре глаза округлились до предела. На лестнице приоткрыла рот от изумления Вегги, а Чарли испуганно прижала ладони к груди. Посреди холла, чеканя безупречный военный шаг, шла фиолетовая суккуб-ликвидатор. На её широком бронированном плече, словно дорогой, но совершенно безвольный коврик, висел великий и ужасный Радио-демон. Аластор уткнулся лицом в её спину, его длинные ноги безжизненно покачивались в такт шагам гвардейки, а из микрофона набалдашника его трости, которая сиротливо волочилась по ковру, доносился сплошной, оглушительный, парализующий белый шум помех. Оверлорд Пентаграмм-Сити транслировал в эфир чистую, концентрированную радио-радиацию от стыда и ярости. Ликвидатор дошла до центра зала, аккуратно, но твердо сгрузила Аластора на ближайшее кресло и, поправив портупею, безэмоционально отчеканила: — Объект доставлен в целости и сохранности. Попытка вступления в несанкционированный конфликт с Оверлордом Воксом пресечена. Потенциальная угроза отправлена в полет. Претензий нет. После этого она сделала шаг назад и снова застыла каменным изваянием. Первые несколько секунд в отеле стояла гробовая тишина. Слышно было только, как мелко дрожат хрустальные подвески на люстрах от фонящего ультразвука Аластора. Радио-демон медленно выпрямился в кресле, лихорадочно поправляя свой измятый воротник-стойку. Его вечная улыбка была настолько натянутой и острой, что казалось, сейчас треснет по швам, а глаза-циферблаты бешено вращались в разные стороны. Хаск медленно опустил бокал, качнул головой и, пряча под пышными усами широкую ухмылку, негромко проворчал: — Ну надо же… А я-то думал, Ал, что ты сегодня пошел проветриться. А тебя, оказывается, просто покатали на плече за счет заведения. Энджел Даст, который до этого судорожно пытался сдержать смех всеми четырьмя руками, наконец не выдержал. Он сполз с дивана прямо на ковер, содрогаясь от беззвучного хохота, а затем, вытерев слезы, лукаво посмотрел на взвинченного Радио-демона. — О-о-о, Ал! — протянул Паук, картинно прижав две верхние руки к щекам в притворном смущении. — Какая драматичная картина! Наш грозный, недоступный олень вернулся с прогулки в качестве ручной клади! Колись, дорогуша, судя по твоему фонящему радио, вы там не просто Вокса пинали. Скажи честно… она тебя по дороге случайно не отшлепала? Ну, знаешь, для профилактики, как плохую, непослушную зверушку? При слове «отшлепала» радиопомехи вокруг Аластора на долю секунды сорвались на оглушительный визг рвущейся пленки. Он вспомнил ласковый хлопок по попе в переулке и слова Королевы. Лицо Оверлорда на секунду полыхнуло багровым адским пламенем, а рога над его головой начали стремительно расти, угрожающе прорезая тенью потолок холла. — Твои шутки, дорогой Энджел, сегодня крадут моё драгоценное время, которое я лучше потрачу на то, чтобы сделать из тебя отличный коврик для этого самого холла! — прошипел Аластор, и в его голосе зазвучали удушающие, потусторонние эхо-эффекты. Он резко поднялся, опираясь на трость, и, стараясь сохранить остатки своего растоптанного величия, стремительно направился к лестнице. Теневые жгуты испуганно семенили за ним по паркету. Но как бы Аластор ни злился, где-то глубоко внутри него продолжало теплиться то самое странное, щемящее чувство облегчения: Королева Люцифер даже на расстоянии умудрялась контролировать его буйный нрав своими фирменными, безумными методами, и этот контроль был лучшим доказательством того, что она всё еще борется за них. На следующий день Пентаграмм-Сити содрогнулся от беспрецедентного медиа-скандала. Ровно в полдень трансляция всех телеканалов и уличных экранов города прервалась резким цифровым шумом. На дисплеях появилось перекошенное, пылающее от ярости лицо Вокса. На его обычно безупречном жидкокристаллическом экране через всю правую сторону зияла уродливая круглая трещина со снопом синих искр — след вчерашнего бронированного сапога. — Внимание всему Пентаграмм-Сити! — взревел Теле-демон, и от его крика задрожали динамики на всех улицах, а изображение на экранах пошло безумными неоновыми волнами. — Отель Хазбин окончательно потерял страх! Аластор, ты, жалкий любитель ретро-хлама, прячешься за юбками шлюх Асмодея?! Я требую, чтобы мне немедленно выдали эту фиолетовую тварь в броне для публичной расправы! Если через час эта суккуб не явится в башню «Ви Тройки» на казнь, я лично сотру ваш отель с лица этого чертова Ада! В