Цена любви — выбор сердца

      Джиан, едва передвигая ноги, словно её ведут на казнь, заходит в аудиторию, путь в которую ей любезно указала старшекурсница-куратор. Мысль о том, что ей пришлось подчиниться отцу, занимает настолько, что только громкий оклик «онни» заставляет сконцентрировать внимание на помещении. Мина зазывая машет рукой, а у Джиан одно желание — исчезнуть. Но мимолётный взгляд на человека, стоящего рядом, почти плечом к плечу, — и сердце замирает.       — Засранец? — не сразу поняв, что вслух, вырывается у неё на выдохе. — А ты здесь откуда?       На его лице не меньшее удивление и растерянность, а ещё неумело замазанные следы побоев. Чувство, что Тэян был прав насчёт него, червем закравшееся в этот момент, заставляет поджать губы и молча пройти к сестре, которая любезно двигается, предоставляя место.       — Вы знакомы? — загадочно улыбается Мина, что оставляет неприятный осадок в душе.       — Нет, — поспешно отвечает Джиан, — показалось.       — Ну да, ну да, — тянет Мина, отчего сердце Джиан ёкает, словно её поймали с поличным, а затем как ни в чём не бывало толкает сестру локтем и подмигивает, кивнув на злосчастного парня: — А он ничего так, симпатичный.       Джиан машинально переводит взгляд и замечает, как, поднимаясь, он спотыкается на ступеньке, хотя смотрит под ноги. Ей кажется, будто он боится даже взглянуть по сторонам.       — Парень как парень. Ничего особенного, — отвечает Джиан, но чувствует, как к щекам приливает жар. Лишь бы младшая этого не заметила.       — Ну что за скромница, а?.. — прищёлкивает языком Мина и смеётся. — Уже вроде взрослая, но…       — Прекрати. Не собираюсь с тобой это обсуждать, — бросает Джиан. Раздавшийся в ту же секунду звонок заставляет аудиторию притихнуть, прерывая любые разговоры.       Вводная лекция, хоть её таковой и не назовёшь, проходит в знакомствах с ведущими преподавателями факультета и кураторами групп потока, в обещаниях интересного процесса обучения и практики в ведущих организациях страны, в числе которых звучит и «Ди-Джей Кампани» — фирма отца Джиан.       — В этом году в нашем вузе учится и наследница «Ди-Джей», Чон Джиан, — торжественно говорит декан факультета.       Услышав своё имя, она хочет провалиться сквозь землю или вовсе испариться. В помещении словно становится совсем тихо, а по спине пробегает холодок. Джиан не покидает ощущение, будто зал погрузился во тьму, а она стоит в круге света прожектора, не способная сдвинуться с места. Хочется сбежать, раствориться в темноте, хоть ненадолго стать кем-то другим, а не наследницей.       По приглашающему жесту ректора Джиан заставляет себя подняться с места и с улыбкой произнести нечто вроде «прошу позаботиться обо мне». В аудитории слышится шёпот, удивлённые вздохи. Но даже недовольное «понятно, кто будет любимицей преподавателей» с верхних рядов так не задевает, как едва слышное бормотание Мины:       — Вообще-то я тоже здесь. Но, конечно, опять только ты.       Джиан садится под вялые аплодисменты, и едва сдерживается, чтобы не нагрубить младшей сестре на глазах у всех. Она ненавидит сам факт того, что оказалась здесь по указке отца. Ей пришлось задвинуть свои желания и мечты в долгий ящик… снова.       После ректора слово берёт Шин Сора — председатель студсовета факультета управления бизнесом. Она объясняет, сколько групп в потоке, кто их курирует, рассказывает о кружках и секциях, участие в которых, конечно же, добровольно-принудительное. И вишенкой на торте становится объявление о вечере посвящения в первокурсники, который пройдёт через десять дней — в следующую пятницу.       Тем временем, листая в телефоне список студентов, Джиан обнаруживает, что дочери Чон Донджу оказались в разных группах. Радует ли её этот факт? Очень даже! Чем меньше пересечений с младшей сестрой, тем лучше для ментального здоровья самой Джиан.

