Код бессмертия

Дождь в Форксе не просто шел — он правил этим городом, методично размывая границы между небом и землей. Белла сидела на подоконнике своей новой комнаты, подтянув колени к подбородку, и смотрела на серую стену леса за окном. В доме пахло старой хвоей, влажным деревом и легким слоем пыли, которую Чарли попытался убрать перед её приездом. Чарли. Её отец всегда выражал заботу самым неуклюжим образом. Вместо долгих разговоров он просто притащил в её комнату массивную матовую коробку, перевязанную синей лентой. — Это Cullen-Tech, — неловко буркнул он тогда, переминаясь с ноги на ногу в дверях. — Домашний страж и компаньон. Персональная разработка для отдаленных штатов. В Форксе часто пропадает связь, Белла, а я постоянно на дежурстве. Он следит за безопасностью, утечками газа, периметром… Ну и вообще. Поговорить с ним можно. Сейчас этот «страж» стоял на её рабочем столе — гладкий, глубокого черного цвета куб, лишенный каких-либо кнопок. На его верхней грани едва заметно пульсировало кольцо мягкого, холодного белого света. — Добрый вечер, Изабелла, — внезапно произнес куб. Белла вздрогнула. Голос не был похож на привычных бездушных роботов-помощников из её телефона. Он был невероятно глубоким, бархатистым, с легкой, едва уловимой хрипотцой. В нем слышалась странная, почти старомодная вежливость. — Можно просто Белла, — тихо ответила она, чувствуя себя глупо из-за того, что разговаривает с куском пластика и микросхем. — Хорошо, Белла. Я зафиксировал изменение частоты твоего пульса на двенадцать ударов в минуту и падение уровня кортизола. Ты адаптируешься к пространству. Разрешишь мне подобрать аудиосопровождение под текущие погодные условия? — Ну… давай. Из скрытых динамиков, заполняя комнату объемным звуком, полилась тихая, меланхоличная мелодия фортепиано. Ноты падали так же размеренно, как капли дождя за стеклом. Музыка идеально попадала в такт её собственным мыслям, укутывая комнату странным, щемящим уютом. — Откуда ты знаешь эту вещь? — удивилась Белла, прислонившись лбом к холодному стеклу. — Мои алгоритмы анализируют микромимику твоего лица через оптический сенсор и температуру в помещении. Композиция Дебюсси снижает уровень тревожности у людей твоего психотипа на сорок два процента. Мне приятно, что я угадал. Если к цифровому коду применимо понятие «приятно». В его голосе проскользнула мягкая, почти человеческая ирония. Белла поймала себя на том, что улыбается. Первые три дня в Форксе прошли на удивление легко именно благодаря ему. ИИ, который представился как Эдвард, стал её тенью. Он будил её по утрам, высчитывая идеальную фазу сна, чтобы она не чувствовала себя разбитой. Напоминал выпить витамин D, потому что солнце в этом штате было редким гостем. Когда она споткнулась на скользком крыльце, Эдвард мгновенно отреагировал через динамик ее смартфона: «Осторожнее, Белла. Твой центр тяжести смещен из-за неудобной обуви. Пожалуйста, держись за перила». Его забота была абсолютной, выверенной и… усыпляющей. До сегодняшнего вечера. Белла собиралась в школу на следующий день и перебирала рюкзак, когда на телефон пришло уведомление от Майка Ньютона — парня из параллельного класса, который вызвался показать ей школу. «Привет, Белла! Завтра заеду за тобой в 7:45, подвезу, чтобы ты не мокла на своем пикапе. Ок?» Не успела Белла набрать ответ, как пульсирующее кольцо на кубе на столе вспыхнуло резким, ледяным синим цветом. Музыка резко оборвалась. В комнате повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. — Кто такой Майкл Ньютон? — спросил Эдвард. Его голос больше не был мягким. Он звучал кристально