Человеческие странности

— Я не понимаю. Арлекин лежал вниз головой на спинке старого дивана. Каким образом он вообще там удерживался — оставалось загадкой. Доктор даже не поднял головы от книги. — Это не новость. — Очень смешно. — Спасибо. — Это не был комплимент. — Для меня — был. Арлекин недовольно цыкнул языком. — Нет, я серьёзно. Он резко сел. — С нашей птичкой что-то происходит уже почти неделю. — Да. — Мы ничего не понимаем. — Да. — И тебя это вообще не беспокоит? Доктор наконец посмотрел на него. — Беспокоит. — Тогда почему ты такой спокойный? — Потому что паника ещё никого не вылечила. В это время MC пыталась расчесать волосы. Она остановилась посреди комнаты. — Господи… Щётка зацепилась за маленький узелок. Обычно она бы спокойно распутала его. Сегодня… — Да что ж такое! Она резко дёрнула щётку. — Ай! — Кто-нибудь умер? Голос Арлекина прозвучал прямо за дверью. MC подпрыгнула. — Ты опять подслушиваешь?! — Нет. — Тогда откуда… — Ты кричишь громче, чем представление. Она открыла дверь. — Чего тебе? Арлекин несколько секунд внимательно её рассматривал. — … — Что? — Ты сейчас расплачешься? MC нахмурилась. — С чего ты взял? — У тебя лицо такое. Она закатила глаза. — Нет. — Точно? — Арлекин… — Всё-всё. Он поднял руки. — Просто спросил. Она уже собиралась закрыть дверь. Но он неожиданно протянул ей что-то. Красную ленточку. Ту самую. Которую она несколько дней назад потеряла после репетиции. — Ты её нашёл? — Ага. Под шатром валялась. MC осторожно забрала ленточку. — Спасибо… Арлекин пожал плечами. — Ты без неё какая-то… Он поискал подходящее слово. — Не совсем ты. Она машинально коснулась волос. И неожиданно улыбнулась. — Тогда, наверное, правда спасибо. Арлекин ухмыльнулся. — Вот. Так лучше. Пьеро не любил, когда люди плакали. Особенно она. Он не понимал слёз. Они казались ему… Несправедливыми. Если человеку больно — нужно убрать причину боли. Если страшно — убрать опасность. Если грустно… … Здесь он обычно заходил в тупик. Потому что грусть нельзя было просто убрать. И это раздражало. Он сидел возле старого дерева за шатром. Там его нашёл Билетёр. — Ты здесь. — Да. Билетёр молча встал рядом. Они редко разговаривали. И обоих это устраивало. Через некоторое время Пьеро тихо произнёс: — Она сегодня почти плакала. Билетёр не удивился. — Видел. — Из-за волос. — Нет. Пьеро посмотрел на него. — Из-за того, что ей тяжело. Ответил Билетёр. — Волосы были только поводом. … Пьеро долго молчал. Потом спросил: — Почему люди плачут из-за маленьких вещей? Билетёр чуть повернул голову. — Потому что иногда большие вещи долго копятся. И тогда хватает любой мелочи. Вечером цирк готовился к выступлению. Джестер быстро проходил между артистами. — Свет. Проверили. Канаты. Проверили. Реквизит. На месте. Он остановился возле MC. Несколько секунд смотрел на неё. — Ты сегодня выходишь только в двух номерах. Она удивлённо подняла голову. — Вчера было три. — Теперь два. — Но… — Это окончательное решение. — Джестер… — Если захочешь поспорить… Он спокойно закрыл журнал. — Сделаешь это завтра. Сегодня — нет. Она тихо вздохнула. — Ты невозможный. — Работа такая. Со стороны донеслось весёлое: — Наконец-то кто-то ещё это сказал! Арлекин. Джестер даже не обернулся. — Ты вообще должен быть уже в костюме. — Я почти. — Это не ответ. — Это образ жизни. Представление прошло неожиданно легко. Даже MC заметила, что устала меньше. Когда занавес опустился, она облегчённо выдохнула. — Получилось… — Конечно получилось. Она обернулась. Пьеро стоял совсем рядом. — Ты сомневалась? — Немного. Он посмотрел на неё долгим спокойным взглядом. — Не сомневайся. И ушёл помогать убирать декорации. MC проводила его взглядом. Иногда Пьеро говорил совсем мало. Но почему-то именно его короткие фразы надолго оставались в голове. Позже вечером все собрались возле костра. Такое случалось редко. Обычно каждый был занят своими делами. Но сегодня дождь снова застучал по крыше шатра, и работать уже не хотелось. Арлекин первым нарушил тишину. — Предлагаю страшные истории. — Нет. Сразу ответил Джестер. — Почему? — Потому что потом ты сам боишься идти спать. — Это ложь. Доктор поднял взгляд от чашки. — В прошлый раз вы трижды проверяли, нет ли кого под кроватью. — Это была проверка безопасности. — Конечно. MC тихо рассмеялась. Смех оказался таким искренним, что все невольно посмотрели на неё. Она смутилась. — Что? Арлекин расплылся в довольной улыбке. — Вот. Так гораздо лучше. — Да перестань уже… — Нет. Не перестану. Ты наконец смеёшься нормально. Пьеро, сидевший чуть поодаль, ничего не сказал. Но впервые за последние дни перестал так напряжённо следить за каждым её движением. Доктор сделал маленький глоток чая и мысленно отметил, что за вечер она съела почти весь ужин. Джестер молча вычеркнул что-то в своём блокноте. Билетёр сидел, глядя на огонь. И лишь уголок его губ едва заметно дрогнул. Если бы кто-то спросил каждого из них, почему сегодняшний вечер кажется спокойнее остальных, никто бы не смог дать точный ответ. Но все думали об одном и том же. Сегодня ей немного легче. И этого пока было достаточно.