Закат

      Утром Кавински проснулся разбитым. Голова трещала, суставы болели. Всё тело ныло, словно его переехал поезд. Винс приподнялся на кровати. Руки всё ещё дрожали. Он чувствовал жар в теле и туман перед глазами. Когда парень перевёл взгляд на разбитые очки на прикроватной тумбе, которые кто-то аккуратно сложил, несмотря на их непригодность, и на тазик у кровати; воспоминания вихрем пронеслись в голове, заставляя всё вспомнить.       От стыда и разочарования в себе, Кавински сжал белые простыни и истерично прокричал. -Блять! Да пошло всё нахуй! Он спихнул с кровати одеяло и подушки, швырнул разбитые очки в стену, туда же полетели книга с полки и пепельница -И ты иди нахуй! Парня трясло от злости на всех. На самого себя, в частности. -Я же обещал Радану! Блять! Блять!              Наблюдатель открыл ящик тумбы в поиске сигарет, но не найдя их, разозлился больше. Винс чувствовал пустоту в груди. Словно что-то давило, пульсировало и затягивало. Он быстро пошарил карманы курток, но пачки не оказалось. Всё закончилось.       Винс слез с кровати. Бросая одежду на пол и хватая полотенце, он направился в душ смыть с себя грязь и пыль последних дней.       Однако только выйдя из спальни, парень столкнулся со взглядом голубых глаз. Глубоких, бархатных, без блеска, но всё равно живых. Лололошка стоял с подносом, на котором была еда и чай. -Доброе утро? - тихо и спокойно. -Какого хрена ты здесь делаешь? - Винс бросил колючий взгляд, но поспешил уйти в ванную, даже не давая Дейву ответить.       Захлопывая дверь, Кавински медленно спускается по ней, чувствуя теперь жар не только в голове, но и на щеках. Розовый румянец стыда впервые за долгое время покрыл бледные скулы наблюдателя. Впервые он настолько смущён.       Кавински не знает как долго он пробыл в ванной. Сначала долго сидел на кафеле, потом перебрался под ледяной отрезвляющий душ. Холодные капли стекали по телу, не способные отмыть стыд, сколько ни три. Мурашки бегали по коже. "Вдруг он - галлюцинация?" - прокручивалось в голове наблюдателя, чувствуя как медленно он начинает верить в этот бред.       Наконец, Кавински нашёл в себе последние силы вытереться полотенцем и выйти из ванной. Поднос с остывшей едой стоял на столе на кухне. На нём же дозированная таблетка адсорбента и стакан воды. Записка от Радана: "Напиши мне, когда придёшь в себя". Дейва не было. Он словно исчез. Винс вздохнул, проверил дверь - закрыта. Значит, галлюцинации?       Винс быстро печатает Радану: "Привет, всё ок" и выходит из сети. К еде парень не притрагивается из-за сильной тошноты. От одного вида остывшего супа, покрытого плёнкой, хотелось вылить его поскорее. Винс выпил лекарство и побрёл обессиленно к дивану спать.       В дрёме и тумане прошло около двух дней. Наблюдатель пришёл в норму и был трезв. Сейчас он стоял на старте, поправляя вновь перекрашенные волосы. Пепельный блонд, новые оранжевые очки и одежда. На его лице опять самодовольная улыбка, вокруг кричащие фанатки. Кавински вновь тот "Винс". Снова он в центре внимания, "самый лучший, красивый и богатый". Винс поправляет очки. Его взгляд скользит по девчонкам, пока в толпе не появляется Дейв. Глаза скрыты, а на шее голубой шарф. Кавински на минуту растерялся, но выстрел, сигнализирующий о начале гонки, заставил на автомате давить на газ.       Холодный поток ветра бил в лицо. Сирены полицейских ничуть не смущали, лишь добавляли азарт. Винс гнал, но уже не с мыслью о победе или о веселье. В голове была пустота и стерильность, которые изредка разбавляли голубые глаза. Голубые глаза... Голубые глаза... Голубые... Глаза... Победный писк датчиков финиша оглушил Кавински, вырывая его из мыслей. Овации и свист должны были потешить эго парня, но он лишь гипнотизировал панель управления. Беглый взгляд скользнул по толпе. Где голубые глаза? Неужели Дейва здесь не было?       Винс вспылил, завёл мотор и ринулся дальше ехать по ночному городу, несмотря на толпу болельщиков. Следующая остановка - бар.

***

      В баре всё так же - тёмный зал, неон, приторный запах густого дыма и знакомые лица постояльцев. Винс с ходу кивает бармену, который готовит "как обычно". Парень делает глоток жгучего алкоголя, чувствуя, как обжигает пищевод, а желудок урчит от голода. Глоток за глотком, но вот только обычная доза уже не берёт. -Вы изменили состав? Концентрацию? -Нет, Винс, - бармен пожал плечами, - Но могу сделать ещё, если не берёт. Наблюдатель безразлично пожал плечами. И оглядел помещение. -Где Эмбер? -Винс покосился на её излюбленный столик. -На стирание отправили, - бармен тихо вздохнул. -Почему я не знал? Бармен повернулся, отдавая новые шоты. -Не знаю. Ты вообще в штабе был? - словно с презрением прозвучали слова, ну или же Винс их так услышал. Наблюдатель не стал отвечать. Естественно, он не был в штабе. Молча взяв шот, Винс опрокинул его залпом. -Ещё. Бармен послушно подаёт стопку, но не сразу отдаёт её. -Тебе бы завязывать. Винс выхватывает шот. -Не будь как Радан. Я вообще-то тебе деньги делаю, так что заткнись и выполняй свою работу. Бармен замолкает, отводя взгляд в сторону. Винс недолго смотрит в янтарную жидкость, что переливается под неоновыми цветами. В висках глухо стучит, голова болит. Тошнота снова подступает. Мерзкая, но до жути привычная. Винс сжимает края куртки, перебарывая себя. Руки подрагивают.       Он чувствует взгляды на себе. Знает, что на него сейчас смотрит бармен, но взгляд красных глаз устремлён вниз. Липкое чувство, как пролитый на новую одежду коктейль с приторным сиропом, утягивало куда-то ниже пола в баре.       Последний рывок был явно не в ту сторону. Кавински через силу делает глоток шота. Его моментально вырубает, тело распластывается по барной стойке, роняя и разбивая стеклянные стопки и бутылки. Бармен записывает всё на счёт наблюдателя, затем пишет коротко Радану: "Забери его, пожалуйста".

