VEIL

Сеул. 07:32.

«SHADE» Entertainment.

      Это был уже третий день работы Рины с группой «VEIL». Если говорить честно, то она уже успела устать.       Ей приходилось просыпаться в шесть утра, чтобы успеть собраться и хотя бы попытаться скрыть консилером тёмные круги под глазами. Затем она садилась на самый первый автобус и ехала в кофейню, где заказывала как минимум семь стаканов с разным кофе. Кому-то было нужно обычное американо, кому-то — сложный латте с несколькими сиропами, а кто-то был настолько избирателен в своих вкусовых предпочтениях, что требовал раф на миндальном молоке с лавандовым сиропом.       После того как кофе был готов, Рина должна была успеть добраться до агентства. Сначала она приветствовала менеджера Хвана, отдавала ему его любимый двойной эспрессо без сахара, а уже потом направлялась к парням.       Обычно они уже находились в комнате отдыха и сонно смотрели в пустоту, пытаясь разобраться, где находятся и что вообще происходит.       — Доброе утро, — громко произнесла Рина, стараясь одной рукой удержать лоток с кофе, а второй придержать тяжёлую дверь.       На её голос обернулись только два человека — Ха Джин и Чон Ха. В отличие от остальных, выглядели они вполне бодро.       — Ага, доброе, — недовольно пробурчал Чан У, который пластом развалился на диване, отрывая голову от декоративной подушки. Он попытался открыть глаза, но продолжал сонно щуриться. — Как тебе удаётся быть такой радостной в такую рань?       — Привычка, — Рина пожала плечами и подошла к журнальному столику, чтобы поставить напитки. — У вас есть десять минут на то, чтобы проснуться и выпить кофе.       Она достала из сумки планшет, чтобы проверить расписание, хотя она давно уже знала его наизусть.       — Сегодня предварительные съёмки клипа...       — Мы в курсе, — перебил её Ха Джин, небрежно махнув рукой. Он даже не удосужился посмотреть на неё. — Лучше кофе подай.       — И мне! — поддержал Чан У, подняв руку. После этого он снова улёгся на подушку и плотно закрыл глаза.       «А у вас что, рук нет?» — возмущённо подумала Рина, крепче сжимая планшет. Она натянуто улыбнулась и стиснула зубы.       — Кофе стоит прямо перед тобой, Ха Джин. Просто протяни руку.       Глубокий голос сбоку привлёк её внимание, и Рина одновременно испытала удивление и благодарность.       О Джин Хёк. Самый старший участник группы.       Ему было около двадцати пяти лет, и агентство во многом держалось за него благодаря его исключительной внешности. На данный момент он занимал позицию вижуала «VEIL» и практически всегда он находился либо в центре внимания, либо рядом с лидером.       Платиновые волосы Джин Хёка по бокам были заколоты маленькими розовыми заколками, чтобы чёлка не лезла в глаза, а губы изгибались в спокойной, сдержанной улыбке. Даже в домашней одежде и без косметики он выглядел так, будто только что сошёл с обложки журнала.       Из-за возраста практически все называли его хёном, хотя Рина несколько раз слышала, как Чан У в шутку обращался к нему «дедушка». Конечно, двадцать пять лет — не такой уж большой возраст, но не по меркам айдол-индустрии.       — Мне не сложно, — сказала Рина.       Она взяла стакан, на котором чёрным маркером было написано имя Ха Джина, и подошла к нему, придерживая кофе обеими руками.       Горячие стенки обжигали пальцы, но она продолжала крепко держать стакан, не позволяя ему выскользнуть.       Протянув руки вперёд, Рина терпеливо ждала.       «Забери ты уже свой чёртов кофе», — раздражённо подумала она, прикусив кончик языка.       В памяти тут же вспыхнуло воспоминание.       Всего пару лет назад она точно так же несла Ха Джину стакан воды, надеясь хоть немного помочь ему успокоиться. Тогда её ладони вспотели от напряжения, а руки предательски дрожали. Стеклянный стакан выскользнул из пальцев, выплеснул всё содержимое прямо на Ха Джина и с громким звоном разбился о пол.       