Закулисье Тейвата

Молодой человек медленно поднялся с кровати и потёр глаза. Бессонные ночи, проведённые за вечными исследованиями, наконец дали свои плоды, и их группа смогла продвинуться вперёд, совершив прорыв в области исследования пласта ТЕЙВАТ. Однако за это пришлось заплатить собственным здоровьем и рассудком. С тумбочки он поднял бейджик и, прищурившись, прочитал : " БАЙ ЧЖУ Старший научный сотрудник отдела исследования ЛИ ЮЭ " С фотографии на него смотрело лицо, моложе его самого на четыре года. Бледная кожа, аккуратные черты лица и тёмно-малиновые глаза, обрамлённые прядями зелёных волос. Несмотря на некоторую слабость, граничащую с болезненностью, юноша здесь только получил докторскую степень и был полон сил и энергии. Бай Чжу поднялся с кровати и в конце коридора завернул в ванную, умывая лицо. Сейчас его руки покрылись бледными продолговатыми шрамами от работы с опасными материалами, а под глазами залегли синяки от постоянного недосыпа и беспокойства. Несмотря на всё ту же непоколебимую веру в правильность выбранного пути, некая существенная часть жизненных сил уже покинула его. Но, тем не менее, он всё ещё любил свою работу сотрудника ПАЙМОН, ведь она вела его к— — Бай Чжу, это ты внутри? — Голос Тигнари последовал за вежливым стуком в металлическую дверь. — Всё хорошо? — Да, это я. Всё в порядке, — поспешил ответить Бай. Тигнари был одним из немногих коллег, посвящённых в подробности проблем с его здоровьем, поэтому его вопросы «всё хорошо?» всегда граничили с «ты жив? нужна скорая?». В конце концов, однажды во время приступа именно Тигнари сумел оказать ему необходимую первую помощь и спасти жизнь. — Хорошо. Я пойду вперёд. Мы с Альбедо пока всё подготовим. — Послышались удаляющиеся шаги. Бай Чжу вздохнул и, дочистив зубы, сплюнул в раковину. Несмотря на некоторую слабость и ломоту в костях, сегодня у него был несказанный прилив сил. В конце концов, вчера утвердили его проект «Мутационное Регенерация» и руководитель отдела хотел лично обсудить дальнейшие перспективы.

***

Через десять минут он подходил к своему рабочему месту. Научный институт ПАЙМОН находился в непосредственной близости к единственному устойчивому разлому в нулевой уровень Закулисья, откуда можно было попасть в ТЕЙВАТ. Поскольку в радиусе более чем двухсот километров не было обычных населённых пунктов, сотрудникам приходилось жить здесь же, в огромном общежитии, напоминавшем хрущёвки, бок о бок, много месяцев и даже лет. Благо, с сожителями Баю всегда везло, а с повышением и вовсе единственным соседом остался Тигнари. — Доброе утро, Бай Чжу, — поприветствовал его вежливо Альбедо, тут же ложа на стол распечатку. Собранные волосы цвета соломы слегка пушились. — Доброе утро, что это? — Бай Чжу взял лист и внимательно вчитался. — Руководитель сказал подготовить и это к сегодняшней демонстрации. Пожалуйста, возьмите с Цици последние четыре пункта. Мы с Сахарозой не успеваем. — Я взял первые три, надеюсь, ты не против, — Тигнари помахал рукой из-за высоких полок с реактивами. Его тёмное каре с ярко зелёными концами волос быстро перемещались между столами. — А, конечно. Сейчас всё подготовлю. Работа закипела. Бай Чжу не без удовольствия ощущал дух коллектива. Всё-таки обычно старшие научные сотрудники ведут индивидуальные проекты и с большой неохотой пересекаются друг с другом, однако сейчас он, Альбедо и Тигнари, приостановившие собственные исследования, работают сообща. Плюс, их ассистенты — Сахароза и Колеи — очень сдружились с Цици и многому её научили. Однако, всё это не будет иметь смысла, если его гипотеза окажется ложной. Нужно быть предельно осторожным и не поддаваться преждевременной радости.

