Майк всегда был тем, кто любил

Уилл был особенным для Майка, Майк всегда это понимал, но продолжал отрицать, потому что это неправильно. С возвращением Уилла с изнанки в жизнь Майка вернулись краски, вернулись ночи без слёз, вернулись искренние улыбки, вернулись вечера, проведённые за просмотром фильмов или играми, вернулись пунцовые щёки, сбитое дыхание и учащённый пульс. Всё это вернул в жизнь Майка Уилл одним только своим присутствием. Первые месяцы Майк почти не отходил от друга, он мог бы соревноваться с Джойс за большее количество времени, проведённого с Уиллом, если бы жил с ним в одном доме. Каждый вечер Майк приходил в дом Байерсов, где они с Уиллом разговаривали, пока не надоест. А потом Майк тихонько подпевал плейлисту Уилла, пока тот рисовал их игровых персонажей из ДнД. Иногда они вместе читали комиксы, и Уилл, как раньше, ложил голову Майку на плечо. Волосы, пахнущие яблочным шампунем, щекотали Майку нос, но он не смел жаловаться, он в целом почти не дышал, чтобы не спугнуть друга. Иногда Майк делал вид, что уснул в кровати Уилла, пока читал комиксы или плевал в потолок, слушая тихий голос Байерса. Тогда друг ложился спать рядом с ним, ведь дома у Уилла не было спального мешка. Майк сам не понимает, почему это делает, но оправдывает всё тем, что соскучился по другу за то время, что тот был в изнанке. Майку тринадцать, когда Уилла начинают называть зомби-боем в школе, а смешки и шёпот преследуют его на каждом углу. Майку обидно за друга, он смог пережить неделю в другом измерении, чуть не умер, а над ним ещё и издеваются из-за этого. Несмотря на новую кличку, звание пидора не отстало от Уилла. Уилл вернул в жизнь Майка не только хорошее. С возвращением друга к Уилеру вернулось чувство собственной неправильности, испорченности и отвратительности. Вернулись и бесконечные переживания о том, что Уилл или друзья заметят неладное в поведении Майка, увидят, как краснеют его щёки, стоит Байерсу его коснуться, увидят, как Майк кидает взгляды на Уилла, когда думает, что никто этого не замечает. Они увидят и решат, что Майк из этих, но это точно не так. Майк просто скучал по другу и теперь хочет быть ближе к нему, чтобы наверстать упущенное. Если честно, Майк сам не понимает, что с ним. Майку тринадцать, он поджимает губы, и его глаза опасно краснеют, когда в школьном коридоре он слышит очередное гомофобное обзывательство в сторону друга. Уилл не обращает никакого внимания, он привык к подобному и научился игнорировать такие слова в свой адрес. Майка же внутренне трясёт от страха и отвращения. В горле стоит ком, он ужасно потеет, паника накрывает с головой, и всё это из-за одного слова, сказанного даже не ему. Майк не понимает, что с ним. С тех пор у Майка истерики от каждого упоминания гомосексуальности. Он убегает из зала, когда по телевизору крутят очередной эфир про эпидемию СПИДа. Стоя в ванной, он пытается умыться холодной водой, но дрожащие ладони разливают воду до того, как она коснется лица. Майк не понимает, что с ним. Он давится и бледнеет, когда отец поднимает эту тему за столом. В горле стоит ком, и Майку начинает казаться, что обед, который он даже не успел доесть, сейчас же выйдет из него обратно на тарелку. Отец смотрит на него непонимающе и раздражённо, мама — обеспокоенно, а в глазах Нэнси Майк видит самое страшное — сочувствие и понимание. Майк знает, что она понимает то, что пока не понял сам Майк, и от этого внутри всё холодеет. Он снова сбегает в ванную, но на этот раз он не умывается, а блюёт, обливаясь слезами омерзения к самому себе. Майк не понимает, что с ним. Майку тринадцать, когда он начинает избегать Нэнси. Ему кажется, будто сестра пыталась поднять с ним эту