этот момент в холле Отеля Хазбин жители столпились у главного телевизора. Чарли испуганно прижала руки к груди, Вегги инстинктивно перехватила копье, а Энджел Даст и Хаск переглянулись, ожидая, что скажет Аластор. Радио-демон стоял у камина, изящно опираясь на свою трость. Его улыбка была широкой, но в глазах-циферблатах горело предвкушение грандиозного хаоса. Он медленно повернул голову к своей личной охраннице-Ликвидатору, которая недвижимой скалой застыла у него за спиной. Суккуб Асмодея внимательно дослушала истерику Вокса с абсолютно каменным, непроницаемым лицом. Затем её неоновые глаза слегка сузились, а приборы Хеллтеха на запястье выдали серию коротких сигналов. — Данный субъект публично угрожает безопасности охраняемого объекта первого уровня, — ледяным, роботизированным тоном отчеканила гвардейка на весь холл. — Действия Оверлорда Вокса подрывают службу королевской охраны. Требуется немедленное подавление источника агрессии. Она сделала шаг вперед, и вокруг неё внезапно закружился мощный вихрь фиолетовой магии телепортации Круга Похоти. — Эй, крошка, ты куда?! — удивленно крикнул Энджел Даст. Но суккуб не ответила. Пространство со звуком электрического разряда схлопнулось, и она растворилась в воздухе. В ту же секунду на всех экранах Пентаграмм-Сити, прямо за спиной беснующегося в прямом эфире Вокса, материализовалась фигура Ликвидатора. Теле-демон даже не успел обернуться. Действуя с безупречной, пугающей грацией элитного спецназа, суккуб одним мощным движением левой руки схватила Вокса за воротник его шикарного пиджака, рванула на себя и с легкостью уложила грозного Оверлорда лицом вниз прямо к себе на бронированные колени. — Какого черта?! Отпусти меня, сучка, я… — взвизгнул Вокс, его экран запестрел полосами системной ошибки, а дроны-камеры студии в панике начали кружить вокруг них, транслируя происходящее в прямом эфире на весь Ад. — Внимание, жители Пентаграмм-Сити, — ледяной, но пугающе ласковый голос суккуба раздался из каждого телевизора города. — Согласно устному протоколу Королевы Люцифер, за подрыв авторитета охраны и глупые вопросы нарушителям назначается дисциплинарное взыскание. Поскольку Королева разрешила порку для подопечных отеля, на Оверлорда Технологий это правило распространяется в двойном размере. И под оглушительный, шокированный выдох миллионов грешников по всему Аду, суккуб замахнулась правой рукой в тяжелой перчатке и со всей дури, с оглушительным, звонким шлепком опустила ладонь прямо на пятую точку Вокса. ШЛЕП! — Ай! Прекрати! — закричал Теле-демон, его неоновые искры брызнули во все стороны, а изображение на экранах города на секунду сменилось «синим экраном смерти». ШЛЕП! ШЛЕП! Гвардейка Асмодея методично, прилюдно, на глазах у всего Ада отшлепала главу «Ви Тройки» как капризного, нашкодившего мальчишку. Вокс беспомощно брыкался, его дроны испуганно пищали, а на экранах по всему городу транслировался самый унизительный кошмар в истории современных Оверлордов. В холле Отеля Хазбин Энджел Даст буквально рухнул на ковер, катаясь от дикого, истерического хохота и колотя всеми четырьмя руками по полу. Хаск, забыв про виски, широко улыбался в усы, а Вегги удивленно протирала единственный глаз, не веря в реальность происходящего. Аластор, наблюдавший за этой фееричной поркой своего извечного врага на экране телевизора, сначала замер от шока. Но уже через секунду его комната наполнилась громким, торжествующим, безумным джазовым смехом. Из его микрофона посыпались звуки взрывающихся фейерверков и победных маршей. Радио-демон искренне, до слез наслаждался этим зрелищем. Его уязвленная гордость была полностью отмщена. И глядя, как элитная гвардия Похоти легкими шлепками уничтожает репутацию Вокса, Аластор окончательно убедился: Королева Люцифер оставила им самую лучшую, самую верную и самую непредсказуемую защиту в мире. На следующий день после грандиозного медиа-скандала с Воксом в Отеле Хазбин воцарилось относительное затишье. Чарли, уставшая от бесконечных мыслей о заговоре Грехов и таинственном исчезновении матери, решила во что бы то ни стало отвлечься. Лучшим лекарством от хандры принцесса всегда считала физический труд и благоустройство. — Отелю нужно больше уюта! — решительно объявила она, вытаскивая из кладовой огромную коробку с тяжелыми бархатными гирляндами, праздничными лентами и блестящими китайскими фонариками. Чарли притащила в