Когда осядет пепел Ирминсуля

Деформированный куувака рванулся вперёд, круша тяжёлыми стальными лапами скалистую породу у подножия Пика Пепельной Вуали. Осквернённая машина, ведомая заложенным Дотторе протоколом и подпитанная золотом Панталоне, выпускала из разорванных сочленений удушливые облака иссиня-чёрного дыма. Застрельщики Фатуи в панике разбегались, бросая оружие. — Назад! — скомандовал Итэр, крепче сжимая рукоять меча. Свечение золотых ромбов на его сапогах мгновенно сменилось тяжёлым, глубинным изумрудным сиянием — добравшись до Нод-Края, он снова воззвал к стихии Дендро, способной связывать и сокрушать механизмы. Путешественник сделал стремительный выпад, и из земли прямо под лапами кууваки вырвались перевитые лозы, намертво сковавшие суставы осквернённого монстра. Машина яростно взревела, пытаясь перерубить путы, но в ту же секунду небо над Анклавом раскололось от хрустального звона. Коломбина взмыла в воздух. Её босые ноги с ромбовидными узорами больше не касались грязного портового настила или заснеженных камней. Тёмно-синий градиентный шлейф её боди-платья развевался, а две огромные парящие полусферы за спиной полыхнули ослепительным серебряным светом. Шесть маленьких ангельских крылышек на её затылке сердито и часто трепетали в волосах, подчёркивая божественную ярость. — Игрушки Снежной должны знать своё место, — напевно, но со зловещим холодом произнесла Коломбина. Она грациозно взмахнула рукой, и парящие у её щиколоток голубые сферы сорвались с места, превратившись в мощные, концентрированные лучи чистой лунной энергии. Световые снаряды вонзились прямо в бронированную грудь кууваки, с диким грохотом пробивая металл и выжигая осквернённое ядро Дотторе. Остатки дыма Ирминсуля взвились вверх, но стоило Итэру сделать шаг и коснуться пылающего остова рукой, как сработала его природа Сошедшего. Абсолютный иммунитет к скверне Тейвата отозвался мгновенно: яркая золотистая вспышка сорвалась с его пальцев, полностью очищая Анклав от едкой гари. Чёрный пепел растворился, превращаясь в безвредные белые искры. Застрельщики Фатуи, ошеломлённые увиденным, даже не попытались напасть. Увидев свою бывшую Третью Предвестницу без маски, они в ужасе побросали оружие и бросились наутёк сквозь туманы к Лазурному Янтарному Озеру. Коломбина плавно опустилась на снег прямо рядом с Итэром. Четыре её крыла медленно растаяли, превращаясь в пушистые белые перья, а шесть маленьких крылышек на затылке мирно сложились. Жемчужно-розовые глаза с серповидными бликами снова наполнились той самой трепетной, робкой нежностью, которую они разделили у озера. — Твоя сила очищения прекрасна, мой звёздный мальчик, — тихо, нараспев произнесла она, убирая фиолетово-пурпурную прядь с лица. — Но посмотри, что эта машина охраняла в глубине ворот. Они вошли внутрь заброшенной лаборатории Анклава. На обгоревшем железном столе, заваленном разбитыми пробирками, лежал массивный кованый сейф Фатуи, украшенный эмблемой Девятого Предвестника. Сейф был приоткрыт — куувака выломал его, когда осквернился. Inside, среди кипы сгоревших отчётов о проектах Кууваки, лежал плотный кожаный свиток и небольшой гранёный контейнер. Итэр аккуратно развернул свиток. Строки были написаны каллиграфическим, изящным почерком Панталоне, но текст предназначался лично Дотторе. *«...Второй транш через Фонтейн доставлен. Царица по-прежнему уверена, что проект Кууваки закрыт, а Коломбина считается утерянным источником энергии. Напоминаю: Указ Палевзвезды всё ещё в силе для отвода глаз. Ищи Радужный Лунный Костный мозг на Пике Пепельной Вуали. Если твоя душа укоренится в Ирминсуле, этот артефакт станет ключом к полному контролю над зеркальными отражениями Тейвата. Не подведи меня, старый друг».* Итэр нахмурился, переводя взгляд на контейнер. Открыв его, он замер: внутри, испуская мягкое, переливающееся всеми цветами спектра сияние, лежал осколок невероятной плотности. Радужный Лунный Костный мозг. Тот самый артефакт, который, согласно скрытому лору, позже спасёт Коломбину от угасания после битвы на Старсэнд-Шоал. Коломбина резко выдохнула, её пальцы невольно сжали золотой полумесяц на груди, а шлейф платья взволнованно дрогнул. — Банкир Снежной... — тихо, со звенящей иронией прошептала она. — Он хотел использовать мою бывшую силу и этот костный мозг, чтобы подчинить себе саму Луну. Дотторе мёртв, его планы сожжены, но Панталоне до сих пор думает, что может купить Тейват. Итэр аккуратно закрыл контейнер и повернулся к Коломбине. Их взгляды встретились, и в полумраке лаборатории между ними снова вспыхнула та интимная, невысказанная химия. Память о первом поцелуе у озера незримо стояла между ними. Итэр робко, но уверенно взял её за руку, чувствуя, как стихийная энергия на его камзоле снова чисто засияла тёплым бирюзовым цветом Анемо. — Панталоне не получит этот артефакт, Коломбина, — твёрдо сказал Итэр, слегка сжимая её прохладные пальцы. — Теперь этот мозг принадлежит тебе. Он вернёт тебе силы, которые ты потеряла из-за Фатуи. И мы защитим Нод-Край вместе. Как семья. Коломбина судорожно вздохнула, её жемчужные глаза с серповидными бликами испуганно и трепетно расширились от его слов. На бледных щеках расцвёл густой румянец. Она сделала шаг ближе, почти невесомо утыкаясь носом в его плечо, пряча лицо в разорванном отвороте его белого камзола. — Спасибо... мой звёздный Путешественник, — прохладный шёпот Богини обжёг его шею, заставляя сердце Итэра биться в бешеном, счастливом ритме.