тему, сказать то, что он не готов услышать, но Майк всегда уходил, и она перестала пытаться. Они с Нэнси не поговорили, и Майк рад этому, он рад тому что пока сестра не сказала это вслух. Майку тринадцать, и он хочет сорвать с себя кожу, засыпав раны солью, когда Нэнси снова смотрит на него сочувствующе, перебивает отца и меняет тему, когда тот снова хочет перейти к разговорам, от которых Майка трясёт. Майк не знает, благодарить или ненавидеть сестру за это, ему страшно, и ему было бы легче, если бы она продолжала вести себя как раньше. Майк не понимает, что с ним. Майку тринадцать, он уже взрослый, но всё равно продолжает верить в чудеса, надеясь, что Оди жива. Он каждый день продолжает пытаться связаться с чудо-девочкой по рации, но она никогда не отвечает, Майк всё равно попробует снова на следующий день. Он скучает по Оди, правда, скучает. Иногда ему снятся кошмары, в которых Оди снова и снова жертвует собой, говоря "прощай, Майк" перед тем, как исчезнуть. В такие ночи он просыпается со слезами на глазах и сбитым дыханием. В своей тоске по Оди он находит подтверждение тому, что она действительно ему нравилась. Майку тринадцать, когда Лукас и Дастин начинают бегать за одной рыжеволосой девчонкой. Она новенькая в их школе, недавно переехала в Хоукинс, и Майк не понимает, чем она могла зацепить его друзей, он считает её той ещё язвой. Его мнение подкрепляется, когда во время Хеллоуина эта рыжая выпрыгивает им на встречу в уродливой маске, как чёрт из табакерки, и пугает всю партию до усрачки. Она смеётся над их лицами и говорит Майку о том, что он "кричит, как маленькая девочка". Слава богу, хотя бы милый Уилл не сходит по этой бестии с ума. Байерс, как всегда, спокойно выслушивает возмущения Майка насчёт новой знакомой, а после исчезает из поля зрения Уилера, когда тот догоняет двух влюблённых придурков и их объект обожания. Позже Майк найдёт Уилла, забившегося в угол от ужаса во время очередного эпизода. Тогда Майк накричит на друзей и, пообещав отвести Уилла домой, приведёт его в свой подвал. Там Уилл расскажет о своих эпизодах, и они пообещают сойти с ума вместе. Майк снова подумает о том, что он странный, ведь его сердце не должно так бешено биться от шутливой клятвы. Майку тринадцать, когда при попытке связаться с Оди ему в триста пятьдесят третий раз никто не отвечает. Майк всё равно попробует снова на следующий день. Утром на уроке мистера Кларка Дастин говорит, что должен показать партии и рыжей дурочке что-то в радиоклубе. Этим чем-то оказывается непонятное склизкое существо. Дастин говорит, что назвал эту штуку Дартом. Все с любопытством рассматривают диковинное зверьё, все, за исключением Уилла, что не остаётся незамеченным Майком. Уилл старается не подавать виду, но Майк видит, как расширяются глаза друга, как дрожат его руки, как бледнеет лицо. Майку тринадцать, когда он забирает у Дастина коробку с Дартом, не позволяя другу показать зверька учителю. Майк возвращает друзей в радиоклуб, оставляя Макс снаружи, потому что она ему не друг, и она его бесит. Майк говорит, что им стоит показать эту тварь Хопперу, но Дастин начинает протестовать. Его прерывают странные звуки, исходящие от Дарта, который начинает на них шипеть и за считанные секунды отращивает себе лапы. Парни пугаются, и Майк замечает, как лицо Уилла становится всё бледнее, а руки уже бесконтрольно дрожат. Уилер хватает первый попавшийся предмет и уже собирается нанести удар по этому непонятному существу, когда эта рыжая, глупая, нетерпеливая дура-Макс открывает дверь и выпускает монстра наружу. Парни выбегают следом за Дартом, но не успевают его поймать и вместо этого кучей падают на Мейфилд. Майк думает, что так ей и