Часодеи. Квантовая запутанность

Остала Санкт-Петербург, школа 25 мая 2025 года 10:15 — Вот, держи табличку, — Елизавета Сергеевна вручила Василисе никакую не табличку, а всего лишь бумажный листочек с плохо напечатанным «9 А». — Стой тут, пожалуйста. Ага, левее. Во-от. Цветы будете складывать на этот стол, хорошо? Пресвятая дева Мария, где весь класс? — Может, рано еще? — щурясь от яркого солнца, спросил Леша.  Однако к своим «табличкам» уже стекались ученики из других классов, а площадка перед школой потихоньку наполнялась учителями и родителями. Ответственный за музыкальное сопровождение мужичок с круглым животом и сверкающей лысиной проверял порядок песен.  После немного печальной, но доброй «Учат в школе» внезапно зазвучало заунывное «Я тебя никогда не увижу-у…» Классные руководители с удивлением покосились на мужичка. — Весело, прямо до слез. — фыркнул Леша. — Интересно, Юниковой удалось отстоять наши права? — Если нет, то это жесть. — ответила Василиса, поправляя белый бантик на высоком хвостике. — Я не хочу танцевать под какое-то старье. К тому же, мы ставили танец под определенную песню, как мы должны ориентироваться? — Девочка ругнулась, не понимая, что творится у нее на голове. — Бороздичева предлагала вообще танцевать под Томми Кэша. Не знаю, что лучше.  — Помнишь, — Леша подошел поближе к Василисе и сам принялся за бантик. — Мы танцевали на первой дискотеке под песню Трубадура?  — Самая лучшая дискотека была, — Грустно улыбнулась девочка. — Я бы и сейчас под эту песню потанцевала… Но все, вообще все, голосовали за Скриптонита, я тут была бессильна.  Леша наконец-то справился с Василисиной прической и некоторое время что-то обдумывал, поглядывая на мужичка, все еще перебирающего треки.  — Погоди, мне нужно отойти.  — Куда? Но парень уже убежал. Тут к Василисе подошли родители, нарядные и… И чувствительная Мария Родионовна уже пустила слезу. Она скромно вытирала потекшую тушь салфеткой.  — Солнышко, когда ты успела так вырасти? — всхлипнула мама. Отец с усмешкой закатил глаза и приобнял жену. На нем была ослепительно белая рубашка, из-за чего его светлые волосы тоже казались совсем белыми. То ли от переизбытка белизны, то ли от маминых цитрусовых духов у Василисы заслезились глаза. А может, и то и другое было совсем не при чем.  — Вера тоже подойдет, попозже. — сообщил отец. — Она приготовила тебе какой-то подарок.  С этими словами он заговорщически подмигнул Василисе. Та не успела ответить, так как на школьной площадке внезапно заиграла громкая музыка.  «Луч солнца золотого Тьмы скрыла пелена» Василиса обернулась к подбежавшему к ней Леше. Он запыхался, раскраснелся, но выглядел очень счастливым.  Он протянул руку. — Еще есть время, — скороговоркой сказал он, — Потанцуем? Василиса не раздумывая положила одну ладонь на плечо парня, а пальцы другой руки сплелись с Лешиными в крепкий замок.  — Когда еще будет такая возможность? — улыбнулась девочка.  Они закачались в медленном танце, не обращая внимания на удивленные взгляды учителей и родителей.  «Ночь пройдет, наступит утро ясное Знаю, счастье нас с тобой ждет» Леша заставил хихикающую Василису закружиться, а затем снова притянул к себе. Они чуть не столкнулись носами, но отдаляться не стали. «Ночь пройдёт, пройдёт пора ненастная Солнце взойдёт» И Василиса встала на цыпочки, чтобы опять поцеловать теплые Лешины губы, вдохнуть его родной запах, чтобы снова закружилась голова и ноги стали ватными. Однако в этот раз ненадолго — вокруг были люди.  Леша мягко остановил ее и покачал головой.  — Ах ты, мелкая, — засмеялся он, — Мы танцуем или целуемся?  — Одно другому не мешает. — довольно ответила Василиса.  — Эй, ребята, — позвала Василисина мама. — Вы тут не одни, кхм.  Девочка засмеялась, отстраняясь от Леши. Про «табличку» она совсем забыла, и утренний ветер подхватил бумажку, да унес ее куда-то в сторону. Василиса проследила за ней взглядом. Листочек остановился в затененной стороне, почти за углом. Сначала Василиса заметила чей-то потертый ботинок, выступивший из-за стены. Рука в кожаной перчатке медленно наклонилась за бумагой.  