центр холла высокую, шаткую деревянную стремянку и, напевая под нос фальшиво-веселую песенку, полезла под самый потолок. Прямо у подножия лестницы, недвижимым фиолетовым изваянием, застыла командир отряда Ликвидаторов, приставленная лично к принцессе. Её неоновые глаза бдительно фиксировали каждое движение объекта. Вегги ушла проверять постояльцев, Хаск дремал за барной стойкой, а Аластор в углу делал вид, что читает утреннюю газету, хотя краем уха прислушивался к шороху коробок. Катастрофа случилась, когда Чарли потянулась к верхней части массивной колонны, чтобы закрепить там тяжелую гирлянду. Стремянка под её ногами жалобно хрустнула, покачнулась и резко поехала по скользкому паркету в сторону. — Ой! — только и успела пискнуть Чарли, теряя равновесие и кубарем летя вниз с трехметровой высоты. Она уже приготовилась к болезненному удару о пол, но Ликвидаторы Асмодея недаром считались элитным спецназом Ада. Пространство вокруг подножия лестницы прорезал стремительный фиолетовый росчерк. Командир гвардии рванулась с места с такой скоростью, что воздух свистнул. В следующую долю секунды Чарли мягко и надежно приземлилась в сильные, бронированные руки суккуба. Командир поймала принцессу прямо на лету, легко прижав её к своей фиолетовой нагрудной пластине, словно та ничего не весила. Позади Ликвидатора мягко раскрылись мощные кожистые крылья, помогая удержать идеальный баланс. — Ох… Спасибо большое! — Чарли облегченно выдохнула, сердце принцессы бешено колотилось. Она попыталась опереться ногами о пол. — Ну, всё хорошо, можете меня отпустить. Однако бронированные фиолетовые руки даже не дрогнули. Хватка суккуба осталась железной. — Зафиксирована критическая угроза падения объекта с высоты, повлекшая за собой риск получения травм, — ледяным, роботизированным тоном отчеканила гвардейка, продолжая держать Чарли на руках перед собой, как маленького ребенка. — Согласно устному протоколу Королевы Люцифер по защите преемницы: при возникновении физической угрозы объект переводится в режим абсолютной изоляции от внешних раздражителей до полного выяснения обстоятельств. Вы остаетесь на руках у охраны. — Что?! Нет-нет-нет, я в порядке! Отпустите меня! Это приказ! — Чарли сердито надула губы и попыталась высвободиться, но суккуб даже не повела бровью. Следующие несколько часов превратились для отеля в сплошную комедию абсурда. Чарли официально оказалась в заложниках у собственного конвоя. Когда принцессе нужно было проверить отчеты Оверлордов за рабочим столом, суккуб просто донесла её до кабинета, села в глубокое кресло и оставила Чарли сидеть у себя на коленях, пока та хмуро листала бумаги. Когда Чарли захотела пить, гвардейка, не выпуская принцессу из рук, подошла к бару, взяла стакан сока свободной рукой и аккуратно поднесла к её губам. На эту сцену Хаск за барной стойкой смотрел с глубоким, философским ступором, медленно протирая один и тот же стакан. Вернувшаяся Вегги сначала впала в ярость, начала кричать, угрожать суккубу ангельским копьем и требовать «немедленно положить принцессу туда, где взяла». Но на все крики, угрозы расправы и отчаянные просьбы самой Чарли командир Ликвидаторов выдавала один и тот же непрошибаемый ответ: — Безопасность преемницы превыше всего. Исполнение протокола — приказ Королевы. Аластор, наблюдавший за этим «домашним арестом на ручках» из своего угла, тихо и зловеще шуршал радиопомехами. Его улыбка кривилась от смеси раздражения и искреннего веселья. С одной стороны, этот тотальный контроль мешал любым планам расследования. С другой стороны, Радио-демон понимал, что Королева Люцифер прописала эти протоколы с чисто женским, материнским коварством. Она знала, что её дочь — упрямая и гиперактивная девочка, которая полезет на любую баррикаду или стремянку. И этот указ был идеальным способом уберечь Чарли от любых глупостей, пока сама Королева решает проблемы за ангельским барьером. Чарли была в самой странной, абсурдной, но абсолютно надежной безопасности в Аду — буквально на руках у элиты Похоти. На следующий день ситуация в Отеле Хазбин не сдвинулась ни на дюйм. Чарли так и проснулась под неусыпным надзором, а командир Ликвидаторов по-прежнему была готова подхватить принцессу при любом удобном случае. Видеть свою девушку в положении «ручной клади» для Вегги было невыносимо. Как бывший военный, она поняла: грубая сила против этих фиолетовых терминаторов Асмодея