надо. Разделившись, ребята отправляются на поиски зверька. Майк осматривает несколько кабинетов, после чего решает заглянуть в спортзал, где опять натыкается на рыжую макушку. Парень сам не заметил, как начал спорить с девушкой о том, что ей не место в партии, в ответ на что та начала твердить, что может быть гонщиком. Майк наблюдал за тем, как Мейфилд нарезает вокруг него круги на скейте, думая о том, что она действительно могла бы быть гонщиком, когда скейт буквально вылетает из-под её ног. На такое мог быть способен только один человек, так что Майк со всей скорости бежит к дверям, но в коридоре никого нет. Размышления Майка прерывает Уилл, сообщающий по рации, что он нашёл Дарта в мужском туалете на первом этаже. Голос друга кажется Майку полным тревоги, так что он быстро помогает рыжей подняться и вместе с ней бежит на помощь Уиллу, что есть силы. Рядом с местом назначения они сталкиваются с Лукасом, и уже втроём заваливаются в мужской туалет, хотя Майк не совсем понимает, что Макс здесь забыла. В туалете они встречают Дастина, который сообщает, что ни Дарта, ни Уилла здесь нет, и теперь им нужно искать и монстрика, и друга. Майка охватывает тревожное чувство. Куда мог деться Уилл, особенно после того, как в одиночку встретил Дарта? Вдруг зверёк напал на него, когда Уилл пытался его поймать? Вдруг эта тварь покусала Уилла? Позже к поискам Уилла присоединилась и недавно приехавшая Джойс, полная беспокойства за сына. Байерса всё-таки удалось найти на поле во время очередного эпизода. Когда мисс Байерс забрала Уилла домой, Майку пришлось рассказать друзьям подробнее про эпизоды друга. Майку тринадцать, когда он идёт домой к Уиллу, чтобы навестить его. Сердце обливается кровью и болезненно сжимается, когда Майк видит, в каком состоянии находится друг. Уилл выглядит напуганным и измученным, его серая кофта пропитана потом, плечи напряжены, глаза бегают из угла в угол, а руки сжимают пижамные штаны. Уилл выглядит хрупким и таким маленьким. Майку хочется его утешить, хочется сделать легче, забрать боль и переживания друга себе. Хочется спрятать Уилла от всего мира, чтобы тот больше никогда не слышал насмешек и оскорблений в свою сторону, чтобы не слышал ругань отца и запреты матери, не видел ядовитых взглядов, не сталкивался с изнанкой и тварями оттуда. Майку бы подвинуться ближе, обнять друга, положить его голову себе на плечо, но в голове от таких желаний звенит: мальчикамдолжнынравятьсядевочки. И Майк мысленно даёт себе по рукам. И по лицу. Уилл рассказывает Майку, что видит глазами монстра, видит, как тьма проникает в Хоукинс всё сильнее и сильнее. Взгляд Уилла такой пустой, что Майку хочется встряхнуть его за плечи, но вместо этого он берёт друга за руку, пытаясь утешить. Рука Уилла ледяная, и Майк обхватывает её сильнее, чтобы согреть. Майк утешает Уилла, неосознанно делая свой голос мягче и тише, как будто разговаривает с диким зверьком. Майк говорит, что Уилл может быть их шпионом и докладывать им о перемещениях монстра. От слов Майка Уиллу не становится легче, но он всё равно улыбается. В душе Уилера становится чуть-чуть светлее. Потом Джойс складывает кучу рисунков Уилла в что-то одно большое, но всё равно не понимает, что именно неосознанно изображает её сын. Когда на помощь приходит Боб, он догадывается, что Уилл рисовал карту города. Тогда Боб, Джойс и Майк проводят замеры, чтобы найти нужное место. Майку тринадцать, когда Джойс и Боб отправляются на поиски Хоппера, и через пару минут после этого Уилл падает и начинает биться в припадке, крича от боли. Майка трясёт, его оглушают вопли друга, полные боли, но он ничего не может сделать, никак не может ему помочь. Майку тринадцать, когда, стоя