Леша встречал нарядных одноклассников с букетами, родители болтали о чем-то своем, и Василиса отошла в сторону. Теперь она и таинственный гость в тени встретились глазами. Это был очень высокий худощавый юноша, слишком тепло одетый для майского утра: длинный плотный плащ, черный свитер с горлом. Воротник свитера был настолько длинным, что незнакомец закрыл им нижнюю часть лица, но выглядело это немного глупо, точно парень сбежал из кино.  Ему было двадцать семь. Но кроме возраста, Василиса почувствовала и кое-что другое.  Опасность. Юноша смотрел на Василису исподлобья, щуря черные глаза без бликов. Девочка отступила назад.  — Василиса? Она наступила на ногу человека, вставшего прямо за ней, и резко обернулась. — Нортон Артурович! — обрадовалась Василиса. — Я уже думала, что не встретимся.  Нортон слабо улыбнулся. Только теперь девочка заметила, что он выглядит очень вялым и неопрятным. Он был небрит, под уставшими глазами синие тени, волосы не уложены. Да и рубашку он надел самую мятую.  — Вы в порядке? — несмело спросила девочка, оглядев учителя с ног до головы. Однако Нортон уже не смотрел на нее. Василиса проследила за его напряженным взглядом, и поняла, что математик и странный человек в плаще знают друг друга.  Парень нахмурился, глядя на Нортона.  — Чт… — начала было Василиса.  Тут заиграла встречающая гостей музыка. Ученики завопили, захлопали, кто-то кричал «ура, нафиг это говн…» Его тут же утянули на воспитательную беседу.  — Василис? — позвал Леша откуда-то из толпы.  Нортон резко схватил Василису за плечи и развернул к себе. Взгляд у него был очень страшный, и девочка захотела отстраниться, но пальцы математика впились в нее мертвой хваткой.  — Василиса, ты должна пойти со мной. — серьезно сказал Нортон.  — Почему? Зачем? Нортон на мгновение перевел взгляд за спину девочки, а потом снова наклонился к ее лицу.  — Не задавай вопросов. — Голос мужчины охрип. — Пожалуйста, пойдем… Вон там, парень. Видела? Василиса медленно кивнула. — Он… он очень опасен для тебя. Он пришел за тобой.  Василиса хотела было возразить, мол, да ладно, просто чудик какой-то пришел на выпускной девятиклассников. Просто посмотреть. Может, у него самого никогда не было выпускного, вот он и…  Но она не смогла. Парень и правда нес в себе неопределенную угрозу, Василиса это… знала. От этого ей стало еще страшнее, так что нехорошее предчувствие свилось в животе в холодным клубком.  — Ну где ты, Василис?.. — Леша продолжал ее искать. Почему-то девочка подумала о том, что может его больше не увидеть. И маму, и папу. Что-то должно произойти, что-то ужасное… Это была не обычная тревога, а знание. Что-то точно должно случиться.  Но так приветливо светит солнце. Так приятно ворошит волосы почти летний ветер, и как нежно пахнет цветами. Хотелось закрыть глаза на страхи и на непонятную тревогу Нортона, да вернуться к остальным… Нет. Нельзя.  Нельзя же стоять на рельсах в ожидании поезда. Нельзя замереть на пешеходном переходе в последние секунды зелёного света. Можно, конечно, при всем этом улыбаться, мол, все в порядке, ничего со мной не случится, да отвернуться от неминуемого поезда и машины. Сердце Василисы умоляло ее так сделать, но девочка привыкла следовать за голосом разума.  Леша, наконец, выбежал из общей массы и вопросительно посмотрел на Нортона.  — Сейчас. — сказала последнему Василиса. Она рывком приблизилась к Леше и крепко сжала его в объятиях. Парень неуверенно погладил ее по голове. Василиса слушала его пульс — до боли родной звук. Тук-тук-тук. Так отсчитывались секунды, которые девочка могла посвятить ему.  — Все хорошо?.. Василиса подняла голову. Лешка, ты такой красивый. Такой хороший. Такой мой.  — Я тебя люблю. — сказала она и кинулась к Нортону, заставив себя отпустить парня, оторвать от него руки с почти физической болью.  — Я скоро! — крикнула Василиса, не оборачиваясь.  Не скоро.  Это была ложь. Нортон схватил ее за руку и они побежали на выход с задней стороны школы. Было неудобно ускоряться на каблуках, через пять минут Василиса уже натерла левую ногу. Но Нортон очень спешил. Что-то холодило девочке руку. Она посмотрела на ладонь Нортона и чуть не задохнулась от удивления. Безымянный палец у него был металлическим… Вот, что скрывалось под перчаткой.  