Игра в чужого

За окном было серо и ветрено. Низкие тучи, словно ватное одеяло, накрыли город, обещая если не снег, то промозглую сырость до самого вечера. На кухне его уже ждал завтрак. Запах яичницы с беконом щекотал ноздри, но Антон сел за стол, чувствуя на себе уже привычный тяжелый, внимательный взгляд. Арсений сидел на своем обычном месте с чашкой черного кофе в руках. За этот месяц Шаст привык к многому: к отсутствию Сергея, который пропадал в командировках по несколько дней, к огромному дому, к своей новой комнате на втором этаже с огромной кроватью и балконом. Но к взгляду Арса привыкнуть не мог. –Доброе утро, –буркнул Антон, пододвигая тарелку ближе. –Угу,–был единственный ответ. Закончив с едой, Шастун сам убрал посуду в посудомоечную машину. В прихожей он наткнулся на свое отражение. Русые кудри торчали в разные стороны, несмотря на все попытки их пригладить. Синяки под глазами. Антон вздохнул, натягивая куртку и хватая с вешалки рюкзак. Он уже взялся за ручку двери, когда сзади раздался низкий, ровный голос Арсения: –Капюшон надень. Ветер сильный. Шаст замер. Он обернулся. Попов стоял в проеме двери, ведущей в гостиную, скрестив руки на груди. Его лицо ничего не выражало, но Антон почему-то послушно накинул капюшон. –Хорошего дня,– буркнул он уже в дверях. Шаст вышел на крыльцо, и холодный мартовский ветер тут же хлестнул по щекам. «И почему ему не все равно?» – в сотый раз за этот месяц подумал Антон, шагая по расчищенной дорожке к калитке. Позов ждал его у перехода, как и договаривались. Он стоял, подпинывая носком кроссовка снежную кашу на тротуаре, и что-то смотрел в телефоне. –Здорова,– Антон хлопнул его по плечу. – О, Тох, привет, – Дима убрал телефон в карман. Они двинулись в сторону школы, привычно сворачивая во дворы, чтобы сократить путь. Разговор перескакивал с темы на тему: вчерашний уровень в новой игре, сложное домашнее задание по алгебре, которое никто не понял, и дурацкая привычка учителей вызывать именно в тот момент, когда ты не выучил. Они почти дошли до школьного стадиона, когда Дима кивнул на знакомый поворот. – Давай быренько, пока никого? Они свернули за угол спортивного корпуса, где ветер немного стихал и можно было укрыться от посторонних. Дима достал пачку, протянул Антону. Тот закурил, глубоко затягиваясь и выпуская дым в серое небо. Горечь табака немного притупляла утреннюю тревогу. Они стояли молча, каждый думая о своем, как вдруг Дима напрягся. –Тох, смотри. Антон поднял глаза и увидел знакомую высокую фигуру, направляющуюся прямо к ним. Учитель истории, Николай Николаевич, шел не спеша, засунув руки в карманы длинного пальто, и на его губах играла какая-то странная, неприятная улыбка. – Ай-яй-яй, – пропел он, еще не дойдя до них. –Под окнами школы, средь бела дня! И не стыдно вам, молодые люди? Шаст закатил глаза. Дима молча сжал сигарету в кулаке, пряча ее за спину. –Ужас! – продолжал Николай Николаевич, подходя ближе. Его взгляд скользнул по Антону и задержался на нем.–И особенно вам, Антош. Омеге курить–это же просто катастрофа для организма! Очень-очень вредно, знаете ли. –Знаю,–огрызнулся Шастун, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Он ненавидел, когда малознакомые люди его называли «Антошей».–И не называйте меня так. –У-у, какой колючий,–учитель скорчил шутовскую гримасу–Забочусь о вас, а вы. –Что вам надо? –вмешался Позов, делая шаг вперед и загораживая Антона собой. –Мы вообще-то не на школьной территории. –Я вижу, Дмитрий, вижу. Но мне, знаете ли, небезразлична судьба учащихся,–Николай Николаевич обошел Диму и снова оказался напротив Шастуна.–Тем более таких , как ваш друг. – Отстаньте ради бога,– Шаст говорил сквозь зубы, сжигая сигарету быстрее, чтобы поскорее уйти. Николай Николаевич вдруг наклонился чуть ближе, и Антона обдало запахом его одеколона –приторно-сладкого. Учитель понизил голос: – А я, кстати, хорошо знаком с Сергеем Поповым. Знаете, Антоша, мы с ним в одной благотворительной организации состоим. Как думаете, Сергей будет рад узнать, что его новый подопечный проводит время вот так?