в палате в лаборатории, он беспомощно наблюдает, как Уилла окружают врачи, пока тот продолжает трястись и корчиться от боли. Майку самому больно на это смотреть, но он всё ещё ничего не может сделать, не может облегчить страдания Уилла. Майк продолжает просто смотреть на муки друга с комом в горле. Майку тринадцать, когда после пробуждения Уилла выясняется, что он частично потерял память. Уилл узнаёт Джойс, Майк выдыхает с облегчением, когда Уилл узнаёт и его, но Боба мальчик вспомнить уже не в состоянии. Доктор спрашивает у Байерса, что он помнит о вчерашнем, на что тот отвечает, что солдаты сделали больно, и теперь монстр расстроен. Доктор решает кое-что проверить, и Майк с ужасом наблюдает, как Уилл снова кричит от боли, когда в палату заносят конечность монстра и направляют на неё горелку. Майку тринадцать, когда поздно вечером Уилл просыпается и начинает извиняться, повторяя, что монстр заставил его это сделать. Майку тринадцать, когда он понимает, что его друг шпион потусторонней твари, и они все в опасности. Майк выбегает из палаты, оставив напуганного Уилла и растерянных Джойс с Бобом, чтобы предупредить остальных, но охрана не позволяет ему этого сделать. Майку тринадцать, когда под звуки тревоги он объясняет Джойс, что им нужно вколоть снотворное Уиллу, потому что через него истязатель разума может видеть, где они прячутся. От слов Майка Уилл начинает кричать и пытаться подняться с кровати, Джойс, удерживая Уилла за плечи в попытке успокоить и уложить обратно в постель, спрашивает у него: — Ты знаешь, кто я такая? Пяти секундного ступора сына хватило для того, чтобы женщина могла убедиться, что Майк прав. Джойс вколола Уиллу снотворное. Майку тринадцать, когда в палату вбегают испуганные доктор и Шериф. Последний хватает Уилла, и они все вместе прячутся в одном из кабинетов, когда во всей лаборатории выключается электричество. Доктор сказал, что получится выбраться только если включить генератор в подвале, но, чтобы это сделать, нужно открыть двери, а чтобы открыть двери, нужно написать код. Это вызвался сделать Боб. Майк держит свисающую руку лучшего друга, пока тот находится в отключке, чтобы успокоиться. Джойс грызет ногти и ходит по комнате кругами, пока доктор по рации диктует Бобу, что делать. В итоге у Боба всё получается, электричество возвращается, и Хоп с Уиллом на руках, в компании Майка и Джойс, отправляются к выходу, пока доктор остаётся следить за камерами, чтобы помочь Бобу выбраться. Снаружи Майка встречает холодный ветер, и остальная часть партии, вместе с Макс и старшими подростками, больше всего Майка шокирует присутствие Стива. Майк не успевает расслабиться и выдохнуть, когда слышит крик Джойс, оставшейся ждать Боба у выхода из больницы. Хоппер быстро отдаёт Майку тело Уилла, а сам отправляется на подмогу, но, к сожалению, было уже слишком поздно. Майку тринадцать, когда он в третий раз видит смерть близкого человека. Боб был тем парнем, который на некоторое время заменил Уиллу отца, который сделал Джойс счастливее, который основал радиоклуб, купил всё оборудование и договорился со школой. Майк вспоминает об этом в компании друзей со слезами на глазах, сидя дома у Байерсов. Майк понимает, что чтобы остановить армию демогоргонов, им нужно остановить главного монстра. Для того чтобы понять, как это сделать, им нужно спросить у Уилла, но так как он шпион, необходимо сделать так, чтобы Байерс не понял, где он находится. Общими усилиями ребятам удалось оборудовать пристройку так, чтобы Уилл её не узнал. Майк, поджав губы, наблюдал за тем, как Уилла связывают, и, направив на него лампы, Хоппер будит мальчика ваткой, пропитанной нашатырным спиртом. Уилл сразу