Утро - не всегда доброе

Мингю был из тех альф, кого отказы только подзадоривали. Он знал расписание Вону наизусть лучше, чем свое собственное. Друзья Мингю — Сокмин и Хоши — уже открыто посмеивались над его одержимостью. — Ну что, Ромео, опять получил от ворот поворот? — хохотнул Сокмин, когда Мингю уныло плюхнулся на стул в столовой. — Он просто очень занят, — буркнул Мингю, лениво ковыряя вилкой салат. — Студсовет забирает у него все силы. Но я найду к нему подход. Шанс представился во время подготовки к университетскому фестивалю. Студсовет буквально задыхался от объёма работы, и Вону допоздна засиживался в пустой аудитории, сверяя сметы расходов. Дверь тихо скрипнула. Вону даже не поднял головы от ноутбука, потирая уставшие глаза. — Суньен, если это снова ты с неправильными бланками от танцевального клуба, я тебя отчислю лично, — утомленно произнес омега. — Это не Суньен, — мягко раздалось над ухом. Вону вздрогнул. Перед ним стоял Мингю, закатав рукава рубашки, с огромной коробкой гирлянд и плакатов в руках. — Я поговорил с куратором и вызвался добровольцем в помощь студсовету. Тебе тяжело таскать всю эту декорацию, хён. Давай я помогу? Вону тяжело вздохнул, закрывая ноутбук. На секунду в его глазах промелькнула человеческая слабость и дикая усталость. Запах мяты от него сейчас был едва различим — омега был истощен. Мингю почувствовал, как внутри него заныло от сильного желания обнять этого упрямого парня и оградить от всего мира. — Мингю, зачем ты это делаешь? — тихо спросил Вону, глядя на альфу снизу вверх. — В университете полно свободных омег, которые мечтают, чтобы ты носил им кофе и помогал. Почему я? У меня нет времени на отношения, свидания и всю эту романтическую чепуху. Моя жизнь расписана на три года вперед. Мингю подошел ближе, аккуратно поставил коробку на пол и опустился на корточки перед стулом Вону, чтобы их глаза были на одном уровне. От альфы повеяло теплом и успокаивающим древесным ароматом. — Потому что мне не нужны другие омеги, Вону, — серьезно, без тени привычной шутливости ответил Мингю. — Мне нужен только ты. Твой дурацкий строгий взгляд, твои очки, которые ты вечно поправляешь, и то, как ты злишься, когда я нарушаю твое расписание. Я готов ждать. Я готов просто помогать тебе и носить этот несчастный кофе, пока ты сам не поймешь, что со мной твоя жизнь станет чуточку легче. Вону замер. Его сердце предательски пропустило удар, а щеки опалило едва заметным румянцем. Чтобы скрыть смущение, он резко поднялся, собирая бумаги в папку. — Помощь с декорациями принимается, — сухо сказал он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Но только как от волонтера. Свободен, Ким. Мингю победно улыбнулся во весь рот. Это была маленькая, но очень важная победа. После того вечера в аудитории Мингю словно подменили. Нет, он не перестал здороваться, но его вечная, удушающая гиперопека вдруг сошла на нет. На следующий день он не принёс Вону мятный латте. На переменах больше не караулил у дверей студсовета. Сначала Вону вздохнул с облегчением — наконец-то его оставили в покое и можно сосредоточиться на отчётах. Но к концу недели староста поймал себя на том, что слишком часто смотрит на часы и вздрагивает от каждого шороха у двери. В пятницу в центральном холле университета было шумно. Вону шёл с очередной стопкой документов, когда заметил Мингю. Тот стоял у окна, окружённый первокурсниками. Рядом с ним крутилась хорошенькая омега с факультета искусств, которая то и дело заливисто смеялась, касаясь плеча альфы. От Мингю пахло кофейными нотами, но теперь к его аромату примешивался чужой, приторно-сладкий запах духов этой омеги. И Мингю... не отстранялся. Он улыбался своей привычной, тёплой улыбкой. В груди Вону болезненно укололо. Дыхание перехватило, а папка с документами едва не выскользнула из пальцев. На мгновение ему захотелось подойти, швырнуть эти бумаги на пол и потребовать, чтобы эта омега убрала руки от его альфы. «Он больше не заинтересован мной? — пронеслась в голове Вону паническая, пугающая мысль. — Нашёл кого-то попроще? Того, у кого есть время на свидания?» Мингю на секунду перевёл взгляд и переглянулся с Вону. Но вместо того, чтобы, как обычно, бросить все дела и побежать к своему хёну, альфа лишь вежливо и сдержанно кивнул, возвращаясь к разговору. Вону закусил губу до крови, развернулся и быстрым шагом ушёл в кабинет студсовета, чувствуя, как внутри всё выжигает глухая, уродливая ревность.