Хороший доктор ( THE GOOD DOCTOR )

— Похотливая сучка… Гермиона вздрогнула. Фраза прозвучала, как пощечина.  Она обедала с Джинни, но собственные мысли не давали ей сосредоточится на болтовне подруги. Гермиона все время отвлекалась, теряя нить разговора. Джинни закатила глаза. — Повторяю для твоего одурманенного прогестероном мозга. Миранда Фоули изменила своему мистеру Фоули с одним из игроков «Уимбурнских Ос». Джинни выразительно приподняла брови, ожидая реакции подруги. Реакции не последовало.  — Только не говори, что ты уже слышала эту историю. — Какую историю?  Гермиона почувствовала, как вспотели ладони, а в районе желудка что-то болезненно сжалось. Что это если не страх. Он самый.  — Мерлин, спасибо! — выдохнула Джинни. — А то я уже решила, что опоздала.  — Джинни, пощади. Гермиона подняла руки, показывая, что сдаётся. — Если бы ты знала, какая это горячая история, Гермиона, то не говорила бы так! — Боюсь даже представить. С тобой что ни встреча, то новая горячая история.  — Так вот, — продолжила Джинни,— этот старый маразматик Фоули застукал женушку прямо в раздевалке после матча. Как раз в тот момент, когда золотой снитч его лучшего игрока на полной скорости залетал в ворота Сьюзен. — Джинни, нет. Стоп. Не продолжай. Гермиона взмолилась, пытаясь унять внезапно участившееся сердцебиение. — Да ты дослушай! Скандал был такой, словно сам министр закрутил роман со своим советником. Джинни поморщилась и сложила руки в умоляющем жесте.  — Прости за сравнение. Я уважаю советника Кроули. Но, видит Мерлин, половина Лондона уверена, что в двадцать семь лет советниками министров просто так не становятся. — Джинни! — Что? Я лишь пересказываю общественное мнение.  Гермиона тяжело откинулась на спинку стула. После того злополучного вечера во французском отеле прошло две недели. Ровно столько длился её безмолвный диалог с самой собой. Она почти себя убедила, почти оправдала, почти согласилась. Это ошибка. Да, она просто ошиблась, оступилась. С кем не бывает? Похотливая сучка. Это больше не повторится. Она поменяет врача. Будет чаще бывать дома с Роном. Наконец займётся подготовкой к родам. Джинни давно уговаривала её записаться в бассейн на занятия для беременных. Она будет прыгать в тёплой воде рядом с такими же будущими матерями. Может быть, даже заведёт пару беременных подруг. И вместе они будут пить чай и есть пирожные после занятий. Похотливая сучка. От этой идеальной картинки Гермиону повело. Ей хотелось сбежать. Но разве от себя убежишь? Да и куда? Домой к Рону? Туда, где сердце начинает колотиться так быстро, что становится трудно дышать. Где каждый разговор похож на хождение по тонкому льду.  Где она больше не знает, что чувствует и что должна чувствовать. Гермиона вдруг остро ощутила себя загнанной в ловушку. — Джинни, мне пора. Я должна ещё заскочить в Мунго. У меня назначено. Как легко теперь получалось врать. Вот и подруге смогла.  Джинни поднялась и обняла её на прощание. У Гермионы защипало в глазах. Девушки распрощались, и Джинни аппарировала домой. Гермиона вышла на улицу и медленно направилась в сторону Министерства. Она снова была во всём чёрном. Строгое платье, строгий пиджак. Волосы собраны в гладкий пучок. Деловая, собранная. Как всегда. Ей хотелось так думать. На деле же из отражения витрин на неё смотрела незнакомая женщина. Уставшая, растерянная и глубоко беременная женщина.  Гермиона дошла до своего кабинета и прикрыла дверь. Хотелось отгородится от всех. Раньше она любила пятницу. Коллеги уходили домой пораньше и она оставалась одна. Можно было спокойно доделать дела, без постоянных посетителей. Сейчас же она не любила пятницу. Этот день был днем её падения. И так теперь будет всегда.  