***

Ещё задолго до открытия всех семерых уровней пласта ТЕЙВАТ, сотрудник по имени Чжун Ли отличился незаурядным умом и феноменальным спокойствием в самых странных и пугающих ситуациях. Он был тем, кто лично исследовал и смог верно описать фундаментальные законы уровня ЛИ ЮЭ и также первым, кто удостоился чести возглавить собственный отдел с высоким уровнем автономии. Спустя десять лет Чжун Ли всё ещё остаётся на этом посту и его авторитет нисколько не угасает, а лишь напротив — растёт. Они были знакомы раньше, ещё во времена учёбы на магистратуре, Бай Чжу познакомился с доктором Чжун Ли на конференции и с тех пор они периодически пересекались. Будущий руководитель высоко ценил приверженность Бай Чжу к идеалам, а при устройстве даже написал хвалебное рекомендательное письмо. Правда, иногда зеленоволосый юноша задумывался, не это ли стало решающим фактором, почему приняли именно его вместо подающего надежды и во всех смыслах гениального кандидата, чьё имя в документах было указано, как Зандик. Сейчас Чжун Ли стоял в их лаборатории и расспрашивал о каких-то рабочих тонкостях Альбедо, а Бай в некотором беспокойстве теребил браслет на своей руке. — Волнуешься? — Голос Тигнари вырвал его из раздумий. — Немного, — честно признался он, зацепив ногтем леску между бусинами браслета. — Чжун Ли хоть и строг, но никогда не прослывал душнилой. У нас всё схвачено, не переживай, — учёный мягко тыкнулся кулаком в плечо коллеги. Он не был хорош в поддержке, однако делал так всякий раз, когда стремился показать своё участие. — В любом случае, проект ведь уже одобрен. Нужны просто небольшие корректировки. — Спасибо, Тигнари, — Бай Чжу улыбнулся, ещё крепче вцепившись в браслет. — … Но это тебя не успокоило? — Ах… прости. Меня беспокоит не это, я… — Зеленоволосый поправил очки и вздохнул. — Не знаю. Просто что-то не даёт мне покоя. Не могу нормально спать и есть, постоянно тревожно. — Когда вы в последний раз брали отпуск, доктор Бай Чжу? — Голос руководителя ударил прямо в спину и Бай дрогнул, едва не разорвав леску браслета. — Простите, я подкрался к вам слишком тихо. — Всё в порядке, я просто отвлекся. У вас был вопрос ко мне? — Когда вы в последний раз брали отпуск, доктор Бай Чжу? — Спокойные, как сами горы, янтарные глаза Чжун Ли внимательно осматривали лицо подчинённого жёлтыми зёрнами зрачков. Как о нём и говорят, несмотря на жёсткую хватку руководителя, его поведение с подчинёнными всегда было терпеливым и искренним. — Ахах… думаю, я не брал отпуск с тех пор, как вступил в исследовательскую группировку ПАЙМОН, — сознался он. — Вы могли переутомиться, доктор. Ваш самоотверженный трудоголизм известен в том числе и мне. На вас возложена большая ответственность, но это не значит, что вы должны работать на износ, — голос Чжун Ли сделался мягче и его глаза улыбнулись. — Как насчёт отдыха? — Но… мы ведь так близко к реализации проекта, — Бай Чжу растеряно посмотрел на коллег, в особенности на Цици, которая держала блокнот и что-то записывала. — Я не могу уйти, не завершив его. — Ммм… — Мужчина задумчиво посмотрел в бумаги и после продолжительной тишины продолжил, — давайте заключим контракт? Если проект увенчается успехом, вы отправитесь в заслуженный оплачиваемый отпуск. — Аэ… — Доктор заколебался. Что на это можно ответить? — И я угощу вас кофе, — как бы в шутки добавил Чжун Ли, но его голос был совершенно спокоен. — Что скажете? Вдруг Бай Чжу почувствовал, как его подёргали за халат. Он опустил голову и посмотрел на Цици. Девочка держала в руках пустой бумажный стаканчик, в котором обычно она пила молоко. Правда, последнюю неделю в столовой не было её любимого. — Ха-хах, — Чжун Ли прикрыл глаза в умилении. — И, конечно, угощу кокосовым молоком вашего ассистента. Бай Чжу сдался и не смог сдержать улыбки. Его тревожность немного утихла. — В таком случае, я принимаю контракт. — Рад это слышать, ваши коллеги это засвидетельствовали. Теперь займитесь финальными штрихами теории. В понедельник будут сформированы исследовательские отряды и вы сможете лично удостовериться, верна ли ваша гипотеза, доктор Бай Чжу.