cold reality

Глава 4. Тайное становится явным

Дверь кабинета Прайса закрылась с глухим, отсекающим звуки щелчком, который в наступившей тишине прозвучал как выстрел. Но вместо облегчения на отряд 141 навалилась свинцовая тяжесть. Новость о том, что их личные дела слиты верхушкой Министерства обороны прямо в руки профессиональных наёмников, сработала как детонатор. Воздух в коридоре штабного корпуса казался застоявшимся, пахнущим старой краской, дезинфекцией и скрытой угрозой. Едва они отошли на десяток метров по серому коридору, Соуп резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену. Он запустил пальцы в короткий, жёсткий ирокез, и Алекс заметила, как сильно крупная дрожь бьёт его по ладоням. Лицо шотландца побледнело, под глазами залегли глубокие тени от бессонной ночи, а в глазах металась непривычная, дикая паника — страх человека, который внезапно потерял контроль над тем, что ему дороже всего. — Суки... Каковы суки, а?! — его голос сорвался на глухой, хриплый шёпот, полный бессильного бешенства. Он оглянулся на закрытую дверь Прайса, словно надеялся, что кэп выйдет и скажет, что это была дурацкая шутка. — Моя мать. Моя младшая сестра, парни! Они ведь знают, где они живут! Знают чёртов номер школы, куда мелкая ходит, знают расписание её автобусов... Эти выблядки всё знают! Так, мне нужно... мне нужно набрать их. Прямо сейчас. Я вывезти их должен, выдернуть посреди дня, плевать на приличия. Спрятать где-нибудь в глуши, у знакомого в Лох-Нессе, в старом охотничьем домике, туда ни одна тварь не доберётся, там связи даже нет... Куда пропал Газ осталось загадкой, настолько быстро и уверенно ещё никто не бегал. — Паникой ты им не поможешь Джонни, — жёстко отчеканил Гоуст, глядя Соупу прямо в глаза. — Если начнёшь звонить по открытой линии и орать в трубку, их перехватят ещё на выходе из дома. Действуем по протоколу «Омега». У нас есть безопасные адреса МИ-6 и резервные квартиры SAS, которые не светятся в общих армейских базах данных. Иди в комнату и начинай их вывозить по тиху, время есть. Соуп, продолжая на ходу лихорадочно бормотать планы эвакуации и проклятия в адрес штабных крыс, бросился по коридору, тяжело топая тяжёлыми армейскими ботинками по линолеуму. Алекс осталась стоять у высокой рамы окна, сквозь которое пробивался блёклый, серый свет английского вечера. Она не сдвинулась с места ни на сантиметр. Позади неё, словно монолит, замер Гоуст. В опустевшем, гулком коридоре штаба они остались совершенно одни. Слышно было только, как где-то на нижних этажах надсадно гудит старая вентиляция. Она медленно повернула голову и встретилась взглядом с лейтенантом. Из-за узких прорезей его балаклавы с нарисованным черепом на неё смотрели холодные, глубокие и абсолютно нечитаемые глаза. — Что думаешь делать? — Пророкатала маска черепа. Алекс просто вильнула плечом и покачала головой. Это всё очень плохо, но нужно спокойно продумать дальнейшие шаги. Возможно времени было не много, но оно ещё оставалось.

