Призракам и Гравитации

Боуэн

15 лет

Больше я не позволяю себе маячить у него за спиной, как раньше, но не свожу с него глаз. Просто на случай, если он оступится. Он оглядывается через плечо, и я застываю. Ни разу не жутко пялишься, придурок. — Будешь? — спрашивает он, демонстрируя коробку печенья. — Зефир закончился, — он недовольно дует губы, а я, усмехнувшись, киваю. — Кажется, последнюю съел Бретт. В два часа ночи на его койке что-то подозрительно шуршало. Кит фыркает и насыпает хлопья в две тарелки, пока я достаю молоко. Мы садимся за стол друг напротив друга. Вокруг тихо, если не считать звона ложек и гогота Бретта, доносящегося из гостиной. — Что он там делает? — спрашивает Кит. — Наверное, смотрит «Шрека». Опять. Просто не обращай на него внимания. Я морально не готов сидеть там и слушать, как он цитирует весь фильм голосом Осла. Он улыбается. Криво и до боли устало, и я ненавижу то, что жжение в груди никуда не исчезло. Напротив, оно вспыхивает лишь жарче каждый раз, когда я на него смотрю. Вжжж. Бретт: У вас буквально СВИДАНИЕ! Я поднимаю взгляд. Бретт торчит на другом конце комнаты и, сжав в руке телефон, скалится на меня из-за спинки дивана, как гиена. Кит тоже оборачивается, и его усмешка медленно сползает с лица. — Он что… — Свихнулся? Ведет себя как ебаный придурок? Ага, — бормочу я. — Игнорируй. Бретт: Скажи ему, что он испачкал губу в в соусе, а потом сотри языком. Основы романтики. Я стону. Вслух. Кит снова смотрит на меня, во взгляде мелькает тревога. — Ты в порядке? — Нет, — хрипло отзываюсь я. — Абсолютно нет. Ненавижу твоего лучшего друга. Он склоняет голову набок, изучая меня. — Он, вообще-то, твой близнец. — К несчастью, — вздыхаю я. Я встаю, чтобы ополоснуть тарелку, лишь бы сбежать от неловкости момента, но Бретт даже не планирует сдаваться. Бретт: Спорим, ты его щас не поцелуешь. Бретт: ССЫКЛО!!! В груди все пылает, и я запихиваю телефон в задний карман, делая вид, что не видел сообщения, хотя бросаю на брата такой свирепый взгляд, что тот начинает ржать. Закончив мыть тарелку, я оборачиваюсь, а Кит оказывается прямо позади. Я делаю шаг в сторону, чтобы освободить ему раковину… и он делает шаг туда же. Я дергаюсь в другую... и он тоже. Его щеки краснеют с каждой секундой, поэтому я мягко, но твердо удерживаю его на месте, чтобы самому отойти в сторону. Мне уже хочется поскорее смыться оттуда, но прежде чем удается сбежать, Бретт орет на весь дом: — Оооооо, распускаем ручонки на кухне!