Как это? Почему? Хотя, может стоит начать с другого вопроса: куда они бегут, от кого и зачем? Зачем Нортон ищет самые сложные обходные пути с лестницами? Кто это такой опасный пришел за Василисой?  Она была не из тех, кто выплескивает чувства наружу, но именно сейчас ей захотелось остановить Нортона и расплакаться. Бежать было больно и неприятно, больно и неприятно было оставлять Лешу. И маму с папой, и Веру с ее подарком…  Нортон провел ее через несколько дворов, мимо парка, на незнакомую Василисе улицу. Людей было немного, и бегущие мужчина с безумным видом и девочка в платье с фартуком и красной лентой выпускника выглядели очень странно. Прохожие задерживали на них взгляды. Но Нортона это, похоже, совсем не беспокоило. Наконец-то они забежали в какой-то подъезд, резво поднялись по лестнице на четвертый этаж, прошли по коридору и остановились возле одной из дверей. Только сейчас Василиса догадалась, что Нортон привел ее в свою квартиру. — Что мы здесь делаем? — спросила она, нервничая.  — Ты можешь подождать здесь, мне нужно кое-что захватить. — Дрожащими руками Нортон искал ключи. Нашел.  Щелкнул замок, дверь открылась. Нортон кинулся внутрь, а Василиса не могла отказать себе в удовольствии и зашла вместе с ним. Детское любопытство.  Квартира Нортона была… Абсолютно пустая. Он спал на голом матрасе, укрывался пледом. Даже подушки у него не было. Ни стола, ни единого шкафа. На том же матрасе лежал смятый пиджак. И больше никаких вещей.  Только сейчас Василиса поняла, что он действительно ходил в одном и том же. Всегда. Все два года. И стирал, и гладил в один день? А где же гладильная доска? Где стиральная машина? Ходил в прачечную?  Какие незначительные вопросы забили голову Василисы. Как будто ничего, кроме этого, ее не интересовало.  Нортон схватил дорожную сумку и перекинул через плечо. Он уже собирался выходить, когда Василиса спросила про пиджак. — Черт с ним. — отрезал мужчина, вытаскивая девочку за локоть.  Но они не успели выйти. На другом конце коридора кто-то стоял, кто-то такой же темный, как человек у школы. Одет он был практически так же.  — Зря пытаешься сбежать, — негромко сказал он по-английски. — Ты нам не нужен, а вот девчонка… Василиса снова ничего не поняла, хотя английским владела превосходно. Эти товарищи нерусские? Засланцы из США? Тайное агенство Британии? И зачем им какая-то маленькая питерская девочка Василиса? — Уйди с дороги, — ответил Нортон тоже по-английски. — Ты знаешь, наши силы равны. — Сказал тот, кто на десять лет забыл про свои силы. — Злостно хмыкнул незнакомец.  Внезапно он ринулся вперед, прямо на Нортона. Тот выступил вперед, закрывая девочку собой, и поднял руку с металлическим пальцем.  И тут произошло что-то, что трудно объяснить.  Вокруг запястья мужчины стали расползаться огненные кольца с маленькими символами. Пока Василиса удивлялась, Нортон резко повернул ладонь по часовой стрелке, и его противник истошно завопил.  Его левая нога исчезла. Вместо нее торчала гнилая кость с мясными ошмётками. Василиса вздрогнула. Она почувствовала, как тошнота подобралась к самому горлу. Нортон не дал Василисе осознать увиденное. Он снова схватил ее за руку, и они кинулись мимо валяющегося на полу парня. Постепенно мяса на его ноге становилось больше. Василиса всхлипнула, окончательно потерявшись в происходящем.  Они спустились, но не на улицу, а в подвал. В подвале в один из чёрных проходов. Потом еще ниже.  Для девочки все было как в тумане. Нортон Артурович, ведите меня куда вам угодно, я уже ничего не понимаю. Не понимаю вашего металлического волшебного пальца, этих темных засланцев с запада, этой спешки…  Пахло металлом и пылью. И еще чем-то, что способствовало рвотному рефлексу Василисы, но она стойко держала зубы сомкнутыми. Единственное, что она хоть как-то еще могла контролировать.  Запястье, которое сжимал Нортон, уже болело. И нога болела, голова кружилась. Василиса почувствовала себя крайне несчастной. Где-то там одинокий Леша смотрит на танцующих под Скриптонита одноклассников. И ничего не понимает.  