Мы будем терпеливы

      

***

      В библиотеке Уилл спросил, что собирается искать Майк и удивился, когда тот сказал про запечатление.       — Чисто теоретически, — почти безразлично пожал он плечами, говоря фразу, что в их кругах всегда означала, что дело вовсе не в теории, — Удовлетворить любопытство.       Набрав несколько различных книг, они уединились за дальним столиком друг напротив друга. Уже спустя несколько минут Майк привлек к себе внимание, переворачивая книгу к себе верх тормашками и придвигая к Уиллу:       — Вот, посмотри сюда.              «Детская запечатленность сопровождается мгновенной привязанностью друг к другу, практически как у взрослых, только без опознавания природы чувств. Долгие годы она может трактоваться как крепкая дружба, сплоченность, нежелание добавлять в их союз других детей, одноклассников, даже членов семьи. В обществе сверстников юные запечатлившиеся всегда остаются друг другу ближе иных.       С половым созреванием наступает, так называемая, итоговая запечатляция – особи выходят на уровень половых партнёров.       Нередки случаи, когда запечатленные в юном возрасте особи оказываются разлучены по каким-либо обстоятельствам, в этом случае они испытывают муку и скорбь, до тех пор, пока эти чувства не становятся частью их личности, стирая память о том, откуда они взялись, и остаются с ними навсегда. Если обстоятельства складываются так, что запечатленные в детстве встречаются во взрослом возрасте, их встреча характеризуется явлением, именующимся «вспышками памяти», которые могут описываться как резкий наплыв чувств, возникновение детских совместных воспоминаний, тоска по времени до полового созревания.       Итоговая запечатляция может стать проблемой, если во время разлуки особи успели завести себе партнёров с постоянной меткой, поскольку такой исход неизбежно мучителен для всех участников событий».              — Тебе это что-то напоминает? — тихо, как и положено в библиотеке, спрашивает Майк, указывая на строку про воспоминания. Его выражение лица нечитаемо.       — Да, — так же тихо отвечает Уилл, — Встречу в аэропорту. На меня тогда… Вроде как нахлынули сцены из прошлого, так резко и оглушительно, что закружилась голова и мне показалось, что могу упасть. Я думал, что переволновался и…       Он замолчал, поджимая губы. Почему-то он только сейчас заметил, как близко они склонились над книгой.       — Я ведь правда тебя очень ждал.       — Читай дальше, — попросил Майк.              «В обоих случаях, были разлучены запечатленные или нет, итоговая запечатляция является важным психофизиологическим явлением, оказывающим влияние на всю дальнейшую жизнь особей. Часто бывает, что запечатленные в детстве отрицают связь, ошибочно считая ее проявлением духовной близости, идеализацией детства, ностальгией.              Провести реальную границу между сомнениями и итоговой запечатляцией помогает нарушение детских границ, что ассоциируются с невинностью: половой контакт или иные действия, что могут трактоваться особями как взросление и зафиксированное влечение.       Признаки детской запечатленности, чаще других выявленные у фокус-группы, собранной для социального исследования:       - Интимный запах друг друга, погружающий в совместные детские воспоминания;       - Невинные поцелуи в губы, совершаемые несозревшими особями в тайне от взрослых;       - Необъяснимая идеальная память о дне знакомства, до деталей погоды, одежды, сказанных друг другу первых слов;       - Неспособность врать партнеру, проявляющаяся в физическом дискомфорте;       - Феномен «сна на двоих», при котором дети видят один и тот же сон, продолжение сна другого, либо даже сон от его лица;       - Внутренний компас, настроенный на предмет детской запечатленности, что может восприниматься жульничеством в игре в прятки, а также помогает чувствовать эмоциональные перепады друг друга, не используя для их констатации какие-либо органы чувств;       - Взаимны…».              Дальше Уилл читать не стал.       — Сомнения? — спросил Майк, и голос его словно прозвучал под кожей Уилла.       — Никаких.       Стоило Уиллу оторваться от книги, он тут же провалился в черноту глаз, что сияла своей бездной напротив, окуная в мерцающие звезды в глубине.       — Помнишь, как мы в детстве целовались, прячась за вашим сараем? — мягко спросили эти глаза.       — А потом нас застукал Лонни… Я думал, мне приснилось.       — Тогда это один сон на двоих? — улыбался Майк и Уилл, хоть и чувствовал на своем лице его дыхание, готов был поклясться, что расстояние между ними непозволительно большое. Чуть заметно придвинувшись, он ответил на флирт.       — Или одна на двоих явь?       Вместо ответа, Майк ожидаемо сократил расстояние, мягко прижавшись к губам Уилла в поцелуе, и отдача, что он получил, закрыла все тревоги на сердце. Отстранившись, они снова прижались губами, а потом соскользнули носами в ласковом касании, продолжив движение до щек, словно льнущие кошки, обменивающиеся своими запахами и смешивая их. Момент искренней нежности, признания своей половинки и…       — Молодые люди! — раздался возмущенный вопль сотрудницы, — Вы что устроили? А ну марш отсюда!       Со смехом разлепившись, они повскакивали со своих мест, намереваясь уйти.       — И верните все книги на место!       — Да, простите, — сдерживал улыбку Уилл, как можно аккуратнее собирая стопки, — Мы все уберем.       Завернув в стеллажные ряды и растолкав книги по нужным полкам, Майк, едва ли оглядевшись по сторонам, прижал к ним Уилла, снова мягко целуя.       — Я уже говорил, что поход в библиотеку на каникулах – это не плохая идея?       — Говорил, — улыбался ему в губы Уилл, — И как всегда оказался прав. Но нам надо идти, пока мы не стали жертвами охоты на ведьм.       — Еще минуточку, — пообещал ему возлюбленный, привлекая за подбородок и целуя, целуя, целуя.