Этот звук ещё долго преследовал её в кошмарах.       Рина пришла в себя только тогда, когда стакан наконец забрали из её рук. Опустив руки, она быстро развернулась и снова уткнулась в планшет, скрывая нервозность и дрожь в теле.       — Ничего не хочешь сказать? — поинтересовался Джин Хёк у Ха Джина.       Тот отрицательно покачал головой. Джин Хёк лишь устало вздохнул и прикрыл глаза.       — Спасибо за кофе, нуна, — тихо произнёс Чон Ха, привлекая внимание Рины.       Она подняла взгляд и тепло улыбнулась парню.       Хоть кто-то в этом помещении вёл себя как нормальный человек.       Краем глаза Рина посмотрела на двоих парней, которые сидели на соседнем диване и молча смотрели в телефоны.       Парня слева, с белыми волосами и неизменно грустным взглядом, звали Джехён. Он почти постоянно ходил в наушниках, но никто так и не понимал, действительно ли он слушал музыку или просто не хотел общаться с окружающими. Его лицо всегда выглядело меланхоличным, словно он двадцать четыре часа в сутки размышлял о чём-то печальном. За все три дня знакомства Рина не слышала от него ничего, кроме коротких и отстранённых ответов.       Насколько она помнила, Джехён был главным вокалистом группы. Как отмечали фанаты: «От его голоса хочется плакать, но в хорошем смысле». И они были правы. Голос у него действительно был мягким, красивым и цепляющим. Правда, сам Джехён, кажется, совершенно не придавал этому значения.       Парня справа звали Сон Джэ. Главный танцор группы.       На первый взгляд он выглядел самым обычным человеком. Миндалевидные глаза, русые волосы со стрижкой «под горшок», спокойное лицо без ярких черт. На фоне Ха Джина или Джин Хёка он легко мог затеряться.       Но всё менялось, стоило ему начать двигаться.       Сон Джэ не просто танцевал под музыку — он буквально пропускал её через себя. Каждое движение выглядело продолжением мелодии, а эмоции читались лучше любых слов.       Рина наблюдала за этим уже несколько раз и до сих пор оставалась под впечатлением.       Жаль было только то, что сам Сон Джэ совершенно не стремился к вниманию публики. Он предпочитал держаться в тени. Рина прекрасно его понимала.       — Выезд через пять минут, — сказала она, устало вздохнув. — И нам лучше не опаздывать.       — Ага, а то менеджер Хван нас убьёт и всё такое, — недовольно пробурчал Чан У, наконец оторвавшись от подушки. Он взял свой уже остывший кофе и сделал большой глоток.       Рина молча согласилась. Если они опоздают, Хван Сок действительно замучает её своими нравоучениями до самой смерти.       А получать выговор на третьем рабочем дне ей совершенно не хотелось.

***

      После долгой трёхчасовой поездки в просторном минивэне Рина почувствовала настоящую радость от свободы, как только её кроссовки коснулись асфальта.       Съёмки клипа должны были проходить на открытом воздухе, и следующие сорок восемь часов непрерывной работы предстояло потратить ради трёхминутного видео.       Пока парней увели на грим и переодевание, Рина в очередной раз проверила весь багаж. Костюмы, косметика, личные вещи каждого участника, термосы с кофе и контейнеры с едой — всё было на своих местах.       Теперь ей предстоял разговор с режиссёром.       — Новая ассистентка? — высокий темноволосый мужчина в кепке подозрительно посмотрел на Рину. Его руки были скрещены на груди, а лицо выглядело далеко не дружелюбным.       — Чон Рина, — представилась девушка, кивнув и слегка поклонившись. — Приятно познакомиться.       — Квон Сону, — коротко бросил мужчина и хмыкнул. — Свою работу знаешь или нужно всё объяснять?       Рина сдержанно улыбнулась, хотя внутри уже начинало закипать от раздражения.       И почему некоторые мужчины всегда так уверены в собственной исключительности?       — Знаю, — спокойно ответила она. — Не беспокойтесь, по пустякам отвлекать не буду.       — Надеюсь, — Квон Сону снова хмыкнул и развернулся. — Съёмки начинаем через полчаса! Поторапливайтесь!       