Девушка опустилась в рабочее кресло и начала разбирать бумаги. Три стопки: «срочное», «может подождать», «делегировать Эдит».  Гермиона начала шарить рукой по столу в поисках пера, когда рука обожглась о холодный металл. Это была шариковая ручка. Такая же, как у Драко в его кабинете.  Порт ключ.  Откуда он здесь? Скорее всего, передали через Эдит. Гермиона открыла ящик стола и поспешно забросила туда ручку. К горлу подступала истерика. Она чувствовала её приближение. И чтобы не дать ей ни единого шанса, девушка резко поднялась и вышла из кабинета. Гермиона решила, что пойдёт к Рону в ресторан и подождет его там. Будет снова смотреть, как он готовит. Потом они вместе поужинают и вернутся домой. И всё будет если не хорошо, то хотя бы…Сносно.  Уже дойдя до лифта, Гермиона остановилась. А потом развернулась. Словно под Империусом, пошла обратно к своему кабинету. Да, Джинни, твоя подруга такая же. Усевшись обратно в кресло, она достала из ящика стола шариковую ручку и положила её перед собой. Потом вынула из сумки палочку и отправила Рону Патронуса. Попросила не волноваться. На следующей неделе заседание Визенгамота, и ей нужно поработать над законопроектом. Очень важным законопроектом. Запрещающим замужним ведьмам спать со своими колдомедиками. Влажными руками взяла прохладную ручку, покрутила её в руке и щелкнула кнопкой.  ***** Драко сидел в ресторане один.  Он отказался от ужина и отправил Луи отдыхать. Хотелось побыть одному. Старый друг ничего у него не спрашивал, а Драко ничего не объяснял. Но от внимания  француза не ускользнули ни потрёпанный, уставший вид Малфоя, ни его скверное настроение. Тринадцать лет  прошло с той ужасной ночи, когда Драко пытался спасти его дочь. С бригадой акушеров он сделал все, что мог. Но спасти ни девушку, ни ребенка так и не удалось.  Луи тогда возненавидел его. Да и вообще всех, кто был с ней в операционной. Для них  она  одна из пациенток, не пережившая сложные роды.  Для Луи же она была всем.  Вскоре Драко Малфой стал приходить к нему в отель.  Он  был так молод и так безутешен после всего, что случилось. И Луи, сам того не желая, проникся этим мальчишкой. Может потому, что видел, как тот винит себя и тоже не находит покоя. Но примерно раз в месяц он навещал старика. Всегда один, кроме одного раза.  Драко знал, что Гермиона не придёт. Две недели её молчания ясно дали понять: всё закончилось, так и не успев начаться. Только Драко и сам не понимал, что именно подразумевает под этим «всё». Не отношения. Не любовь. Не дружбу. Тогда что? Мимолётную связь? Одну ночь? Если так, то почему так паршиво? Он провёл рукой по лицу и посмотрел на пустой зал. Глупо в его возрасте ждать замужнюю женщину, с которой он переспал один раз. Глупо и жалко. Но последние две недели он всё равно ждал. Поднимал голову каждый раз, когда в коридоре раздавались шаги. Прислушивался, когда кто-то останавливался возле двери кабинета. Вдруг она. Глупо. У Грейнджер не было причин приходить. Даже прием не был назначен. Расставание после встречи было скомканным. Гермиона отводила глаза, а когда они вернулись в его кабинет— просто ушла.  