Of Sheep and Battle Chicken: And Then There Were None

Автор: Теперь действие начинается снова, еще до того, как Лиара и Шепард успевают дойти до ужина при свечах. Бойтесь мимимишности. Я хотел бы поблагодарить всех, кто оставил свои отзывы и рецензии. В частности, мне очень помогли несколько идей от Liethr, GalacticAlien, AlexN7, Wandering the Arid Sea и metaladdict. Как всегда, мне интересно ваше мнение и отзывы – как в рецензиях, так и в личных сообщениях. Кроме того, я публикую кое-что на своем сайте logicalpremise.org, например иллюстрации и дополнительную информацию о сотворении Вселенной. Об этой главе особо нечего сказать – она говорит сама за себя. Если вас интересуют подробности о батарианской биотике, в моей – Биотической энциклопедии» они описаны гораздо подробнее, а также есть небольшой отрывок о Расеке и Балаке. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ: ГИБЕЛЬ С НЕБЕС "Инцидент Дамокл – тьфу, что за идиотское название. Кто бы мог подумать, что меньше чем через год все три героя этой истории – Шепард, Росс и Солез – будут мертвы?" – Спектр Джейсон Делакор, "Шесть Раз Пораженный Молнией" Шепард и Лиара добирались до Арктура еще десять часов. Шепард нужно было время, чтобы собраться с мыслями и эмоциями. Одного того, что Жнецы убивали все живое на протяжении шестидесяти миллионов лет, в сочетании с информацией о NOVENSILES, было достаточно, чтобы Шепард пожалела о том, что они вообще ввязались в эту авантюру. Она неподвижно сидела больше часа, обдумывая все, что узнала, и в конце концов начала возмущаться, насколько все это пиздецки глупо и безумно. Лиара просто слушала, держала Шепард за руки, а потом решительно отвела ее к маленькой кровати во вспомогательной части катера, уложила и обняла, нежно прижимая к себе. В этом не было ничего сексуального, просто Лиара слилась с Шепард, давая ей понять, что она не одна. Шепард уснула в объятиях Лиары, и ей приснилось бескрайнее поле с сочной зеленой травой под идеально голубым летним небом, но под высокой травой не было ничего, кроме черной гнили. ВИ разбудил их через три часа, когда они добрались до ближайшей автоматической заправочной станции. Шепард сонно поднялась, нахмурилась, вспомнив свой сон, прошла в главную каюту и выпила воды. Когда Лиара встала, Шепард приказала ВИ подвести корабль к станции, чтобы пополнить запасы и сбросить сверхсветовой заряд. Лиара воспользовалась возможностью подключиться к новостным сетям, прикусывая губу и время от времени поглядывая на Шепард. – Ты в порядке? Шепард покачала головой. – Я... нет, наверное, нет. – Она вздохнула, встала с кресла пилота, вышла в основную кабину и села на скамью рядом с Лиарой. – Теперь я почти боюсь читать всякую чушь на своем омни-инструменте, гадая, какие еще кошмары меня ждут. Был ли Дёрт подставой? Миндуар? – Она покачала головой. – Единственное, что хорошо в этой ситуации, – это то, что большинство людей не могут об этом знать. Как бы плохо ни обстояли дела, масштабы должны быть небольшими. Лиара склонила голову набок. – Почему? Шепард ущипнула себя за переносицу, пока корабль мерцал сбрасывая заряд двигателя. – В основном потому, что, хоть я и ни черта не смыслю в генетике, я помню, как нас знакомили с МарсГен, когда мы только вступили в Морскую Пехоту, когда нам вводили генные модификации. Какой-то врач сказал, что нельзя просто взять и изменить гены, чтобы получить результат, – это долгий процесс, требующий множества проб и ошибок. До появления этого материала еще несколько десятилетий, и его даже не начнут тестировать раньше 2195 года. Еще есть время остановить этот беспредел, пока он не начался. Она потерла виски. – Сейчас меня беспокоит то, что я не знаю, стоит ли это прекращать. Как бы отвратительно это ни было, я не могу поверить, что кто-то сделал бы что-то подобное без причины. И я не уверена, что хочу знать, что, блядь, такого узнал Альянс, что это дерьмо кажется им хорошей идеей. Я уже слышу, как какой-нибудь придурок вроде Драгунова говорит мне, что человечеству нужны все возможные преимущества, особенно если инопланетяне вытворяют еще худшее дерьмо. Лиара нахмурилась. – То, что ты обнаружила, Сара, не похоже на преимущество, скорее на план по превращению человечества в расу суперсолдат с почти бессознательной преданностью нескольким лидерам. Разве это не то, чего так долго боялся ваш народ? Что восстанет еще один Ардиенте? Шепард кивнула. – Да. И если бы в меню не было чертовых роботов-убийц, которые пожирали разумную жизнь в галактике на протяжении последних шестидесяти миллионов гребаных лет, я бы без колебаний положила конец этому отвратительному бреду и отправила бы того, кто придумал эту дурацкую идею, под ствол своего ОДИНа. Проблема, Ли, в том, что в конце концов нам может понадобиться подобное дерьмо, чтобы просто выжить. Она выплюнула эти слова, словно они были ей неприятны, и Лиара медленно кивнула. – Но разве это не отговорка в конце концов? Разве это лучше, чем оправдание, которое до сих пор использовалось для каждого нарушения твоей веры в Альянс? Разве не лучше, если нам суждено умереть, умереть такими, какие мы есть, а не идти на поводу у того, что разъедает нас изнутри и в конце концов не принесет никакой пользы? Неважно, сколько усовершенствований эти ученые могут внедрить в человеческое тело, разве это действительно сравнится с тем, с чем мы сталкиваемся? Шепард моргнула и вздохнула. – Это, я думаю, очень сильно зависит от временных рамок – Жнецов. Если Жнецы появятся через сто лет или двести? Это вполне может иметь значение. Если они появятся через пять или шесть? Нам пиздец, что бы мы ни делали. А теперь у нас даже нет этого чертова Виджила, чтобы спросить его, что ж, блядь, случится дальше? Она ударила кулаком по переборке, и Лиара тут же взяла ее за другую руку. – Сара, ты не можешь позволить себе злиться. Мы должны сохранять спокойствие, иначе ты закончишь так же, как Кайл. Ты знаешь, что из-за гнева действуешь необдуманно, и тебе нужно решить, что ты будешь делать в краткосрочной перспективе, в течение следующего года, не забывая при этом об осторожности. Шепард посмотрела на нее. – Почему? Лиара слабо улыбнулась. – Потому что именно в краткосрочной перспективе ты, Сара, с наибольшей вероятностью совершишь эмоциональную ошибку и поддашься давлению, которое вынудит тебя реагировать на происходящее. Именно в краткосрочной перспективе те, кто хочет сохранить это в тайне, могут лишить тебя того, что ты знаешь. Азари замолчала, сделав жест, выражающий досаду, а затем продолжила. – Боюсь, я плохо усвоила уроки матери, но помню почти все, что она говорила о политике и манипуляциях. Она говорила, что те, кто чувствует, что "вышли из-под контроля", инстинктивно пытаются вернуть этот контроль, но поспешные действия в долгосрочной перспективе только усугубляют ситуацию. Действовать до того, как мы узнаем больше, опасно – мелкая волна далеко в море может превратиться в мощное цунами, как только достигнет мелководных берегов. Шепард поморщилась. – В этом есть смысл, и все же мне это все равно не нравится. – Она отвела взгляд. – Кайл тоже не мог понять, что делать. В итоге он переложил ответственность на других и умер, пытаясь разоблачить проблемы АС в отношении L2. Я уверена, что его самоубийство привлекло внимание других инопланетных разведок и, вероятно, напугало их до усрачки. Она опустила голову. – Но я почти уверена, что те, кто за этим стоит, уже знают, что я что-то знаю, Лиара. Если я буду бездействовать, если не предприму никаких шагов, что, если они подождут, пока страсти улягутся, а потом придут за нами? Лиара на мгновение задумалась, а потом вздохнула. – Должна повторить твои слова: я не знаю. Шепард кисло кивнула. – Да. – Она откинулась назад и слегка улыбнулась, когда Лиара взяла ее за руку. – Вот что я скажу: только благодаря тебе я не схожу с ума. Как бы плохо все ни было... Кажется, у меня наконец-то появился шанс просто жить. – Она сглотнула. – Спасибо, что ты рядом. Лиара улыбнулась и нежно поцеловала ее. – Спасибо, Сара, за то, что поделилась со мной своей душой. Что бы ни случилось – я здесь, всегда. И как бы плохо это ни было, по крайней мере... ты знаешь. Я с трудом могу представить, чтобы твои люди