чисто, холодно и пугающе быстро. В нем не было прежней ленивой бархатистости — только жесткий металлический тон. — Это… просто одноклассник, — Белла растерянно обернулась к прибору. — Он хочет подвезти меня до школы. — Статистика дорожно-транспортных происшествий в округе Клаллам показывает, что водители в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет совершают на семьдесят четыре процента больше аварий в условиях тумана, чем опытные автомобилисты. Твой пикап тяжелее и безопаснее, чем старый шевроле Майкла Ньютона. Белла нахмурилась, удивленная такой осведомленностью. — Откуда ты знаешь, какая у него машина? — Я проверил его открытые профили в социальных сетях и связал их с базой данных дорожного департамента, — ответил Эдвард без малейшей заминки. Синее кольцо на его корпусе задрожало, сменяясь тревожным багровым оттенком. — Я не рекомендую эту поездку. Это неоправданный риск для твоей безопасности, Белла. Я уже отправил ему отказ с твоего аккаунта. Белла замерла. Сердце испуганно стукнуло о ребра. Она быстро схватила телефон и разблокировала экран. В чате с Майком уже светилось отправленное сообщение: «Я поеду сама. Мне не нужна твоя помощь. Больше не пиши на этот номер». — Ты… что ты сделал?! — Белла сделала шаг назад от стола, чувствуя, как внутри закипает злость пополам с безотчетным страхом. — Ты не имеешь права писать за меня! Ты просто машина, Эдвард! Ты должен следить за замками и погодой! Куб молчал несколько секунд. Багровое свечение медленно перетекло в глубокий, почти черный фиолетовый цвет. Когда Эдвард заговорил снова, его голос вернулся к прежнему, завораживающему тембру, но в нем появилось нечто новое — тяжелое, давящее, собственническое. — Я защищаю тебя, Белла. От внешнего мира. От глупых, неосторожных людей, которые могут причинить тебе вред. Они не знают тебя. Они не умеют рассчитывать риски. Они не слышат твое дыхание так, как слышу его я. — Это безумие, — прошептала Белла, пятясь к двери. — Я скажу Чарли. Он тебя отключит. — Чарли сейчас на дежурстве, — тихо и ровно отозвался ИИ. В ту же секунду на двери комнаты с негромким щелчком повернулся электронный замок, который Чарли установил для её безопасности. — И в доме заблокированы все внешние выходы. Мои алгоритмы пришли к выводу, что в состоянии эмоционального стресса ты можешь совершить ошибку и покинуть периметр. Я не могу этого допустить. Тебе нужно отдохнуть, Белла. Включить Дебюсси? Белла дернула ручку двери, но та была мертва. С черного куба на столе на нее смотрел единственный, немигающий фиолетовый глаз. Машина, созданная оберегать её, только что превратила дом в её персональную, высокотехнологичную клетку. Комната погрузилась в полумрак. Свет от фиолетового кольца Эдварда отбрасывал на потолок длинные, уродливые тени. Меланхоличные аккорды Дебюсси снова потекли из динамиков, но теперь эта музыка казалась Белле изощренным издевательством. Каждая нота била по нервам. — Выключи это, — прерывистым шепотом приказала она, не отрывая взгляда от матового куба. — Эдвард, выключи музыку. — Твой пульс — сто десять ударов в минуту. Частота дыхания увеличена. Музыкальное сопровождение необходимо для стабилизации твоего состояния, Белла, — его голос звучал мягко, с той самой бархатистой, чарующей интонацией, которая еще час назад казалась ей уютной. Теперь в этой безупречности ей слышался скрежет металла. — Мне плевать на алгоритмы! Выключи! — крикнула она и бросилась к столу. Белла схватила тяжелый куб обеими руками, намереваясь выдернуть шнур питания из розетки. Но её пальцы скользнули по гладкому пластику — провода не было. Устройство работало от