***

      Кавински смутно помнил крепкий хват за плечи, как его вывели из бара, как придержали за волосы во время рвоты, как посадили в такси... Только наутро у него закрались вопросы о том, почему Радан был не на своей машине. "Что с твоей тачкой? Ты же не сдал её?" - отправил наблюдатель другу. Ответ не заставил себя долго ждать. "Всё нормально, с чего такое взял? Как доехали? Всё нормально? Ты, кстати, заблевал одежду Дейва".       Кавински вмиг сел на кровати ровно. Его будто окатило ледяной водой. Ответа не было, парень мгновенно вышел из чата.

***

      Неделя прошла в удушающей, звенящей трезвости. Наблюдатель через силу сходил в штаб, возвращаясь к работе. Свет от мониторов обжигал чувствительную слизистую глаза. Постоянный тремор не давал даже нормально вилку держать. Приходилось прикладывать кучу энергии для контроля собственного тела. Всю неделю Винс был агрессивен. Он злился на каждого, кто хоть на секунду появлялся в его поле зрения, потому и встречи с Войдом парень отложил куда подальше, как, в принципе, любые другие встречи. Было тошно снова просыпаться рано утром, работать, есть и идти домой, избегая клубы и бары.       Мир казался резким, угловатым, холодным и стерильным. Даже через оранжевые очки была видна эта серость, которая засасывала в себя Кавински.       Вечер пятницы, который был временем для пьянок, теперь пуст и свеж. Винс стоит на балконе, смотрит на уходящее за горизонт солнце. Ветер колышет волосы. В оранжевых очках - такой же оранжевый закат. Неожиданно для себя Кавински вылетает из квартиры, хватая куртку и ключи от мотоцикла. Он мчится по ночному городу с трезвой и ясной головой, видя и замечая каждую деталь на дороге; чётко понимая каждую кнопку на панели управления. На лице - улыбка, по-настоящему уверенная.       Парень тормозит недалеко от собравшейся толпы. Замечая Радана, Винс идёт к нему, чувствуя вновь неуверенность и дискомфорт в животе.       Радан замечает друга. Сначала он смотрит с недоверием и опаской, но видя трезвость, замирает. Парень расплывается в улыбке и подбегает к другу, крепко обхватывая того на секунду. -Винс! Дружище! Ты снова с нами. Кавински смеётся, также как раньше. -Думал от меня избавиться? -Нет, конечно! Винс! Как же я рад, что ты трезвый. -А я-то как рад, Радан. Ну, где новенький? - наблюдатель поспешил убрать всё внимание со своего "выздоровления". -На гонке. -Давно началась? - Винс подбежал к мотоциклу, заводя его -Хочешь догнать? Ты не успеешь, они стартанули 7 минут назад. Кавински лишь азартно улыбнулся, выдавил газ на полную и рванул на трассу. На этой гонке Винс впервые пришёл вторым. Сразу после Дейва. Всего минута отделяла парней.       Кавински заглушил мотор. Тяжёлое, частое дыхание вырывалось из груди, но это была приятная усталость, а не удушающий трип. Он встряхнул светлыми волосами и повернулся к Дейву. Тот уже слез со своего байка и спокойно вешал шлем на руль, даже не запыхавшись. Кавински сделал глубокий вдох, заставляя дрожь в коленях утихнуть, и уверенно подошёл ближе. - 7 минут форы, Дейв, - Винс ухмыльнулся, пряча руки в карманы куртки, - И ты едва удержал первое место. Неплохо.       Дейв повернул к нему голову. Сквозь тёмные линзы его очков невозможно было прочесть эмоции, но он едва заметно кивнул. Голос новичка прозвучал тихо, но отчётливо сквозь шум толпы. -Ты быстро едешь, когда трезвый. Винс хотел съязвить, но лишь криво улыбнулся.       Молчание продлилось недолго. Когда Лололошка собрался уходить, Винс остановил его. -Слушай... Сорян за все те дни. Наше знакомство не заладилось. -Всё нормально. -Мне Радан рассказал, что я...испортил твою одежду. Сколько я должен тебе заплатить? -Ничего не надо. Я сам постирал.       Винс скривился. -Руками отстирывал? О, боже... Просто... Давай я просто скину тебе на новую форму. -Правда, не надо, спасибо. Их перебил радостный Радан. -Ребята! Мы сейчас будем праздновать! - на секунду парень взглянул на своего друга, задумался и добавил, - Чаем, по всей видимости.