делали что-то хуже этого. Шепард выдохнула, кивнув, а затем печально покачала головой. – Да, я должна смотреть на светлую сторону. По крайней мере, плохие новости закончились. Я имею в виду, честно говоря, что, блядь, еще может пойти не так на данном этапе? Тактильная новостная лента взорвалась характерным звуком, предупреждающим о тревоге Констерно. Ведущий новостей прервал свой репортаж о ценах на акции, чтобы в ужасе посмотреть за пределы камеры, а затем взял себя в руки. – Экстренные новости. Батарианские террористы только что уничтожили колониальный корабль, ISCVA Видения Надежды на торговом пути Уотсон, убив более семи тысяч человек и более тысячи азари. Второй корабль, ISCVA Дети Судьбы, был захвачен, а несколько сотен гражданских лиц, находившихся на борту, взяты в плен после того, как сограждане азари на борту оказали ожесточённое сопротивление. Потери на этом корабле до сих пор неизвестны. Силы Альянса уже реагируют на эту трагедию, и сейчас мы в прямом эфире связываемся с Командованием Альянса в Ванкувере, чтобы получить отчёт... Шепард закрыла глаза рукой. – Мне нужно прекратить задавать этот блядский вопрос. O-ИННС-O Незадолго до прибытия Шепард сделала все возможное, чтобы стереть из памяти компьютера следы своего путешествия. Вдохновившись реакцией человеческих членов экипажа на Отрицании, она подняла кулон, переданный ей Джионгом, обратилась к ВИ и приказала стереть все записи об их остановке на Отрицании или в безымянной звездной системе, где находилась станция Кайла. Голос ВИ произнес: – Приказ Коменданта принят. Очистка навигационного блока. Лиара выглядела удивленной, но Шепард не хотела рисковать. Она проверила, нет ли в системе жучков или подслушивающих устройств, и, не обнаружив их, запросила у ВИ информацию о том, записывает ли он разговоры на борту. Как оказалось, нет, и Шепард успокоилась. К тому времени, когда их катер причалил к стыковочному узлу шаттлов на Арктуре, космическая столица уже бурлила жизнью. В космосе висели бесконечные ряды космических кораблей, тысячи ремонтных мехов Слейпнир заваривали и латали боевые повреждения, а за самой станцией стояли четыре огромных дредноута, один из которых – Гнев Мансвелла, черный как ночь линкор Комиссариата, – судя по всему, был отремонтирован после боя у Новерии. Станцию окружали облака истребителей, некоторые из них садились на три носителя, прошедших через масс-ретрансляторы, другие летали патрулями, словно встревоженные пчелы вокруг улья. Шепард, не теряя времени, приземлилась на станции и обнаружила, что Джионг уже ждет ее в доке с полуотрядом улан, пока причальный манипулятор закрепляет корабль и подключает топливопроводы. – Баронесса, с возвращением. Боюсь, сейчас ситуация довольно напряженная. – Он протянул ей руку. – Если вы не против... Мне нужна та безделушка, которую мои уланы одолжили вам для путешествия. Она протянула ему кулон власти Комиссариата. – Отличная вещь. Пригодилась. Джионг кивнул и сунул его в карман. – Верховный Комендант велел передать его вам. Мне приказано предоставлять вам такие устройства всякий раз, когда вы покидаете прямое военное командование. Шепард нахмурилась. – Он сказал, зачем? Джионг напрягся. – Нет, а когда я спросил, он сказал, что мне лучше не знать, но вы поймете, если я упомяну имя – Кайл. Я полагаю, он имеет в виду Майора Кайла? – Комиссар нахмурился. – Есть что-то, что я должен знать? Шепард почувствовала, что похолодела. – Джионг... он прав. Вам лучше не знать. Что меня беспокоит, так это то, что и как он знает, но я спрошу его позже. А пока... бля. – Она замолчала, пристально глядя на Лиару, которая бросила на нее обеспокоенный взгляд, а затем заставила себя успокоиться. С тем, что известно де ла Муэрте, она разберется позже. – А пока просто доложите обстановку. Я еще не получала никаких приказов через свой омни – ни от Президента, ни от Командования, – но пока мы заправлялись, я услышала сообщение о теракте. Что там происходит? Джионг медленно кивнул. – Как пожелаете. – Он шмыгнул носом, поправляя пояс. – Прямо сейчас в этот район направляются части Третьего Флота, а также несколько разведывательных флотилий и несколько наспех сформированных активов СРА. В конвое было три корабля с колонистами, один из которых, судя по всему, был повреждён в результате столкновения с микрометеоритом. Они опустили кинетические барьеры, чтобы сбросить заряд с движков, и оказались беспомощны, когда на них напали пираты. Он резко указал на багаж Шепард и Лиары, и уланы наклонились, чтобы поднять его, даже не напрягаясь, когда брали ящик с компактным медицинским ботом. Шепард на мгновение задумалась о том, откуда у них такая сила, а затем снова обратила внимание на Джионга. – Чертовы гражданские идиоты. Джионг, кивая, направился к входному шлюзу и посту охраны. – Действительно. Батариане нанесли удар с полярной орбиты газового гиганта, подавив оборону заправочных станций с помощью ЭМИ-ракет, а затем атаковали колониальные корабли. На одном из кораблей все еще работали защитные барьеры, и он не пострадал, быстро увеличив дистанцию. Два других корабля были беспомощны – батариане открыли огонь по одному из них в упор, выпустив полный боекомплект дисраптор-торпед, перебор огневой мощи. Затем они атаковали другой корабль, захватив множество пленных, пока гражданские азари на борту под предводительством бывшей коммандо не перешли в контрнаступление. Шепард выдохнула, наблюдая за тем, как охрана на контрольно-пропускном пункте сканирует их и начинает проверять удостоверения личности. – Смело со стороны азари. Батарианцы реагируют на сопротивление террором. Лиара кивнула. – Они бы не смогли остаться в стороне, особенно если бы у них был талант помогать своим собратьям-колонистам. Джионг кивнул. – Действительно, Леди Лиара. Погибло 68 азари, но они отбросили батариан. Судя по немногочисленным свидетельствам очевидцев, батариан было немного, и им помогали батианские мехи КРИТ – возможно, в абордажной группе было всего десять батариан. По некоторым данным, были замечены абордажные боевые костюмы АУГМЕК, но они не использовались. Шепард нахмурилась. – Даже если бы они были гражданскими, шестьдесят азари должны были представлять большую угрозу всего для десяти батарианских работорговцев. Джионг вздохнул. – Униформа, которую они носили, соответствовала описанию Кулака Хар'Шана. Шепард напряглась, прежде чем стиснуть зубы. Батарианские вооруженные силы были разделены на три группы – основную их часть составляла Государственная Гвардия, в основном батарианцы низшей и средней касты с дрянной броней и слабой подготовкой. Большинство рейдеров и работорговцев несколько лет прослужили в Государственной Гвардии и вряд ли представляли серьезную угрозу для хорошо вооруженной группы. С другой стороны, Кулак – это элитные солдаты Гегемон-класса, представители высших каст батарианского общества, прошедшие суровую подготовку и оснащенные первоклассным снаряжением. Кулак легко мог бы противостоять опытным морским пехотинцам класса А-рейтига, а некоторые подразделения Кулака не уступали морпехам N. Если в дело вступал Кулак, это означало, что либо была объявлена война, либо в Гегемонии начался хаос. Она мрачно нахмурилась. – Я, блядь, могу только догадываться, что сказала Гегемония. Джионг протянул удостоверение личности охранникам и кивнул. – Да, ну... Сам Гегемон сообщил Совету и Альянсу, что эти люди были отступниками, действующими полностью вне батарианской власти и воли Императора. Он казался очень злым – психологи СРА считают, что он на самом деле говорил правду. Они, наконец, миновали контрольно-пропускной пункт, и Шепард кивнула. – Хорошо. Мы с Лиарой направляемся в квартиру Этиты, чтобы переодеться в форму. Свяжитесь с Прессли и Капитаном фон Харом и сообщите им, что через три часа у нас будет совещание. Я могу только догадываться, что от нас потребует Командование. Вам известно о состоянии боевой группы? Джионг покачал головой. – Комиссар Д'Альте проверяла это, а заодно улаживала небольшую стычку с нарушителем, неким Конрадом Вернером. Шепард тут же разразилась проклятиями, удивив Лиару и Джионга своей яростью. – Полагаю, вам знакомо это имя? Шепард кивнула. – Проклятый сталкер. Он какой-то