***

      Когда в тот день она написала сообщение о необходимости поговорить, Тэян перезвонил сразу же. И стоило Джиан заговорить о своих догадках относительно Мины, как он отключился, сославшись на важный деловой звонок.       После встречи в кафе Джиан лишь раз видела младшую сестру в доме родителей. Приехав на очередной внеплановый «семейный» ужин вместе с Тэяном, она только убедилась в верности своей теории. Томные взгляды Мины были очевидными и, казалось, бросались в глаза.       Стоило им переступить порог родительского дома, как сестра подошла к Тэяну, заботливо забрав у него дипломат и сопроводив в гостиную, тогда как Джиан попросили зайти в кабинет отца. Ей не оставили выбора. Документ о переводе на факультет управления бизнесом был молча подписан.       Ужин, как и всегда, прошёл под аккомпанемент отцовских разговоров с Тэяном, к которым с интересом подключилась Мина. Они говорили о компании, перспективах, предстоящем открытии нового филиала — будто Джиан была не дочерью, а очередным проектом, в который инвестировали слишком много, чтобы позволить ему провалиться. Несмотря на то, что Мина всегда проявляла желание заниматься семейным бизнесом, Чон Донджу выдвигал вперёд только Джиан, ведь она старшая.       — Слушайте меня обе, — строго сказал отец, когда вечер подходил к концу, — свои неприязнь и разногласия оставляете в стенах этого дома. На публике вы должны быть самыми любящими друг друга сёстрами. Ясно?       — Да, папа, — с готовностью сказала Мина, всё время не сводившая глаз с Тэяна, а затем устремив взгляд на сестру, стала с вызовом ожидать её ответ.       — Да, отец, — смиренно повторила Джиан и заметила ухмылку младшей.       — И ты должна преуспевать всегда и во всём, поняла меня? — от строгого тона отца Джиан пробрала дрожь.       — Я постараюсь, — ответила она.       — Стараться мало. Надо быть лучшей, — возразил он и, обращаясь к Тэяну, сказал: — Вы хоть понимаете, сколько на вас возложено?       Джиан хотела возмутиться, но Тэян незаметно накрыл её ладонь, давая понять, что сам ответит будущему тестю.       — Конечно, господин Чон. Можете рассчитывать на нас, — бодро сказал он, пожимая его руку, а затем, посмотрев на хозяйку дома, коротко поклонился и сказал: — Спасибо за вкусный ужин, госпожа Ким.       По дороге домой Джиан напомнила другу о поведении младшей сестры и впервые в жизни усомнилась в его словах.       — И ты не замечал? — подозрительно щуря глаза, спросила она. — Да она ведь только и крутилась сегодня возле тебя.       — Она же совсем ребёнок, что там замечать? Я в ней никогда девушки-то не видел, — не отрываясь от дороги, возразил Тэян, но стойкое ощущение, что он лукавил, не оставляло Джиан ни на секунду.       — Вот теперь обрати внимание…       — Мне кажется, что ты преувеличиваешь, — прервал Тэян на полуслове, но снова даже не взглянул на неё. — Ревнуешь?       — Знаешь же, что нет. Может, было бы лучше, если бы вы и правда нравились друг другу, — искренне ответила она и, нервно хмыкнув, продолжила: — Только кого в таком случае мне подсунул бы отец в качестве «лучшей партии»?       Тэян ничего не ответил, лишь поджал губы и сильнее вцепился в руль. А Джиан поймала себя на мысли, что стала чаще недопонимать реакции друга.

