Стопроцентное попадание

Майк вернулся в свой холодный особняк с распухшей от этих мыслей головой. Роскошную коробку со смартфоном он тут же спрятал в своей комнате, запихнув поглубже под матрас. Ему было физически противно даже смотреть на этот гаджет. На кухне Карен уныло ковырялась в тарелке. Майк, с трудом сглотнув ком в горле, опёрся о дверной косяк. - М.... Мам, - нерешительно начал он. - Я... я решил найти работу. Завтра же пойду искать. Хватит нам так жить,- уже увереннее закончил. Карен подняла на него полные горького скепсиса глаза, но ничего не ответила, лишь тяжело вздохнула. Нэнси в углу презрительно фыркнула. Они не верили, что их капризный, гордый Майк, привыкший жить на подачки Уилла, способен на реальный труд. Эта ночь превратилась для Майка в долгий кошмар. Он лежал на жёстком матрасе, кутаясь в тонкое одеяло, и его колотило от паники. Мысли, одна противнее другой, роились в голове. "Я не вернусь к Байерсу. Ни за что. Лучше сдохнуть, чем позволить парню лапать себя. Я найду работу. Я вытащу семью сам. Я же мужик, чёрт возьми!"- заклинал он себя, засыпая лишь под утро от полного морального истощения. Утро встретило его суровой реальностью. Весь день Майк обивал пороги местных заведений, но здешний мир словно издевался над ним. Стоило работодателям услышать фамилию Уиллер, как их лица каменели. Сын банкрота и самоубийцы никому не был нужен. Его не взяли ни заправщиком, ни мойщиком посуды, ни даже уборщиком в захудалую закусочную. Отчаявшись и проголодавшись к четырём часам дня Майк добрёл до промзоны и зашёл на какой-то склад. - Нам нужны грузчики, - лениво протянул мужик в грязной спецовке. - Смена двенадцать часов, оплата в конце недели. - Я согласен! - тут же ухватился Майк за это поедложение, готовый на всё. В этот момент из кабинета вышел плотный, ухоженный мужчина в дорогом сером костюме. Он смерил Майка внимательным, оценивающим взглядом с ног до головы, задержавшись на его бледном лице и тонких запястьях. - Куда ты его берёшь, Билл? - хмыкнул мужчина, обращаясь к кассиру. - Посмотри на него. Он же худой как щепка. Надорвётся на первой же паллете, а нам потом за производственную травму отвечать. Майк сжал кулаки, чувствуя, как внутри вскипает привычная злость: - Я справлюсь! Мне нужны деньги! - Слышь, парень, грузчиком ты не осилишь, это факт, - мягко, с кошачьей улыбкой произнёс мужчина в костюме. - Но у меня есть для тебя предложение получше. Работа не пыльная, чистая, а платят в три раза больше. Пойдёшь? У Майка внутри всё перевернулось от предвкушения. Троекратный оклад! Это же спасёт маму! - Да. Я согласен, - не задумываясь, выпалил он. - Вот и отлично. Меня зовут мистер Фрэнк, - мужчина кивнул и развернулся к выходу. - Идём за мной. Они сели в его тонированный автомобиль и недолго ехали по городу, пока не остановились у огромного, глухого кирпичного здания без вывесок. Мистер Фрэнк провел Майка через неприметный боковой вход, где их встретила тяжёлая железная дверь. Внутри пахло дорогим парфюмом, кожей и каким-то сладковатым кальяном. На стенах бордовые бархатные обои, а освещение было интимно-приглушённым. - Так, перво-наперво - приведи себя в порядок, - скомандовал Фрэнк, толкая Майка в просторную, сияющую чистотой душевую. - Смой с себя этот уличный запах. Там на полке чистое полотенце. Майк, всё ещё не понимая, куда попал, с удовольствием встал под горячие струи воды. После его ледяного дома это был рай. Он тщательно вымылся, ароматным гелем, и вышел, обернув полотенце вокруг бёдер. В предбаннике его уже ждал небольшой столик с аппетитными сэндвичами и соком. Майк набросился на еду, чувствуя, как голодный желудок блаженно сжимается. Вскоре вошёл какой-то парень, судя по всему, администратор и положил на диванчик одежду. -Одевайся и выходи, - бросил он. Майк подошёл к вещам и замер. На диване лежали экстремально короткие, обтягивающие кожаные шорты, едва прикрывающие зад, и абсолютно прозрачная сетчатая чёрная майка. Рядом валялся чокер на шею. Внутри Майка зашевелился липкий, холодный страх. Что это за место? Одежда была не просто откровенной - она была... Специфической. Подходящей для ... Вдруг из-за стены, отделяющей предбанник от соседней комнаты, раздался глухой, хриплый мужской стон, переходящий в прерывистый вздох. Майк вздрогнул. Любопытство, подстёгнутое паникой ,взяло верх. На цыпочках, затаив дыхание, он подошёл к массивной дубовой двери, которая была слегка приоткрыта, и заглянул в узкую щель. То, что