── ◆ ──

Александра закрылась в своей небольшой, скромно обставленной комнате. Занавесив окно плотными шторами, она погрузила помещение в полумрак, освещаемый только голубым свечением экрана ноутбука. Пока Соуп и Газ разрывали закрытые каналы связи, сжигая нервные клетки и вытаскивая свои семьи из-под возможного удара, она решила, что бездействие убьёт её быстрее, чем вражеская пуля. Её досье было чистым. Для предателей в Министерстве обороны, оперативницы под позывным «Элис» просто не существовало, её имя не фигурировало в скопированных файлах, а значит, её личные запросы в базу данных МИ-6 не привлекут чужого внимания и не вызовут срабатывания триггеров слежения. Она устроилась на скрипучем стуле, вбив свои старые, глубокие доступы внешней разведки. Пальцы быстро, методично порхали по клавишам, пока на экране сменялись тонны информации: шифровки Интерпола, закрытые спутниковые снимки, финансовые отчёты подставных компаний и свежие сводки по борьбе с международным наркотрафиком. Она искала испаноязычный след. Тех самых испанских или мексиканских наёмников из дома. Спустя три часа непрерывного анализа данных, когда от напряжения у Алекс начало ломить виски, она наткнулась на то, что заставило её зрачки сузиться, а дыхание перехватить. В закрытых логах МИ-6, которые обновлялись буквально в реальном времени, всплыли свежие аналитические записки под грифом «Совершенно секретно». Известный мексиканский картель Лас-Альмас, который раньше действовал исключительно в Южной и Северной Америке, контролируя колоссальные денежные потоки, в последние пару месяцев начал агрессивно, не считаясь с потерями и комиссиями, прокладывать новые логистические маршруты в Европу. И не куда-нибудь, а прямиком в Британию. Александра углубилась в чтение документов. Спешные закупки старых портовых складов, открытие десятков подставных логистических фирм-однодневок, переброска элитных боевиков под видом сотрудников ЧВК с липовыми лицензиями. И что самое паршивое, от чего у неё прошёл мороз по коже — их новые опорные пункты, склады и перевалочные базы находились в опасной, критической близости от Херефорда. Будто петля медленно стягивалась вокруг базы. Алекс закрыла ноутбук, поднялась со стула и перекинула все выгруженные данные на защищённый планшет. Внутри неё боролись два решения. Она могла бы пойти к Прайсу. Это было бы правильно, законно и по уставу. Но внутренний голос, указал на Гоуста, она слышала пару историй про него, и как будто чувствовала что он поймёт их мотивы и дальнейший план. Жилой блок лейтенанта находился в самом конце подземного яруса базы — глухое, сырое и тёмное место, куда обычные солдаты и персонал старались лишний раз не соваться, опасаясь дурного нрава командира. Александра спустилась по бетонной лестнице, её шаги гулко отдавались от стен. Она подошла к массивной железной двери, на которой не было даже таблички с именем, и чётко, уверенно постучала три раза. Минуту ничего не происходило. Алекс уже подумала, что его там нет, но затем послышался тяжёлый, неторопливый шаг. Дверь приоткрылась со ржавым скрипом, но ровно настолько, чтобы в узком проёме показалось широкое плечо Райли в неизменном чёрном худи с накинутым капюшоном. Внутрь своей комнаты он её не впустил. Паранойя лейтенанта была абсолютной. Но стоило Александре молча, без единого слова протянуть ему светящийся экран планшета, как Гоуст замер. Он скользнул взглядом по строчкам, вчитываясь в мексиканские фамилии и координаты, а затем полностью вышел в полутёмный, холодный коридор, мягко прикрыв за собой дверь. — Что тут у тебя, Блэквуд? — глухо пробасил он, не снимая тактических перчаток. — МИ-6. Закрытый архив, который не проходит по ведомству нашего Минобороны, — Александра говорила быстро, чётко, раскладывая всю цепочку зацепки, словно читала доклад на оперативном брифинге. — Картель Лас-Альмас. Пару месяцев назад они начали перебрасывать в Европу огромные, просто несопоставимые с обычной торговлей ресурсы. Деньги, тяжёлое оружие, людей