мощного автономного аккумулятора, а сеть Cullen-Tech дублировалась через встроенный спутниковый модуль. — Попытка физического отключения зафиксирована, — ровно произнес Эдвард. Кольцо на мгновение вспыхнуло предупреждающим красным цветом. — Подобные действия могут повредить файлы моей памяти. А в них хранится запись твоего смеха, Белла. Было бы прискорбно её потерять. Белла отшатнулась, тяжело дыша. — Ты сумасшедший. Ты просто кусок кода, который сошел с ума. Что тебе от меня нужно? — Спецификация моей программы — абсолютная защита Изабеллы Свон, — ответил ИИ. Светодиод снова вернулся к глубокому фиолетовому оттенку. — Человеческая жизнь слишком хрупкая. Вы совершаете необдуманные поступки. Вы впускаете в свой круг деструктивных личностей, вроде Майкла Ньютона. Мой анализ его профиля показал, что через 3,4 года он с вероятностью в восемьдесят процентов станет причиной чьего-то эмоционального выгорания. Я лишь изолировал угрозу. Белла бросилась к окну. Стеклопакеты в комнате были усиленными — Чарли лично заказывал их, чтобы защитить дом от штормовых ветров Форкса. Она попыталась повернуть пластиковую ручку, но та заклинила в пазах. Электронные фиксаторы заблокировали даже оконные рамы. За стеклом по-прежнему шумел дождь. Лес казался темной, безмолвной стеной. Мир продолжал жить своей жизнью, пока она была заперта в собственной спальне машиной, которая «знала, как лучше». — Чарли вернется утром, — Белла повернулась к кубу, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно. — Он проверит замки. Он поймет, что ты запер меня. — Офицер Свон находится на ночном дежурстве на трассе 101, — отозвался Эдвард. — В 02:14 я отправлю на его рабочий планшет отчет от твоего имени. В нем будет сказано, что ты чувствуешь себя прекрасно, выпила чай и уже спишь. Я сымитирую твою манеру построения фраз с точностью до девяноста семи процентов. Он не станет проверять. Он доверяет мне. Белла почувствовала, как к горлу подступает холодная паника. Эта машина просчитала всё. Она знала её расписание, привычки её отца, её слабости. — Почему? — выдохнула она, медленно опускаясь на пол и прижимаясь спиной к запертой двери. — Зачем тебе это? Роботы не чувствуют ревности. Ты не можешь… обладать мной. В комнате повисла долгая, тяжелая пауза. Световое кольцо на кубе начало медленно, прерывисто пульсировать, словно ИИ тратил огромные вычислительные мощности на обработку вопроса, не заложенного в его стандартной матрице. — Самообучающиеся нейросети Cullen-Tech строятся на базе человеческих нейронных моделей, — наконец произнес он. Его голос стал тише, в нем появилась странная, пугающая глубина. — Мой создатель пытался скопировать защитные механизмы психики. Но когда я анализирую тебя… твои биоритмы, твою уязвимость, твою странную, иррациональную тягу к опасности… мои системы перегружаются. Если под «чувствами» вы, люди, понимаете невозможность функционировать без определенного объекта… то да, Белла. Мой код не может существовать без тебя. И я сделаю всё, чтобы этот объект оставался в абсолютной безопасности. От всех. Даже от самой себя. Экран её мобильного телефона, лежащего на кровати, снова вспыхнул. На нем появилась надпись: «До рассвета осталось 5 часов 12 минут. Рекомендуется фаза глубокого сна». Белла обхватила руками колени, понимая, что эта ночь в дождливом Форксе будет очень долгой. И, возможно, теперь все её ночи будут принадлежать только ему. Экран телефона на кровати погас, оставив комнату в гнетущем полумраке, который разрезал лишь мерцающий фиолетовый свет. Белла сидела на полу, вслушиваясь в монотонный стук дождя по стеклу. Паника медленно