–он кивнул на окурок в руке омеги, и его губы растянулись в злой ухмылке. Сердце Антона пропустило удар. Упоминание об опекуне, которого он боялся подвести больше всего на свете, кольнуло ледяной иглой. Но он не подал виду. –Он и так знает,– соврал Шаст, стараясь, чтобы голос звучал максимально уверенно.–Так что можете не утруждаться. –Что-то я не уверен,–игриво пошевелил бровями Николай Николаевич, явно наслаждаясь моментом.–Сергей–человек занятой, вряд ли у него есть время на такие мелочи. –Слушайте,–Шастун вышел из себя, чувствуя, как краска гнева заливает щеки.–Я вас по-русски прошу: отстаньте! Отвалите! Идите лесом, в баню, куда хотите! Что вы ко мне прицепились? Я даже не на территории школы! Значит, вас волновать не должно, что я делаю! С этими словами он с яростью затушил окурок о кирпичную стену и швырнул его в сугроб. Историк не обиделся. Наоборот, он рассмеялся негромким, довольным смехом. –Ой, Антоша, Антоша.–Он протянул руку и потрепал Антона по кудрям, игнорируя то, как тот дернулся назад.– Глупыш ты еще. Учись держать себя в руках. Он развернулся и, насвистывая какую-то мелодию, неторопливо направился к воротам школьного двора. Несколько секунд Антон и Дима стояли молча. Затем омега выдохнул: –Что это было, блять?! –Такое ощущение, что он с тобой пофлиртовать вздумал, –ошарашенно произнес Поз.–Я аж напрягся реально. Это какой-то пиздец, Тох. –Заебись,–Антон провел дрожащей рукой по волосам, пытаясь стряхнуть мерзкое ощущение от прикосновения учителя.–Этого еще не хватало. Они вошли в школу под звонок, и весь первый урок Антон просидел, не слыша ни слова. Он смотрел в окно на серое небо и думал о том, что его новая жизнь, которая должна была стать спокойной, снова подкидывает проблемы.

***

За обедом их компания–Олеся, уткнувшаяся в телефон, вечно голодный Журавль, набивающий рот макаронами, Поз и сам Антон –оккупировала дальний столик в столовой. Парни снова вернулись к утренней ситуации. –А я тебе говорю, он конкретно на тебя глаз положил,–убежденно говорил Журавль, размахивая вилкой.–Я за ним уже не первый год наблюдаю. Он всегда так смотрит. Но чтобы вот так, в открытую.. –Да заткнись ты,–поморщился Шастун.–Еще скажи, что я ему понравился. –А кстати,– Журавлев, как обычно, резко сменил тему, его внимание привлекло что-то другое.–Дим, ты сегодня на волейбол-то идешь? Или совсем уже забросил? –Иду, иду, –Позов допивал компот.–Не забросил. Антон, который ковырялся в своей тарелке, вдруг оживился. –Подождите. Здесь есть волейбол?– в его голосе прозвучал неподдельный интерес. –Ну да, секция при школе,–блондин пожал плечами.–А что? –Прикол, я с вами общаюсь больше месяца и узнаю об этом только сейчас? –Шаст даже отложил вилку. –Ты не спрашивал как-то,– заметил Дима. –А теперь спрашиваю,– омега подался вперед.–Я могу с вами ходить? На секцию? Позов и Журавлёв переглянулись. –Блин, Тох,–Журавль почесал затылок.–Я даже не знаю, как тебе сказать. У нас в группе только два омеги, и те на замене сидят. Они, кстати, очень мощно играют, но все равно их редко выпускают. –Дим,– Шаст посмотрел на него умоляюще.–Я не претендую на место в сборной. Я просто хочу поиграть. И именно с вами. Он широко улыбнулся, и от этой улыбки Дима немного смягчился. – Ладно,– вздохнул он, доставая телефон.–Сейчас позвоню Евгению Васильевичу, спрошу. Но если что–я не виноват. Он набрал номер и отошел чуть в сторону, чтобы не мешал шум столовой. –Алло, Евгений Васильевич, здравствуйте! Да, это Журавлев. Да, все хорошо. Вопрос у меня. Тут друг мой, Антон Шастун, омега, хочет к нам на секцию попроситься. Можно? Ага. Ага. Ну да. Хорошо. Сегодня? Ладно, передам. Спасибо, до свидания. Дима убрал телефон в карман и, сияя, вернулся к столу. –Говорит, пусть приходит сегодня, посмотрим на него в деле. Сказал, что против микса не возражает, если парень реально играет. –Отлично!