Наконец-то Нортон остановился возле большой металлической двери. Дернул за ручку, и дверь отворилась. Видимо, мужчина надеялся, что она будет заперта, потому что выразительно ругнулся, не смущаясь присутствия девочки.  Василиса бездумно смотрела на какое-то большое помещение, в конце которого было огромное металлическое кольцо. Внутри него билось столько маленьких тонких молний, что издалека казалось, будто внутри круга одно сплошное голубоватое свечение. Все гудело и дрожало. Пахло чем-то разряженным, в воздухе летали какие-то белые пылинки.  Василиса решила, что ей это снится. Так проще было воспринимать происходящее. Да, это просто странный сон, чудной сон. Вот и все.  — Василиса… — Нортон обернулся к девочке и серьезно посмотрел ей в глаза. — Я сделал все, чтобы этого не случилось. Точнее, сначала я сделал все, чтобы случилось… Нет, не важно. Я только тебя путаю всем этим.  — Ага… — устало вздохнула девочка.  — Слушай, — Мужчина достал бутылку воды из сумки и протянул Василисе. — Выпей. Тебе станет легче.  «Там наверняка самый страшный яд в мире, и я сейчас умру», — подумала Василиса и сделала пару глотков.  Но ничего подобного не случилось. Наоборот: Василисе стало легче, тело расслабилось, когда по нему растеклось сладковато-древесное тепло, немного вязкое и совсем не похожее на воду. В общем-то, вкус напитка было трудно описать. Василиса бы сказала, что он травянистый, но и это слово было не совсем подходящим. — Как? — спросил Нортон. — Хоршо… — ответила девочка. Тут Василиса поняла, что язык стал очень большим, а веки невероятно тяжелыми. Пространство вокруг закачалось, убаюкивая. Нортон подошел к девочке и подвел к сияющему кольцу. Возле кольца было очень горячо, и гудение стало оглушительно громким.  Нортон что-то повертел на датчиках возле машины. Василиса сонно следила за тем, как голубые молнии становятся еще быстрее и в центре кольца расползается черное пятно.  — Ничего не бойся, — сказал Нортон, но его голос был где-то очень далеко. — Поняла? Василисины губы расползлись в улыбке, тяжелая Василисина голова медленно кивнула. Мужчина отошел куда-то, Василисин взгляд неспешно последовал за ним, но не догнал.  Нортон еще что-то сказал. Точнее, он издал какие-то звуки, которые должны были складываться в слова, но девочка не могла распознать ни одной буквы.  И тут математик толкнул ее прямо в кольцо.  ***  Эфлара Мидлтокк, Блэквотер 8 сентября 165 год 18:45 Василиса разлепила глаза.  Все тело болело, каждая косточка. Девочка с трудом приподнялась на локтях, и ее наконец-то стошнило. Вкус желчи во рту был отвратителен, Василиса плевалась, пока он не стал менее насыщенным.  Наконец она подняла голову.  Это было помещение с кучей бутылок в деревянных стеллажах и одной единственной лампочкой. Рядом с Василисой, на стуле, сидела какая-то женщина в отутюженных брюках и зеленой блузке с откровенным вырезом.  — Она проснулась, — холодно сказала женщина по-английски.  Ее голубые глаза смотрели на Василису со смесью презрения и любопытства. Любопытства, однако, было больше.  — Здравствуйте, — поздоровалась Василиса на том же языке. Ей внезапно стало очень стыдно сидеть и общаться с такой красивой дамой, закрывая спиной лужу рвоты.  Женщина вскинула тонкие брови, будто удивилась.  — Это хорошо, что ты знаешь наш язык, — произнесла она и протянула Василисе тонкую руку. — Мисс Морт.  С ее помощью Василиса встала на ноги. Тело отозвалось ноющей болью. Особенно левая нога…  Девочка вспомнила, что она все еще на каблуках, и у нее все еще лопнувшая мозоль на самом неудобном месте. Дурацкие туфли. Дурацкое все.  — Я Василиса Добронравова, — представилась она, неловко улыбнувшись. На мисс Морт ее слова произвели странное впечатление. Женщина поджала губы, словно пыталась сдержать смех.  — Василиса Добр?..  — Добронравова. — подсказала Василиса.  Тут странная мисс Морт не выдержала. Она сложилась пополам от смеха, закрывая лицо руками. Она смеялась так долго и так искренне, что Василиса покраснела. Что тут смешного? Никогда бы девочка не подумала, что у нее забавная фамилия.  — Прошу прощения, — вытирая потекшую тушь, сказала мисс Морт. — Ну и фамилию тебе дали, черт знает что, а не фамилия.  — Ну, на вашем языке, возможно… — смущенно отозвалась Василиса. — Даже в Ирие посмеялись бы. — продолжала женщина, давясь смешком.  — Где?.. Тут в помещении появилось новое лицо. Из полумрака вышел очень высокий широкоплечий мужчина. Сидящая на нем рубашка едва застёгивалась в районе груди, а рукава обтягивали мускулистые плечи.  — Чего веселишься, Елена? — спросил он, запуская руку в гущу темных волос. — Никогда еще не видел тебя настолько… — Василиса, скажи свою фамилию еще раз. — попросила женщина. Ее снова начало трясти.  — Я Василиса Добронр… Елена улетела в сторону, задыхаясь от беззвучного смеха. Она с гулким стуком врезалась плечом в один из стеллажей.  — Э-э, как, прости? — Мужчина смешливо нахмурил брови. — Доброн?.. — Да хватит уже. — не выдержала Василиса, окончательно раскрасневшись. — Ну, да, не повезло мне с фамилией. Но я, знаете ли, не собиралась в ближайшее время ехать в какие-нибудь штаты.  — Куда?..  Елена села на пол и схватилась за голову. Продолжать беседу она была не в состоянии.  — Ну, в штаты. — развела руками Василиса. — Или в Великобританию. Я не знаю, где я. Кстати. Где я?  Василиса еще раз осмотрелась, будто на одной из бутылок в стеллаже должен был быть написан адрес этого погреба.  — Замок Блэквотер, — сообщил мужчина. — Запад Мидлтокка. Если точнее, то рядом с нами Малая Западная гора.  Василиса неплохо разбиралась в географии, и таких названий она точно не могла вспомнить. Но больше всего ее интересовал вопрос, как она сюда попала.  Нортон Артурович, вода с непонятным составом, голубое кольцо с молниями…  — Меня зовут Миракл Старкастер. — собеседник протянул Василисе руку, вырвав ее из сложных размышлений. — Для тебя просто Миракл.  — Очень приятно. Но почему я здесь? Вы друзья Нортона Огнева? — Не то чтобы. — ответила Елена, вмиг успокоившись. Она встала и поправила блузку, былое веселье окончательно покинуло ее лицо.  — Не слушай ее, — усмехнулся Миракл. — Она хочет быть Нортону другом больше, чем кто-либо еще.  — Кто бы говорил. — Елена нахмурилась. Они с Мираклом обменялись долгими многозначительными взглядами. Василиса опять ничего не поняла.  — Кто за нами гнался? — терпеливо спросила девочка. — Мы же от них сейчас прячемся в погребе?  Ее собеседники снова переглянулись, но лица их помрачнели.  — Если повезет, — начал Миракл со вздохом, — то о Драгоциях тебе подробнее расскажет Нортон. Но тебе стоит знать, что эта фамилия — черное пятно в жизни Огнева.  — А у кого-то фамилия Огнева — черное пятно. — Елена закатила глаза.  — И все же, где мы? — снова спросила Василиса, спустя минуту молчания. — Россия далеко отсюда?  — Это кто?.. Знакомое имя… — Идиот, это страна. — ответила Елена за девочку. — Эта страна осталась на Остале, Василиса. То есть, на Земле. А ты сейчас на Эфларе, на другой планете.  Василиса чувствовала себя годовалым ребенком, которому дали пазл из тысячи деталей. Может, она все еще плохо соображает?.. Какая планета, почему Остала, зачем Эфлара… — Вспомни, как ты попала сюда. — учительским тоном попросила Елена и скрестила руки на груди. — Нортон провел тебя через какую-то машину, верно? — Да…  По правде говоря, Василиса была уверена, что это все был сон. Очень странный и мутный.  — Это Гипперпространственный Кондуит. Точнее, маленькая копия Кондуита. Он перемещает твои частицы со скоростью света, если в нем настроить координаты. Соображаешь? Ты в другой вселенной, тут нет твоей планеты.  Василиса бездумно хлопала глазами. Бред какой-то. В магию поверить было бы проще. Может, она, как в сказке Волкова, была схвачена заколдованным ураганом злой Бастинды, и теперь ей нужно найти Страшилу, Железного дровосека и Трусливого Льва, чтобы Гудвин вернул ее домой?  Да нет. Это все шутка. Частицы, координаты… Это просто театральная постановка, розыгрыш. И никто за Василисой и Нортоном не гнался, это тоже ерунда. Сейчас Василиса выйдет отсюда и вернется на линейку. Там Леша заждался.  Вдруг буквально из ниоткуда в погребе появился Нортон, а рядом с ним какая-то высокая статная женщина с черной вуалью на лице. Сверху на ней был один лишь корсет, подчеркивающий изящный изгиб талии, кожаные штаны в обтяг и ботфорты. Почему-то Василисе показалось это чудным. Возможно, из-за того, что и Миракл, и Елена были одеты попроще. Нортон вообще будто последние вещи у бомжа отжал в нечестной схватке (...