***

      Застряв во вновь нахлынувших воспоминаниях, Джиан не сразу осознаёт, что лекция закончилась и студенты уже выходят из аудитории, а Мина нетерпеливо дёргает её за плечо.       — Вставай, онни, — раздражённо говорит она, пытаясь расшевелить старшую сестру. — Уснула что ли? Я пройти не могу!       Джиан резко подрывается с места, но споткнувшись о собственную ногу, заваливается в проход. От неминуемого падения её удерживает вцепившаяся в локоть крепкая рука.       — Осторожно, — слышит она, и это слово вызывает чувство дежавю. День рождения Тэяна, разбившиеся бокалы, непредвиденная истерика и… официант, ставший её свидетелем.       — Спасибо, — кивает Джиан и смотрит на своего спасителя, убеждаясь, что правильно определила, обладателя голоса.       Новоявленные студенты, стараются обойти их, спеша выйти из аудитории. То и дело слышится «простите», «отойди», «чего встали»… Кто-то даже насмешливо говорит:       — Мы тут думаем, как её окучить, а он сразу хватает быка за рога. Шустрый, глянь на него…       — Да оборванец-льготник, наверняка. Как ему ещё тут выжить? — доносится такой же презрительный ответ.       Осознание мерзости сказанных слов приходит, когда Джиан ощущает сильно сжавшуюся ладонь на своём локте, а подняв глаза, видит побагровевшее от злости лицо напротив.       — Мне больно, — вырывается у Джиан, и хватка мгновенно ослабевает, а потом и вовсе исчезает, оставляя после себя слабо пульсирующую боль.       — Прости… те, — парень делает кивок. Видно, как он старается держать себя в руках, закрывая глаза и сжимая руки в кулаки.       — Может, я уже пройду? — вновь обращается Мина к сестре.       Заминка, длившаяся всего с полминуты, привлекает всеобщее внимание к наследнице Ди-Джей и схватившего её парня. Некоторые студенты, ожидая исхода сцены, развалились на своих стульях как в креслах кинозала. Для полноты картины не хватает стаканчика попкорна и 3D-очков. И вновь Джиан становится главной героиней очередного спектакля.       — Сухёк, ты идёшь? — кричит возникший в дверях студент.       — Сейчас, — отвечает её спаситель, подняв руку, — уже спускаюсь.       — Спасибо, что не дал упасть, Сухёк, — говорит Джиан, делая ударение на имени, забирает сумку и, не оборачиваясь, следует за младшей сестрой.       Он ничего не говорит, и это даже радует, потому что самодовольной ухмылки Мины достаточно, чтобы окончательно потерять самообладание.       — Ты как в дораме, онни. В первый же день учёбы встретила красавчика, который тебя спас от нелепого падения. Может, это судьба?       Сдерживась, Джиан просто проходит мимо. Сердце колотится, рука всё ещё ощущает прикосновение Сухёка, побитое лицо со странным светом в глазах предстает перед внутренним взором. Хочется вернуться и спросить, что с ним произошло, почему он в таком состоянии, но в голове стучит, что этот парень связан с плохими людьми и лучше его сторониться.       Во время второй лекции Джиан получает сообщение от Мины:       «Сухёк учится в моей группе. Тебе ведь интересно, онни?»       Оставив младшую сестру без ответа, Джиан закатывает глаза и выдыхает через рот, надув щёки. Усердно стараясь сконцентрироваться на словах преподавателя об организации практических работ и презентаций, она, скорее, чувствует сонливость, чем интерес.       Мина больше не беспокоит. Ни своим появлением, ни сообщениями. Но каждую перемену Джиан мысленно ругает декана, потому что одногруппники донимают её расспросами обо всём. Почти каждый пытается втереться в друзья, взять номер телефона, намекает на стажировку в компании в будущем. Джиан кажется, что этот день никогда не закончится. Даже в столовую она намеренно не идёт, чтобы хоть на короткое время остаться без навязчивого внимания, но, оказывается, проголодались не все.       — Джиан, можно вопрос? — к ней подсаживается девушка в больших круглых очках, копной пышных высветленных волос и милой улыбкой.       Это единственный человек за весь день, который просит разрешения. Остальные просто вторгались в личное пространство, наплевав на мораль и этику. Нет, сначала она старалась быть вежливой и приветливой, как того требуют её статус и отец. Но в какой-то момент ей надоело улыбаться. И сейчас Джиан настолько уже все опостылели, что ответив одногруппнице короткое «нет», она встаёт, складывает тетради в сумку и уходит. Неважно куда, лишь бы побыть уже одной. Интересно, на педагогическом её бы так же доставали с первого дня? Хочется найти укромный уголок и спрятаться в нём. Как ни странно, но такое место находится на первом этаже возле какого-то подсобного помещения под лестницей. Жаль, что дверь оказывается заперта.       Джиан достает телефон и нажимает на быстром наборе двойку. На экране тут же высвечивается «Тэян». Она понимает, что сейчас разгар рабочего дня и он наверняка занят, но очень хочет услышать от него всего два слова — «ты справишься».       — Да, солнце, — отвечает приветливый голос в трубке. — Как твой первый день?       — Плохо, — выдыхает Джиан. Она не капризничает, нет, но высказать накипевшее может только ему.       — Что случилось? — голос Тэяна звучит обеспокоенно и настороженно.       — Я тебя не отвлекаю? — вместо ответа спрашивает она, глазами ища, куда можно сесть или хотя бы прислониться. Решив, что дверь подсобки будет наилучшим решением, она опирается на неё боком       — Нет. Говори, что случилось.       И Джиан рассказывает всё, что накипело за этот день, включая подколы Мины. Когда речь заходит о Сухёке, Тэян прерывает:       — Мне не нравится, что он снова оказался возле тебя. Будь осторожна.       — Да, чем он может мне угрожать? — удивляется Джиан.       — Я приставлю к тебе пару парней в охрану, — твёрдо говорит он.       — И как это будет выглядеть? — недоумевает она, а затем смеётся: — Гиперопека мне ни к чему. Я уже большая девочка.       — Хорошо. Но будь осторожна с ним.       — Да он даже не в моей группе. Он с Миной, кстати. Может, за неё надо переживать?       — Твоя сестричка не пропадёт. Я уверен, — хмыкает Тэян. — Ты тоже справишься со всем. Файтин.       — Вот за этими словами я и звоню. Спасибо, Тэ.       Джиан смотрит на изящные часики, покоящиеся на левом запястье, а затем говорит:       — Прости, что побеспокоила. Сейчас будет звонок. Ещё две пары, и я свободна до завтра. Боже, это самый длинный день в моей жизни.       — Ничего, скоро привыкнешь. Потом и за уши тебя не оттащу от экономики, — смеётся Тэян, а Джиан лишь скептически хмыкает в ответ. — Хорошего дня, солнце. Пока.       — Пока, — отвечает Джиан и сбрасывает звонок, а по зданию разносится трель начала пары.       Перед последним занятием в аудитории появляется Шин Сора, чтобы собрать заполненные анкеты для студсовета, которые раздали на вводной лекции.       — И ещё, нам нужно решить, кто будет вести церемонию посвящения от лица первокурсников, — говорит Сора в конце. — В каждой группе нужно выбрать одного человека, который представит свою кандидатуру к концу завтрашнего дня. Можете кого-то предложить у вас?       — Да пусть Джиан будет, — подаёт голос парень, который уже несколько раз сегодня пытался выпросить её номер или адрес страницы в соцсетях.       Она лишь растерянно мотает головой, умоляюще смотря на куратора, чтобы та не вздумала принимать это предложение.       — Кто за Джиан? — спрашивает Сора, и руки одногруппников поднимаются одна за другой без промедления. — Единогласно. Завтра, после пар жду тебя в студсовете. Кабинет «три-восемь» в корпусе «Б», третий этаж.       