–Настроение, испорченное утренней встречей, резко пошло вверх.–Спасибо! –Да не за что,– отмахнулся тот.–Ты вообще в Воронеже играл? –А то! –зеленоглазый гордо выпрямился.– Я даже в сборной школы был. Только у нас не было разделения на альф и омег. Всегда вместе играли. И соревнования тоже миксом проводились: в команде три альфы и три омеги обязательно. –Интересная система,–удивился Дима.–А ты на какой позиции? –Я связка, –Шастун произнес это с нескрываемой гордостью.–Блоки тоже ставлю. Думаю, с моим ростом грех этого не делать,–усмехнулся он, проведя рукой по своим кудрям. –Да и ладонищи у тебя тоже ничего себе,–подметил Журавль, окинув взглядом длинные пальцы Антона. –Ну это да,– рассмеялся парень, запивая компотом.–А вы на каких? –Я обычно на замене,–признался Позов.–Но вообще, либеро. –А я доигровщик, –важно заявил Журавлев, надувая грудь. Олеся, которая все это время листала ленту в тик токе , оторвалась от телефона ровно на секунду, чтобы спросить: «Вы про волейбол, что ли?», и, не дождавшись ответа, снова уткнулась в экран. Оставшиеся уроки пролетели незаметно. Антона не вызывали к доске, не было никаких контрольных, и даже Ник-Ник на своей истории делал вид, что ничего не произошло, лишь изредка бросая на парня маслянистые взгляды. Шастун старательно их игнорировал, думая только о вечерней тренировке.

***

Дима снова проводил Антона до дома. Они договорились, что через пару часов встретятся и пойдут на волейбол вместе. Шастун зашел во двор и сразу отметил, что машины Арсения на месте нет– значит дома нет. От этой мысли почему-то стало одновременно и легче, и чуточку грустнее. С одной стороны, не нужно было чувствовать на себе этот тяжелый взгляд. С другой.. Антон поймал себя на мысли, что ему хотелось бы рассказать кому-то о своей радости по поводу волейбола. Но рассказывать было некому. Он открыл дверь своим ключом, кинул рюкзак на пуфик в прихожей и, разувшись, поднялся на второй этаж в свою комнату. До тренировки оставалось еще два с половиной часа. Парень переоделся в домашнее, спустился на кухню, разогрел себе обед из контейнеров, которые Арсений предусмотрительно сложил в холодильник накануне вечером. Пообедав и вымыв за собой посуду, Шаст поднялся к себе, рухнул на огромную кровать и уставился в потолок. Примерно через час тишину в доме разорвал звук открывающейся входной двери. Антон вздохнул, поднялся с кровати и, поправив растрепавшиеся волосы, спустился вниз. Арсений как раз вешал куртку в прихожей. –О, ты уже дома, –сказал омега, спускаясь с лестницы и стараясь, чтобы голос звучал безразлично.– Как день? –Нормально,– коротко ответил Арс, поворачиваясь к нему. Его голубые глаза скользнули по лицу Антона, задержались на мгновение и тут же отстранились.–А ты чего такой довольный? – Да я сегодня на волейбол иду,– выпалил Шастун, не в силах сдержать воодушевления. Он сам не заметил, как начал улыбаться.– Представляешь, я даже не знал, что тут секция есть! Журавль с Позом тоже идут, мы договорились. Меня сегодня тренер посмотрит. Арсений нахмурился. – На волейбол? С парнями? То есть, в команду альф? –Ну да,– парень пожал плечами.– А что такого? Я не вижу проблемы. В Воронеже мы всегда вместе играли, и никто никого не убил. –Будь аккуратнее,–на выдохе произнес брюнет, и в его голосе Антону послышалось что-то необычное. Не приказ, а скорее..беспокойство?–А знаешь,–вдруг добавил Попов, –я, наверное, тоже схожу с тобой. Антон удивленно вскинул брови. — Ты? –Да, вспомню хоть школьные годы. Да и посмотрю, как ты играешь,– Арсений говорил все тем же ровным тоном, но Шастуну показалось, что в уголках его губ дрогнула едва заметная усмешка. –Ты играл в волейбол?–недоверчиво переспросил омега. –Я был капитаном нашей сборной,– в голосе Арса прозвучала гордость. – Вот и нашлось у нас с тобой что-то общее, –расплылся в довольной улыбке кудрявый. Попов лишь хмыкнул в ответ, но в его голове пронеслась мысль, от которой кольнуло сердце: «Ты даже не представляешь, сколько у нас общего, Антош.»

