Когда её совсем не ждёшь...

— Серкан, не занят? — в проеме перегородки голова Ферита. — Конечно, занят, — продолжаю стучать по клавиатуре. — Что-то хотел? — По поводу Джерен. Мы же берем её? Поднимаю на него взгляд: — Вчера же всё решили. В чем вопрос? Ферит смущенно улыбается и садится за стол переговоров: — Она мне нравится. — Ого, — я откидываюсь на спинку кресла. — Излечился, значит? Два месяца назад он едва не женился на Селин, которая была моей подругой детства, а также партнером и пиар-директором «Арт-Лайфа». Он просто встал из-за свадебного стола и, пробормотав «прости, Селин, так нельзя, я не могу», вылетел из зала, где проходила церемония, под ошеломленные вздохи собравшихся.   Селин тогда была огорчена таким предательством. Ну… вроде бы огорчена. По ней не всегда можно понять истинные чувства. Она была сдержанной, холодноватой, невозмутимой. Никогда не теряла выдержки, поэтому после несостоявшейся свадьбы железной рукой заткнула прессу и пресекла досужие сплетни в фирме.   А спустя пару недель однажды вечером пришла ко мне в городскую квартиру на «поговорить за рюмкой чая». Поговорить не особо получилось. Нет, я высказался и в адрес Ферита, и вообще об этих игрищах взрослых людей, которым непеременно надо быть окольцованными, словно гуси в заповеднике. Она же только смотрела несчастными голубыми своими очами да тянула из бокала шампанское. Наконец со вздохом спросила, что ей делать дальше. Я предложил единственно приемлемый выход: отправиться в наш только что открывшийся офис в Катаре, чтобы там наладить работу пиар-отдела. Она тогда согласилась, но, мне показалось, что едва сдерживала слёзы. Это меня не удивило, ну ещё бы, такое потрясение. Ферит был раздавлен не меньше неё, если не больше. Но вот, что я вижу: приходит в себя парень. Он прищуривается в ответ на мою реплику: — Ты про Селин? — и отводит глаза. — Так скажем: хорошо, что она сейчас в нашем Катарском офисе. Мне кажется, улеглось всё. — Я был бы рад за тебя, если так, — искренне замечаю я. — От тебя половина осталась в первый месяц после расставания. Но добро пожаловать в жизнь. Так что насчет Джерен? Какие-то проблемы? — Наоборот. — Ферит мнется, снова пряча взгляд, и я уже заинтересованно жду ответа. Он вскидывает глаза на меня. — Ладно. Короче, я бы хотел, чтобы у нас были отношения, ну… помимо рабочих. Ну… ты не против такого нарушения корпоративной этики, надеюсь? — Тебе что, нужно мое благословение? — иронично прищуриваюсь. — Н-нет. С чего бы? — отвечает он, а я развожу руками: — Тогда об этом лучше спросить у Джерен. Если она не против, то в добрый путь. Он поворачивается, чтобы уйти, и я вдруг решаюсь. — А скажи мне, Ферит, — начинаю я, чувствуя себя… странно, — её подруга… Эда. Она вроде тоже собиралась у нас… ну, работать, нет? Ферит смотрит на меня, и в глазах начинают плясать смешинки: — Ты серьезно, Серкан? — Что? — хмурюсь непонимающе. — Эда уже с утра здесь, она на переговорах с Перил, в её кабинете наверху. Я думал, ты её пригласил. Меня словно бы ударили под дых. Резко поднимаюсь и, забыв и о Ферите, и о работе, устремляюсь к дверям. Пролетаю через весь наш огромный опен-спейс и взбегаю по лестнице через две ступеньки. У кабинета Перил останавливаюсь перевести дыхание и собраться с мыслями. Потом плавно нажимаю ручку и…   В кабинете Перил за её столом над грудой чертежей сидит моя вчерашняя новая знакомая и, склонив темноволосую голову, быстро строчит в блокноте. Перил рядом с ней что-то показывает на чертежах карандашом. Они так увлечены, что не