Но это не мешало ему ждать. Сидя за роялем, Драко одной рукой перебирал клавиши. Пальцы замерли, когда за спиной тихо скрипнула дверь. Волосы на затылке шевельнулись от еле уловимого движения воздуха. Может сквозняк? Он боялся обернуться. А вдруг ему показалось. Драко медленно повернул голову и увидел Гермиону. В этот раз не было ни слов приветствия, ни колкостей. Только его губы, которые снова нашли её. И этот поцелуй был другим. Не робким. Не поспешным. А глубоким и медленным. Как будто говорил: ты здесь, а значит, я имею право. Драко наслаждался её ртом, выцеловывая каждый сантиметр. Поедая, выпивая до дна, без остатка. Забирая себе её полувсхлипы, полустоны. Чтобы потом, когда она снова исчезнет, доставать их из памяти, перекатывать на языке и спасаться ими.  Руки Драко блуждали по телу Гермионы, сминая грудь, оглаживая живот и ягодицы. Они были везде одновременно — исследовали, проверяли, запускали волны наслаждения вниз живота. Драко развернул её спиной к себе и наклонил на рояль. Клавиши жалобно звякнули, когда Гермиона опёрлась на них локтями. Кто из них выдохнул первым, она или он уже не имело значения. Гермиона расслабилась. Прогнулась в пояснице, позволяя тяжёлому животу опуститься ниже. Ей было хорошо. Ей было правильно. Тем временем Драко подтянул подол её платья до поясницы. Затем медленно стянул вниз чёрные трусики. Она переступила через них, не отрывая взгляда от рояля. Драко поднял их и положил на крышку инструмента. Прямо перед ней, перед её глазами. Назад пути нет, Гермиона. Драко растегнул пряжку ремня. Стянул брюки вместе с бельем, откинул в сторону. Снял рубашку, бросил туда же. Член тяжелый, горячий стоял колом.  Гермиона развела ноги чуть шире, открывая обзор. Влажная вагина, лоснящаяся от смазки подрагивала, пульсировала, хотела. Мэрлин, как же она хотела его.  Большими пальцами Драко провел по половым губам, они были такие нежные на ощупь, скользкие, набухшие. Собрав на палец влагу Драко прочертил блестящую дорожку вверх, прямо к смуглому плотному колечку ануса. Оно было неожиданно ярким на фоне светлой кожи — маленькое, собранное, подрагивающее от желания.  Драко медленно, почти бережно провёл по нему пальцем. Анус слегка сократился под его прикосновением, будто пытаясь спрятаться, но тут же расслабился снова. Он провёл пальцем ещё раз, на этот раз чуть сильнее надавливая, и увидел, как колечко чуть дрогнуло и приоткрылось.  Гермиона тяжело дышала, но не отстранялась, не закрывалась от Драко, не пряталась. И ему это нравилось, то какой она становилась с ним во время близости. И то, каким он становился с ней в это время.  Драко водил пальцем по кругу, иногда слегка надавливая, но не пытаясь войти. Просто чувствовал, как маленькое отверстие пульсирует и сокращается под его прикосновениями. Гермиона тихо, но отчётливо стонала и сильнее прогибалась  пояснице. Она не прятала лица и не сдерживала звуков. Ей было хорошо и это было видно по тому, как дрожали её бедра, как влагалище истекало влагой, как анус трепетал  под его пальцем.  Драко выпрямился и провёл членом по вагине, собирая прозрачную смазку. Головка раздвинула теплые, влажные складки и он вышел в неё одним плавным, глубоким движением.  Вместе они начали двигаться — медленно, ритмично, как в странном чувственном танце.  Живот тяжело колыхался при каждом толчке.  Ресторан наполняли их звуки, стоны, шлепки влажной плоти об плоть. Гермиона стонала в голос, абсолютно не пытаясь сдерживаться. Каждое движение члена внутри вагины прошивало ее насквозь. Средним пальцем правой руки Драко массировал клитор, перекатывал, растирал его  о кость. Большим пальцем левой он ласкал её анус, повторяя ритм движения члена. Гермиона теряла связь с реальностью, билась о Драко задом, пытаясь взять его глубже, полнее. Драко смотрел сверху, как её мышцы туго обхватывают его член и это было красиво. Очень красиво. Толчки Драко стали сильнее, хаотичнее. Он держал ее за бедра и с силой погружался в её податливое тело.  