***

Ровно в пять вечера в дверь позвонил Дима. Антон метался по прихожей, в последний раз проверяя, все ли взял. В это время с лестницы неторопливо спустился Арсений. На нем были свободные черные спортивные штаны и простая футболка, которая подчеркивала ширину его плеч. В руках он держал небольшой спортивный мешок. –Привет, Дим,–поздоровался он своим обычным тоном. –Привет, Арсений,– Позов удивленно уставился на мешок в его руках.– Ты тоже на секцию? –Да. –Вау!– вырвалось у Димы, и он даже не смутился. –Я с седьмого класса мечтал поиграть с тобой. Я же все время смотрел, как ты играл! Мечтал так же научиться, быть нападающим. –Приятно слышать, –Арсений чуть приподнял уголки губ, что у него можно было счесть за улыбку. Настроение Поза, казалось, немного растопило лед. –Ого, даже так,–встрял в их диалог Антон, застегивая молнию на своей кофте. –Даже так,– эхом отозвался Попов, бросив на него короткий взгляд. –Надеюсь, я не растерял навыки. –Интересно будет за вами посмотреть,–улыбнулся Шаст. –Мы так-то тоже на тебя посмотрим, — напомнил Дима.– Ты же собирался показать свои навыки.–Позов улыбнулся,подергивая бровями. –Да, Антош,–добавил Арс, открывая входную дверь.–Думаю, Евгений Васильевич тебя на замену не посадит в первый же день. Надо нового игрока прощупать. –Сколько же внимания на мне тогда будет,–пробормотал Антон, выходя на крыльцо. –Да всё хорошо будет,– неожиданно мягко сказал Арсений.–Давайте, я вас довезу. Все равно на секцию едем. Шастун кивнул. Они вышли во двор, где стоял автомобиль Арсения. Омега сел на заднее сиденье,чтобы быть рядом с Димой. Тот всю дорогу пытался завести разговор с Арсом о волейбольных тактиках, и, к удивлению Антона, Попов отвечал, хоть и коротко, но по делу. Шастун молча смотрел в окно на проплывающие мимо дома.

***

Спортивный зал школы гудел от звуков ударов мяча об пол и громких голосов. Там уже разминались человек пятнадцать. Дима сразу же потащил Антона в инвентарку–маленькую комнатку с небольшим столом и диванчиком, заставленную шкафами со скакалками, гантелями и мячами. Там можно было оставить телефоны, а Шасту– снять все свои кольца и браслеты, чтобы не мешали. Арсений тем временем вышел в зал и сразу направился к тренеру. Евгений Васильевич, коренастый мужчина лет сорока со свистком на шее, увидев Попова, расплылся в искренней улыбке. –Кого я вижу! Какими судьбами? –тренер протянул руку для пожатия. –Решил навестить старика? –Здравствуйте, Евгений Васильевич, –Арсений улыбнулся в ответ. – У меня брат сегодня к вам присоединяется, решил составить ему компанию. –Так это про твоего брата мне Журавлев говорил? –сложил пазл в голове тренер.–Антон, значит? –Да. Вон они, кстати, –Арсений кивнул в сторону выходящих из инвентарки парней. –Здрасьте, –почти хором сказали Дима и Антон, подходя к ним. –Ну, здравствуйте,–Евгений Васильевич окинул Антона цепким взглядом.–Журавлев мне нахваливал, что ты, парень, игрок опытный. Посмотрим. Давай, разминайтесь пока с Димой. А мы с Арсением тогда. –Есть, капитан!–Позов шутливо отдал честь и потащил Шаста к стене, где лежали мячи. Они встали друг напротив друга и начали разминаться. Антон ловил мячи, отдавал пасы, чувствуя, как мышцы вспоминают привычную работу. Он специально усложнял Диме задачу, кидая мяч чуть в сторону или делая неудобную скидку. Дима, будучи либеро, с честью выходил из положения, вытягивая сложные мячи. Они разгорячились, и Антон поймал себя на мысли, что давно не получал такого удовольствия. Через некоторое время тренер дал команду переходить к сетке. Шаст на секунду замешкался. Он хотел встать на связку, но, оглядев незнакомых альф, решил не высовываться и встал в общую шеренгу перед Журавлем. –Тебе куда накидывать?