сумасшедший, которого я спасла на Дёрте. Этот мужчина - псих, а его жена постоянно на меня пялится. Клянусь, она меня взглядом откровенно насилует. Из всех моих так называемых "фанатов" они самые худшие и сумасшедшие. На лице Джионга отразилось плохо скрываемое веселье. – Я позабочусь о том, чтобы он больше не беспокоил вас на Арктуре, мэм. – Он повернулся к одному из улан, у которого не было с собой багажа. – Вильгельм, ты выглядишь напряжённым. Иди найди кинетический ударный молот и проверь, сможешь ли ты утихомирить мистера Вернера. Улан ухмыльнулся и неторопливо пошел прочь, а Шепард бросила на Джионга многозначительный взгляд. – Господи, нельзя же просто взять и убить или покалечить его за то, что он чудак! Джионг небрежно махнул рукой. – О, он не будет калечить его и не убьет, просто выбьет из него дурь. Вильгельм на самом деле довольно спокойный. А вот если бы я отправил туда Мику... Что ж, в прошлый раз, когда нам пришлось "вмешаться", он счел уместным "случайно" уронить пару работорговцев прямо в работающую компрессионную турбину HE3. Лиара побледнела, а Шепард расплылась в улыбке и отсалютовала улану, о котором шла речь. – Я это запомню. Хотя это и не так круто, как в тот раз, когда я вышвырнула мудака работорговца в шлюз за пять секунд до активации масс-ретранслятора, через который мы проходили. На нашем корабле буквально появилась кроваво-красная гоночная полоса. Все уланы одобрительно зашумели, а Джионг повернулся к Лиаре. – Вы вышли замуж за эту варварку? Лиара кивнула и вздохнула. – Я всё ещё над ней работаю. O-ИННС-O Когда они пришли, их встретила Этита. Она пригласила их войти и засыпала Лиару неловкими вопросами об их медовом месяце. Шепард приняла предложение азари быстро выпить и едва не поперхнулась, когда Этита невинно спросила, пробовала ли она уже использовать страпон с Лиарой. Придя в себя и сообщив Этите, что нет, до такого они еще не дошли, Шепард проверила свой омни на наличие приказов или сообщений. Поскольку ничего не было, она достала из сумки форму и аптечку, которую взяла с собой. Шепард быстро переоделась и едва успела выйти из ванной, как зазвонил ее омни-инструмент. Она проверила сообщение – ее вызвали прямо в Командование Флота Альянса. И не только ее – в приказе значились все офицеры Альянса, отвечающие за действующие корабли или ресурсы, в звании от Майора или Контр-Адмирала и выше, которым предписывалось явиться в ближайший штаб или подключиться к общей линии связи. В соответствии с последними указаниями Президента она отправила запрос в Управление Пресс-Службы президента с вопросом, следует ли ей выполнять эти указания. Через несколько минут ей позвонили на омни-инструмент. Она подключилась к тактильному терминалу Этиты, и на экране появилось лицо самого Президента. – Майор Шепард, рад, что вы вернулись. Полагаю, это по поводу вызова в Адмиралтейство? Она кивнула. – Да, Ваше Величество, Элиза ясно дала понять, что я не должен выполнять приказы никого, кроме вас, не проверив предварительно. Однако эта линия не защищена, сэр. Виндзор мрачно кивнул. Его лицо осунулось от усталости и чего-то еще – возможно, беспокойства. – В данном случае, Майор, вы должны следовать приказам Адмиралтейства. Назревавшая батарианская проблема рванула гораздо быстрее чем ожидалось и, как оказалось, гораздо хуже, чем я ожидал: полномасштабный мятеж части их вооруженных сил затронул не только основы власти Императора, но и колонии Альянса. СМИ сходят с ума, и Адмиралтейство уже сообщило мне, что вы играете важную роль в их планах. Она кивнула. Да, Ваше Величество. Есть какие-нибудь новости об этой Илане? Виндзор вздохнул. Нет. Адмирал Драгунов должен был сообщить что-то о поисках, но, насколько мне известно, Совет не нашёл ничего существенного. Всё было... суматошно из-за наёмных убийц и тяжёлой травмы Элизы. Она кивнула. – Мне жаль, что Элиза пострадала. Как она себя чувствует? На лице Виндзора на мгновение вспыхнула ярость, но тут же сменилась маской. – Плохо, Майор. Пуля убийцы была очень мощной, с токсичными агентами в оболочке – она до сих пор в критическом состоянии. Она медленно кивнула. – Пока я была в отпуске, со мной связался агент Брокера, Ваше Величество. Она утверждала, что Брокер может опознать людей, стоящих за этим покушением. Глаза Виндзора сузились. – Я уже могу догадаться, кто стоит за этим трусливым нападением, Майор, но мне очень интересно, как Брокер узнал, кто был вовлечен – и его цену за такую информацию. Она вздохнула. – Он хотел узнать, что выяснил мой бывший КО. – Она сглотнула. Она не знала, как сказать, что выяснила еще больше, и это еще хуже, – или что это касается его семьи. Она отчетливо помнила, как насмешливо улыбнулся Призрак, когда она уверенно заявила ему, что Президент разберется с коррупцией. Она не знала, причастен он к этому или нет – скорее всего, нет, но кто знает? Президент вздохнул, потер правой рукой виски и покачал головой. – Нет. Я не могу допустить, чтобы такие рычаги попали в руки Брокера, ведь нет никаких сомнений, что он использует их не в интересах Альянса. Я прикажу СРА продолжать расследование – все остальное слишком рискованно. Она кивнула, не совсем понимая, о чем речь, но осознавая, что это выше её уровня. – В таком случае, Ваше Величество, я сейчас же доложу Командованию. Он выдохнул и кивнул. – Будьте очень осторожны, Майор. – Он отключился, и Шепард нахмурилась, услышав его тон, а затем объяснила Лиаре и Этите, что ей нужно идти. Оставив Лиару с отцом, она довольно быстро пробралась через станцию. Командование Флота Альянса доминировало в Сфере, словно огромный белый кулак, среди различных вспомогательных зданий, таких как Командование Специальных Операций и им подобных. Солдаты и Комиссары заполонили улицы вокруг здания, но ей удалось пройти, потому что ее узнали и пропустили. Она вошла в главный вестибюль, устало отметив, что большая зона ресепшена буквально испещрена логотипами АС на всех возможных поверхностях, включая дверные ручки в вестибюле, и оказалась лицом к лицу с очередным отвратительно красивым молодым энсином, на этот раз полуяпонцем-полулатиноамериканцем. Он обаятельно улыбнулся и проводил ее на верхний этаж башни, миновав по меньшей мере полдюжины пунктов досмотра. Дверь, к которой они подошли после того, как вышли из последнего лифта, была сделана из настоящего вишневого дерева и украшена блестящей латунной табличкой с надписью – Верховное Командование Альянса. Прежде чем войти, она поправила форму и толкнула дверь, заметив по обе стороны от нее двух вооруженных морпехов. Комната оказалась не такой большой, как она ожидала, но в ней доминировал огромный стол с тактильными экранами и дисплеями для отображения данных. В центре стола вращалась голограмма Сектора Киса, подсвеченная бледно-голубыми линиями, а вокруг него располагались массивные кожаные кресла на вращающихся основаниях. Пол был покрыт не толстыми коврами, как в других помещениях, а черным настилом, а стены, обшитые деревянными панелями, прерывались длинными рядами обзорных экранов над панелями коммуникаторов и другого коммуникационного оборудования. За этими станциями работали несколько техников, которые настраивали связь для офицеров, ведущих удаленную коммуникацию. Во главе стола сидел Адмирал Драгунов, справа – Вице-Адмирал Брэнсон. Адмирал Хакетт и Адмирал Ахерн сидели рядом, еще два стула занимали незнакомые ей адмиралы. По обеим сторонам стола сидели другие адмиралы и несколько генералов, но Генерала фон Грата среди них не было. Рядом с каждым офицером стояло несколько новоиспеченных энсинов или лейтенантов, а некоторые просто стояли рядом с пустым креслом. Трейнор, сияя и улыбаясь, стояла за одним из них. Она подошла к Трейнор, и та указала на стул перед ней. – Это ваше место, мэм. Они вызвали нас час назад, чтобы подготовить ... э–э, ну, подготовить все, что мы могли. – Она нервно протянула Шепард инфопланшет. – Не уверена, в чем дело, но любой, у кого есть ассистент, должен был получить отчет от своего ассистента ранее. Я, э-э, не знала, кого вы выберете... так что Прессли прислал меня. Мэм. Шепард улыбнулась. – Все в порядке, Энсин. Я ценю это. Ответили ли вам в БюрПерс по поводу моей рекомендации о вашем повышении? Черты лица Трейнор расплылись в широкой улыбке, ее акцент усилился. – Ответили, ответили! Они одобрили это. С понедельника я буду лейтенантом...