***

      Парни вырвались на улицу, подстегиваемые недовольным взглядами библиотекарши, и замерли у парка, подставляя лица весеннему солнышку. Руки их были переплетены.       Уилл удивился тому, что стоило только Майку поцеловать его, как он словно заново родился, оглушенный и немного опьяненный гормонами и взаимностью, которую он боялся никогда не ощутить.              Последующие часы почти стерлись у него из памяти, смешавшись в один влюбленный узел, состоящие из прогулок, мороженого, игровых автоматов и дневного сеанса в кино, во время которого Майк ему шепотом признался, что именно там всегда хотел поцеловать его и однажды даже чуть не сделал это, во время сеанса в Старкорте.       Несколько часов совершенно подростковых развлечений смогли почти полностью заполнить собой ту пустоту, что возникла между ними за последний год разлуки и безмолвия.       Обновленная связь успокаивала, согревала, объединяла, не давая ни шанса для сомнений, ведь теперь было подтверждено – все пережитое являлось не пустой увлеченностью, а Истиной, что никогда не позволит разделиться им вновь. Расстояние для таких душ не имеет значения, мирские заботы не сломают союз. Теперь их участь – только крепнуть.       Окрыленному Уиллу не испортило настроение даже гомофобное высказывание, брошенное кем-то им в спину, на то, что они держались за руки. Это только заставило его недоумевать: как так? Природа миллионами лет создает самые причудливые комбинации основного и вторичного пола, совершенно понятным способом намекая людям, что они, как и животные, вполне естественно должны себя чувствовать в отношениях, но нет – даже в двадцатом веке найдутся те, что закрывают глаза на биологические факты, выставляя себя полными кретинами и невеждами.              Пока они прогуливались и дурачились, день неумолимо бежал вперед. Идиллию нарушил, как ни странно это было, Майк, который без всякой на то причины остановился посреди тротуара в торговом районе с таким видом, будто его огрели чем-то тяжелым.       — Майк? Что-то не так? — мгновенно побледнел Уилл, обходя его и заглядывая в лицо.       — Надо домой, — прошептал Майк, прикрывая глаза.       — Тебе нехорошо?       — Мне не нехорошо, Уилл, просто я придурок! Настоящий идиот! — запаниковал Уилер, хватая парня за плечи, — Твой день рождения, Уилл! Не могу поверить, что я забыл подарить тебе подарок…       Настала очередь Байерса окаменеть, словно теперь это ему приложились по голове. Не успел Майк пролепетать извинения, как получил ощутимый тычок в бок:       — С ума сошел так пугать? Я думал, что случилось что-то серьезное, — возмутился Уилл, вздыхая с облегчением, — Еще раз так сделаешь, я перестану с тобой разговаривать, ясно?       — Прости, — пролепетал Майк и на лице его была смесь растерянности и вины, — Я не знаю, как это произошло. Ты, наверное, все это время думал, что я приехал с пустыми руками?       — Вообще об этом не думал, — покачал головой Уилл, неохотно смягчаясь, — Столько всего произошло… Ладно, не важно. Ты правда хочешь вернуться?       Майк тут же счастливо закивал, такой довольный, будто это ему в скором времени собираются вручать презент. Ну как ему отказать?                     Дома, едва поприветствовав Джонатана, что все еще был в трезвом уме, они пробежали в гостевую комнату, в которой расположили Майка. Уилл огляделся со странным ощущением, что не был здесь целую вечность.       Покопавшись в единственной багажной сумке, Майк торжественно извлек на свет квадратный сверток, который не смог не прокомментировать Уилл:       — Почему так аккуратно? Тебе что, помогала с упаковкой миссис Уилер?       — Нэнси, — признался Майк, — Она тоже передавала тебе поздравления. Давай, открывай скорее.       Уверенный, что под таким нежным взглядом будет рад даже кирпичу в блестках, Уилл начал распаковывать увесистый подарок, по старой привычке не срывая обертку, а аккуратно отделяя ее – в детстве он любил делать из оставшейся бумаги разные коллажи. Наконец увидев содержимое, он ахнул:       — Это что, книга по «Темному кристаллу»?       — Да, с концепт-артами по его созданию. О ландшафтах, архитектуре, дизайне персонажей… Ты же так любишь продумывать фэнтезийные миры и дополнять их атмосферой, и тебе нравится «Темный кристалл», а тут почти целое руководство о его создании, — потрепал его за колено Майк, не справляющийся с чувствами от вида шокированного Уилла, — И еще есть большой раздел о цветовых палитрах и чем-то таком. Подумал, будет полезно в рисовании. Тебе нравится?       — Она же буквально коллекционная, Майк, как ты смог ее себе позволить?       — Ну… Я подрабатывал всю зиму, чтобы не пришлось просить много денег на эту поездку, был хорошим и послушным сыном, чтобы смело клянчить карманные деньги, а еще я так достал своим нытьем Нэнси, что она заплатила мне, чтобы я от нее отстал.       — Майк, ты… — не находился в словах Уилл, любовно поглаживающий рельефную обложку, что уже одним своим видом окунала в волшебный мир, — Сам напросился, сегодня же сядем пересматривать фильм!       — Я знал, что меня это ждет… Но знаешь, что? Я совсем не против посмотреть его с тобой в стотысячный раз. Я еще видел подобное по «Легенде», но мне показалось, что она не такая интересная, так что выбор был очевиден.       — Да ладно, ты просто не хотел, чтобы у меня перед глазами было так много Джека, да?       — Ты что, считаешь его привлекательным?       — Я считаю, — издалека начал Уилл, откладывая книгу и обхватив руками лицо Майка, — Что он немного смахивает на тебя, а у тебя самое красивое лицо на свете.       Дождавшись немного запоздалого смущения на свои слова, он засмеялся и повалил Майка на кровать, укладываясь следом и покрывая его лицо легкими поцелуями.              