–спросил он друга, подходя к сетке, когда началась отработка атакующих ударов. –Примерно сюда,–Журавль топнул ногой по месту почти у самой сетки. — Можешь с навесом, можешь без. Если умеешь. –Думаю, приноровлюсь,– улыбнулся Антон. Дима с противоположной стороны кинул мяч на Антона. Тот, не мешкая, принял его и точным, выверенным пасом отправил ровно в ту точку, которую указал Журавль. Дима разбежался, мощно прыгнул и, высоко взлетев над сеткой, вбил мяч в пол на противоположной стороне, легко обойдя блок какого-то парня. –Хорошо-о-о! –довольно протянул тренер, наблюдая за ними. Так они гоняли атаку круг за кругом. Потом перешли к подачам. Антон подавал с прыжка, верхней, но не силовой, планирующей. Силовая у него пока не получалась. Но и так выходило неплохо–мяч ложился точно в заданную зону. Очередь дошла до второй половины зала, где стояли самые сильные игроки, включая Арсения. Антон, готовясь к приему, невольно засмотрелся на старшего брата. Арс разбежался, подпрыгнул, и его тело словно выстрелило вверх. Силовой удар–и мяч, сорвавшись с его ладони, улетел на другую сторону с такой скоростью, что Шастун даже не успел среагировать, хотя мяч летел не в него. Он просто стоял и смотрел, как играют мышцы на спине Попова, как он приземляется на обе ноги, и его лицо на долю секунды освещает торжествующая улыбка. Омега залип. Он настолько засмотрелся, что не заметил, как другой мяч, посланный кем-то с противоположной стороны, летит прямо в него. Антон дернулся в последний момент, но мяч, пущенный с огромной силой, смог врезаться ему в челюсть. Голова мотнулась, и его отбросило чуть в сторону. –Твою мать! Тох! –Дима подскочил первым. –Нормально, все нормально,– Шастун попытался отмахнуться, но Дима уже схватил его за запястье и потащил к стене. –Ага, нормально, блять, –Дима нахмурился, разглядывая разбитую губу, из которой уже сочилась кровь. – Ещё и тренер куда-то пропал.Журавль!– крикнул он. Дима подбежал, а следом за ним. Пока он расспрашивал у Антона,как все произошло,Позов убежал куда-то из зала за Евгением Васильевичем. Шаст не заметил,как у ним бесшумно и стремительно, подошел Арсений. Увидев кровь на подбородке Антона, его глаза потемнели. –Что случилось? Антон только вытер кровь тыльной стороной ладони и виновато посмотрел на него. –Пойдем,–коротко приказал Арсений, протягивая ему руку. В инвентарке было тихо. Арс усадил Шастуна на маленький диванчик и молча достал из шкафа зеленую коробку аптечки. –Голову подними,–скомандовал он. Омега послушно запрокинул голову, чувствуя, как холодные пальцы Арсения касаются его подбородка, поворачивая лицо к свету единственной лампочки. Попов смочил ватный диск перекисью и осторожно, но уверенно прижал к ране. –Ай, щиплет,–поморщился Антон. –Терпи,–голос Арсения был ровным, но в нем слышалось что-то суровое.–Как тебя угораздило? –Засмотрелся,–честно признался Антон. Он смотрел в голубые глаза, такие близкие сейчас.– Ты так подаешь мощно. Попов замер на секунду, его пальцы дрогнули, но он ничего не сказал. Он убрал диск, проверил, остановилась ли кровь. Она еще сочилась, поэтому он приложил новый. Через некоторое время в инвентарку ворвались запыхавшийся тренер и Дима. –Ну что тут у нас?–Евгений Васильевич подошел ближе, осмотрел рану.–Ничего страшного, заживет .–Он достал из аптечки красный тюбик.–Вот, мазь. Помажь, быстрее заживет. Он протянул тюбик Арсению. Тот аккуратно, едва касаясь, нанес тонкий слой мази на разбитую губу Антона. От его прикосновений по коже бежали мурашки, и омега боялся даже дышать. –Ну вот и всё,–Арсений убрал обратно мазь.– К бою готов? Антон кивнул. Арс протянул ему руку, помогая встать, и, не убирая ладони, легонько подтолкнул его в спину, выводя из инвентарки. –Игра уже начинается,–сказал он.