Мне просто нужно зайти в магазин униформы после этой встречи. Шепард кивнула, занимая свое место. – Отлично. Мы поговорим немного позже. – Она оглядела стол – люди, сидевшие с ее стороны, были в основном майорами морской пехоты и младшими контр-адмиралами. Она сидела рядом с майором морской пехоты, увешанным наградами, которого она не знала, и мужчиной, в котором она с трудом узнала командира ДШБГ Альфа. Брэнсон поднял голову, огляделся и кивнул. – Нам нужно еще несколько человек. Энсин Джейкобс, свяжитесь по узконаправленному каналу с Вице-Адмиралом Галтом и Контр-Адмиралом Шульман. Ахерн фыркнул, и на его плечах ярко заблестели пять широких нашивок Адмирала Флота. – Я все еще удивляюсь, что ты вытащил эту сумасшедшую старую суку с Пиннакл без помощи плоскогубцев или паяльной лампы. Драгунов одарил его ровным, жестким взглядом. – А я до сих пор удивляюсь, что тебя не арестовали из-за твоего языка за публичное непристойное поведение. А теперь помолчи. Ахерн приподнял бровь, но, к удивлению Шепард, ничего не сказал, а лишь откинулся на спинку стула и поправил форменный ремень, на котором сверкала черная ракушка. Это вызвало у Драгунова по-настоящему мрачный взгляд, а у Хакетта – усталый смешок. Шепард могла только предположить, что это какая-то внутренняя шутка, о которой она не знала. В течение следующих пяти минут в комнату вошли еще с десяток человек, в основном майоры и контр-адмиралы, после чего Брэнсон кивнул двум морпехам, стоявшим у дверей. Они отдали честь, и связисты покинули свои места, а за ними вышли морпехи, которые закрыли за ними двери. Брэнсон оглядел комнату и различные экраны на стенах, а затем заговорил. Его голос, как обычно, звучал идеально, но черты лица были немного осунувшимися и усталыми. – Добрый день, дамы и господа. Некоторые из вас подключаются удаленно, некоторые присутствуют здесь – но это все командиры всего флота Альянса и половина его генералов. Очевидно, что к такому собранию нельзя относиться легкомысленно – нам предстоит обсудить серьезные проблемы. Верховный Адмирал кивнул единственному Комиссару в комнате. – Этот брифинг классифицирован как ТАНТАЛ-ПЯТЬ. У многих из вас есть помощники-связисты или ассистенты, которые не имеют допуска к этому уровню – я хочу подчеркнуть всем присутствующим в зале, что НИЧЕМ из того, что мы обсуждаем, нельзя делиться с теми, кто в данный момент не присутствует на этой встрече. В противном случае... - он указал на Комиссара, который постучал по рукоятке своего огнемета и изобразил поистине невеселую улыбку. - Что ж... Вы знаете. Патрицианские черты лица Брэнсона напряглись. – Цель этого брифинга – обсудить операцию ЛУННЫЙ ВЗОР. Суть операции проста: у батарианцев назревает серьёзный мятеж. По последним имеющимся у нас данным, целый сегмент батарианского Кулака Харшана восстал против Императора и ведёт самостоятельную борьбу. Он подождал, пока стихнет поднявшаяся суматоха, и продолжил. – По приблизительным подсчетам, в их состав входит один дредноут – устаревший, но все же дредноут, – а также не менее двадцати пяти крейсеров, пятнадцати эсминцев и большое количество, возможно, более сорока, фрегатов и кораблей рейдер-класса. Кроме того, в их распоряжении не менее пятисот закаленных пехотинцев Кулака Харшана, по меньшей мере дюжина боевых костюмов Аугмек и два или три повелителя зверей. По поводу регулярных сухопутных войск пока ничего не известно, но, судя по количеству кораблей, им могут подчиняться еще около тысячи солдат. Имейте в виду, что это всё силы Кулака, а не государственные войска. Он постучал по планшету, лежащему рядом с его креслом, и голографический шар в центре стола исчез, сменившись двумя изображениями батарианцев. Один из них принадлежал к высшей касте: у него была золотистая кожа, бледно-белые глаза и длинные белые волосы, собранные в замысловатую косу. Его лицо искажала сардоническая ухмылка, обнажившая почерневшие, похожие на клыки, зубы. На шее отчетливо виднелась татуировка ООВ. Другой батарианец выглядел почти грубо: у него были массивные скулы, маленькие глаза-бусинки, выцветшая темно-коричневая кожа и широкий шрам над правым глазом, прикрытый тяжелой черной повязкой с замысловатым узором, который, как она знала, имел какое-то отношение к батарианской религии. Выражение его лица, если она правильно поняла, было угрюмым и в то же время насмешливым. По краям его головы едва виднелась копна растрепанных черных волос. – Согласно свидетельствам очевидцев, побывавших на местах инцидентов в нескольких локациях, а также данным СРА и заявлениям, сделанным Гегемоном и его помощниками в его последнем обращении к Альянсу, эти два батарианца возглавляют восстание вместе с четырьмя адмиралами, изображения которых мы пока не получили. Он снова постучал по планшету, и крайнее правое изображение вспыхнуло. – Тот, что справа, из высшей касты, – Ивтак Расек, батарианин из гегемон-касты, если быть точным, самый высокопоставленный после императорской семьи. Некоторое время служил в ООВ и Кулаке, прежде чем его отправили собирать батарианцев для превращения в биотиков. Очень харизматичный, занимает высокое положение в Гегемонии – его семье принадлежит около 10% Харшана. Расек почти шесть лет был полноправным членом Имперской Гвардии и потенциальным кандидатом в Спектры, который проходил обучение, когда батариан исключили из числа ассоциированных рас Совета. Ахерн хмыкнул. – На случай, если кто-то из вас не узнал этого ублюдка, Расек – тот самый парень, который столкнувшись один на один чуть не убил Эни Гайшу, саларианского биотика который положил Тириуна ноу Кейдж. Расек очень опасен и знает о том, как остановить биотиков, больше, чем кто-либо другой, ведь он фактически руководил их программой по созданию новых биотиков. Брэнсон кивнул. – Спасибо, Адмирал. Второй батарианин, к сожалению, менее известен – мы установили его личность лишь частично, он назвался Балаком. О нем ничего не известно, кроме фрагментарных записей пятимесячной давности, из которых следует, что он, вероятно, был Славным батарианцем, недавно призванным в армию. Гегемон назвал его "биотическим преступником" и сказал, что он проходил подготовку в подразделениях Расека. На месте отсутствующего глаза у него повязка, а на ней клеймо Храма, указывающее на то, что он потерял глаз, служа Гегемонии. Даже для Славного батарианца потеря глаза обычно является основанием для казни. Тот факт, что его пощадили и дали ему помилование, говорит о том, что он, должно быть, по настоящему отвратителен. Вмешался Драгунов. – Эти двое, а также вышеупомянутые батарианские адмиралы и Повелители Зверей, скорее всего, являются главными зачинщиками этого восстания. Мы пока не можем исключить, что за этим стоит кто-то, кто не хочет раскрывать свою личность, но считаем, что это маловероятно. Когда Драгунов сделал паузу, заговорил пожилой мужчина, адмирал зеленой эскадры. – Можем ли мы быть уверены, что это не просто трюк Гегемонии, направленный на то, чтобы отвлечь наши корабли от позиций и позволить им нанести удар в другом месте? Брэнсон почти неуверенно взглянул на Драгунова, и старший адмирал заговорил. – СРА смоделировали шансы на то, что это какая-то уловка, и обнаружили, что они очень близки к нулю. У нас есть подтвержденные независимые сообщения – как от СРА, так и от ГОР, – о том, что несколько батарианских военных кораблей были уничтожены дредноутом под командованием Расека, в результате чего погибло более пяти тысяч батарианцев, в том числе племянник самого Императора. Поскольку покушение на членов императорской семьи карается смертью, а племянник был единственным наследником императорского престола... – он замолчал, и несколько человек кивнули. Шепард не была уверена, что понимает, в чем проблема, пока на одном из экранов не появилась фигура – Адмирал Йонис Чу из СРА. – Сейчас СРА так же считает, что это не уловка, потому что основной ущерб был нанесен имперским войскам и гарнизонам. Только Имперская Гвардия позволяет Императору сохранять власть – в противном случае, по нашему мнению, Гегемон и другие представители высшей касты