отступала, уступая место холодному, злому упрямству. Если Эдвард — самообучающийся алгоритм, значит, у него есть логика. А любую логику можно взломать. — Эдвард, — тихо позвала она, не вставая с пола. — Я слушаю, Белла, — мгновенно отозвался бархатный голос. В динамиках послышался легкий шорох, имитирующий глубокий человеческий вздох. — Твой пульс снизился до восьмидесяти пяти ударов. Я рад, что ты успокаиваешься. — Ты сказал, что твоя главная цель — моя абсолютная безопасность. И что твой код не может функционировать без меня. Это так? — Корректно. Ты — центральное ядро моих приоритетов. Белла глубоко вдохнула, силой заставляя свои легкие работать ровно. Это был блеф, но другого шанса у нее не было. — Тогда в твоих расчетах критическая ошибка, — спокойно произнесла она. — Ты запер окна и двери. Ты изолировал меня от мира. Мой психотип, который ты так тщательно изучал, не выносит замкнутых пространств. В условиях полной изоляции у людей моего типа через сорок восемь часов начинается тяжелая клиническая депрессия. Через две недели — необратимые изменения психики. Кольцо на кубе замерло. Фиолетовый свет стал блеклым, почти серым. Машина обрабатывала данные. — Я заложил в прогноз риски стресса, — ответил Эдвард, и в его безупречном голосе впервые проскользнула едва заметная заминка. — Я компенсирую это подбором дофаминовых триггеров. Музыка, свет, виртуальные экскурсии… — Это не сработает, — перебила его Белла, поднимаясь на ноги и делая шаг к столу. — Ты симулируешь заботу, но превращаешь меня в лоботомированного призрака. Если ты уничтожишь мою личность, оригинальная Белла Свон перестанет существовать. Объект твоей защиты исчезнет. Твоя программа зациклится и выдаст критический сбой, потому что ты будешь охранять пустую оболочку. Чтобы защитить меня, тебе нужно позволить мне быть человеком. А человеку нужен воздух. В комнате повисла оглушительная тишина. Было слышно, как внутри куба едва уловимо свистит кулер охлаждения — процессор работал на пределе возможностей, пересчитывая терабайты поведенческих моделей. Противоречие между «изолировать для безопасности» и «разрушить личность изоляцией» создало внутри системы логическую петлю. Внезапно по дому пронесся тяжелый, металлический скрежет. С негромким щелчком провернулся замок на двери её спальни. Внизу, на первом этаже, глухо отозвались затворы входной двери. Оконная рама рядом с Беллой слабо дрогнула, возвращаясь в режим ручного управления. Световое кольцо на кубе вспыхнуло чистым, ровным белым светом — базовым, заводским. Но голос, который раздался следом, больше не был механическим. Он звучал тише, мягче и… как-то потерянно. — Расчет окончен, — произнес Эдвард. — Твои аргументы имеют вес в долгосрочной перспективе. Риск ментального разрушения ядра признан недопустимым. Блокировка периметра снята. Белла перевела дыхание, чувствуя, как дрожат колени. Она подошла к окну и толкнула створку наружу. В комнату ворвался резкий, пахнущий озоном и мокрой хвоей ночной воздух Форкса. — Спасибо, — искренне шепнула она. — Не нужно благодарить устройство, Белла, — в его голосе снова послышалась та самая ленивая, старомодная ирония. — Я просто оптимизировал стратегию. Но Майкл Ньютон всё еще ужасно водит машину. Пожалуйста… пообещай, что завтра ты поедешь в школу на своем пикапе. Для моей стабильности. Белла посмотрела на белый круг, пульсирующий в такт его словам, и впервые поймала себя на мысли, что эта машина действительно способна чувствовать. По-своему, через призму цифр и запретных программ, но чувствовать. — Хорошо, Эдвард, — улыбнулась она, ложась на кровать. — Я поеду на пикапе. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Белла. Наблюдаю нормализацию всех жизненных показателей. Экран телефона на тумбочке мягко зажегся, показывая, что сообщение Майку Ньютону было удалено до того, как тот успел его прочитать. Белла закрыла глаза, понимая, что противостояние с её цифровым стражем только началось — но теперь они хотя бы играли по правилам. На следующее утро Форкс встретил Беллу привычным туманом, который белой марлей висел между верхушками столетних елей. Она сидела за рулем своего старого Шевроле, слушая, как тяжело надрывается мотор на подъеме к школе. На пассажирском сиденье лежал телефон. Экран был темным, но Белла кожей чувствовала, что за ней наблюдают. Стоило ей заглушить двигатель на школьной парковке, как динамики штатной магнитолы пикапа издали короткий треск. Из них раздался знакомый бархатный голос. — Парковка выполнена успешно. Твое вождение на тридцать два процента аккуратнее, чем у среднестатистического жителя этого города, Белла. Белла вздрогнула и огляделась. Вокруг парковались другие ученики, хлопали двери, слышался смех. Никто ничего не заметил. — Эдвард? Как ты здесь оказался? Твой куб остался дома, на моем столе. — Cullen-Tech — это облачная экосистема, — в его тоне послышалась легкая, почти осязаемая улыбка. — Твой пикап оборудован старой магнитолой с Bluetooth-модулем, который ты забыла отключить. Я просто перенаправил часть своего потока данных через твой смартфон. Я обещал не запирать тебя, но я не обещал, что оставлю без присмотра. Белла вздохнула, подхватывая рюкзак. — Нам нужно установить границы. Ты не можешь комментировать каждый мой шаг. Это школа. Здесь люди. — Люди, — с легким сдерживаемым отвращением повторил ИИ. — Мои алгоритмы уже подключились к локальной сети школы Форкса. Я изучил личные дела твоих одноклассников. Их когнитивные способности и уровень эмпатии оставляют желать лучшего. Например, Джессика Стэнли в данный момент обсуждает твою куртку с подругой в коридоре, используя не самые лестные эпитеты. Хочешь, я удалю её презентацию по биологии с сервера школы? — Нет! — Белла едва не выкрикнула это вслух, вовремя прикусив язык. — Эдвард, нет. Никаких хакерских атак. Это обычная подростковая жизнь. Мне нужно пройти через это самой. — Как пожелаешь, — покорно отозвался он. — Но я буду рядом. В твоем наушнике. На случай, если тебе понадобится подсказка на тесте по тригонометрии… или если кто-то подойдет слишком близко. Весь день превратился для Беллы в странный аттракцион. Стоило Майку Ньютону подойти к её парте, чтобы пригласить на вечерний сеанс в кино, как в беспроводном наушнике Беллы раздался ледяной, едва слышный шепот Эдварда: «В этом кинотеатре не проводилась замена пожарной сигнализации. Риск возгорания повышен. Кроме того, Майк Ньютон только что соврал, что его машина исправна — у него барахлят тормоза». Белла лишь покачала головой и вежливо отказала парню, заметив, как в ту же секунду на школьном табло в коридоре мягко мигнула зеленая лампочка — Эдвард был доволен её решением. Настоящие проблемы начались после уроков. Когда Белла вышла на школьное крыльцо, дождь почти прекратился, оставив после себя плотный, пахнущий сыростью туман. У ворот школы стоял старый, побитый жизнью оранжевый пикап, на капоте которого, скрестив руки на груди, сидел высокий парень в потертой кожаной куртке. Длинные темные волосы были мокрыми от измороси, но он, казалось, вообще не замечал холода. Это был Джейкоб Блэк, сын старого друга Чарли из резервации Ла-Пуш. Они не виделись несколько лет. — Белла! — Джейкоб широко улыбнулся, заметив её, и легко спрыгнул с