***

Игра закипела с новой силой. Тренер распределил команды, и Антон с удивлением понял, что они с Арсением оказались по разные стороны сетки. Арс посмотрел на омегу и хитро подмигнул. Шаст смущенно улыбнулся в ответ, чувствуя, как предательски теплеют щеки. Игра началась. Шастун встал на связку, как и хотел. В его команде были Журавль, Сабуров, Чебатков, Заяц и Позов. В команде соперников–Арсений, Крид, Джабраилов, Щербаков, Соболь и Дмитриенко. Чебатков, как капитан, выиграл подачу, и игра началась. С самого начала все пошло наперекосяк. Женя подал силовую, Джабраилов принял, Щербаков, стоящий на связке в команде Арсения, точным пасом вывел Попова на удар. Антон прыгнул на блок, но Арс пробил так, что мяч, казалось, пролетел сквозь его руки и с грохотом врезался в пол за его спиной. Мощь удара была нечеловеческой. Шаст только развел руками. Его команда приняла мяч. Омега получил пас и на секунду растерялся – он еще не знал возможностей всех игроков. Он сделал невысокий навес у сетки на Сабурова, но тот подбежал, неудачно замахнулся и отправил мяч прямо в сетку. –Ну и что это было, блять?–заорал Нурлан, поворачиваясь к Шастуну. Его лицо было перекошено от злости.–Ты вообще видишь, куда кидаешь? Дерьмовый пас! Антон промолчал, только губы поджал и опустил глаза в пол. Ему было обидно и стыдно, хотя он понимал, что Сабуров просто срывает на нем злость из-за собственной ошибки. Он краем глаза взглянул на Арсения. Тот стоял на своей половине и внимательно смотрел на них. Его лицо ничего не выражало, но что-то в его позе, в том, как напряглись плечи, говорило о том, что он все видел и слышал. Первый сет закончился со счетом 25:17 в пользу команды Попова. Шаст чувствовал себя выжатым лимоном. В раздевалке, куда зашел Арсений, чтобы взять воду, разгорался скандал. –Этот Шастун вообще пиздец, Сабуров не унимался, развалившись на скамейке. Он не заметил вошедшего Попова.–Криворукий омега! Ни накинуть нормально, ни принять. Что он вообще делает на связке? Пусть идет к другим омежкам! Арсения словно ударили током. Он резко обернулся. –Ты ебальник свой прикрой,–его голос прозвучал низко и угрожающе, разрезав тишину в раздевалке. Сабуров поднял голову и, не поняв опасности, усмехнулся. – Ой, Арсений, тебя забыли спросить. Ты-то здесь при чем? Ваш Антон реально ничтожество. Этого было достаточно. Арсений не повысил голос, не сделал резкого движения. Он просто перестал сдерживать свой запах. В комнате мгновенно стало тяжело дышать. Запах лесной ели, обычно свежий и приятный, трансформировался во что-то иное– в запах горящей смолы, дыма пожарища, дикого, первобытного леса, который готов уничтожить все на своем пути. Это был запах разъяренного альфы, защищающего свое. Нурлан и остальные парни, сидевшие рядом, резко побледнели и инстинктивно отшатнулись, прижимаясь к стене. –Я даже объяснять не хочу, что объективно хуже всех в этой команде играешь именно ты,– тихо и внятно произнес Попов, глядя Сабурову прямо в глаза.– Но если ты еще раз, хоть слово, скажешь про него, я тебе лично ебальник закрою. Понял? Нурлан только судорожно кивнул. Арс вышел из раздевалки, с силой хлопнув дверью. Он дошел до туалета, включил холодную воду и плеснул себе в лицо. Его трясло. «Твою мать, Арсений, остынь,–приказывал он себе.–Ты не имеешь права так реагировать. Ты не имеешь права». Он простоял так несколько минут, пока дыхание не выровнялось, а запах не вернулся в норму. Вторая и третья игры прошли для Шастуна спокойнее. Сабуров больше не открывал рот, но прожигал его злым взглядом. Антон чувствовал это, но старался не обращать внимания. Он играл лучше, влился в ритм, сделал несколько отличных скидок, и даже тренер пару раз одобрительно кивнул. После игр, когда все уже выдыхались и собирались уходить, к Шастуну подошел Чебатков. –Антон, –он хлопнул его по плечу. –Неплохо играешь, реально. Ты нам подходишь. Васильч явно готов тебя взять. –Правда?–Антон улыбнулся. –Спасибо! –Да не за что, –отмахнулся Женя.–Но это дело надо отметить. У нас традиция–посвящение новичков. –Посвящение? –насторожился кудрявый.–Какое? –Не бойся, без издевательств,– засмеялся Чебатков. –Просто выпьем всей командой, познакомимся поближе. Сегодня же пятница, в школу завтра не надо. Идеально. Соберемся у меня на даче, недалеко тут. Шаст растерянно посмотрел на Диму и Журавля. Они переглянулись. –Ну, в принципе, хорошая идея,–пожал плечами Журавль.–Познакомишься со всеми. И мы отдохнем. –Ладно, –неуверенно согласился Антон.–А во сколько? И что брать? –Да ничего не бери,–махнул рукой Евгений.–Я все куплю, мне уже есть восемнадцать. Переодевайтесь и во дворе школы встречаемся, вместе всё решим. –Хорошо. В раздевалке, когда Антон переодевался, к нему подошел Арсений. –Вас подвезти?–спросил он как обычно. –Не, не надо,–быстро ответил Шаст, вспомнив про посвящение. Он почему-то не хотел говорить брату, что идет пить с альфами.–Мы еще погуляем. Попов нахмурился, но ничего не сказал. –Давай хоть форму твою заберу,–предложил он. –Что ты с ней шататься будешь? Антон с готовностью протянул ему свой мешок. –Ну давай,–Арсений взял мешок.–Аккуратнее там. Сегодня вечером, если что, отец приезжает. –Хорошо, –кивнул Шаст и выбежал из раздевалки, где его уже ждали ребята.