свергли бы его. Император не стал бы так сильно ослаблять свою власть ради какой-то уловки. Снова заговорил Брэнсон. – Судя по действиям этой группы, наш первоначальный анализ показывает, что у них две цели. Во-первых, их действия против Императора направлены на то, чтобы ослабить его контроль над гегемон-кастой, а также над самим Гегемоном и его правительством. Во-вторых, удары по Альянсу явно направлены на то, чтобы втянуть нас в войну с Гегемонией. Заворчал один из генералов. – На кой черт это нужно? Зачем им война, если они пытаются свергнуть Императора? Брэнсон вздохнул. – Если предположить, что Император утратил власть и больше не может по-настоящему доминировать над высшей кастой, это может привести к краху правительства. Если они смогут ослабить Императора и выставить его бессильным, а заодно выиграть войну с Альянсом и показать, что Гегемон сильнее, то Император снова станет номинальной фигурой. Возможно также, что Расек планирует свергнуть Гегемона – на данный момент мы не уверены в их истинных мотивах. Майор морской пехоты громко рассмеялся. – Что ж, сэр, если они хотят войны, мы с радостью устроим им войну, верно? Брэнсон сложил руки на столе и покачал головой. – На данном этапе – нет. Хотя очевидно, что они хотят войны – по крайней мере, эти сепаратисты, – мы не готовы к этому. Боюсь, война с Гегемонией – это не та война, которую мы можем вести сейчас. Раздалось несколько гневных возгласов, и наконец заговорил генерал постарше. – При всем уважении, но это полная чушь. Я до сих пор не понимаю, почему Альянс до сих пор не прикончил батариан, но, как бы ни был потрепан наш флот, у нас все равно больше дредноутов, больше кораблей и больше чертовых морпехов. Мы только что втоптали в грязь этих проклятых гетов, так почему бы не вышвырнуть этого психа ко всем чертям и не разобраться с батарианцами? Брэнсон вздохнул. – Хотя есть несколько причин, по которым Альянс до сих пор не начал полномасштабную войну против Гегемонии, главная из них заключается в том, что мы просто не можем позволить себе этого сейчас – особенно после Инцидента Бенезии. Наши ресурсы и так на пределе, и мы уже достигли налоговых ставок в 45% для корпораций и большинства миров третьего класса – денег просто больше нет. Он поднял руку, чтобы пресечь возражения. – Дело не в том, что мы не могли победить, а в том, что мы не можем позволить себе сражаться. Я понимаю, что это звучит неубедительно, но суровая правда заключается в том, что "победа" в такой войне не только разрушит нашу экономику, но и оставит нас с флотом численностью менее девяноста кораблей. После этих слов в зале воцарилась тишина, и он продолжил уже более мягким тоном. – Поскольку большая часть флота находится на ремонте, потребуется несколько недель или месяцев, чтобы он снова был в полной боевой готовности, а это значит, что мы будем действовать в основном силами Третьего и Четвертого Флотов. Уверен, Адмирал Тирсон с радостью сообщит нам, что Четвертый Флот не в состоянии вести такой бой. Адмирал на одном из обзорных экранов заговорил. – Здесь Адмирал Тирсон из Четвертого Элизиума. И вы правы. Я хочу ударить по ним так же сильно, как и все остальные, но Четвертый Флот не в той форме, чтобы ввязываться в какие-либо боевые действия. Наша разведывательная флотилия разнесена ко всем чертям, ядро флота уже шестой год не ремонтируется, и эта новая боевая группа Майора Росса только что забрала все мои новые корабли. – Он скрестил руки на груди. – И это не говоря уже о том, что наши запасы истощены, Первый и Второй Флоты расстреляны, Пятый Флот – полная развалина, а Третий рассеян по космосу, пытаясь прикрыть все колонии. Если мы ввяжемся в эту чертову войну, косоглазые надерут нам жопу, и даже если мы победим, то будем легкой добычей для Арии. Брэнсон кивнул. – Кроме того, БюрКор предупреждает нас, что у нас критически не хватает цепей масс-ядер, запчастей для оптроники, торпед, медикаментов и ракет. Запасы омнигеля сократились до менее чем десяти миллионов галлонов, а поскольку мы производим всего два миллиона галлонов в месяц, а с учетом всех ремонтных работ расходуем три миллиона, мы быстро останемся без запасов. В таком случае нам придется разбирать существующее оборудование, что приведет к низкому коэффициенту конверсии. Заговорил Драгунов. – Это даже близко не компенсирует тот факт, что наши колонии останутся без защиты и другие пираты смогут безнаказанно нападать на наши суда. Наши силы морской пехоты в основном целы, но мы потеряли почти пятую часть наших транспортных возможностей на Новерии и еще больше – в Цитадели. Хуже всего то, что ни один из наших дредноутов-носителей не выйдет из сухого дока в ближайшие полгода. Нет, мы не можем начать войну, но и не можем позволить этим безумцам взрывать корабли с колонистами и совершать набеги на наши миры. С экранов раздался голос вице-адмирала. – Вы сказали, что они пытаются нападать на Императора. А что, если они хотят свергнуть его полностью? Комиссар заговорил. – Мы чувствуем, что они не пытаются этого добиться. Они просто создают ситуацию, в которой Гегемон будет выглядеть так, будто он помешал нам выиграть эту войну, и ослабит контроль Императора, чтобы получить больше власти над ним. Судя по всему, их второстепенная цель – подорвать веру человечества в свою способность к саморазвитию. Похоже, именно наше вступление в Совет стало причиной конфликта, поскольку все их требования сводятся к тому, чтобы нас исключили из Совета. Шепард прикусила губу. – Предыстория – это, конечно, здорово, но что мы планируем делать, сэр? Драгунов развел руками. – Сейчас мы реагируем на события по мере их развития. Пока что нам известна простая схема действий. Сначала удары наносились внутри батарианского пространства, и каким-то образом этому Расеку удалось подкупить и склонить на свою сторону по меньшей мере четырех батарианских адмиралов. Балак в одиночку уничтожил шестнадцать бойцов ударной группы Имперской Гвардии, посланных, чтобы остановить их. Брэнсон снова заговорил. – После этого они начали наносить удары по территории Альянса, в основном по мирам на окраинах Траверса и по диким колониям. В настоящее время их корабли угрожают Терра-Нове, а более мелкие группы курсируют вблизи наших основных торговых путей. Мы подозреваем, что они планируют изматывать нас, пока мы не отправим за ними крупный флот, а затем ударить по нам всеми силами и рискнуть, что у них получится. Прямо сейчас единственное, что их сдерживает, - это те немногие корсары, которые у нас есть в регионе, и большинство из них отозвано - они не могут хорошо сражаться с настоящими военными кораблями. Драгунов глубоко вздохнул. – Таким образом, наш ответ будет двояким. Адмирал Хакетт поведет тяжелую боевую флотилию из крейсеров, фрегатов и эсминцев Первого, Второго и Пятого Флотов в направлении группы Терра Нова. Основная часть наших носителей будет развернута по линии при поддержке тяжелых фрегатов между линией фронта и нашими колониями II и III классов. Они будут вести активное патрулирование при поддержке из этих систем. Как только мы локализуем более мелкие группы, мы нанесем сокрушительный удар. Он вывел на экран карту. – Если мы сможем держать их на расстоянии друг от друга и не позволим им собраться для традиционного сражения вокруг какой-нибудь горячей звезды, мы сможем разнести их в клочья. У них много кораблей, но из-за эмбарго они должны быть еще более изношенными, чем наши. У них нет оптронных систем, они не так эффективны в плане радиоэлектронной борьбы и, вероятно, имеют очень низкую термостойкость. Тем временем мы отправляем три ударные группы за их лидерами. По мнению СРА, если мы устраним лидеров, все развалится само собой, а батарианцы смогут добить то, что останется. Сейчас у нас есть три очень мобильных подразделения. Майор-Капитан Джереми Росс командует Боевой Группой Аякс и испытательной платформой для нового циклонического защитного барьера, который азари продали нам в прошлом году в обмен на лицензии на производство гиперскопов. Корабли Аякса могут выдержать адский урон, и у Росса есть шесть боевых скафандров Агамемнон и ДШБГ для десантирования. Учитывая ваши навыки тяжелой пехоты, прочность ваших кораблей и тот факт, что