Не задерживаясь, Рина направилась к трейлерам, где сейчас находились участники группы.       Первым делом она заглянула к Чон Ха.       Парень спокойно сидел в кресле, откинувшись на спинку, пока вокруг него суетились несколько визажистов с кистями и палетками теней. Из-за слоя пудры его кожа казалась почти фарфоровой, а небольшие стрелки в уголках глаз подчёркивали мягкие черты лица.       Когда Чон Ха приоткрыл глаза и увидел Рину, на его губах сразу появилась улыбка. Он помахал ей рукой, быстро ответил что-то девушке-визажисту и снова посмотрел на подругу.       — Волнуешься? — спросила Рина, подойдя ближе.       Она осторожно поправила его чёлку кончиками пальцев, стараясь не касаться кожи и не портить макияж. Не то чтобы в этом была необходимость. Просто ей хотелось хотя бы на мгновение прикоснуться к Чон Ха.       — Немного, — парень пожал плечами, но тут же опустил взгляд на руки. Он нервно крутил кольца на пальцах, и это говорило гораздо больше любых слов. — А ты как?       — В порядке, — ответила Рина и сделала шаг назад. — Пойду проверю остальных.       Подойдя к выходу из трейлера, она вдруг остановилась и обернулась.       — Чон Ха.       Когда парень посмотрел на неё, Рина искренне и тепло улыбнулась.       — Ты справишься.       После этого она вышла наружу.       Следующими ей встретились Чан У и Джин Хёк.       Они стояли возле одного из трейлеров и о чём-то разговаривали. Джин Хёк лениво крутил между пальцами зажигалку, с привычной спокойной улыбкой слушая бесконечный поток слов своего младшего коллеги.       — Вижу, у вас всё в порядке, — сказала Рина, подходя ближе. Её взгляд сразу зацепился за зажигалку. — Здесь запрещено курить.       — Я знаю, — спокойно ответил Джин Хёк, сжав зажигалку в ладони. — У нас всё отлично. Спасибо за беспокойство.       — Это моя работа, — пожала плечами Рина. — Если захотите покурить, скажите мне. Я постою на шухере.       — Ого! — оживился Чан У, убирая руки в карманы кожаной куртки.       На нём было столько цепочек и металлических украшений, что они звенели при каждом движении.       — А прошлый ассистент сразу же сдавал хёна менеджеру Хвану. Знаешь, с каждым разом ты нравишься мне всё больше и больше. — Он широко улыбнулся, явно рассчитывая произвести впечатление.       Однако вместо обморока от созерцания его красоты Рина лишь устало закатила глаза.       — Очень рада это слышать, — сухо ответила она.       Кивнув Джин Хёку на прощание, Рина направилась дальше.       Следующими были Джехён и Сон Джэ.       Они не разговаривали друг с другом, не сидели рядом и вообще никак не взаимодействовали. Просто существовали в одном пространстве.       Сон Джэ повторял элементы хореографии, а Джехён сидел неподалёку с листом бумаги и что-то записывал ручкой. Как обычно, в его ушах были наушники.       Они выглядели настолько погружёнными в собственные мысли, что Рина даже не была уверена, стоит ли их отвлекать.       — Лучше сейчас не двигайся слишком активно, — всё же сказала она, обращаясь к Сон Джэ.       Тот вопросительно посмотрел на неё. В его взгляде читалась настороженность. Рина слишком хорошо знала этот взгляд. Ей не доверяли. И пока что не собирались доверять.       — Просто образ может испортиться, и...       Сон Джэ демонстративно фыркнул, отвернулся и продолжил заниматься тем, чем занимался до её появления.       Рина не стала настаивать. Лишь плотно сжала губы и коротко кивнула самой себе.       Эти двое определённо жили в собственном мире. Они не собирались впускать туда посторонних и явно не стремились выходить наружу. Поэтому пока что Рина решила оставить попытки наладить с ними контакт.       В последний раз посмотрев на парней, она направилась к следующему трейлеру. К последнему. Именно туда ей хотелось идти меньше всего.       Табличка с надписью «Ха Джин» сейчас выглядела для неё почти как вывеска дома ужасов.       