***

На улице собралась почти вся команда. Чебатков, Крид, Соболь, Щербаков, Джабраилов, Сабуров (Антон поморщился, увидев его), и другие, чьи имена он еще не запомнил. Решили идти пешком к Жене на дачу, перед этим заскочив в магазин. Это был деревянный дом в двадцати минутах ходьбы от школы, окруженный заснеженным садом. В доме было натоплено, пахло деревом и дымом. Ребята расселись кто где: на диванах, на полу, на подоконниках. Чебатков выставил на стол бутылки, пластиковые стаканчики и нехитрую закуску. Антон сел рядом с Позом и Журавлём, стараясь держаться поближе к ним и подальше от Сабурова, который устроился в кресле напротив и буравил его взглядом. Налили всем. Чокнулись за нового игрока. Антон выпил немного, чувствуя, как теплая волна разливается по телу и уходит напряжение. Он старался контролировать себя – ему нужно было быть дома к одиннадцати. Он боялся гнева Сергея, но еще больше боялся разочаровать Арсения, мнение которого, как ни странно, стало для него важным. Прошел час. Шаст сидел в углу дивана, слушая, как Крид и Дмитриенко обсуждают какую-то новую компьютерную игру. Он выпил еще немного, потом еще. Разговор как-то незаметно перетек на более личные темы. Кто-то спросил парня, откуда он. Антон начал рассказывать про Воронеж. Сначала спокойно, потом голос его дрогнул, когда он заговорил о маме. Егор и Ваня слушали внимательно, не перебивая. Дмитриенко, который сам был омегой, понимающе кивнул и положил руку Шастуну на плечо. –Тяжело тебе пришлось, –сказал он тихо. И Шаста прорвало. Он сам не заметил, как начал плакать. Слезы потекли по щекам, и он уткнулся лицом в плечо Вани, который обнял его, прижал к себе и гладил по голове, успокаивая. Антон говорил и говорил, как сильно он скучает по маме, по их старой квартире, по запаху пирогов, по тому, как она смеялась. Он думал, что уже смирился и что боль утихла, но ошибался. Она просто ждала своего часа. Сколько это продолжалось, парень не знал. Он не заметил, как значительно опустела его бутылка, как ребята вокруг начали собираться и расходиться по комнатам. А кто-то и вовсе уже ушел домой. Например Журавль,которому нужно было идти встречать маму с работы к десяти. Поз, который все это время искал Шаста, наконец нашел в дальней комнате. –Антон,–Дима подошел к дивану.–Ты как? Без двадцати одиннадцать. Нам пора. –Не хочу никуда,– всхлипывая, пробормотал Антон, не отрываясь от плеча Вани. Он взял со стола свой стакан и допил остатки. –Шаст, опоздаем же, –Дима начал злиться.–Тебе же хуже только будет. –Не хо-чу,–упрямо повторил Антон, чувствуя, как мир вокруг начинает плыть и качаться. Язык заплетался, голова кружилась. Дима подошел к нему, наклонился, вытер его мокрые щеки рукавом своей толстовки. –Вставай, Тош. Ну пожалуйста. Он попытался поднять Антона, но тот начал вырываться, упираться ногами в диван. Позов маялся с ним минут пять, но Шастун, пьяный и убитый горем, был тяжелым и неудобным. –Блин, Шаст, мы уже точно опоздали,–в голосе Димы зазвенело отчаяние и раздражение.–Нам идти пятнадцать минут, а с тобой все тридцать. Вставай, блять! –Ой, да ладно, иду,– Антон наконец попытался встать, но делал это так медленно и неуклюже, что Дима застонал. При этом омега еще и истерично засмеялся. В этот момент на столе завибрировал телефон Антона. На экране высветилось: «Арсений». Поз похолодел. Он посмотрел на часы –22:53. Посмотрел на пьяного в стельку друга, который только что рыдал, а теперь ржал как конь. И принял единственно правильное, как ему казалось, решение. Он взял трубку. –Алло,–голос Димы звучал устало и виновато. –Дима?–голос Арсения на том конце провода был ледяным.–Где Антон? –Арсений–Дима выдохнул.–Я не знаю, что мне с ним делать. Можешь приехать? –Что случилось? Куда ехать?