вы можете выдержать самый большой урон, вы отправитесь за четырьмя адмиралами и большой группой крейсеров, стоящих на якоре у Велдан-6. Ваши скафандры будут более чем на равных соперничать с их Аугмеками, а ваши ДШБГ идеально подойдут для абордажа в открытом космосе. Он снова сделал жест рукой. – Майор Морской Пехоты Синтия Солез выдвинулась из Уотсона, чтобы возглавить боевую группу Медея. Её корабли – все новые тяжелые ракетные фрегаты, оснащенные первой партией сверхскоростных ракет класса Сарацино, а также совершенно новый крейсер-носитель с РЭБ/Тепло стелс-истребителями, созданными по образцу Нормандии. На кораблях Майора Солез двести морпехов-азари, некоторые из них прошли специальную подготовку, а также ее личный ударный отряд из шести Фурий. Вы отправитесь за Расеком и его дредноутом. Ваши сверхскоростные ракеты позволят вам держаться вне досягаемости его тяжелых орудий, а когда его корабль будет выведен из строя, ваши азари смогут ворваться на борт и уничтожить его. Наконец он встретился взглядом с Шепард. – А Майор-Коммандер Сара Шепард командует боевой группой Хирон, в распоряжении которой мощное сочетание технологий: фрегаты-невидимки, новые торпеды Кайл-класса и гибкое сочетание сухопутных войск – боевые костюмы, МАКО, морские пехотинцы N-класса. У самой Шепард также есть допуск и права Спектра. Учитывая, что этот Балак, несомненно, окажется самым крепким орешком, а у нас нет достоверной информации о том, кто с ним и из чего состоят его силы, он – ваша цель. Насколько я знаю, вы единственный офицер, который сражался лицом к лицу со Славным батарианским биотиком и выжил. Заговорил Брэнсон. – Эти три боевые группы будут использоваться для локализации, сдерживания и дезорганизации ударных сил батарианцев. Как только они нарушат строй и уничтожат командование, в бой вступят корабли под командованием Адмирала Хейлса Окуда из Третьего Флота Миндуара и добьют их. Брэнсон сделал паузу. – После этого совещания мы проведем частные брифинги для каждого из трех командиров боевых групп, участвующих в этой операции. Остальным, в зависимости от вашего местоположения, состояния ваших кораблей или подразделений и нашей возможности перемещать ваши группы, будет поручено сформировать ударную группу под командованием адмирала флота. Наша цель – использовать флот в целом для поддержки операций, не ставя под угрозу безопасность наших колоний второго и третьего классов и не прибегая к помощи Гвардии Сола. Адмирал Хакетт скрестил руки на груди. – Для реализации этого плана потребуется мощная поддержка: часть ваших крейсеров-носителей и более легких разведывательных кораблей будут отозваны и переформированы во временную разведывательную флотилию. Контр-Адмирал Шульман объединит ее со своей флотилией для проведения передовой разведки. Женщина латиноамериканской внешности, сидевшая через два места от Шепард, выдохнула. – Адмиралы... при всем уважении, но мы с Майором Россом и Майором Шепард получили повышение совсем недавно. Я не могу говорить за них, но если мы вслепую бросим Медею в эту ситуацию, нам же будет хуже. Мои корабли хороши, но посылать стаю тяжелых ракетных фрегатов против дредноута – очень рискованно, а если этот Расек действительно так хорош в подавлении биотики, как вы говорите, то мы с Фуриями будем не слишком эффективны. Шепард собралась с духом и заговорила. – Придется согласиться с Майором Солез, адмиралы. Несмотря на то, что Хирон полностью функциональна, вы только что сказали мне, что я буду сражаться с силами, о способностях и силе которых у нас нет достоверных данных. А в последний раз, когда я сражалась один на один со Славным, мне чертовски повезло, что я вообще осталась жива. Коренастый мужчина в конце стола взглянул на них обоих и кивнул. – Мои коллеги-Майоры слишком добры, что шокирует, учитывая, кто они такие. Я скажу прямо: вы что, хотите, чтобы мы все трое погибли одновременно, сэр? Вы хотите, чтобы я сражался с Аугмеками в открытом космосе, Шепард – с биотической машиной-убийцей, а Солез – с тем, кто нейтрализует ее биотику? Ахерн ухмыльнулся. – Господи, да вы трое - пачка... – Ахерн! – Рявкнул Драгунов Ахерн кашлянул: – ...тряпок. – Он сверкнул взглядом на Драгунова, затем вздохнул. – Послушайте, я лично обучал каждого из вас, идиотов, и я очень хорошо знаю, что вы можете, а что нет. Кучка косоглазых, у которых на двоих не наберется и дюжины извилин, даже не оставит вам троим объедков, чтобы вы смогли в зубах поковыряться. Есть причина, по которой после всего этого вы все получите персональный брифинг, – а пока просто заткнитесь. Майор-Капитан Росс скрестил руки на груди, и Драгунов выдохнул. – Адмирал Хакетт проведет брифинг через пятнадцать минут, так что у вас есть время выпить кофе, взбодриться и размять ноги. Майоры Росс, Шепард и Солез, жду вас в своем кабинете через двадцать минут. Разойтись. Все встали, Верховный Адмирал Брэнсон немедленно направился с Хакеттом и Драгуновым к одной из боковых дверей, в то время как Ахерн медленно прошел сквозь небольшую толпу, чтобы встать перед Майором Россом. – Парень, ты уже штаны намочил? Тяжелая челюсть Росса немного выпятилась, когда он стиснул зубы. – Нет, сэр. Но это безумие. Мы теперь часть Совета – почему, во имя всего святого, мы не зовем на помощь? Весь этот план кажется безумным. Сэр. Ахерн потер брови и покачал головой. – Синие и шипастые заняты гетами, кварианцы все еще пытаются найти место для высадки и чинят свой потрепанный флот, а проклятый саларианский флот все еще в худшем состоянии, чем наш. Элкоры помогают – они отправляют несколько кораблей в Траверс, чтобы, надеюсь, отогнать пиратов или бандитов, а волусы прислали нам еще ракет, со скидкой. Но все это не отменяет того факта, что Совет не будет в это вмешиваться. Это было ясно с самого начала. Шепард поморщилась. – Значит политика, сэр? Ахерн кивнул. – Нет, просто флот Совета потерпел сокрушительное поражение, а сам Совет не хочет раскачивать лодку. Как нам объяснили на брифинге в Адмиралтействе, если бы Совет вмешался, турианцы воспользовались бы шансом и сожгли бы всю эту Гегемонию к херам, а если Гегемония расколется, никто не смог бы остановить военачальников, которые устроили бы беспредел в Темном Пределе, Траверсе и хер знает где еще. Никто не будет знать, что может ебануть. Поэтому, поскольку они не уверены, что Иерархия пойдет на уступки, они решили, что мы сами справимся. Он указал на дверь. – А вы трое валите поговорите с этим придурком Драгуновым – он уже составил для вас план действий, и, поверьте мне, мы не посылаем вас на верную смерть. Я потратил слишком много времени и сил на то, чтобы обучить вас, троих идиотов, и не собираюсь повторять одно и то же, особенно тебе, Шепард. Она усмехнулась. – Хорошо... и спасибо за то, что вы сделали с N7, сэр. Ахерн скрестил руки на груди. – То, что я крепкий, еще не значит что я хер. Майор Солез что-то пробормотала себе под нос, а Ахерн усмехнулся и ушел. Шепард вздохнула и огляделась по сторонам. – Что ж, думаю, нам нужно найти кабинет Драгунова... Боюсь, я впервые в Командовании. Солез кивнула. – Мы с Джерри здесь уже бывали. В конце коридора у лифта есть несколько туалетов, а сразу за ними – второй лифт, который ведет в кабинеты Адмиралтейства. Его кабинет – это большие двустворчатые двери в дальнем конце коридора, куда выходит лифт, рядом с кабинетами Брэнсона и Генерала Коллинза. Росс кивнул Шепард. – Я выйду покурить, увидимся там. Шепард приподняла бровь. – Вообще-то, это неплохая идея – покурить. Здоровяк дружелюбно кивнул, а Солез закатила глаза. – Ладно, ладно, только не опаздывайте. Драгунов сегодня уже на взводе. O-ИННС-O Шепард немного узнала о Майоре-Капитане Россе и Майоре Морской Мехоты Солез пока они ждали Драгунова Росс был командиром Бригады Альфа ДШБГ, самой старшей из ударных групп ДШБГ. Альфа была разделена между различными подразделениями, и под его непосредственным командованием находилось более трехсот бойцов ДШБГ. Он был обычным планетарным солдатом, пока одиннадцатт лет назад ему не пришлось взять на себя оперативное командование во время катастрофической стычки с пиратами за пределами Нью-Калестона, и в результате он два года проучился на курсах космических