он увидел, заставило его кровь мгновенно заледенеть, а сердце - забиться в бешеном, испуганном ритме. На огромном кожаном диване в полумраке, подсвеченном лишь багровыми лампами, находились двое мужчин. Один из них, крупный, мускулистый брюнет с татуировками на широкой спине, стоял на коленях, грубо зажимая под собой второго - молодого, бледного парня, который стоял на четвереньках, прогнув поясницу. Брюнет крепко держал его за бёдра, его пальцы добела впивались в кожу парня, оставляя красные следы. С каждым мощным, резким толчком татуированного тела снизу раздавался хлёсткий, влажный звук соития. Парень под ним судорожно цеплялся пальцами за обшивку дивана, его голова была запрокинута назад, а из приоткрытого рта вырывались громкие, несвязные стоны. Брюнет двигался быстро, безжалостно, вгоняя свой тугой, налившийся кровью член в чужую плоть до самого основания. Мышцы на его спине перекатывались, покрытые мелкой испариной. С каждым толчком бледный парень подавался вперёд, шумно, со свистом хватал ртом воздух, а его собственный вставший член ритмично бился о его живот. Брюнет перехватил парня за шею, притягивая ближе, и с хриплым рыком ускорился, доводя их обоих до предела. Вспышка оргазма заставила парня на диване мелко задрожать, его член выдал густую струю прямо на кожаные подушки, а брюнет, сделав несколько финальных, глубоких толчков, глухо застонал, изливаясь внутрь него. Майк отшатнулся от щели, тяжело дыша. Его лицо горело, а к горлу подступила дикая, удушающая тошнота. Этот зловещий полумрак, запах смазки, секса и пота... Это был закрытый элитный гей-клуб! Бордель для богатых извращенцев! -Нет... нет, чёрт, я ухожу! - в панике зашептал Майк, бросаясь к своим старым вещам. Его трясло. Этот кошмар настиг его и здесь, он снова оказался прямо в эпицентре мерзости. Он уже натягивал свою куртку, когда дверь распахнулась и в комнату вошёл мистер Фрэнк. Он мгновенно оценил панику в глазах Майка и его дикий взгляд. Но вместо того, чтобы разозлиться, Фрэнк лишь понимающе улыбнулся и перегородил выход. - Эй, эй, парень, остынь. Куда ты так торопишься? - мягко спросил владелец, поднимая руки в успокаивающем жесте. - Выпустите меня! Я не из этих! Я не буду этим заниматься! - со слезами злости на глазах выкрикнул Майк, пытаясь прорваться мимо него. - А тебя никто и не заставляет, - спокойно отрезал Фрэнк, удержав Майка за плечо. Сила у него была железная. - Послушай меня внимательно, Уиллер. Я знаю, кто ты. Знаю, в какой дыре сейчас твоя мать и как вам нужны деньги. Я предлагаю тебе работу официантом. Всего лишь разносить напитки в зале. Никто и никогда в моём заведении не заставит тебя продавать своё тело, если ты сам этого не захочешь. Ты будешь просто ходить с подносом. Но чаевые от наших гостей за одну ночь перекроют твой месячный заработок на любой заправке. Фрэнк заглянул Майку прямо в глаза, вкрадчиво добавив: - Подумай о маме, Майк. Ей завтра будет нечего есть. Просто попробуй. Один вечер. Не понравится - уйдёшь. Ну так что? Майк замер. В одной стороне была его яростная гомофобия и гордость. В другой - голодающая Холли и плачущая Карен в пустом особняке, у которых без денег Уилла Байерса не осталось вообще ничего. Мистер Фрэнк вышел, оставив его одного. Майк обессиленно сполз по стене душевой прямо на кафельный пол. Он обхватил колени руками и впервые за всё это время разрыдался - надрывно глотая горькие слёзы. "Как? Ну как я до этого докатился?.." - мысленно кричал он, задыхаясь от собственной беспомощности. " Как я вообще здесь оказался? Это не моя жизнь! Даже Карен- не моя мать!" Еще два дня назад он был королём старшей школы, богатым мажором, которому лучшая блондинка делала минет в чистом бассейне. А теперь он сидит на полу подпольного гей-клуба, и ему предлагают нацепить на себя шлюховатую прозрачную сетку, чтобы разносить выпивку извращенцам. Его трясло от омерзения к здешнему миру. Больше всего на свете Майк хотел зажмуриться, проснуться в своей мягкой постели и услышать ворчание отца. "Как же мне вернуться назад? Господи, за что мне это? Что я сделал не так?!" Но ответом была лишь звенящая тишина. Слёзы высохли, оставив лишь тупую, выжженную пустоту. Ради себя и...мамы и Холли ему пришлось наступить на собственную гордость. Пересиливая тошноту, Майк натянул обтягивающие кожаные шорты, которые едва прикрывали бёдра, и прозрачную майку. Когда он застегнул на шее кожаный чокер, ему показалось, что он собственноручно затянул на себе петлю.