Северный ветер.

Отблеск звёзд играет с тёмным ночным небом. По особо закрытому тенями переулку гуляет холодный ветер, вздымая и опуская порывы неспокойной листвы и пыли лежащей на асфальте. Чистое небо с россыпью блеска в глубине ночи контрастирует с переменчивой атмосферой на земле, так, что можно ощутить эту противоположность. Что ещё можно ощутить? Наверно, холод и сырость бетонного фундамента и железных ржавых построек, которые давно заброшены. Старые, непригодные для работы подъемные краны, возвышаются над этой картиной, как скелет прошлого, которое оставило после себя только мрачный след. Тяжёлые ровные шаги нарушают гробовую тишину пейзажа. Бетонный пол будто чувствует каждое движение, вздрагивая, и отзываясь эхом от железной стены. Это место уже давно забыло постороннее присутствие, поэтому ощущение чужой жизни выделяется на фоне мёртвой картины. – надо же... Ну и местечко. – тихий ворчливый голос вновь отбросило эхом от железных стен. Шаги слегка ускорились, будто желая поскорее покинуть особо мрачное место этого заброшенного порта. На сырой поверхности бетонного пола отражались два красных блика. Это отражались глаза кардбота, который так спешил поскорее уйти. Его рост составлял примерно восемь или девять метров, что было не так уж и много для метал кардбота. Основной цвет корпуса тёмно-синий, под стать ночному небу в окружении. Две полоски на запястьях, а так же нижняя часть ног после колен выделялись светло-голубым оттенком, который сочетался с единственной белой линией на границе торса, разделяющей таз и талию. На голове кардбота вытягивались два полукруга с параллельными белыми пятнышками, скорее напоминающие два одинаковых полумесяца, как декоративное дополнение, которое можно было бы назвать плавниками, как не странно. Ведь дальше, за спиной, волочился длинный хвост, оставляя за собой на бетоне царапающую полоску. На хвосте тоже были два полукруга, идентичные тем что и на голове. Общую картину такой внешности можно было бы сравнить с описанием морской рыбы - со скатом. Именно это определение и послужило нашему новому герою именем, ну или хотя бы кличкой. Скат. *** Очередной порыв ветра заставил кардбота прикрыть визор одной рукой, и слегка вздрогнуть от пробирающего холода под пластинами. – какая мерзкая планета... – дрожащим голосом прошипел Скат, сворачивая в более узкий переулок между двумя железными контейнерами. Он забрёл в это место, избегая встречи с людьми, с которыми уже познакомился не самым приятным образом. Сказать что после этого у него остались травмы, почти ничего не сказать. А говорят что первое впечатление самое важное... Скат не был готов к такому жестокому климату. Он вообще не был готов что окажется в таком положении. Сначала, его спасательная капсула приземлилась в берегах океана Мотауна. Поверхность капсулы сильно нагрелась во время падения, а при резком погружении в холодную воду расплавилась и затвердела. Скат не мог выбраться несколько дней, сильно утратив свой запас энергии. После того как ему удалось покинуть спасательную капсулу и чудом выплыть на берег, люди несколько раз атаковали его, из-за чего пришлось поспешно скрыться, что бы больше не попадаться никому на глаза. В ночное время Скат свободно прогуливался по старым фабрикам, заброшенным складам или портам. Днём искал умиротворение и силы на восстановление в более закрытых местах, шахтах, или просто сбегал безлюдные лесные заливы. * Скат бессильно прижался спиной к ржавой поверхности контейнера, сползая на землю. Он сидел прижав ноги к груди, и смотрел в тёмную глубь холодного неба. А холодно было по-настоящему. Стабилизаторы температуры его тела не справлялись с перепадами жаркого климата дня, к холоду ночи. Ветер назойливо сочился в каждую щель корпуса, пробирая до дрожи. – ненавижу... Этих людей, этот ветер, эту планету... – жаловался Скат, будто это помогало как-то прогреться. Хотя, просто хотелось излить накопившееся недовольство за всё это время. Он уже не обращал внимания на сырость бетона под собой, на назойливые мысли всем отомстить, только сильнее прижал к себе колени, закрывая глаза, что бы сохранить последние остатки тепла.