с боевым опытом. Они закрепились в соседних округах, буквально в часе езды от нас. Гоуст молча слушал, вглядываясь в схемы логистики и тепловые карты на экране планшета. Его дыхание под плотной тканью маски было ровным, но Александра видела, как плотно сжались его челюсти и как напряглись его широкие плечи. В коридоре стало так тихо, что было слышно их дыхание. Когда она закончила говорить, он спокойно, без тени лишних эмоций начал задавать точечные вопросы, проверяя её выводы. — Маршруты снабжения? Как они тащат сюда столько стволов? — Порт Бристоля, — Александра уверенно ткнула пальцем в карту на экране. — Дальше по воздуху на частных вертолётах и мелкими автоколоннами под видом строительных грузов. Всё куплено, от таможни до местной полиции округа. — Почему именно этот квадрат? — Гоуст прищурился, вглядываясь в очертания Херефорда на схеме. — Здесь нет крупных городов, нет рынков сбыта для их наркоты. Зачем Лас-Альмас лезть в эту глушь и рисковать подставиться под удар SAS? — Вот именно, — Александра кивнула, — Им нет смысла рисковать элитными бойцами и светиться перед британскими спецслужбами ради банального расширения бизнеса. Они действуют не ради прибыли. Они действуют как по контракту. — Они перебрасывают штурмовые группы не для контрабанды оружия или кокаина, — Гоуст медленно перевёл свой тяжёлый взгляд с планшета на Александру. В его глазах вспыхнуло опасное, жгучее понимание. — Они стягивают силы для одной конкретной, крупномасштабной операции на уничтожение. — Штурм Херефорда, — озвучила Александра их общий, логичный и пугающий вывод, от которого по спине пробежал холодок. — Они хотят ликвидировать весь отряд Сто Сорок Один прямо здесь. Списать всё на дерзкий налёт безбашенных террористов, сжечь базу дотла и зачистить все концы. Но картель никогда бы не пошёл на такой безумный риск просто так. Им должны были пообещать что-то колоссальное. — Верхушка Министерства обороны заплатила им, — жёстко отрезал Гоуст, и его голос стал ледяным, растеряв последние крупицы человеческого тепла. — Или пообещала неприкосновенность их каналов по всему миру. За наши головы отвалено слишком много денег. Это не просто зачистка свидетелей, это карательная операция. К Прайсу. Сейчас же.

── ◆ ──

В кабинете капитана Прайса они оказались спустя пять минут, практически ворвавшись внутрь без стука. Соуп и Газ, бледные и вымотанные, уже были там — Кэп вызвал их повторно, чувствуя, что время уходит. В кабинете царил полумрак, пахло крепким табаком и застоявшимся кофе. Когда Гоуст с размаху выложил планшет Александры на заваленный картами стол и глухо озвучил их выводы о готовящемся штурме базы, в комнате снова повисла звенящая, мёртвая тишина. Можно было услышать, как тикают старые часы на руке Прайса. Соуп злобно выругался сквозь зубы, с размаху ударив кулаком по обшарпанной стене кабинета. Газ лишь крепче сжал челюсти, уставившись в пол, его пальцы судорожно сжимали пустой стакан. Прайс долго, не мигая, смотрел на карту маршрутов Лас-Альмас, задумчиво крутя в пальцах незажжённую, дорогую сигару. Его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня, но глубокие морщины на лбу стали ещё заметнее. Наконец он тяжело, наболевше вздохнул, опустился в своё старое кожаное кресло и посмотрел на своих притихших бойцов. — Вы правы. Всё сходится до единой запятой, — тихо, но удивительно веско произнёс Прайс. — Картель просто выполняет жирный заказ. И я, кажется, знаю, за что именно нас всех приговорили. Гоуст резко шагнул вперед, его огромная фигура загородила свет от настольной лампы, а голос дрогнул от сдерживаемой, клокочущей ярости: — Кэп, какого хрена здесь происходит?! Хватит загадок! Откуда у мексиканского картеля наши личные дела и почему наше собственное Министерство обороны спит и видит, как нас всех закопают в братской могиле? Что мы упустили на прошлой миссии? Что было на той чёртовой флешке? — Пару месяцев назад, — спокойно прервал его Прайс, подняв ладонь и заставив лейтенанта замолчать. Голос