замечают меня. А я стою и просто смотрю на Эду. Наконец Перил выпрямляется и замечает меня. — О, Серкан, привет, — коротко бросает она мне. Эда, вздрогнув, оборачивается и, поднявшись, вежливо кивает: — Доброе утро, господин Серкан. Выражение её лица нейтрально приветливое. Ни следа вчерашнего смятения. Надеюсь, я тоже не показываю всего того, что у меня творится в душе при виде её глаз. И губ. И груди, туго обтянутой белым топом. Перил поводит рукой над чертежами: — Мы тут общаемся с Эдой по поводу работы. И, кажется, смогли договориться об условиях. Даже вот, начали обсуждать наш проект. К совещанию принесу кое-какие наброски. Эда — просто кладезь идей. Заказчики выпадут в осадок, вот увидишь, — с заговорщическим видом говорит она Эде и смеется своей шутке. Та отвечает ей чуть смущенной улыбкой. — То есть вы решили к нам присоединиться? — зачем-то уточняю я. А Перил отвечает вместо Эды, круто развернувшись ко мне: — В смысле — решили? Мы же вчера… Так, ладно. Ясно. Она решительно делает шаг ко мне: — Виски — зло. Если вы с утра ни черта не помните, делайте вывод! Кстати, я очень рада, что вы с Энгином ничего не помните. Кто первым встал, того и тапки! Эда будет работать со мной. А ты, Серкан ищи себе другого дизайнера. — Так, стоп! — выставляю я ладонь. — Что это значит? Я первый предложил вчера Эде присоединиться к нашей команде, так что извини, Перил, она моя. — Я всё еще здесь, господин Серкан, — независимым тоном замечает Эда. — Вот именно! — задиристо вскидывает подбородок Перил. — Так что, господин Серкан, прошу не мешать нам работать. До встречи с заказчиками всего три часа. А нам надо трудовой контракт подписать, который готовят эйч-ары, да еще и оформить наши предложения в какую-то удобоваримую форму. В общем дел уйма. Пока!   И обе эти девицы, смерив меня глазами с одинаковым независимым выражением, снова отворачиваются к столу. Ну уж нет, дамы. Вам меня не выставить. Подхожу ближе и останавливаюсь возле Эды. Та едва заметно вздрагивает и чуть отодвигается на стуле. Я же склоняюсь над чертежами, и мне хватает одного взгляда, чтобы уловить идею, над которой они тут трудятся. Вертикальное расположение садов прямо на террасах отеля? Оригинально. И необычно. — Идея класс. Серьёзно. Так мы сэкономим на площадях территории отеля. — Ну, а я что говорю? — победно восклицает Перил. А Эда поднимает на меня взгляд: — Вам, правда, нравится? — Правда, — киваю я. — А вы были на месте будущего отеля? — Серкан, ну когда? — всплескивает руками Перил. — Понял. Значит, ты сведи все предложения воедино, распечатай, а я отвезу Эду на площадку. Как раз к совещанию успеем вернуться. Перил едва удерживает лицо и пристально смотрит на меня, сжав зубы. Что она обо мне сейчас думает, даже боюсь предположить. Но сдвинутые бровки и пальцы, сжимающие карандаш, не сулят ничего хорошего. — Тогда я тоже поеду, — заявляет она. — Лучше займись документами к совещанию с заказчиками, — тоном, не терпящим возражений, повторяю я. Перил возмущена: — Серкан, что за дела! Не смей отнимать у меня сотрудников! — Перил, — нежно парирую я, — мы делаем одно дело. И я здесь босс. Не забывай. — С тобой забудешь, — бурчит Перил и с сожалением говорит. — Ладно, Эда, он прав, как это ни отвратительно признавать. Тебе стоит сгонять на площадку. Мало ли, еще какие идеи придут в голову, когда ты увидишь это место вживую. Но потом возвращайся, пожалуйста, я хочу ещё твою идею по детской площадке отработать, идет? — Уверена, что мне надо съездить? — уточняет у неё Эда, и Перил со вздохом