«Человеческие странности» Вторая арка

Прошёл почти месяц. Цирк жил своей обычной жизнью. Настолько обычной, насколько вообще может жить место, где Арлекин однажды пытался научить курицу жонглировать, Доктор спорил с человеческим скелетом, а Джестер всерьёз составлял график уборки крови с арены после представлений. MC наконец расслабилась. Последние недели были хорошими. Никакой боли. Никакой раздражительности. Она снова бегала по всему цирку, спорила с Арлекином, иногда задерживалась возле кассы Билетёра просто поболтать несколько минут, помогала Доктору разбирать бесконечные баночки, слушала замечания Джестера и уже не вздрагивала, когда рядом бесшумно появлялся Пьеро. Казалось… Та странная неделя осталась позади. — Птичка! — Нет. — Я даже ничего не предложил! — Именно. Арлекин догнал её возле главного шатра. — Ты становишься слишком предусмотрительной. — Потому что я тебя знаю. — Обидно. — Зато правда. Он вдруг прищурился. — Подожди… — Что? — Ты опять какая-то… Он замолчал. — Какая? — Не знаю. Странная. MC улыбнулась. — Ты живёшь в цирке уродов и называешь меня странной? — Да. — Логично. Она пошла дальше. Арлекин остался стоять. Улыбка медленно исчезла. “Опять…” Он ещё сам не понимал, почему именно это слово всплыло в голове. Утром следующего дня MC проснулась намного раньше обычного. Она сонно потянулась к телефону. Открыла календарь. Несколько секунд молча смотрела на экран. Потом тяжело вздохнула. — Ну конечно… Она даже не удивилась. Только потерла лицо ладонями. — Вот и пришли… Она знала свой организм. Ещё вчера появились первые признаки. Немного тянуло поясницу. Настроение начало скакать. Стало тяжелее просыпаться. Она просто надеялась, что в этот раз всё будет легче. Не будет. Она поняла это ещё до завтрака. — Доброе утро. MC вошла в столовую. Арлекин уже собирался громко поздороваться… Но остановился. — … Она выглядела почти так же, как месяц назад. Немного бледнее. Медленнее двигалась. Очень осторожно села на стул. Арлекин медленно перевёл взгляд на Пьеро. Пьеро уже смотрел на MC. Потом — на Арлекина. Они ничего не сказали друг другу. Но оба подумали одно и то же. “Снова.” Доктор заметил это третьим. MC взяла кружку. Сделала глоток. И сразу поморщилась. Он тихо отложил книгу. — Не нравится? — Нет… Просто немного тошнит. … Тишина. Арлекин перестал крутить ложку. Пьеро медленно поднял голову. Джестер перестал писать. Даже Билетёр посмотрел на неё поверх кружки. MC не сразу поняла, почему все вдруг замолчали. — Что? Арлекин осторожно спросил: — Тебе… Опять плохо? Она открыла рот. И замерла. “Вот чёрт…” Она совсем забыла. Они ведь… Не знают. — Всё нормально. Слишком быстро ответила она. И тут же услышала спокойный голос Джестера: — Нет. Она обречённо закрыла глаза. — Только не начинайте… — Симптомы повторились. Спокойно произнёс Джестер. — Практически день в день. Доктор уже задумчиво смотрел куда-то в стол. — Цикличность… Интересно… Арлекин нервно усмехнулся. — Мне вот вообще не интересно. Мне страшно. В комнате стало тихо. Очень тихо. Потому что это прозвучало совершенно искренне. Без шуток. MC медленно подняла на него глаза. Арлекин сидел, нахмурившись. И впервые за долгое время выглядел действительно обеспокоенным. Пьеро нарушил молчание. — Ты снова терпишь. Это был не вопрос. MC тихо выдохнула. — Пьеро… — Больно? Она кивнула. Совсем чуть-чуть. Он сжал пальцы. Ему не нравился этот ответ. Совсем. После завтрака MC решила немного пройтись. Ей казалось, что свежий воздух поможет. Она успела сделать всего несколько шагов. Потом тихо остановилась. — М-м… Поясницу неприятно потянуло. Она машинально ухватилась за деревянный столб возле шатра. Именно в этот момент рядом оказался Билетёр. — Осторожно. Она посмотрела на него. — Всё хорошо… Попыталась сделать ещё один шаг. Не получилось. Она тихо вздохнула. Потом… почти не задумываясь, протянула ему руку. — Поможешь? Билетёр посмотрел сначала на её ладонь. Потом на неё. И очень спокойно ответил: — Конечно. Он крепко, но осторожно взял её за руку. Не тянул. Не торопил. Просто стал устойчивой опорой. MC поднялась на ступеньку. И только тогда отпустила его. — Спасибо… — Не за что. Он уже собирался уйти. Но вдруг услышал её тихое: — Можно… Она немного смутилась. — Можно я ещё секунду так постою? Она всё ещё держалась за его рукав. Не потому, что боялась. Просто устала. Билетёр едва заметно кивнул. — Можно. Он даже не пошевелился. Дал ей самой решить, когда отпустить. Из окна соседнего вагона за этой сценой наблюдал Арлекин. Он медленно опустил занавеску. — Джестер. — Да. — Мне это совсем не нравится. — Что именно? — Она опять делает вид, что справится. Он провёл рукой по волосам. — Только теперь… Она ещё и улыбается, будто хочет нас успокоить. Джестер молчал. Потом тихо сказал: — Сегодня вечером поговорим с ней. — Все вместе? — Нет. Он посмотрел в сторону улицы, где MC наконец отпустила рукав Билетёра и благодарно улыбнулась ему. — Все вместе она, скорее всего, просто смутится. Арлекин удивлённо поднял бровь. — А ты начинаешь понимать людей. — Не преувеличивай. — Запишу этот день в календарь. — Не стоит. В это же время MC, прислонившись к перилам, думала совсем о другом. “Ещё чуть-чуть…” “Нужно просто дождаться вечера…” “И рассказать.” Потому что теперь она ясно видела: они боятся не потому, что задают много вопросов. Они боятся потому, что не знают ответов. И, наверное… Она больше не хотела оставлять их в этом неведении. Продолжение следует…