Гермиона кончила первой. Влагалище сжималось и ритмично пульсировало вокруг его члена. Мощные, почти судорожные толчки заставили девушку выгнутся и задрожать. Вязкий секрет обильно стекал по внутренней стороне бедер, оставляя липкие следы на разгоряченной коже.  Драко кончил следом за ней с хриплым, сдавленным стоном.   Семя выходило из него мощными толчками, заливая влагалище изнутри. Он продолжал слегка двигать бёдрами, выталкивая остатки, пока не опустошился полностью.  Несколько секунд они не двигались, дышали в унисон, возвращаясь в реальность. Только потом Драко медленно вытащил палец, а следом и член. Из раскрытого влагалища сразу потекло их смешанное семя.  Гермиона всё ещё опиралась на клавиши. Её дыхание было тяжёлым и прерывистым.  Драко потянулся к роялю и взял свою палочку. Придерживая Гермиону под животом, он наложил диагностические руны. Убедился, что все хорошо и только потом отпустил её.  Гермиона поправила платье и наложила очищающее заклинание. Влага между ног остыла и начала холодить кожу. Драко оделся. Подошёл к ней вплотную и крепко обнял. — Ты торопишься? Можем поужинать вместе. Гермиона присела на стул у рояля, закрыла крышку инструмента и посмотрела на Драко с грустной улыбкой. Он был очень красивым. Не той мальчишеской красотой, что она помнила по школе. А зрелой, с чёткими углами скул, морщинками вокруг глаз и седыми волосками, так удачно маскирующимися в платиновой копне. — Да, я бы поела. Думаешь, на кухне найдётся что-нибудь съестное? — Я очень удивлюсь, если нет. Луи считает меня слишком худым. Накормить меня при каждом посещении — дело его чести. Гермиона усмехнулась. Было приятно узнавать Драко по таким маленьким, казалось бы, незначительным нюансам. — Откуда у Луи такая любовь к заносчивым британцам? Драко удивлённо приподнял бровь. — Твоя информация устарела, Грейнджер. Ты пользуешься непроверенными источниками. Я уже давно не заносчивый британец. А про Луи расскажу как-нибудь. Не сегодня. Гермиона закатила глаза. — Тебе нравится казаться загадочным? Считаешь, это делает тебя привлекательнее в глазах женщин? — А ты считаешь, что должна получать ответы на все свои вопросы? Иначе твой пытливый ум не успокоится? Гермиона взяла свои трусики с рояля и запустила ими в Драко. Он поймал их, поднёс к лицу и демонстративно втянул запах. Гермиона закрыла лицо руками. — Драко, так сейчас не делают даже в магловских эротических фильмах. Ты безнадёжно устарел. — А если так? Драко засунул трусики себе в карман брюк. — Это уже лучше… Но тебе всё же не стоит так рисковать. Классическая ситуация. Думаю, из-за таких сувениров распалось немало крепких семейных пар. Тебе это надо? Драко сжал скулы и посмотрел на Гермиону, прищурившись. — Моя жена не шарит по карманам, если ты об этом. — Не сомневаюсь.  Гермиона встала со стула и пошла на кухню. А в голове пульсировало больно: моя жена, моя жена, моя жена.  _____________________________________ Ну вот и достигли мы той точки, когда наши ребята просто решают, что будут спать друг с другом. И изменять. Потому что им так хорошо. Потому что Гермиона давно не чувствовала себя желанной женщиной. Потому что Драко давно не чувствовал себя настолько живым. И потому что надо дать им немного времени перед тем, как всё полетит к чертям. Сейчас у нас два варианта. Мы можем показать им ещё одну удачную позу для секса на большом сроке беременности. Или начать замес в лучших традициях «Анны Карениной». Спокойно. Дышим. Поездов здесь не будет. И вообще планируется ХЭ. ❤️ Стоп-слово — выхухоль. Видео по первым главам можно посмотреть здесь: inst ➡️ adult_dramione