«Человеческие странности» Вторая арка

В вагоне повисла странная тишина. Та самая, которая появляется после слишком серьёзных разговоров, к которым никто не был готов. MC сидела на столе, болтая ногами. Пятеро стояли вокруг — кто где. И каждый уже успел додумать что-то своё. Слишком много всего. MC вдруг выдохнула. — Так. Она подняла руку, останавливая поток мыслей, который явно начал уходить куда-то не туда. — Давайте остановимся. Арлекин моргнул. — На чём? — На этом разговоре. — Почему?! — Потому что вы сейчас… Она обвела их взглядом. — Уже мысленно расписали мою жизнь лет на десять вперёд. Джестер спокойно ответил: — Это называется планирование. — Это называется паника с документами. Доктор чуть наклонил голову. — Мы рассматриваем риски. — Я НЕ РИСК. Пауза. Пьеро тихо: — Но это возможно. MC резко повернулась к нему. — Нет. Он моргнул. — Нет? — Нет. — Почему? Она вздохнула. И уже спокойнее, но твёрдо сказала: — Потому что я сейчас этого не планирую. Тишина. — Вообще. Добавила она. — Ни в ближайшее время. — Ни в дальнее. Арлекин задумался. — Даже гипотетически? — Даже гипотетически. Доктор спокойно уточнил: — По медицинским причинам? MC замолчала на секунду. Потом пожала плечами. — И по жизненным тоже. Её голос стал тише. Но всё ещё уверенный. — Я сейчас вообще… не в той точке жизни. И она добавила почти под нос. Не для них. Скорее для себя. — Да и не с кем, вообще-то… … Эту фразу услышали все. Даже те, кто сделал вид, что нет. Арлекин первым отреагировал. — О. Очень длинное “о”. Потом сразу: — Это было неожиданно честно. MC мгновенно покраснела. — Я НЕ ЭТО ИМЕЛА В ВИДУ В СМЫСЛЕ— — Ты именно это и имела в виду. Спокойно сказал Джестер. — Я просто сказала факты! — Факты иногда звучат как драма. Добавил Арлекин с удовольствием. Билетёр тихо отвёл взгляд. — Понятно. — НЕТ, НЕ ПОНЯТНО. Доктор, как всегда, максимально рационально: — Это логическое ограничение текущего сценария. MC уставилась на него. — НЕ НАЗЫВАЙ МОЮ ЖИЗНЬ СЦЕНАРИЕМ. — Привычка. И только Пьеро не пошутил. Не вмешался. Не перевёл в шутку. Он просто очень спокойно спросил: — Ты не думаешь об этом сейчас вообще? MC помолчала. Потом честно: — Нет. Он кивнул. Как будто это был самый простой ответ в мире. — Хорошо. Сказал он. И всё. Это “хорошо” было не облегчением. Не радостью. Не разочарованием. Просто… принятием. И почему-то именно это сбило MC сильнее всего. Она отвела взгляд. — Вы слишком серьёзно это воспринимаете… Арлекин пожал плечами. — Мы просто обсуждаем твою жизнь как стратегический объект. — ЭТО НЕ ОБЪЕКТ. — Уже почти. Джестер спокойно добавил: — Если ты не планируешь, значит это не актуально. — Да. Пауза. И он продолжил: — Но если когда-то станет актуально… — НЕ ПРОДОЛЖАЙ. Доктор задумчиво: — Тогда потребуется пересмотр всей системы ухода. — НИКАКИХ СИСТЕМ. Билетёр тихо: — Я бы принёс больше чая. — ЭТО НЕ РЕШЕНИЕ ВСЕХ ПРОБЛЕМ! И тут вдруг… Арлекин наклонился вперёд. — Подожди. — ЧТО ЕЩЁ? — А ты вообще… Он прищурился. — Ты когда-нибудь думала о таком… в целом? MC замерла. Потом честно: — Как у всех людей — да. — Но сейчас нет. И добавила уже тише: — Сейчас у меня вообще жизнь… не про это. Повисла пауза. Уже другая. Не неловкая. А более мягкая. И вдруг Пьеро сказал: — Тогда мы тоже не будем. MC посмотрела на него. — Что? — Планировать за тебя. Пауза. — То, что ты не выбрала. Он сказал это спокойно. Без давления. Без обиды. Как факт. И впервые за весь разговор MC выдохнула. По-настоящему. — Спасибо. Тихо сказала она. Арлекин тут же фыркнул: — Но я всё равно считаю, что ты недооцениваешь количество чая в нашей системе поддержки. — Я УМОЛЯЮ ТЕБЯ. И вагон снова наполнился привычным хаосом. Но уже не тревожным. А живым. И только одна мысль осталась у каждого из них отдельно. Разная. Но одинаково тихая: “Мы просто будем рядом, пока она сама не решит иначе.”