же начал кричать и вырываться, Майк понимает, что телом друга завладел кто-то другой. Мальчик успокоился лишь тогда, когда Джойс села напротив него и, голосом, полным боли и надежды, начала рассказывать сыну о его восьмом дне рождения. Позже Джонатан присоединился к матери и начал вспоминать о том, как они с Уиллом вместе строили замок Байерс. Майк рассказывал Уиллу о их первой встрече, о том, как увидел друга в первый раз в детском саду, одиноко касающимся на качелях. — Я спросил тебя: "Ты будешь моим другом?" и ты сказал "да". Сказал "да", — шёпотом закончил Майк, игнорируя собственные слёзы. Тогда Шериф отвлёк их, заметив, что Уилл стучит рукой по стулу. Столпившись всем вместе вокруг стола, Дастин спросил: — Что случилось? — Я думаю, что он говорит с нами. Уилл ещё жив. Он пытается нам что-то сказать, — ответил Хоппер. Тогда Джойс, Джонатан и Майк продолжили по очереди рассказывать Уиллу совместные воспоминания, пока остальные записывали его стуки. Майк вспомнил о их первой ночёвке, о совместных партиях, о рисунке с паладином и клириком, который Уилл подарил ему на день рождения. Каждое воспоминание грело Майку душу, и он надеялся, что Уилл его слышит, что ему это поможет. Расшифровав стуки Уилла, у них вышло два слова: "закройте врата". А потом зазвонил телефон, Нэнси ринулась сбросить звонок, но было поздно, Уилл всё слышал, и он понял, где находится. Джойс вновь вколола сыну снотворное и вернулась в дом. Ребята заняли оборонительные позиции, когда на улице послышались страшные звуки. В окно влетел труп демогоргона, и закрытая щеколда сама отворилась, на пороге стояла Одиннадцать. Майку тринадцать, когда он, рыдая, держит в своих объятиях девочку, которая когда-то испарилась у него на глазах, и в чью смерть он никак не мог поверить. — Я не терял надежду. Я звал тебя каждую ночь. Каждую ночь,— шептал Майк ей в макушку. — 353 дня, я слышала,— отвечала ему девочка. Хоппер признался, что прятал Оди ради её безопасности, но Майк всё равно чувствовал себя преданным и злым. Майку тринадцать, когда он с криками избил шерифа города, на что тот просто обнял мальчика. Майку тринадцать, когда он рыдал в объятиях шерифа города. После Оди сказала, что ей действительно нужно закрыть врата, но в таком случае Уилл умрёт, так как он часть армии и связан с истязателем разума. Майк не был с этим согласен, он не мог во второй раз потерять Уилла. Уж лучше весь Хоукинс будет захвачен паранормальными тварями, чем Майк допустит, чтобы Уилл умер. Слава богу, Майк не один так думал. Так что Джонатан, Джойс и Нэнси, забрав тело Уилла, отправились пытаться изгнать истязателя разума из тела мальчика с помощью тепла. Пока Хоппер и Оди решили отправиться закрывать врата. После того как партию и Макс оставили на Стива, события начали развиваться с бешеной скоростью. Майк помнит, как пытался уговорить Стива что-нибудь сделать, как-нибудь помочь остальным, а не сидеть сложа руки, но Харингтон наотрез отказался. Майк помнит, как приехал Билли, который вырубил Стива, накричал на Макс и напал на Лукаса. Майк помнит, как Макс вырубила брата битой и украла у него ключи от машины. Майк помнит, как они затащили тело Стива в машину. Майк помнит, как Харингтон очнулся посреди дороги и назвал его именем старшей сестры, а после начал кричать, увидев, что Макс ведёт машину. Майк помнит, как они чуть не разбились по дороге, но с горем пополам всё-таки добрались до ямы, в которую Стив запрещал забираться, но его никто не слушал. Майк помнит, как Стив сдался, помнит, как они все вместе разливали бензин, помнит огонь и как они все бежали. Помнит, как Дастин отвлёк ставшего на пути Дарта конфетой. Помнит, яркий-яркий свет со всех сторон.