командиров. Несмотря на то, что он был уже не так молод, он по-прежнему мог не отставать от своих бойцов, если хорошо управлял боевым костюмом, а его боевая группа имела большой опыт абордажа. Солез состояла в дальнем родстве с Домом де ла Камара с Терра-Новы – не настолько близком, чтобы носить их фамилию, но достаточно близком, чтобы формально считаться дворянкой. В отличие от Шепард и Росса, она была КО боевой группы Медея, но не имела флотского звания, и ее кораблями командовал флотский комоддор. Медея специализировалась на уничтожении групп работорговцев и нанесении ударов с расстояния с помощью разновидности сверхсветовых ракет, которые Шепард однажды видела у волусов. Она была Фурией – биотическим специалистом ближнего боя, которая использовала свои способности, чтобы увеличить скорость и силу. За пять минут до назначенного времени они вошли в кабинет Драгунова. Кабинет Драгунова был просторным, но очень спартанским: тонкий серый ковролин на полу, четыре полки из нержавеющей стали, заставленные тактическими руководствами, планшетами и книгами по логистике АС, пара стальных горшков с русским шалфеем и один большой тактильный дисплей на стене. Кроме трех стульев, его стального стола и кресла в стальной раме, в кабинете ничего не было. К тому времени, как появился Драгунов в сопровождении двух измученных, усталых адъютантов, с бегающими взглядами, три майора уже тихо обсуждали, чего им ожидать. Драгунов распахнул двери своего кабинета и прошагал к своему креслу. Он взглянул на адъютантов. – Отнесите все это в архив и проследите, чтобы Ахерн не нарвался на неприятности из-за сексуальных домогательств и не взбесил какого-нибудь Комиссара своим поганым языком. Этот брифинг не для вашего уровня допуска. Старший адьютант, лейтенант, кивнул, положил на стол Драгунова стопку информационных планшетов, после чего они обп вышли, закрыв за собой двери. Мгновение спустя раздался щелчок защитного поля и повис запах озона. Командующий Флотом подался вперед, сцепив пальцы в замок, его суровое и морщинистое лицо было напряжено. Его акцент, обычно едва заметный, стал более выраженным, придав его словам экзотический оттенок. – Вы трое не просто так оказались в эпицентре этого инцидента. СМИ сходят с ума из-за этой неразберихи, но мы имеем дело не с достоверными разведданными. Если мы бросимся в этот регион космоса с полным флотом – а он и так в плачевном состоянии, – я почти уверен, что некоторые корабли будут застигнуты врасплох и быстро уничтожены. Он хмыкнул. – Учитывая, как СМИ освещают уже понесенные нами потери, Министр Обороны и Верховный Адмирал хотят свести наши собственные потери к минимуму. Росс фыркнул. – К минимуму. Драгунов прищурился. – Да, тихо. – Он постучал по ряду планшетов с данными на своем столе. – В краткосрочной перспективе ущерб, который эти революционеры могут нанести Альянсу Систем, незначителен в материальном плане, он в основном политический и экономический. Поэтому наша первоначальная реакция будет выглядеть "активной", но в основном ограничится вашими группами, пока вы не устраните лидеров и не соберете больше информации о том, что именно происходит. Он нажал на кнопку на столе, и на стене загорелся большой тактильный дисплей. – Разведданные разрозненные и порой противоречивые: большая часть того, что у нас есть, – это наблюдения гражданских кораблей и несколько стычек между дредноутом и бандой безумных капитанов Корсаров, которые его преследовали. – Он выделил группу систем рядом с Траверсом. – Четыре адмирала находятся где-то здесь, разделившись на четыре оперативные группы примерно по десять кораблей в каждой – несколько крейсеров, эсминцы и фрегаты в качестве сопровождения. На бумаге каждая группа примерно равна по силе боевой группе. Имейте в виду, что, согласно имеющейся у нас информации, это легкие крейсеры, а не линейные. Единственный тяжелый корабль у них – это дредноут. Он нажал на другую кнопку, и загорелись новые системы, а также появилась желтая линия. – Расек и его дредноут, похоже, держат курс на Горизонт. Сейчас в колонии царит бардак: из-за ухода инвесторов половина колониальных кораблей на земле без какой-либо финансовой поддержки. У них нет никакой защиты системы, кроме усиленного сопровождения и примерно дюжины истребителей, базирующихся на системной станции HE3. С военной точки зрения это бесполезная цель, а тот факт, что они формально не подписали Хартию Содружества, означает, что с политической точки зрения это бесперспективно – он может рассчитывать на то, что мы не ответим. Наконец в пространстве загорелась красная сфера. – Мы думаем, что Балак где-то здесь – он действует как минимум с двумя крейсерами и несколькими фрегатами и рейдерами. Адмиралы затевают драки, Расек устраивает взрывы, но мы пока не очень хорошо понимаем, что задумал Балак, и это нас беспокоит. Он выключил проектор. – Задачи и полётные планы уже отправлены на ваши командные корабли. Остальная часть брифинга посвящена вашим вопросам и разработке оперативных планов. Первым заговорил Майор Росс. – Почему мы? Почему бы не отправить более крупные силы? Выражение лица Драгунова стало напряженным. – Я не хотел говорить об этом перед всем командным составом и ожидаю, что вы трое будете молчать. СРА пришла к выводу, что кто-то за пределами Гегемонии, скорее всего Ария или П, финансирует эту революцию. Возможно, таким образом они пытаются отвлечь внимание от своих действий против Альянса. Ария никогда не была нам рада с тех пор, как мы пресекли большую часть ее работорговли, и не хотим покупать её эзо. До сих пор П. относился к нам нейтрально, но недавнее покушение на Шепард указывает на то, что ситуация может измениться. Мы не можем позволить себе ссориться ни с одним из этих полевых командиров. Драгунов откинулся на спинку стула. – Поэтому лучше всего будет уничтожить каждую из группировок до того, как они поймут, что за ними охотятся. Адмиралы не координируют свои действия, Майор Росс. Если вы сможете уничтожить одного или, еще лучше, двух из них до того, как они поймут, что за ними охотятся, мы сможем разобраться с оставшимися двумя. Кроме того, абордаж – наш лучший шанс выяснить, кто стоит за всем этим. Он повернулся к Солез. – Расек – проблема посерьезнее, но его дредноут старый и не в лучшем состоянии, к тому же он никогда раньше не командовал кораблем. Судя по свидетельствам очевидцев, его эскорт состоит всего из пяти или шести фрегатов без сторожевых кораблей. Исходя из этого, а также дерьмовых возможностей батарианских сенсорных комплексов, если вы поймаете его на большом расстоянии сзади, вы сможете вывести из строя его корабль еще до того, как он сможет начать реагировать. Солез поморщилась. - А его способность останавливать биотиков? Драгунов покачал головой. – Расек хорошо справляется с биотикой, но в основном он имел дело с саларианскими, батарианскими и гражданскими человеческими биотиками, а не с фуриями. У него нет особых навыков ближнего боя, и он полагается на снайперскую стрельбу и маневренную тактику, чтобы подавить биотику. Солез медленно кивнула. – Ни то, ни другое он не сможет использовать внутри дредноута. Выражение лица Драгунова смягчилось. – Точно. Захват батарианского дредноута стал бы большим подспорьем для Альянса... а после быстрого изучения мы даже вернем его Гегемонии и покажем всем, что мы большие мальчики. Он повернулся к Шепард. – Честно говоря, у вас самая сложная миссия, но, учитывая, что вы выследили Сарена, все должно пройти не так уж плохо. Что бы ни задумал Балак, он старается делать это тихо. В вашей боевой группе есть фрегат-невидимка, и у вас больше всего опыта в использовании тактики скрытности. Как только вы его обнаружите, ваши торпеды Кайл-класса смогут одним ударом уничтожить все корабли, которые он использует. Расек – единственный, кого стоит взять в плен, если получится, – Балак не в счет. Шепард кивнула. – У нас есть хоть какая-нибудь идея о том, что он задумал, сэр? Это затрудняет его поиски. Драгунов покачал головой, его львиные черты лица напряглись от досады. – К сожалению, нет. Пока что он только и делает, что убивает Имперских Гвардейцев и взрывает батарианские станции – он уже совершил налеты на шесть таких станций, в основном