Сердце последнего дракона

Над столицей стоял запах дыма, соли и крови драконов. Башни Красного замка пронзали серое небо, а над ними медленно кружил огромный черный дракон, чьи крылья закрывали солнце. Люди на улицах поднимали головы вверх и шептали одно имя: — Наследный принц. Пак Чимин. Последний рожденный в огне наследник дома Таргариенов.

***

Чимин ненавидел трон. Не потому, что боялся власти, — наоборот. Ему с детства твердили, что однажды Железный трон станет продолжением его собственной воли. Он был обучен говорить так, что лорды не смели поднять глаз; улыбаться так, что враги прятали кинжалы; и убивать так, что никто даже не искал виновного. Но больше всего его учили скрывать себя. Он был слишком мягким для драконов. Слишком добрым. И потому во дворце его доброту принимали за слабость. Чимин давно перестал кого-либо разубеждать.

***

— Северяне прибыли. Голос десницы отвлек его от окна. — Новый лорд Старк ожидает аудиенции. Чимин лишь кивнул. Старый Эддард умер прошлой зимой и теперь весь Север принадлежал его младшему сыну — Мин Юнги. О нем ходили странные слухи. Говорили, что он почти не разговаривает. Что никогда не улыбается. Что может простоять несколько часов на крепостной стене под метелью, словно сделан из самого льда. Что его лютоволк страшнее любого медведя. И что жители Винтерфелла любят его не из страха. А из уважения. Это было редкостью.

***

Тронный зал наполнился северянами. Они не склоняли головы перед золотом, не смотрели по сторонам, не восхищались драконами. Они будто принесли с собой холод. Во главе шел молодой мужчина в темно-сером плаще. Высокий. Прямой. Черные волосы были собраны на затылке, а на лице не отражалось ни единой эмоции. Мин Юнги. Он остановился перед Железным троном. Опустился на одно колено. — Дом Старков подтверждает свою верность короне. Голос оказался низким. Спокойным. Без раболепия. Без вызова. Словно он говорил не королю, а равному. Чимин внимательно наблюдал за ним сверху. — Поднимитесь, лорд Старк. Юнги поднялся. И впервые их взгляды встретились. Странное чувство. Большинство людей при виде серебристых глаз принца быстро отводили взгляд. Юнги — нет. Он смотрел спокойно. Изучающе. Будто пытался понять человека за короной. Это раздражало. И одновременно… Почему-то заставило сердце Чимина ускорить свой ритм.

***

После церемонии наследный принц отправился в богорощу. Это место оставалось единственным уголком столицы, где можно было забыть о дворцовых интригах. Он не ожидал увидеть там северянина. Юнги стоял возле белого дерева с красными листьями. Молчал. Будто разговаривал с самим лесом. — Не думал, что жители Севера любят сады. Юнги даже не вздрогнул. — Это не сад. — Нет? — Это последнее место здесь, которое похоже на настоящий Север. Чимин усмехнулся. — Значит, столица вам не нравится. — Нет. — А я? Лорд Старк, наконец, повернулся к нему. Долгое молчание. Настолько долгое, что любой придворный уже упал бы на колени, испугавшись дерзости. Но Юнги просто ответил: — Я вас не знаю. Чимин рассмеялся. По-настоящему. Наверное, впервые за несколько месяцев. — Все остальные уверяют, что знают меня. — Они знают наследного принца. — А вы? — Пока вижу только человека, который устал притворяться. Смех исчез. Чимин почувствовал, как внутри что-то болезненно дрогнуло. Никто. Никогда. Не говорил ему подобного. — Вы слишком наблюдательны, лорд Старк. — На Севере иначе не выжить. Между ними снова повисла тишина. Но теперь она уже не казалась холодной. Она была… спокойной. Будто два совершенно разных мира впервые встретились и неожиданно не захотели сталкиваться. Над богорощей медленно падали красные листья. Где-то далеко заревел дракон. А старое чардрево, казалось, уже знало то, чего еще не понимали они сами. Иногда самые опасные войны начинаются не из-за трона. А из-за одного случайного взгляда.