***

На снежный бал Дастин припёрся с ужасной прической, которую его научил делать Стив. Майк и Лукас честно сказали другу, что причёска отстой, Уилл, как всегда будучи самым тактичным, пытался успокоить и похвалить Хендерсона, а тот, в свою очередь, ответил парням, что они ничего не понимают. Может быть, и так, но прическа всё равно отстой. Разговоры парней прервал медляк. Лукас, запинаясь и краснея, пытался пригласить Мейфилд на танец, пока той не надоело смотреть на потуги парня, и она взяв инициативу в свои руки, утащила Синклера качаться под музыку. Дастин натянул улыбочку и направился к компании девчонок, Майк и Уилл остались одни. Майк смотрел на Уилла, пока тот улыбался ему, хлопая своими большими оленьими глазками. Ресницы Уилла такие длинные, что Майк невольно задумался о том, что это странно для мальчика — иметь такие длинные ресницы. Странно для мальчика — иметь такие большие глаза. Странно для мальчика — иметь такое милое личико. Уилл почти похож на девчонку, только длинных волос и платья не хватает. Может, стоит ему как-нибудь предложить примерить тот парик, что носила Оди? Майк думает о том, что если бы Уилл был девчонкой, то он бы обязательно пригласил друга на танец. Но Уилл не девчонка, Майк не может пригласить его на танец, зато это может сделать какая-то непонятная девка. Майк видел её пару раз в школе, вроде как у них было несколько совместных уроков. Она подошла к Уиллу и, улыбаясь мальчишке своими блестящими от помады губами, пригласила Байерса потанцевать. Уилл смотрел на Майка, тем самым спрашивая разрешения. Уилл всегда заботится о других больше, чем о себе, и Майк уверен, что в глазах друга идти танцевать, оставляя Уилера сидеть одного, — почти преступление против дружбы. Конечно, Майк кивнул ему, отпуская. Хотя ему совсем не хотелось этого делать. Ему хотелось, чтобы Уилл остался с ним, хихикал весь вечер над краснеющим Дастином, который танцевал с Нэнси, и делил с ним один стакан пунша. Но Уилл ушёл танцевать с какой-то курицей, вместо того чтобы провести вечер с лучшим другом. Конечно, Уилл имеет на это полное право, тем более Майк сам его отпустил, но на душе Уилера всё равно скребутся кошки. Майк поджимает губы, глядя на то, как Уилл улыбается этой девочке так же, как улыбался ему пару минут назад. Майку обидно, он бы хотел, чтобы Уилл улыбался так только ему. Майк не понимает, почему его не задевает то, что Лукас танцует с Макс, то, что Дастин танцует с Нэнси, но задевает и расстраивает то, что Уилл танцует с какой-то шатенкой. Потом в зале появляется Оди, с укладкой, в нежно-голубом платье и лёгким макияжем. Майк думает, что голубой ей идёт больше, чем розовый, думает, что она выглядит красиво. Думает, что ему должна нравиться Одинадцать. Одиннадцать крутая, она добрая и смелая, она всегда готова защитить друзей, даже ценой собственной жизни, а ещё она супергероиня. Такую, как Оди, не встретишь на улице или в кафе, в неё не врежешься в школьном коридоре, таких, как она, не увидишь на страницах журналов, может, только в комиксах. Майку должна нравиться она, потому что это правильно. Это не мерзко и естественно. Оди супергероиня, она может спасти их от монстров из Изнанки, а значит, у неё, возможно, получится спасти Майка от его собственных внутренних монстров, получится исцелить его своей любовью и сделать нормальным. Майк приглашает Оди на танец, потому что нормальные мальчики приглашают девочек, которые им нравятся, потанцевать. Глядя на лицо подруги, Майк думает, что её глаза похожи на глаза Уилла, такие же большие, такие же полные печали, с такими же длинными ресницами. Только у Уилла в глазах есть зелёный цвет, они намного светлее, а у Оди радужка полностью тёмная. Думая об этом, Майк целует девочку, потому что так должно быть. Потому что мальчики должны целовать девочек, которые им нравятся.