кивает. — Значит, увидимся позже. Она поворачивается ко мне: — Идёмте, господин Серкан. На лестнице пропускаю её вперед. Наверное, чтобы можно было беспрепятственно любоваться ею. Внизу на нас налетает Лейла. — О, господин Серкан, вы уже уходите? Я принесла договор с мисс Эдой. Выхватываю из её рук договор, пробегаю глазами и возвращаю: — Никуда не годится, Лейла. — Чт…? Пч…? — Во-первых, сроки. Проект, к которому подключается госпожа Эда, никак не уложится в год. Минимум два. Или даже три. — Постойте, — вклинивается Эда. — Мы же договаривались на год! — Мы еще не договорились, — безапелляционно заявляю я. — Дальше. Что это ещё за должность: ассистент Перил Байтекин? Мы пригласили Эду на должность моего ассистента по ландшафтному дизайну! — Что-о? Они обе так слаженно возмутились. Но я непроницаем. Нет, Перил, эту девушку я тебе не отдам! Хочу видеть её постоянно рядом с собой. — Так что, Лейла, это надо переделать, а мы на площадку. Иду к выходу и у дверей понимаю, что не слышу шагов за собой. Оборачиваюсь: Эда всё ещё стоит у лестницы. Рядом Лейла с напряженным лицом. Заявляю безапелляционным тоном: — Эда, я вас жду. Она медленно идет ко мне, глаза её мечут такие молнии, что, кажется, сейчас опалят мне волосы. — Господин Серкан, кажется, вы неверно меня поняли. Я буду работать у вас только на своих условиях. Работа мне не особенно нужна, она у меня есть. Но предложение Перил меня заинтересовало. Поэтому я и решила присоединиться, но лишь на стадии разработки проекта с дальнейшим кураторством. Теперь понятно, что я поторопилась. — Что-то не так? — А что здесь т а к? — Вы выразили желание работать в моей компании. Я ставлю условия. Всё просто. — Нет. Это вы выразили желание нанять меня. Я же сказала: в работе я не нуждаюсь. Потому это я ставлю условия. Без них наш договор не будет заключен. Всего доброго. Она плавно меня огибает и идет к выходу, а я стою, ошарашенный её словами. Она что…, вот так просто уйдет? Настигаю её уже у самой двери: — Эда, прошу прощения. Кажется, мы не с того начали. Давайте пройдем в мой кабинет и поговорим. Или можем в машине… Она смотрит на меня. Потом говорит: — Вы уверены, что мы можем договориться? Или вы просто продиктуете свою волю, не слушая другую сторону? Вы же всегда берете то, что нравится, так? — Допустим. — Когда научитесь слышать других, позвоните, и, возможно, мы поговорим. И она выходит из дверей. Я в замешательстве смотрю ей вслед. Чёрт возьми! Слышу за спиной какое-то странное хрюканье, оборачиваюсь. Лейла тут же принимает притворно независимый вид и отворачивается утыкаясь в бумаги. Да-да, очень смешно! Решив высказать ей всё потом, я выхожу на улицу, но Эды Йылдыз уже и след простыл. Охранник разводит руками: — Уехала. В смысле?!!! Сажусь в свою машину и выруливаю на проспект. Эда, тебе от меня не скрыться. Охранник сказал, что у неё красный старенький мини-купер. Ищу в потоке машин похожее. Но кругом какие угодно автомобили, кроме нужного. Ускоряюсь, лавируя в потоке машин, и наконец замечаю впереди красную машину. Эда! Догоняю и пристраиваюсь в хвост. Она неистово качает головой, видимо, в такт звучащей в салоне музыке. Грива волос подпрыгивает на плечах. Гоняет она, конечно, шустро. Вон как успела оторваться. Но от Серкана Болата просто так не сбежишь. Судя по всему, она едет к себе домой. Хотя… Сворачивает в соседний переулок. Припарковываю свой болид в тени огромной чинары и вижу, как Эда выскакивает из машины и подходит к арке, на которой написано «Звездные сады». Она что, за букетом