С этими словами Сора прощается и покидает аудиторию, а Джиан оборачивается и видит лукавые ухмылки на лицах одних одногруппников, равнодушное пожатие плечами других и не менее ехидное разведение рук третьих. «Так тебе и надо», — мысленно звучит от каждого. Неужели все решают ополчиться против неё с первого же дня?       Звенит звонок, и последняя лекция проходит так же скучно, как и все предыдущие. Только теперь в голове Джиан крутится, как избежать не только роли ведущей мероприятия, но и его самого?       Так ничего и не придумав, она складывает тетради в сумку и направляется на выход. Уже в дверях её останавливает та же девушка, что подходила во время обеденного перерыва.       — Не расстраивайся, Джиан. Ещё ведь не факт, что выберут именно тебя, — говорит она, а затем протягивает руку, представляясь: — Ким Ханыль.       Джиан недоуменно касается холодных пальцев одногруппницы, слегка сжимая их.       — Если что, я помогу тебе с подготовкой. В школе была капитаном чир-лидерш. Так что подбадривать умею. Файтин? — Ханыль поднимает кулак и улыбается.       — Спасибо, — отвечает Джиан, выходя с новой знакомой в коридор, а затем останавливаясь у окна. — Прости, что нагрубила тебе сегодня. Меня правда все достали.       — Не бери в голову. Я так и подумала, — говорит Ханыль. — Я тоже одна, но совсем по другой причине. А давай дружить?       Джиан смотрит на вновь протянутую ладонь и понимает, что давно не заводила знакомств просто так, не на светских вечеринках. Давно не общалась ни с кем добровольно, без принуждения. Эта девушка напротив, в очках и простой одежде, совсем юная, смотрит открыто и бесхитростно. В её взгляде Джиан не воспринимает себя экспонатом в музее или ступенькой в карьерной лестнице. Может, ей действительно хочется завести полезные знакомства, но она не просит безвозмездно, а предлагает что-то взамен. Видимая искренность подкупает Джиан, поэтому она протягивает руку в ответ, сжимая крепче, чем в первый раз.       — Не буду тебе больше навязываться, — говорит Ханыль, словно почувствовав толику сомнения. — Увидимся завтра.       — Спасибо, Ханыль, — снова благодарит Джиан и отвечает на дружескую улыбку такой же искренней.       Кажется, впервые за этот день Джиан чувствует, что всё не так уж плохо. Но радость длится недолго. Мина появляется как гром среди ясного неба.       — Привет, онни. Как прошёл день? — щебечет она, как ни в чём не бывало. — Отвезешь меня домой? Мой водитель заболел.       — У тебя пары закончились раньше. Могла вызвать такси, — отвечает Джиан, закатывая глаза от наглости младшей сестры. — Я устала и хочу к себе.       — Почему я должна ехать в вонючем такси, когда у меня есть сестра с водительскими правами? — Мина капризно дует губы.       — Что мешает тебе тоже получить права? — бросает Джиан и отходит от окна, чтобы наконец уйти из этого ненавистного учебного заведения. И от сестры.       Но Мина не отстаёт и семенит следом на своих высоких каблуках.       — Хотя ты передавишь полгорода и перебьёшь с десяток машин, пока научишься, — сама же и отвечает, смерив младшую взглядом.       — Зачем мне учиться тому, что сделают за меня другие? — возражает Мина. — Своё время можно потратить на то, что смогу сделать только я.       «Например, отравлять мне жизнь», — проносится в голове, но вслух Джиан больше ничего не говорит, надеясь, что Мина посчитает разговор исчерпанным и отстанет. Но та упрямо продолжает вышагивать рядом. Сто́ит Джиан разблокировать двери автомобиля, как Мина тут же запрыгивает на пассажирское сиденье.       — Я сказала, что не повезу тебя. Выходи, — устало выдыхает старшая, положив руки на руль. Но Мина лишь демонстративно пристёгивается.       — Я поеду с тобой. Хотя нет… Ты отвезёшь меня домой! Ты же не хочешь, чтобы я кое-кому поведала о своих сегодняшних наблюдениях? — язвительность звучит в каждом слоге.       — Мне всё равно кому и что ты собралась рассказывать. Вылезай.       Ей не хочется давать младшей сестре козыри в руки, ведь если она согласится сейчас, то только подтвердит «наблюдения» Мины.       В этот момент звонит телефон Джиан. На экране — «мама». Приняв вызов, она понимает, что от поездки в родительский особняк ей сегодня не отвертеться — приглашают на ужин в честь начала учёбы. Отказаться нельзя.       Завершив звонок и убрав телефон в карман пиджака, Джиан молча заводит двигатель, трогаясь с места. Она замечает, как Мина довольно хмыкает, но желания продолжать перепалку нет совсем.       Мама, как и обычно, встречает тёплыми объятиями. Джиан тоже всегда по ней скучает, но из-за постоянных нотаций отца, старается появляться реже. Это и так вторая встреча за неделю.       — Скоро будем ужинать, — говорит мама, проходя со старшей дочерью в гостиную, пока младшая убегает в свою комнату переодеться. — Ты, наверное, проголодалась?       — Если честно, то очень, — говорит Джиан, садясь рядом с мамой на диван и кладя ей голову на плечо. — Как узнали, чья я дочь, проходу не давали.       Мама лишь тяжело вздыхает. Джиан прекрасно понимает, что не смотря на всю любовь, заботу и ласку, которой женщина щедро одаряет старшую дочь — перед своим мужем она бессильна. Как и все тут…       — Пойду вымою руки, и сразу приду в столовую, — говорит она, нехотя высвобождаясь из маминых объятий.       Проходя мимо кабинета отца, Джиан притормаживает, услышав гневный голос отца. Разговор за закрытой дверью звучит приглушённо, но Чон Донджу явно недоволен. Подслушать, о чём именно идёт речь, не удаётся: звук приближающихся шагов, заставляет спешно спрятаться за углом.       — Всё будет сделано. До свидания, господин Чон, — только это и слышит Джиан чётко, когда дверь в коридор открывается.       Благодаря висящему напротив кабинета зеркалу, она наблюдает за появившимся в двери человеком прямо из укрытия и едва не вскрикивает, рассмотрев его лицо, но вовремя закрывает рот ладонью.       Молодой мужчина прислоняется к двери, медленно выдыхая с закрытыми глазами. Затем достаёт носовой платок и вытирает со лба пот.       Джиан с ужасом замирает, не веря своим глазам. Мужчина выглядит непривычно: белая рубашка, галстук, строгий костюм, волосы зачёсаны назад, а в руке небольшой кейс. Происходящее кажется нереальным, но единственно верный вывод напрашивается сам собой — встреча с Сухёком никогда не была случайностью! Его подослал отец! Ведь именно он стоит сейчас возле двери.

***

Семь месяцев назад Особняк семьи Чон

             — Здравствуйте, господин Чон, госпожа Ким, — приветствует хозяев дома Тэян, пройдя в гостиную, куда его проводила Мина, всегда встречающая на пороге.       С тех пор, как Джиан уехала четыре года назад в Штаты, он бывает здесь редко, видясь с Чон Донджу в основном на деловых приемах и встречах. Сюда же Тэян раньше приходил чаще всего к Джиан.       Сегодня она тоже является причиной его визита, несмотря на то, что ее всё ещё нет в стране.       — Рад тебя видеть, Тэян, — сдержанно улыбаясь, отвечает Донджу и встаёт, чтобы пожать гостю руку. — Проходи, присаживайся.       — Давно ты к нам не заходил. Без Джиан ты будто и дорогу забыл в этот дом, — с деланным недовольством, но с нескрываемой улыбкой журит хозяйка дома.       Эта добрая женщина всегда вызывала у Тэяна теплые чувства. Его мама умерла, когда он учился в средней школе, и именно мама Джиан, светлая Ким Даль, помогла ему смириться с потерей.       — Теперь буду появляться чаще, — отвечает Тэян. — Я пришел сегодня официально попросить руки вашей дочери, — произнося последнее слово, он слышит тихий вздох Мины и машинально бросает на нее взгляд, замечая на ее лице восторженное ожидание, — Джиан.       — Как неожиданно, — ахает госпожа Ким, прижимая ладони к груди, но воздух разрезает отчаянное: «Нет!»       Все недоуменно смотрят на Мину, которая, вскочив и зло процедив: «Не позволю», убегает из гостиной.       — Простите, — госпожа Ким виновато смотрит на мужа и Тэяна, — пойду успокою её.       — Не обращай внимания на детские выходки, — равнодушно комментирует Донджу поведение младшей дочери, когда его жена скрывается за поворотом.       — Всё в порядке, господин Чон, — спокойно отвечает Тэян, но в сердце теснится беспокойство из-за поведения Мины. — Юридический отдел уже составил брачный договор. Завтра они свяжутся с вашим для обсуждения деталей.       — Отлично. Выпьем за это? — господин Чон наливает виски из стоящего рядом графина.       — Благодарю, но я за рулём.       Неожиданно начавшаяся беготня прислуги не остаётся незамеченной.       — В чём дело, Суён? — грозно спрашивает господин Чон, спешащую в сторону хозяйских спален немолодую горничную.       Она останавливается, но не решаясь сказать и слова, мнётся на месте, пока не сталкивается с испепеляющим взглядом Чон Донджу.       — У юной госпожи истерика, — еле выдавливает Суён.       — Разрешите поговорить с Миной? — просит Тэян. Он всегда относился к ней, как к младшей сестрёнке, не желая замечать ни её взросления, ни откровенные подкаты.       — Если тебе так хочется, — равнодушно отвечает господин Чон. — Мы с тобой уже всё выяснили. Оставим юристам составление бумаг.       Тэян коротко кивает и спешит за Суён в комнату, нет, не Мины, а Джиан. В спальне старшей дочери семьи Чон царит полнейший хаос. Госпожа Ким с надеждой смотрит на Тэяна, стоит ему войти. Он и раньше мог влиять на мелкую, но не ожидал, что у неё до сих пор случаются такие истерики.       Его взгляда достаточно, чтобы все вышли, закрыв за собой дверь. Под подошвой ботинок хрустит стекло разбитых фоторамок, когда Тэян направляется к Мине, взявшейся за ночник, чтобы разбить и его.       — Мина, прекрати, — он хватает её за запястья, спасая тем самым несчастную лампу от неминуемой расправы, а она тут же вжимается в его грудь, крепко обхватывая руками за талию. — Ты же поранишься.       Мина содрогается в его объятиях, а он гладит её по голове и даёт время успокоиться. Это всегда работало. Спустя пару минут наступает тишина. Мина поднимает голову и красными от слёз глазами смотрит ему в лицо. Тэян знает этот взгляд. Знает, что она давно влюблена в него, но всегда надеялся, что это всего лишь ребячество.       — Оппа, это бизнес. Нет существенной разницы, на ком из дочерей «Ди-Джей» жениться, — говорит она спокойно, но во взгляде появляется отчаяние и мольба. — Женись на мне. Я буду полезной. Я разбираюсь в ведении дел, ты же знаешь. И я люблю тебя.       Тэян не успевает произнести и слова, как Мина набрасывается на его губы. Целует страстно, но неумело. Секундное замешательство и — он отвечает. Его отрезвляет хаотичное блуждание рук по телу. Он отстраняет Мину, но несколько мгновений не открывает глаз, пытаясь осознать ту ошибку, что совершил, поддавшись минутной слабости. И лучше бы ему их не открывать… Взгляд полный надежды, с которым он сталкивается окончательно разбивает его.       — Мы… Нет… Я… Прости, мелкая, — впервые в жизни он не может подобрать слов. — Но я люблю Джиан.       Он уходит, оставляя Мину, в растерянности осевшую на кровать сестры. Одну.