бесполезна. Нужно бить их же оружием — бюрократией и официальными протоколами. Всю ночь Вегги изучала своды законов Ада и правила несения караульной службы. К утру её план был готов. Она решительно вышла в холл, где командир суккубов как раз несла Чарли к дивану. На плече у Вегги висел тяжелый рулон толстого, армированного резинового покрытия, которое она стащила со склада Кармайн, а в руках она сжимала официальный строительный сертификат безопасности Пентаграмм-Сити. — Так, стоять! — властно скомандовала Вегги, преграждая путь суккубу и разворачивая перед её неоновым шлемом бумаги. — Согласно пункту 4.12 Единого регламента защиты высокопоставленных лиц Ада, объект может быть допущен к самостоятельному перемещению по твердой поверхности, если данная поверхность официально признана «Зоной Абсолютной Безопасности Категории А». С этими словами Вегги с грохотом раскатала по полу отеля толстый защитный мат. — Смотри сюда! Покрытие амортизирующее. Риск падения, скольжения или получения травм равен нулю. Вот подпись инспектора. Я официально требую перевести принцессу Шарлотту в режим пешего патрулирования по данному сектору! Данные занесены в протокол! Командир Ликвидаторов замерла. Её приборы на запястье тихо замигали, анализируя предоставленный Вегги документ. Несколько секунд удушающей тишины — и суккуб медленно, с чисто механической точностью опустила Чарли ногами прямо на резиновый мат. — Запрос обработан. Сертификация поверхности подтверждена. Объект переведен в режим пешего перемещения, — сухо отчеканила гвардейка. — Наконец-то! — Чарли радостно подпрыгнула на месте, наконец почувствовав под ногами свободу, и крепко обняла Вегги. — Вегги, ты гений! У тебя получилось! Но радоваться им пришлось недолго. Словно по команде, из фиолетовой дымки телепортации прямо за спиной у празднующей победу Вегги соткалась её личная суккуб-охранница. Ликвидатор внимательно посмотрела на тяжелый рулон покрытия, который Вегги все еще держала на плече, затем перевела взгляд на защитный мат и на саму бывшую экзорцистку. — Зафиксировано несанкционированное проведение инженерно-строительных работ повышенной опасности без использования защитной каски, — ледяным, роботизированным тоном объявила личная гвардейка Вегги на весь холл. — Также объект Вегги находится в состоянии критического физического переутомления после ночного нарушения режима сна, что повышает риск потери координации. Согласно устному протоколу Королевы Люцифер по защите ближайшего окружения преемницы... — Эй, стоп, я в порядке, какого черта?! — успела только крикнуть Вегги, инстинктивно хватаясь за свое ангельское копье. Но суккуб Асмодея действовала со скоростью молнии. Одним плавным, невероятно мощным движением она выбила рулон из рук Вегги, подхватила брыкающуюся и кричащую воительницу под бедра и с легкостью закинула её к себе на руки, прижав к фиолетовой нагрудной пластине брони. — Объект Вегги переведен в режим принудительной транспортировки до полного восстановления сил, — бесстрастно доложила гвардейка, наглухо блокируя любые попытки Вегги вырваться. Чарли, стоявшая на своем «безопасном» коврике, в испуге приоткрыла рот, а затем виновато и сочувствующе посмотрела на свою девушку. Вегги, чье лицо теперь пылало от ярости и стыда, беспомощно колотила кулаками по фиолетовым наплечникам суккуба, выкрикивая самые грязные проклятия на испанском, но гвардейка Асмодея даже не шелохнулась, удерживая её с легкостью пушинки. Энджел Даст, наблюдавший за этим тактическим провалом с дивана, прыснул со смеху и покатился по подушкам, держась за живот всеми четырьмя руками: — Ой, я не могу! Вегги, детка, твой план просто пушка! Теперь вы обе принцессы на ручках! Какая идиллия! Хаск за барной стойкой лишь тяжело вздохнул и покачал головой, наливая себе очередную стопку: — Перехитрила систему, называется. Ну-ну. Из тени у камина раздался громкий, зловещий и бесконечно довольный джазовый смех Аластора. Из его микрофона посыпались звуки старых комедийных фанфар. Радио-демон искренне, до слез наслаждался этим зрелищем. Гордая, суровая Вегги, которая еще вчера требовала «положить принцессу на место», теперь сама оказалась в роли плюшевой игрушки у элитного спецназа Похоти. И глядя на этот абсолютный, абсурдный триумф королевских протоколов, Аластор окончательно убедился: женская логика Королевы Люцифер была самым несокрушимым оружием во всем Аду.