так помчалась? Эда исчезает за распахнутыми коваными воротцами. Я иду следом, стараясь до поры остаться незамеченным. Внутри — буйство зелени, пение птиц, словно мы не в Стамбуле, а в каком-то райском местечке. Слышу её звонкий голос: — Бурак, принеси кофе, пожалуйста. Есть новые заказы? Чей-то мужской голос в ответ: — Да, я положил в конторе на стол. Там не слишком много. Но есть один крупный заказ на оформление свадьбы в Шиле. — Что, в Шиле нет своих цветочных магазинов? — слышу её ироничный смешок. — Эда, ну вы же лучшая. — Ладно, не подлизывайся. Холодильник для цветов починил? Или всё страдаешь от безответной любви? — Починил. И страдаю, — слышится душераздирающий вздох. — Мело не обращает на меня никакого внимания. А вы могли бы как-то на неё повлиять. Как подруга и начальница. — Нет уж, уволь! Сам разбирайся. Только мой тебе совет. Чем страдать, лучше поезжай за свежими цветами. Думаю, наших запасов не хватит. Свадьба большая? — Ну… так. — Ладно, ступай, сама посмотрю и перезвоню тебе по объемам закупки. Что еще с утра случилось? — Вот ваш кофе. Мело отправилась к поставщику горшков. Привезли землю и оставили у входа. Придется теперь таскать её. — Что же ты не настоял, чтобы занесли? — Я пока прибежал, они уже послали Мело в… Сказали, что у них полно заказов и… — Отлично, Бурак, просто отлично! Как мы всё это перетащим?!… Ладно. Что еще? — Может, поговорите с Мело, а? — Бурак, еще слово, и я тебя уволю! — Понял! Исчезаю! На меня вылетает приземистый чернявый парень и замирает: — Здрасьте, вы за цветами? — Н-ну… да. Что же ещё покупать в цветочном магазине? — А, проходите в контору. Госпожа Эда вас с удовольствием обслужит. Киваю и прохожу по ступенькам в… как он назвал? Контора? Внутри за прилавком стоит Эда с кружкой в руках и разбирает бумаги. Кругом какие-то горшки, цветная бумага, декор, буйство красок, помещение захламлено, но, как ни странно, здесь очень… уютно. Она вскидывает на меня глаза: — Добро пож…, — и замирает. — Вы? Потом хмурится: — Вы что, следили за мной?! — Да. — Слушайте… — Эда, прошу вас. Мы неудачно сегодня начали. Давайте сделаем рестарт? — Господин Серкан, — в её голосе едва заметная досада. — Прошу прощения, но это была плохая идея. Передайте Перил… Хотя не надо, я сама ей позвоню и… — Прошу вас. В голос я вкладываю самые мягкие нотки, какие только могу отыскать в своем арсенале. Он, правда, не так обширен, я, по правде говоря, уж и забыл, как охмурять девушек. В последние годы я в основном раздавал распоряжения. Она смотрит на меня чуть исподлобья. Но в глазах нет той досады и раздражения, что были минуту назад. — Господин… — Просто Серкан. — Что значит просто? — она вскидывает голову, глаза её мрачнеют. — Вы чего от меня добиваетесь? Ваши вчерашние поцелуи… — Один, — перебиваю я её. И мягко добавляю. — Всего один, к моему огромному сожалению. Она хмурится, поджимая губы. Потом строго начинает: — В общем, так. Я не хочу у вас работать. Точка. Ну, ты молодец, брат. Чего добился своим напором? Тут же сдаю назад: — Ладно, простите меня, я был излишне напорист. Давайте так: вы будете работать с Перил. Только приходите. Пожалуйста. — Нет. — Но… — Вы не понимаете человеческий язык? Я сказала — нет! — Эда, я вас прошу. В конце концов вы уже столько идей внесли, что этот проект наполовину уже ваш. Вы же не станете так просто дарить свои идеи? — Пользуйтесь. Мне не жалко. Да что ж такое! Но я не сдаюсь: — Что мне сделать, чтобы вас уговорить? Она смотрит на меня, и я вижу, как в её глазах начинают прыгать