бомж поддавался).  — Проснулась? — спросила женщина с вуалью. — Быстро, однако.  Она подошла к Василисе, пихнув Миракла в сторону. Затем оценивающе приподняла ее лицо за подбородок. В полумраке сверкнули белки ее глаз.  — Копия… — сказала незнакомка и осеклась, будто что-то тяжёлое сдавило ей голос.  — Это мадам Хардиус, Василиса. — представил женщину Миракл. — Она хозяйка этого замка. Василиса почтительно кивнула и чуть было не присела, но подумала, что это слишком. Вроде как перед ней не королева. Или королева? Кто это вообще? Кто все эти люди?  — Надо спешить, — подал голос Нортон. — Скоро они начнут шерстить замок.  Тут Миракл достал из кармана какой-то металлический шарик и сжал его в кулаке. Снова произошло нечто невероятное: мужчина отстранился от зависшего в воздухе шарика, и пространство вокруг предмета стало расползаться, образовывая дыру.  Ничего не объясняя, Елена схватила Василису за локоть и увлекла за собой в этот проход, а застывшая от удивления девочка даже не подумала сопротивляться.  Они вышли в каком-то темном коридоре с одним лишь подсвечником на стене. У Василисы резко закружилась голова, и Елене пришлось придержать ее за плечи, чтобы девочка не упала на пол. — Что это такое?..  — Устройство, создающее кротовую нору на малых расстояниях, — ответил вылезающий из дыры Миракл. За ним последовала женщина с вуалью и Нортон. Последний как-то сильно побледнел и выглядел очень уставшим. Выйдя из дыры, он упал на руки Миракла, едва подоспевшего к нему. — Что с ним? — спросила Елена невозмутимо, но Василиса была уверена, что это деланное безразличие.  — Десять лет прошло как-никак. — Миракл помог Нортону принять устойчивое положение. Тот с благодарностью похлопал мужчину по плечу.  Дыра захлопнулась, и шарик упал на пол. Вопреки Василисиным ожиданиям, никто не стал его подбирать. Компания двинулась вдоль коридора, углубляясь в темноту.  Тут со стороны женщины с вуалью раздался писк. Она притормозила и окинула взглядом какой-то предмет в своей руке. Выражения лица под вуалью было не видно, но голос выдавал беспокойство: — Они нашли отца. Я должна ему помочь.  Мадам Хардиус пошла в другой конец коридора, ускоряя шаг. Затем она перешла на бег и скрылась в темноте.  — Бедняга Родион, — вздохнул Миракл. — Надеюсь эти ублюдки ничего ему не сделают.  Наконец они подошли к какой-то двери. Но не успел Миракл ее открыть, как на него налетело огненное кольцо.  — Миракл!  — Нортон, в другую сторону! — крикнула Елена, снова хватая Василису за локоть.  — Я их задержу! — ответил Нортон, выбегая за дверь. — Спрячьтесь! — Кретин. — шепнула Елена, не давая Василисе обернуться. В этой невысокой женщине была невероятная прыть, а Василиса, которую все еще мутило, постоянно спотыкалась заплетающимися ногами о всякий выступ на каменном полу.  Они взбежали по какой-то узкой винтовой лестнице, ведущей в каморку с большим окном. Елена поспешно захлопнула дверь и вскинула руку.  Вокруг ее запястья пошли те же огненные обручи с символами. Всего их было три, самое большое было ростом с Елену, среднее чуть меньше и самое маленькое прямо у ее ладони. Женщина проводила какие-то манипуляции, двигая металлическими пальцами, а Василиса смотрела на ее железное запястье. У Нортона был только палец, а тут полруки…  Василиса устала. Ей казалось, что она в одном сплошном бреду, что у нее температура, что у нее помешательство. Она ничего не понимала и ужасно хотела домой. А еще ее опять тошнило. Опять.  Неизвестно, что заставляло ее стоять на ногах. В комнатке стояло невысокое кресло из кожи. Василиса упала в него, прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Вот бы по-настоящему выспаться.  — А ты уже спишь? — недовольно сказала Елена, возвращая несчастную Василису в реальность. — Мне бы твое спокойствие.  — Я не спокойна, я просто устала ничего не понимать. — нахмурилась та. — Куда побежал Нортон? Что случилось с Мираклом?  — Мираклу остановили время. Нортон прочищает нам дорогу… — Елена наконец-то разобралась с дверью и обернулась к девочке. — Но он один, а их… чертова куча.  