Удивлен?

Этот вечер ничем не отличался от предыдущего, за окном уже темно, в квартире тихо. Микки листает ленту инстаграма (признан экстремистской организацией на территории рф) и ему абсолютно все равно, что к завтрашнему дню нужно сдать три сочинения, а послезавтра какой-то там проект, ему наплевать на экзамены, на оценки. Милкович единственный из своей семьи, не считая Мэнди, кто пока не забросил школу. Но каких-то особых усилий прилагать он не собирался - нахуй оно надо?  Причина, по которой Микки до сих пор ходил в ненавистное здание, была рыжей. Он не был влюблен, Микки таким не занимается, ему просто нравилось бесить этого парня. То подножку подставит, то рюкзак отберет, то просто бросит что-то колкое вслед. Галлагеров было шесть штук, но остальные его не интересовали. Прикольнее всего было в шутку сказать комплимент и смотреть, как веснушчатые щеки Йена стремительно краснеют.  Палец скользит по экрану, глаза уже слипаются, но просто отложить телефон - это скучно и Микки упрямо продолжает просматривать никому ненужные посты знакомых и незнакомых людей. Еда, кот, щенок, машина, селфи, море, чей-то пресс, пляж. Микки отматывает назад и хмурит брови. Это не «чей-то» пресс. Это выложил Йен. Человек, которого Милкович считал тихоней. Совершенно обычным, - может немного симпатичным, - тихоней. Фотография была не то чтобы откровенная, но вряд ли футболка задралась сама, когда Йен запечатлял мило спящего котенка на коленях. Серенький комочек устроился на хозяине среди стопки учебников. Но самое интересное было чуть выше. Света в комнате было немного, но этого вполне хватало, чтобы подчеркнуть фигуру, между прочим очень даже классную фигуру, Йена.  Микки конкретно залип. Он метался между тремя вариантами: лайкнуть фотку и удалить приложение, написать комментарий по типу: «нахера там ты на фоне котенка?» и просто заскринить фото себе в галерею. Первый вариант парень отмел сразу же. Он не гей. Абсолютно, кристально точно не гей. *** Йен нервно постукивал пальцами по учебнику истории. Котенок игрался с найденным шнурком где-то на полу. Телефон уже садился, но Галлагер не хотел выпускать его из рук. Он выложил фото не просто так. Это предназначалось конкретному человеку и он ждал реакции. Наверное, имело смысл выложить историю для близких, но тогда этот «конкретный человек» узнал бы, что находится в близких у Йена. А там, по правде говоря, народу было немного. Каково же было его удивление, когда телефон завибрировал, оповещая о новом уведомлении, а на экране высветился лайк от Микки Милковича. Губы Йена тронула предательская, довольная ухмылка. Это было не тем, на что он рассчитывал, но получить отметку «нравится» от главного хулигана школы было более чем приятно. Галлагер едва удержался от того, чтобы написать Микки. Он не знал, что конкретно хотел сказать или спросить, но желание настойчиво пульсировало в висках. Йен не удержался. Короткого «ничего себе» было вполне достаточно и это даже выглядело нормально. Микки ведь не узнает, сколько раз Йен стирал и переписывал сообщение.  *** Микки был удивлен не меньше Йена. Он уже почти убрал лайк с фотки, когда решил, что если впервые не проигнорирует человека в ответ ничего не случится. Микки набрал текст, затем стер и написал по-другому, снова стер. С третьей попытки он остановился на одном слове. «Удивлен?». Получив в ответ от рыжего столь же короткое «весьма», Микки подумал, что если бы Йен спросил это, то ответ Милковича был бы таким же. Микки отложил телефон. Уже поздно, есть смысл поспать хоть немного. Телефон снова завибрировал. «Ты проект дописал?». Нет, Микки даже не начинал, но Йен избавил его от необходимости отвечать следующим сообщением: «Можно завтра в библиотеке доделать. У нас темы похожие, я, короче, книжку прикольную купил, может тебе пригодится». Микки вскинул брови. Он не знал, что отвечать и что вообще чувствовать по этому поводу. «Пошел нахуй» - был ответ Милковича. Привычно, в его стиле и извиняться он не будет.  Пойдет ли Микки завтра в библиотеку? Да.