***

      — Слушай, это все конечно здорово, но я не могу не спросить… Как же Джейн? — тихо спросил Уилл, когда они оторвались друг от друга и нашли время отдышаться. Ему было больно оттого, что необходимость поднимать этот вопрос вообще существовала.       Майк поднял на него глаза слишком резко и читалась в них паника.       — Черт, ты будешь меня осуждать, — наконец сказал он, растирая лицо ладонями, чтобы сбросить с него онемение, — Точно будешь, я знаю… Слушай, есть кое-что, о чем я не говорил.       — Слушаю, — нахмурился Уилл, с дурным предчувствием прослеживая второй путь Майка до его дорожной сумки и вытаскивая что-то из неприметного кармана.       — Это письмо Джейн от середины февраля. Знаешь, что там?       — Нет, откуда?       Майк посмотрел на скомканную страницу, что явно пережила не одно прочитывание.       — Не знаю, можно ли давать почитать. Наверное, это все-таки не красиво. В общем, если в двух словах, она написала, что жизнь в дали от меня дала ей возможность посмотреть на жизнь под другим углом, что-то вроде того. Сказала, что ошибалась в своих чувствах и просит расстаться. Точнее, она сказала, что после Старкорта мы даже не обсуждали вопрос того, чтобы снова сойтись, а значит, больше и не встречались, она ничего мне не должна, но теперь хочет ясности в этом вопросе. Типа, поставить точку.       — Оу, — растерялся Уилл, — Я… Я не знал этого.       — Да, и в общем… Я проигнорировал это.       — Ты… Что?       — Знаю, знаю! Я скотина, не надо на меня так смотреть. Ты просто… Пойми. Я испугался, что если отвечу ей, то моя поездка сорвется, а ведь мы уже обо все договорились и я так ждал ее… Я запаниковал, думал, что если дам знать, что знаю о ее намерениях, то она попросит не приезжать и тогда я не вижу тебя.       Он замолчал, и досада на его лице выдавала все чувства с потрохами.       — И ты просто сделал вид, что не заметил ее просьбу? — уточнил Уилл, заколачивая крышку гроба на самоуважении Майка.       — Типа того, — начал нервно дергать нитку на покрывале Майк, — Просто написал ерунду по типу «Ой, привет, так давно не получал твоих писем, надеюсь все хорошо? Наверное, помешали погодные условия бла-бла-бла, в последний раз ты писала про бла-бла-бла и кстати да, билет на самолет уже куплен, так что с нетерпением жду своего рейса!»       Нервный смешок со стороны Уилла заставил его сделать паузу и поднять глаза, в надежде, что не встретит там презрения или чего похуже.       — Я просто… Я думал, что приеду, и мы тут на месте уже разберемся. А она, видимо, не хотела портить твой день рождения и тоже не подала виду. Я решил, что ладно, окей, подниму эту тему сам, но все как-то закрутилось… И вот мы тут.       — И вот мы тут, — эхом повторил Уилл, — Мы же говорим о Джейн, она почти наверняка поняла, что ты ей врешь. От нее же вообще ничего нельзя скрыть.       — О, нет, — отмахнулся Майк веселее, чем позволял предмет разговора, — Она обещала, что не будет проворачивать со мной ту штуку.       — «Ту штуку»? — сочувственно посмотрел на него Уилл, и в глазах его было столько жалости, что становилось не по себе, — Я уверен где-то процентов на сто пятьдесят, что она ее все-таки делала. Кроме того, она и без всяких способностей прекрасно чувствует ложь.       — Вот черт, — застонал Майк, закрывая глаза и падая спиной на кровать, — Мне точно пиздец.       — Ладно тебе, — успокаивающе тронул его колено Уилл, — По крайней мере, это действительно все упрощает. Но поговорить с ней все-таки надо. Обещай, что сделаешь это.       — Конечно, но… Она же на Аляске? И Джойс тоже не звонила?              Ответ он знал и сам. Что-то странное творилось в том, что их родные люди исчезли без следа за одно только утро и больше не выходили на связь.       — Я даже не понял, на какой срок мама запланировала эту командировку. Она же так быстро все решила? Еще этот Мюррей…       — Ты же не думаешь, что она с ним?..       — Фу, Майк, нет, только не это! — Уилл аж заткнул уши ладонями, не желая это представлять, — Ни за что!       — Ладно-ладно, — успокаивающе обнял его Майк, — Я тоже не считаю, что это возможно.       Уилл потеплел, отнимая от себя руки.       Как же здорово, что Майк все еще остаётся ему лучшим другом.