Она нервничала, постоянно поглядывая на окно. Василисе от ее ответов легче не стало. Остановили время? Ага, бывает. Жизненно. Спасибо за ответ, мисс Морт.  Василиса поднялась, чтобы тоже выглянуть на каменистую площадку перед замком, где шла настоящая потасовка. Чуть поодаль было большое поле с зеленой травой, а еще дальше — лес, погруженный в легкий туман.  Вокруг Нортона расходились несколько огненных дисков, от которых отлетали нападающие. Все они были в этих странных плащах или куртках, хотя снаружи явно было не холодно. Когда огненные диски исчезали, к Нортону могли прорваться несколько противников и навести на него прицел из горящих обручей. Мужчине удавалось уворачиваться, но затем их стало слишком много. Тогда он (как поняла Василиса) воспользовался «кротовым» шариком и переместился на другой конец площади перед замком, оказавшись рядом с высокой каменной статуей в виде ангела.  Оттуда он пустил сразу несколько красных колец, и ближайшие к нему противники свалились на землю с гнилыми конечностями. Василиса поняла, что Огнев использовал тот же прием, что и тогда, в коридоре.  Если подумать, пронеслось в голове девочки, то это всё каким-то образом связано со временем. Елена сказала: «Мираклу остановили время». Значит, Нортон отматывает время для частей тела этих людей на момент, когда их тела уже стали разлагаться. Но в итоге время возвращается к настоящему, и поэтому, по сути, вреда он им не наносит, просто останавливает.  А враги Нортона очень хотели нанести ему вред. В его сторону они тоже посылали кольца, и иногда, едва мужчина задерживался на одном месте, они врезались в него, и с ним начинало твориться что-то странное. Поврежденная рука стала повторять одно и то же действие, словно ее заклинило. Через некоторое время эффект спадал, но Нортон как будто терял силы.  Наверное, бой длился долго, но Василиса не замечала этого. Она переживала за Нортона Артуровича, она боялась, что он вот-вот упадет на землю, и эти уроды забьют его насмерть. Нортон слабел. Его движения стали нечеткими, огненные кольца все чаще долетали до него. Враги приближались.  Тогда мужчина создал самое большое огненное кольцо и обрушил его на землю. Все, кто попал внутрь кольца, внезапно оторвались от земли и медленно поплыли вверх. Да и сам Нортон оказался в воздухе. Но драка продолжалась, пусть и половина ее участников парили в невесомости.  Они двигались так, точно находились под водой или в космосе. Василиса не могла оторвать глаз от происходящего, не веря, что такое возможно.  — Гравитационное отталкивание, — пояснила Елена, хотя девочка ничего не спрашивала. — Среди нас только Нортон владеет им.  Все это, конечно, очень здорово, думала Василиса, только почему гравитационным отталкиванием владеет именно Нортон Артурович из ее питерской школы? Теперь понятно, к чему все эти рассказы про космос и черные дыры… Сила кольца стала слабеть, и парящие в воздухе постепенно возвращались на землю. Побитые и изможденные Нортоном. Он сам выглядел не лучше, но словно бы готов был сражаться и дальше.  Вдруг, за несколько метров до земли, чья-то огромная рука стиснула его горло.  Елена вздрогнула и отпрянула от окна. А Василиса смотрела на очень высокое (больше двух метров) существо, похожее на человека лишь телосложением.  Оно было жутким. Длиннопалым. Скрипящим.  Вытянутые металлические когти вместо пальцев. Лязгают. На голове у него была железная маска, напоминающая противогаз. На месте глаз большие круглые прорези. Обе руки у него были непропорционально длинными и механическими до самых локтей.  Он держал Нортона за горло, приподнимая над головой. Даже если бы ему вздумалось его отпустить, то Нортон бы точно сломал бы что-нибудь при падении с такой высоты.  Отсюда Василиса слышала затрудненное дыхание из-под маски. Оно было негромким, но все звуки стихли, и среди этой тишины было слышно медленное:  Вдох. Выдох. Вдох. Все затихли. Противники Нортона почтительно отошли в сторону, склонив головы. По спине Василисы стекал холодный пот, а пальцы добела впились в деревянный подоконник.  