Когда осядет пепел Ирминсуля

Море Нод-Края кипело от разрывов снарядов. Угнанные автоматоны, повинуясь заложенным в обход Сандроне кодам Панталоне, плотным полукольцом сжимали осаду вокруг Наш-Тауна. Порт Лемпо содрогался от грохота береговых орудий. Робот-горничная Инеффа, чьи тиара-мехоголовье и наушники без умолку пищали от перегрузки данных, хладнокровно координировала оборонительные машины на кууваках, пока Айно, размазывая по лицу слёзы вперемешку со следами съеденного шоколада, лихорадочно латала повреждённые рельсы прямо под огнём. Но эпицентр грандиозной битвы развернулся на палубе колоссального флагмана, ведущего стальной флот на штурм. Итэр и Коломбина соткались прямо посреди вражеского мостика из ослепительного вихря пушистых белых перьев. Серебряный меч Путешественника, материализовавшийся из каскада золотых искр, мгновенно налился ослепительным, тяжёлым золотым светом Гео-стихии. Сделав мощный круговой выпад, Итэр обрушил на наступающих автоматонов каменную волну, сминая их бронированные корпуса и блокируя шарниры. Благодаря природе Сошедшего, стоило его руке коснуться командной панели корабля, как сила очищения золотой вспышкой выжгла осквернённые коды Дотторе, заставляя орудия флагмана замолчать. Коломбина парила чуть позади него, сокрушая остатки защитных механизмов. Теперь, когда её божественная сила была полностью восстановлена Радужным Лунным Костным мозгом, её ярость не знала границ. Из её тёмно-синего шлейфа с хрустальным звоном раскрылись две колоссальные, парящие полусферы из переливающейся лунной энергии, осыпая палубу искрами. Шесть маленьких ангельских крылышек на затылке сердито и часто трепетали в волосах, а жемчужно-розовые eyes без маски горели ледяным огнём. — Панталоне слишком дёшево ценил наши жизни, — напевно, со зловещим холодом произнесла Коломбина, и парящие у её босых ног сферы сорвались с места, превращаясь в разрушительные лучи, которые насквозь прожигали стальные обшивки кораблей Фатуи. — Ему придётся узнать, что ярость Богини невозможно купить. В этот момент, когда на палубу флагмана хлынула новая волна тяжёлых роботов-карателей, небо над Нод-Краем внезапно раскололось от оглушительного, утробного скрежета. Все автоматоны флота Панталоне одновременно замерли, их окутанные скверной датчики безумно замигали кроваво-красным цветом. Механизмы начали содрогаться, насильно переподключаясь к совершенно иному, колоссальному источнику частоты. Из густого морского тумана, окутывающего Лазурное Янтарное Озеро, медленно выплыл огромный механический гигант, на плече которого, скрестив руки на груди, восседала Сандроне. Её лицо было бледным от сдерживаемой, ледяной ярости. Узнав из послания Коломбины, что банкир Снежной нагло обокрал её заводы, чтобы закончить эксперименты её личного убийцы Дотторе, Марионетка прибыла собирать долги. — Как опрометчиво со стороны нашего Девятого кошелька... — разнёсся над морем усиленный динамиками, надменный голос Сандроне. — Думать, что мои машины подчинятся его грязной море. Марионетка резко опустила руку. И в ту же секунду весь угнанный флот автоматонов, подчиняясь её истинному, нерушимому коду создателя, развернулся на сто восемьдесят градусов. Стальные монстры, ещё секунду назад штурмовавшие Наш-Таун, набросились на корабли с карателями Панталоне. Начался абсолютный, безжалостный разгром. Сандроне лично выжигала остатки сил Фатуи, превращая элитные подразделения банкира в груды дымящегося металлолома. В этом хаосе взрывов Итэр стремительно подбежал к Коломбине, которая плавно опустилась на палубу. Путешественник, не сдерживая хлынувших чувств, крепко прижал её к своей груди, обнимая за талию и пряча лицо в её фиолетово-пурпурных волосах. Романтическая, интимная химия между ними вспыхнула с новой силой прямо посреди пылающего флагмана. Стихийная Анемо-энергия на его брюках и сапогах окутала их бирюзовым коконом, отсекая грохот войны. Коломбина судорожно выдохнула, её прохладные ладони трепетно легли на его шею, а шесть маленьких крылышек на затылке ласково затрепетали, касаясь его щеки. Она заглянула в его янтарные глаза своими жемчужно-розовыми зрачками с серповидными бликами. На её щеках пылал густой, горячий румянец. — Мы победили, мой звёздный мальчик, — прохладный шёпот Богини обжёг его кожу, вызывая сладостную, томительную дрожь во всём тело. — Петель времени больше нет. Панталоне разбит. Сандроне вернула своё наследие. Нод-Край свободен. Итэр нежно поцеловал её в раскрытые губы — этот поцелуй посреди падающих белых перьев и догорающего флота стал их нерушимой клятвой. — Наша битва окончена, Коломбина. Пора лететь домой. К звёздам.