Утро - не всегда доброе

На самом деле Мингю просто пытался дать Вону личное пространство, о котором тот так просил, хотя сам сходил с ума от тоски. Чтобы хоть как-то заглушить мысли о неприступном старосте, в пятницу вечером Мингю отправился с друзьями в клуб. Там он сильно перебрал с алкоголем. Голова гудела, хмель ударил в кровь, и парень решил выйти через чёрный ход на задний двор, чтобы прийти в себя под прохладным ночным воздухом. А у Вону этот вечер превратился в персональный ад. Запершись в кабинете студсовета, он допоздна заставлял себя работать, чтобы заглушить мысли о Мингю и той омеге. Из-за дикого стресса, ревности и хронического переутомления организм дал жёсткий сбой — у Вону прямо в университете началась внезапная, сильная течка, которая по календарю должна была быть только через две недели. Кое-как добравшись на такси до центра, Вону понял, что не дойдёт до дома — ноги подкашивались, внизу живота разгорался пожар, а подавители остались в другой сумке. Он свернул в тёмный переулок за ночным клубом, тяжело дыша и сползая по стене на корточки. Воздух вокруг него мгновенно затопил концентрированный, удушающе сладкий аромат мятного чая. Пьяный Мингю, стоявший неподалёку, резко повёл носом. Туман в его хмельной голове мгновенно рассеялся, уступая место первобытным инстинктам альфы. Этот запах он узнал бы из тысячи. Его любимый омега. Здесь. Мингю, ведомый животным импульсом, пошёл на запах. В слабом свете фонаря он увидел Вону — беззащитного, промокшего от пота, с затуманенным взглядом. Рассудок пьяного альфы окончательно отключился. Гормоны закричали, что его омега страдает от течки, а обида за прошлые отказы смешалась с безумным чувством собственности. — Мингю... стой... нельзя, — слабо прохрипел Вону, пытаясь оттолкнуть широкую грудь альфы, но его тело отчаянно тянулось к кофейному аромату. Не слушая тихих хрипов и не отдавая себе отчета в происходящем, пьяный Мингю силой прижал Вону к кирпичной стене и взял его прямо там, в темноте переулка, грубо и собственнически заявляя права на свою истинную пару и заклеймив его своим запахом. Утром Мингю проснулся в своей квартире с раскалывающейся головой и жутким чувством вины. Воспоминания возвращались урывками: плач Вону, его слабые руки, упирающиеся в грудь, и своя собственная жестокость. Напуганный до смерти, Мингю оделся и бросился к тому переулку, но там уже никого не было. Телефон Вону был отключён. Вону не появлялся в университете неделю. Затем вторую. Место главы студсовета временно занял Джонхан, а Мингю медленно сходил с ума от неизвестности и тоски. Он караулил у дома Вону, но шторы были плотно задвинуты, а дверь никто не открывал. Альфа возненавидел себя всем сердцем, понимая, что разрушил всё своими руками. А в это время Вону заперся в своей квартире. Его тошнило каждое утро, тело менялось, а тест на беременность с двумя полосками стал его главным кошмаром. У Вону был невероятно строгий, деспотичный отец-альфа, а папы, который мог бы поддержать, не было. Вону плакал ночами от бессилия, испытывая дикий стресс, и панически боялся выходить на улицу. Он понимал, что внутри него растёт ребёнок от парня, которого он сначала отталкивал, а потом так отчаянно ревновал.