чертенята. — Что сделать? Ладно. Она решительно выходит из-за прилавка и машет, приглашая следовать за собой. Мы идем к задней калитке. Там свалена огромная куча мешков с землёй. Эда подбоченивается: — Вот. — Не понял? — Перетаскайте эти мешки вон в тот склад. А потом… — Вы согласитесь? — Вы сначала перетаскайте. Машинально бросаю взгляд на свою белую рубашку, шикарный костюм, поднимаю глаза. А эта красотка смотрит на меня с язвительной усмешкой: — Испугались? Ладно, всё, у меня нет на вас времени. Всего доброго. Она разворачивается, но я останавливаю её: — Вы же понимаете, что я перетаскаю эти мешки? — Запачкаетесь. — Не страшно. Надеюсь, у вас есть здесь душ? В подтверждение своих слов сбрасываю пиджак, жилет и галстук на стоящую рядом скамейку с кованной спинкой. Потом, подумав, снимаю и рубашку. Эда смотрит на меня расширившимися глазами. Да, моя милая, сейчас будет пытка обнаженным спортивным мужским телом. Она в притворном испуге вскидывает ладони: — Прошу прощения, надеюсь, вы останетесь в брюках? У нас вообще-то приличный магазин. Что? Она ещё и насмехается надо мной? Ладно, дорогая. Ты еще не сталкивалась с Серканом Болатом, который добивается всего, что хочет. Натягиваю лежащие здесь перчатки и с видимой лёгкостью поднимаю на плечо мешок. Мелькает мысль: а кто же обычно таскает эти тяжести? Наверное, тот коренастый парень, что попался мне навстречу. Ну, я очень надеюсь, что не эта хрупкая девушка. Коротко спрашиваю: — Куда? — Туда. Она, кажется, уже не смеется. Отлично. Иду за ней по выложенной неровными плитами дорожке и смотрю на её длинные ноги, копну каштановых волос. Она открывает дверцу сарайчика и оборачивается: — Вот. Вхожу внутрь и опускаю мешок у стены, где расчищено место. Выхожу и направляюсь за новым мешком. Куча постепенно уменьшается. Будем считать, что моя вечерняя тренировка перенесена на утро. — Постойте, — останавливает она меня, появляясь на дорожке, ведущей к сараю. Но я вновь иду за оставшимися мешками. — Господин Серкан, хватит. Пожимаю плечами и берусь за новый мешок. Прохожу с ним мимо неё, попутно отмечая, что в глазах её уже нет насмешки. Отлично, я набираю очки. Такими темпами уже она будет меня упрашивать принять её на работу. Когда последний мешок занесен, я подхожу к ней, весь взмыленный, как после долгой тренировки. Она смотрит серьезно и внимательно. — Вы обещали душ. Только прихватите мою одежду, у меня руки, сами видите. — Да, идёмте. Она берет пиджак с жилетом и галстуком, перекидывает через локоть, а рубашку аккуратно берет пальчиками, чтобы та не измялась. — Она не мнется, можете не беспокоиться, — замечаю я с улыбкой в ответ на её заботу. Эда кивает и кладет её поверх остальной одежды. Мы входим внутрь магазинчика, пробираемся тесными проходами. В конце коридора она указывает на дверь: — Это здесь. В шкафу чистые полотенца. Вашу одежду я повешу вот сюда. А брюки… Там, в тумбочке, есть одёжная щётка. — Разберусь, спасибо. Приняв душ и приведя в порядок брюки, облачаюсь и смотрю на себя в узкое длинное зеркало на стене. «Ну что, последний раунд?» Прихожу в магазин. Эда что-то пишет, склонившись над столом. — Итак? Она, вздрогнув, распрямляется и смотрит на меня изучающе: — Вы всегда такой? — …? — Всегда добиваетесь своего? — Стараюсь по мере возможностей. Перенести мешки — нормальная мера моих возможностей. Это было не тяжело, просто как очередная силовая тренировка. Костюм теперь, конечно, нуждается в чистке, но, я думаю, это того стоит. Итак, вы приняты в Арт-Лайф. — Погодите. Я вопросительно изгибаю