Она снова что-то почувствовала, и было это нечто большее, чем страх. Будто бы между ней и этим исполином было что-то общее. Василиса нахмурилась, пытаясь понять эти странные ощущения. Нет, она же видит этого… это существо в первый раз.  И тут черные пустоты вместо глаз обернулись к ней.  Они смотрели прямо на окно, где стояла Василиса.  Девочка остолбенела. Ей стало трудно дышать.  Дрожь пробрала все ее тело.  Елена зачем-то схватила Василису за руку. Она сама была бледной, как мел.  — Во имя времени, — хрипло шепнула она. — Он сам пришел за тобой.  Нортон все еще висел у существа в руке, отчаянно хватаясь за холодную руку. Зря он тратил последние силы, вряд ли он смог бы противостоять этому… Да кто это вообще?  — Что это за человек? — спросила Василиса, сомневаясь в том, что ОНО действительно могло называться человеком.  — Астрагор, — глухо ответила Елена. — Главный из них.  — Я даю вам пять секунд. — Проскрежетал голос из-под маски, какой-то нечеловечески громкий голос, от которого все внутри Василисы замерло, словно ей остановили время. — Раз… Два…  Елена сильнее сжала Василисину руку. Девочка посмотрела на нее, на остолбеневшую мисс Морт, которая убеждала всех (и себя), что ей все равно на Нортона Огнева. В глазах у нее стояли слезы.  — Три…  — Я пойду к нему. — шепнула Елене Василиса, но та не собиралась ее отпускать.  Мисс Морт перевела пустой и взгляд на девочку. Губы у нее дрожали совсем по-женски. Она не отпустит, подумала Василиса, потому что Нортон не хотел бы этого. Значит, Нортон готов умереть ради того, чтобы эта тварь не забирала Василису.  — Четыре…  — Елена. — сказала Василиса, с напором глядя в глаза женщине. — Я так не могу.  До Елены очень долго доходил смысл ее слов, а когда она наконец-то вышла из оцепенения, то быстро замотала головой, схватив Василису за оба запястья.  — Я думаю, вас стоит поторопить. Вторая рука Астрагора взметнулась вверх. Два острых когтя прошли Нортону под ребра, так легко и быстро, что Василиса не успела ничего сообразить.  Нортон стиснул зубы и зажмурился. По белой рубашке расплывалось большое кровавое пятно.  Елена закрыла лицо руками, а Василиса не могла двинуться с места. Почему-то она не думала, что все произойдет так скоро, что угрозы вдруг перестанут быть угрозами.  Астрагор выдернул когти из обмякшего тела. Он разжал и вторую руку, роняя Нортона на траву. Тот упал с гулким стуком, силы окончательно его покинули. Василиса наконец-то очнулась. Она встала на подоконник и распахнула окно. Рядом оказалось высокое ветвистое дерево, и девочка с размаху оказалась на нем, после чего поспешно сползла вниз. Сейчас она совсем забыла про ленту, туфли и прочие неудобства.  Астрагор присел над Нортоном и коснулся его лица окровавленными когтями.  — Рок, в замке есть медики? — тихо спросил он у стоящего рядом парня, того самого, которого Василиса видела у школы. — Рада Огнева. Бывший военврач. — ответил тот.  Астрагор издал непонятный звук. То ли рычание, то ли скрежет. Или ничего из этого.  — Еще дышишь, Огнев, — продолжил он. — Боюсь, это ненадолго. Повреждена печень и селезёнка. Смерть наступит через пять-десять минут. Но она об этом не знает… Он поднял голову к подбежавшей Василисе.  — Прощайтесь, — проскрежетал Астрагор, обращаясь к ней, и Василису снова обдало холодом. Затем он встал и отошел в сторону, давая знаки своим подчинённым. Василиса припала к Нортону и с ужасом поглядела на лужу крови, растекшуюся по траве. Он тяжело дышал и смотрел на девочку одним из своих самых странных взглядов, в которые он каждый раз вкладывал что-то потаенное и теплое. Василиса взяла его холодную ладонь и стиснула пальцы. — Ты будешь жить, — ломающимся голосом сказала она, забыв про то, что перед ней лежит ее учитель. — Да? — Малышка, — тихо отозвался тот. — Я так… Так тобой горжусь. Прости, что оставил тебя… Так было нужно.  Василиса непонимающе смотрела на него, продолжая сжимать слабеющую ладонь. Она подавилась всхлипом, хотя слезы не шли.  — Ты мой… настоящий отец?.. Нортон слабо улыбнулся и закрыл глаза. Его дыхание стихло.  Василису грубо оттащили в сторону. Она не сопротивлялась, только смотрела на отдаляющееся тело Нортона, и ее сердце билось как никогда быстро и громко.  А затем был гулкий удар и темнота.