забирая взрывчатку и термоядерные заряды. Шепард ущипнула себя за переносицу. – Звучит просто отлично, сэр. Драгунов пожал плечами, взял три планшета из аккуратной стопки на столе и протянул по одному каждому из Майоров. – Вот все собранные нами данные о наблюдениях, разведданные и отчеты Корсаров. Еще раз: Росс, локализуйте их силы, уничтожьте руководство и отступайте. Мы зачистим территорию силами под командованием Хакетта. Не пытайтесь взять адмиралов в плен. Просто убейте их и уходите. Солез, выведите из строя дредноут, по возможности возьмите Расека живым, а если нет, то установите подрывные заряды и отходите. Шепард, убейте Балака и взорвите его корабли, а если будет слишком жарко, просто бросайте Балака и уходите. Он огляделся. – Еще вопросы? Росс пожал плечами. – Всего один, сэр. Если это провокация Арии или П и они вмешаются, что нам делать? – Драгунов сжал кулак. – Немедленно отступайте и сообщите нам через несколько коммуникационных буев. Дальнейшие действия будут зависеть от министров и президента. Шепард кашлянула. – У меня также есть пересекающееся задание в регионе, но у меня не было возможности скоординировать действия с Советом и узнать, какой прогресс был достигнут, сэр. Президент сказал, что вы, возможно, в курсе, сэр. Командующий Флотом кивнул. – Да, я в курсе. – Он помолчал. – Майор Росс, Майор Солез, эта часть разговора не распространяется даже на ваши уровни допуска. Я буду доступен, если у вас возникнут другие вопросы. Разойтись. Они переглянулись, посмотрели на Шепард, встали, отдали честь и через мгновение вышли. Драгунов подождал, пока за ними закроются двери, и продолжил. – Мы обсуждали это с Удиной – пока что кварианцы ничего не нашли, как и ГОР. Брокер снова вышел на связь, заявил, что избавился от этого Окира, потому что тот был подвержен внушению Жнецов, и утверждает, что наша станция в системе Ленал тоже подверглась внушению. Шепард поморщилась. – Блядь, это плохо. Полагаю, он не стал комментировать свои попытки убить меня и Лиару – не говоря уже об Удине, сэр? На лице мужчины мелькнула едва заметная улыбка. – Его агент утверждал, что им заплатили за то, чтобы они помогли доставить убийц на станцию, и не более того – что это был просто бизнес. Президента такое объяснение не особо впечатлило, а Лорд Барон Джона Эшленд требует компенсации за разрушенный объект. Пока что мы исходим из того, что Брокер за определенную плату устранил для нас проблему в зародыше. Она кивнула. – Не могу сказать, что мне жаль, что Окира больше нет в живых – он точно был связан с Сареном и, вероятно, стоял за теми ужасными гибридами, с которыми мы сражались на Вирмайре и Цитадели. – Она вздохнула. – И еще один вопрос: почему батарианский лорд из высшей касты объединился с адмиралами из средней касты и биотиком из низшей касты, чтобы поднять восстание, сэр? Не то чтобы я была экспертом по батарианской культуре, но то, что я о них знаю, наводит на мысль, что это звучит как минимум странно. Драгунов устало кивнул. – Мы задавались теми же вопросами. Учитывая, что нам известно только то, что сказали Гегемон и его помощники, – сам Император не делал никаких заявлений, – и что эти батариане нападают на граждан Альянса, вопрос спорный. Надеюсь, если мы схватим Расека, то сможем выяснить, что происходит на самом деле. Она кивнула. – Да, сэр. Это все, что мне нужно. Он указал на дверь. - Тогда вы свободны, Майор. Доброй охоты. Она встала, отдала честь и покинула его кабинет. O-ИННС-O У Боевой Группы Хирон было девять часов на подготовку к отправке, и Шепард снова с головой погрузилась в работу. Она провела брифинг с КО и БДО группы, поделившись с ними имеющейся у нее информацией. Балак был Славным батарианским биотиком. Батарианцы могли "создавать" биотиков с нуля, используя вирусное поражение нервной системы под названием болезнь Гирифона, которое вызывало мутации в батарианской нервной системе, а затем вводили им суспензию эзо и коктейль из различных препаратов. Более слабые разновидности батарианских биотиков, Почитаемые и Судьбоносные, были примерно на одном уровне со среднестатистическим человеческим биотиком – чуть слабее в плане силы и выносливости, но чуть быстрее в реакции. Однако некоторые батарианцы хорошо реагировали на лечение, и их намеренно перегружали. Как правило, это быстро приводило к смерти батарианца – большинство из них не проживали и двух-трех лет после начала лечения, – но при этом формировался невероятно сильный биотик, способный на короткое время подавлять даже матриархов азари. Славные батарианцы были одними из самых смертоносных биотиков в галактике, и тот, с кем Шепард сражалась во времена службы в ОБР, едва не убил ее и весь отряд Нейтрон в одиночку. Она рассказала своим офицерам все, что знала: Славные батарианцы сильны, но быстро устают, невосприимчивы к большинству устройств, подавляющих биотические способности, и в большинстве случаев обладают слабыми навыками. В достижении результатов они полагаются на грубую силу, а не на мастерство или технику, и лишь немногие из них владеют продвинутыми биотическими способностями. При этом Славный батарианец может поднять Мако и раздавить его в воздухе или отбить минометные снаряды, если будет готов к этому. Сражение с Кулаком Харшана тоже вряд ли будет легким. В отличие от Государственной гвардии, Кулак использует тяжелую броню, мощные дробовики и смесь боевых препаратов и сильнодействующих стимуляторов, чтобы повысить эффективность своих войск в городских боях и сражениях в ближнем бою. Она предупредила БДО, что Кулак в первую очередь нападает на офицеров, и посоветовала им перед боем снять знаки различия со своей брони. Пока она проводила инструктаж своих сил, остальная команда усердно трудилась в других областях. Лиара готовила комплекты для зондирования, Тали следила за тем, чтобы двигатели соответствовали техническим характеристикам, Джокер вместе с истребительным крылом разбирал тактику батарианцев, а Прессли руководил оперативными группами всей боевой группы, подбирая оптимальные схемы радиоэлектронной борьбы. Колмс лично проверил вооружение каждого корабля и обновил настройки торпед и ракет. Быстро поспав пять часов и убедившись, что все на борту, Шепард отдала приказ к отлёту, и боевая группа в полном составе двинулась в путь. Боевые группы Медея и Аякс вышли одновременно с ними, и, как только они подошли к ретранслятору, получили последние указания от самого Командующего Флотом. – Шепард, это Командующий Флотом Драгунов. По нашим последним данным, корабли Балака были замечены вблизи важного перерабатывающего комплекса Элдфелл-Эшленд на Новой Луизиане, отдаленной корпоративной планете в двух прыжках от Нового Эдо. Этот комплекс производит и перерабатывает резонансную магнитно-железную суспензию, которая используется в наших М/АМ ракетах и торпедах и имеет жизненно важное значение. Сейчас это место охраняет крупное подразделение наемников ЧВК Файршторм, а также несколько членов Эмбергард - рыцарей дома Эшленд. Голос Драгунова слегка понизился. – Мы не знаем точно, где находится Балак, но весьма вероятно, что он попытается нанести удар по этому объекту. Если вы поторопитесь, возможно, вам удастся поймать этого тупого ублюдка там и убить его – если так, вы сможете усилить две другие операции. Она кивнула, сложив руки за спиной. – Понятно, сэр. Он одарил ее тонкой, жесткой улыбкой. – Не облажайтесь, Шепард – командование, конец связи Она вздохнула и нажала на кнопку СКО. – Всем, боевая готовность 2SR. Приготовиться к прыжку через ретранслятор через пять минут. – Она отключилась и нажала на кнопку связи с пилотами. – Джокер, веди нас к Ретранслятору Малетон. Она повернулась к Трейнор. – Приказ боевой группе: построение – Океанский Кулак. Фрегатам зарядить ракеты для максимальной скорострельности, эсминцам готовиться к массированному обстрелу по моей команде. Сообщите им, что перерабатывающий завод Элдфелл-Эшленд может подвергнуться атаке, и нам нужно будет подготовиться к немедленному вступлению в бой, как только мы выйдем из ретранслятора. Затем она откинулась на спинку кресла, не сводя глаз с боевого планшета. – Джокер, веди нас. – Освещение на мостике стало красным, и по нему разнесся сигнал боевой тревоги.