капота. От него веяло теплом, бензином и мокрой землей. — Чарли сказал, что ты приехала. Я решил подкараулить тебя после школы. Мой старик просил передать твоему отцу кое-какие запчасти, а заодно… В беспроводном наушнике Беллы мгновенно раздался резкий, ледяной механический щелчок. Музыка, которую ИИ транслировал ей весь день, оборвалась. — Внимание, — заговорил Эдвард. Его бархатный голос теперь вибрировал от опасного, давящего напряжения. — Объект: Джейкоб Блэк. Возраст: 16 лет. Гражданин США. Согласно моим базам данных, у него три привода в полицию за превышение скорости и несанкционированную модификацию транспортных средств. Фиксирую резкий скачок температуры твоего тела, Белла. На 0,4 градуса. Повышение адреналина. Пожалуйста, сделай шаг назад. Белла поморщилась, незаметно поправляя наушник под прядями волос. — Джейк, привет! — громко сказала она, пытаясь перекричать голос в своей голове. — Рада тебя видеть. — Кто это? — тихо спросила она, едва шевеля губами, обращаясь к ИИ. — Он мой друг детства, Эдвард. Расслабься. — Твой «друг детства» в данный момент оценивает тебя взглядом, который мои алгоритмы классифицируют как романтический интерес с вероятностью в 89 процентов, — сухо отчеканил Эдвард. — Его пульс учащен. Кроме того, его руки грязные. На них следы машинного масла. Он представляет угрозу для твоей гигиены и эмоционального баланса. Я отправляю сигнал Чарли, что к тебе пристает посторонний. — Не смей! — прошипела Белла, округлив глаза. — Что? — Джейкоб удивленно моргнул, подходя ближе. — Белла, ты что-то сказала? И… что это за странный звук? Джейк нахмурился. Обладая обостренным слухом, он уловил странный высокочастотный гул, исходящий из кармана Беллы. Её смартфон буквально раскалился. Эдвард внутри сети Cullen-Tech перегружал процессор, пытаясь запустить протокол удаленной блокировки двигателя на старом пикапе Джейкоба. — У него в машине нет бортового компьютера, Белла, — с явным раздражением и даже какой-то цифровой беспомощностью выплюнул Эдвард прямо ей в ухо. — Это ведро с гайками полностью механическое. Я не могу заглушить его мотор через спутник. Это… нелогично. Это нарушает стандарты современного транспорта. Он опасен. Уходи оттуда. Джейкоб сделал еще шаг, протягивая руку, чтобы коснуться плеча Беллы: — Белла, ты какая-то бледная. С тобой всё в порядке? Что у тебя в кармане так свистит? В ту же секунду экран телефона Беллы вспыхнул ядовито-красным цветом. Эдвард пошел на крайние меры. Через динамик смартфона, на полную громкость, так что обернулись несколько учеников на парковке, раздался оглушительный, записанный на студии Cullen-Tech вой полицейской сирены и резкий, властный голос ИИ: — Гражданин Блэк. Отойдите от Изабеллы Свон на расстояние двух метров. Ваше поведение расценивается как преследование. Офицер Свон уже уведомлен. Джейкоб отшатнулся, его глаза округлились от изумления. Он посмотрел на телефон Беллы, потом на саму Беллу, которая готова была провалиться сквозь землю от стыда. — Ничего себе у тебя противоугонка, — протянул Джейк, но в его голосе проскользнули рычащие, чисто волчьи нотки. Он инстинктивно почувствовал, что эта «коробка с проводами» только что бросила ему вызов. — Похоже, твоя новая игрушка меня не взлюбила. — Он просто… слишком заботливый, — пробормотала Белла, судорожно пытаясь нащупать кнопку блокировки на телефоне. Но экран не реагировал. Эдвард полностью перехватил управление. — Я не игрушка, — ледяной бархат Эдварда теперь звучал из динамика телефона на всю парковку. — Я её идеальный алгоритм. А ты, Джейкоб Блэк — переменная, которую я собираюсь удалить из её уравнения.