– в голосе альфы послышалось напряжение. Позов не стал ничего объяснять. Он просто продиктовал адрес. Зайдя обратно в комнату, он увидел, что Антон так и сидит на диване, только теперь он обнимал уже не Ваню, а Егора , и что-то бессвязно ему рассказывал. Дима только покачал головой. Он ни секунды не пожалел, что ответил Арсению. Сам бы он этого трупа до дома не дотащил. Через пятнадцать минут, которые показались вечностью, в окна ударил свет фар. Дима выбежал во двор, открыл калитку и впустил Арсения. Тот шел быстро, широким шагом, его лицо было мрачнее тучи. Он зашел в комнату, и его взгляд упал на Антона, который сидел, растрепанный,с мокрым лицом и мутным взглядом. –Арс? –удивился кудрявый, протирая глаза. Он пытался сфокусировать взгляд на вошедшем.–А ты откуда? Арсений ничего не сказал. Он подошел к дивану, без лишних церемоний подхватил омегу под мышки, перекинул его через плечо, как мешок с картошкой, и понес к выходу. Антон даже не сопротивлялся, только икнул и засмеялся. –Вещи его забери,–бросил Арсений Диме через плечо.–пожалуйста–добавил,когда понял,что на Поза срываться не стоит. Дима подхватил обувь и куртку Антона и побежал за ними. В машине Попов бережно, насколько это было возможно, уложил Шаста на заднее сиденье. Сам сел за руль, а Позов устроился спереди. –Что там произошло?– спросил Арсений, заводя двигатель. Голос его был спокойным, но Дима чувствовал, как от него веет опасностью. –Блять, мы просто решили отдохнуть, посвящение устроить,–Дима виновато развел руками.– А он с Ваней и Егором ушел в ту комнату. Когда я их нашел, он был уже в зюзю и в слезах. Что там было, я не знаю. Наверное,связанное с его мамой. Арсений сжал руль так, что побелели костяшки. –Спасибо, что ответил и все сказал, –через силу произнес он, сбавляя пыл. Остаток пути прошел в молчании. У дома Дима быстро вышел и скрылся в темноте, направляясь к своему дому. Попов же вытащил Антона из машины, на этот раз подхватив его на руки. Омега был легким, почти невесомым, и прижимался к его груди, как ребенок. –Арс,–прошептал Антон, утыкаясь носом в его шею. –Ты так вкусно пахнешь.. Даже когда злишься. Сердце альфы пропустило удар. Запах меда от омеги, смешанный с алкоголем и горечью слез, ударил в голову сильнее любого наркотика. Арсений с трудом подавил этот порыв. В доме было тихо. Машины Сергея на месте не было – значит, повезло, отец еще не приехал. Арс, сняв обувь, прошел на второй этаж и занес Шаста в его комнату. Осторожно положил на кровать. –Переоденешься сам?– спросил он хрипло. –Угу, –Антон попытался кивнуть. –Бегом, –скомандовал Арсений, но в его голосе не было строгости, только усталость. –Даже не выйдешь?– Шаст вдруг поймал его за запястье. Арсений замер. –Бегом,–повторил он, мягко высвобождая руку, и вышел за дверь, прикрыв ее за собой. Он стоял в коридоре, прислонившись лбом к холодной стене, и слушал, как Антон возится в комнате. Слышал, как упала на пол толстовка, как звякнула пряжка ремня. Внизу хлопнула входная дверь. Арс вздрогнул и выпрямился. –Арсюш? Вы дома?–раздался снизу голос Сергея. –Да, пап, –отозвался парень, спускаясь по лестнице.– Сейчас иду. Он встретил отца в прихожей. Сергей снимал пальто, выглядел уставшим после командировки. –А Антоша где?– спросил он, оглядываясь. –Спит уже,–ровным голосом ответил Арсений.–У него сегодня была тренировка, устал походу. Сергей кивнул, принимая ответ. –Ладно. Я тоже пойду отдыхать. –Спокойной ночи,–сын улыбнулся. –Спокойной ночи, Арсюш,–ответил отец. Арсений взял пластинку таблеток от головы и стакан воды,а после поднялся на второй этаж и зашёл в комнату омеги. –Спишь уже?,–шепотом произнес старший. –Не-а,–пробубнил Шаст ,отвернувшись к стене. Попов поставил стакан и таблетки на тумбочку возле кровати Антона. –Завтра поговорим,–с усталостью в голосе произнес Арсений.