капитана звучал пугающе ровно. — Когда вы с Джонни и Кайлом выезжали по той срочной, ночной наводке Ласвелл на границе. Помните ту операцию? Вы думали, это обычный перехват нелегальной контрабанды оружия. Но вы достали оттуда не только стволы. В одном из кейсов лежала зашифрованная флешка, я как будто что-то чувствовал и решил не писать о ней в рапорт базы. Я сразу передал её Ласвелл на дешифровку. Кэп зловеще, мрачно усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли веселья. Он обвёл взглядом вытянувшиеся, напряжённые лица парней. — Ласвелл вскрыла первый уровень этого дерьма. Там были железные, неопровержимые доказательства масштабных преступлений высших чинов нашего Министерства обороны. Финансовые махинации на миллиарды фунтов, прямая торговля секретными разведданными с террористическими ячейками на Ближнем Востоке, организация заказных убийств неугодных политиков. И это только верхушка айсберга. Ласвелл сразу же уничтожила флешку, а все данные что она успела скачать передала личной встречей. Мы — единственные люди на свете, у которых есть эти данные. Единственные выжившие свидетели, которые могут свергнуть всю верхушку Мин. обороны с их тёплых насиженных кресел и отправить под трибунал. — И почему мы, блять, ничего не знали об этом?! — Гоуст начал откровенно заводиться, его массивные кулаки сжались до хруста в суставах, а в глазах полыхнул опасный огонь. — Потому что я не мог поставить никого из своих под удар, Саймон! — жёстко, с грохотом в голосе оборвал его Прайс, резко поднимаясь во весь рост и опираясь руками о стол. Его авторитет, мгновенно прижал зарождающийся бунт лейтенанта к полу. — Информацию такого уровня хранят за семью печатями, если хотят жить. Знать о ней до поры до времени должен был только я и Ласвелл, которая сидит в закрытом бункере ЦРУ. В правительстве поняли, что кольцо сжимается, и решили действовать на опережение, натравив на нас мексиканцев, чтобы решить проблему раз и навсегда. Прайс подошёл к окну, закинув руку в карман и всматриваясь в глухую, чернильную темноту за толстым стеклом базы. Его плечи казались невероятно широкими, на них сейчас лежал груз ответственности за жизни лучших бойцов Британии. — А теперь слушайте меня внимательно, отряд 141. База Херефорд — это больше не наш дом, не наша крепость и не наша защита. Безопасных мест в этой стране не осталось. Если Лас-Альмас решит пойти на штурм — а они пойдут, судя по данным Александры, — верхушка из Лондона просто отдаст секретный приказ местной полиции не вмешиваться. Нам откажутся помогать. Нас запрут здесь как крыс в железной банке, отключат внешнюю связь и дадут мексиканцам спокойно сделать их кровавую работу, а потом спишут всё на несчастный случай или теракт. Херефорд для нас уже мёртв. Капитан медленно повернулся к отряду. Его лицо снова было абсолютно спокойным, собранным, а в глазах горел тот самый опасный огонёк, который его бойцы видели перед самыми самоубийственными миссиями. — Соуп, Газ — как дела? Успели? — Да, Кэп, — синхронно кивнули парни, и на их лицах впервые за день промелькнуло облегчение. — Вывезли по резервным адресам МИ-6, телефоны выбросили, концы обрублены наглухо. Никто их не найдёт. — Отлично. Хоть одна хорошая новость за это проклятое утро. Тогда слушай мою команду. У нас есть ровно тридцать минут, пока не сменился караул на КПП и не пришёл утренний отчёт. Собираем самое необходимое: личное оружие, дополнительные магазины, боеприпасы, чистую тактическую оптику, средства связи и фальшивые документы, которые мы готовили для заграничных операций. Никаких тяжёлых сумок, берём только то, с чем сможем дать отпор и бежать. Мы уходим в тень. Прямо сейчас. База Херефорд больше нас не увидит, мы официально дезертиры для тех, кто сидит в Лондоне. Прямо сейчас я подготовлю нам отель. Там мы заляжем на дно, переведём дух и спланируем наши дальнейшие шаги. Мы исчезнем до того, как картель поймёт, что птички улетели из клетки, оставив им пустую кормушку. Шевелитесь, отряд. Время пошло.