бровь. Она смотрит на меня своими тёмными глазами и уже без злости серьёзно говорит: — Я бы всё же хотела работать с Перил. Если вас это устраивает, мы можем поговорить о контракте. — Меня это не устраивает, конечно… Она непримиримо вскидывает голову, и я быстро уточняю: — Но уговорить вас работать моей ассистенткой не получится, правильно понимаю? Может, я могу ещё что-то перетаскать, и вы примете моё предложение? Могу крышу перекрыть, починить что-нибудь. Я умею. Она не выдерживает и смеется. Потом качает головой: — Я буду работать с Перил, это моё условие. — Ладно. Ладно, Звезда Эда. Поживем увидим. Мы с Перил очень плотно обычно работаем над проектами. Так что никуда ты от меня не денешься. — А теперь мы, наконец, можем поехать посмотреть площадку под строительство? — Сейчас вернется моя помощница, и можем ехать. А пока… Хотите кофе? — Очень хочу. — Проходите в беседку, мы обычно пьем кофе там. — Составите компанию? — Я уже выпила, но… Ладно, уговорили. Ну вот, Серкан Болат, за десять минут девушка уже дважды сдалась. Надеюсь, мы поладим.   Она приглашает меня пройти в уютную беседку и скрывается в доме. Я осматриваюсь. Столько цветов вокруг. Какие-то птички чирикают довольно приятно. Более романтичный человек бы сказал, что здесь райское место. Я же смотрю на все глазами архитектора. И… мне нравится, как здесь всё устроено. Интересно, кто дизайнер? Из дома появляется Эда с деревянным подносом и двумя чашками на нём. Аромат просто невероятный. Беру свою чашку и пробую. Вкус достоин аромата. — Кофе хорош. Эда довольно улыбается: — Это нам друг присылает из …разных уголков мира. Наслаждайтесь. — А кто здесь всё так обустроил? Очень интересные дизайнерские решения. Эда с усмешкой смотрит на меня. Я непонимающе хмурюсь. Она откидывается на спинку стула: — Вы же хотите принять меня на работу ландшафтным дизайнером. И как вы думаете, кто же здесь всё сделал? — А. Простите, торможу. Ваш магазинчик действует расслабляюще. Признайтесь, вы что-то здесь распыляете в воздухе, чтобы посетители теряли волю и всё скупали? Эда с притворной серьезностью кивает: — Конечно, распыляем. И в кофе добавляем. — Вот как? Всё понятно теперь, почему я с такой легкостью согласился перетаскать ваши тяжеленные мешки, — усмехаюсь я. — А что со мной произойдет после кофе? Я перепишу на вас свою компанию? Она не успевает ответить, как слышатся шаги, и пронзительный женский голос тараторит из-за кустов: — Эда! Я пришла! Знала бы ты, что этот Ахмет себе позволяет! Свалил мешки и просто уехал! Заказов у него, видите ли много! Это он мне мстит, что я не пошла с ним на свид… Из-за кипариса появляется круглая пышногрудая девушка и замирает при виде нас: — Ой, здрасьте. Я не знала, что у тебя гость. Эда со вздохом поднимается: — Это не гость, Мело. Знакомьтесь: моя подруга и помощница Мелек — Серкан Болат, директор того архитектурного бюро, куда меня пригласили поработать. Та расплывается в широкой улыбке и, подскочив, трясет мою руку: — Ой, я так рада, что вы наняли Эду! Она такая талантливая, такая талантливая! Видите, как все тут устроено, это всё она! Она очень хорош… — Мело! — Ой, прошу прощения! Девица краснеет и скрывается в доме. — Простите, она несколько импульсивная. Но хорошая… — А хотите кофе? — Мело опять появляется на пороге. — Я уже предложила, — с досадой говорит Эда, и та, бормоча извинения, вновь скрывается в доме. — Ну что, ваша помощница вернулась, можем ехать? Вы же не забыли, что нам надо на площадку будущего отеля? Эда кивает: — Не забыла. Я сейчас.