Прежде чем войти, Рина постучала. Ответа не последовало. Сделав глубокий вдох, она всё-таки потянула ручку на себя. К её удивлению, дверь открылась легко. Изнутри доносились два голоса. Один из них принадлежал Ха Джину.       — Я уже говорил, что не собираюсь сниматься в этом сопливом дерьме, — раздражённо произнёс он.       Этот тон. Точно такой же, как два года назад.       Воздух будто застрял в горле.       У Рины закружилась голова, и ей пришлось крепче ухватиться за дверную ручку, чтобы не потерять равновесие.       — Ха Джин, — спокойно ответил второй голос. Это был Менеджер Хван. — Директор уже договорился с продюсером, и тот требует твоей подписи.       — Мне плевать, — всё так же грубо отозвался Ха Джин. — Я не собираюсь участвовать в этом только потому, что продюсер — друг директора.       — Нет, Ха Джин. В этот раз твоё мнение ничего не изменит. — менеджер поправил очки. — Тебя никто не просит играть главную роль. Просто ознакомься со сценарием и подпиши бумаги.       Громко цокнув языком, Ха Джин сел на небольшой диван и демонстративно отвернулся к окну.       Дождавшись паузы, Рина всё-таки вошла внутрь, делая вид, что ничего не слышала.       — О... — Она удивлённо замерла на пороге, будто только сейчас заметила менеджера. — Извините.       Хван Сок лишь покачал головой и вышел из трейлера, даже не взглянув на неё.       Оставшись наедине с Ха Джином, Рина снова почувствовала подступающую панику. К счастью, только мысленно.       — Ха Джин-сси? — почти шёпотом позвала она.       — Что? — недовольно спросил он, не отрывая взгляда от окна.       — Съёмки скоро начнутся. Вы... в порядке? — едва произнеся это, Рина мысленно отругала себя.       Конечно же он был не в порядке. Это было очевидно. Но вместо того чтобы промолчать, она зачем-то решила напомнить ему об этом.       Наконец Ха Джин повернулся к ней.       Его взгляд медленно скользнул по фигуре девушки. Мешковатая одежда на пару размеров больше нужного. Круглое лицо с пухлыми щеками и веснушками на носу, уставшие карие глаза, короткие русые волосы.       Она не была красавицей. Но и некрасивой её назвать было нельзя.       Самая обычная.       Сейчас её глаза были широко раскрыты от тревоги. Весь её вид говорил о том, что она его боится. Но это был не тот страх, который испытывают фанаты рядом со своим кумиром.       Это был страх, граничащий с ужасом. Так смотрит зверёк, загнанный в угол хищником.       Плечи Рины были напряжены, будто она готовилась защищаться в случае опасности. И Ха Джин совершенно не понимал, почему вызывает у неё такую реакцию.       Она не была похожа на других ассистентов, которые всеми силами пытались сблизиться с ним, но и не убегала. Хотя явно предпочла бы оказаться как можно дальше.       Рина просто находилась рядом и добросовестно выполняла свою работу. И всё же между ними чувствовалось что-то ещё.       Что-то странное и необъяснимое. Это ощущение неприятно давило где-то под рёбрами.       Рина смотрела на него так, словно знала о нём что-то важное. Что-то такое, чего не знал даже он сам.       Точно так же иногда смотрел Джин Хёк. И это раздражало Ха Джина гораздо сильнее, чем сценарий, который недавно принёс менеджер.       Молчание затянулось.       Рина уже начала переживать, что зря вообще открыла рот.       — Я в порядке, — наконец ответил Ха Джин, продолжая внимательно смотреть на неё. — Как остальные?       — Нормально, — быстро сказала Рина. — Чон Ха нервничает. Сон Джэ, наверное, тоже.       — Ясно. — он тяжело вздохнул и поднялся с дивана. — Пойдём.       Спрашивать куда именно Рина не стала. Она была готова идти куда угодно, лишь бы не оставаться с ним наедине в тесном пространстве трейлера.       Взгляд зацепился за кожаную куртку, оставленную на спинке стула. Это была важная часть сценического образа и оставлять её здесь было нельзя.       Рина осторожно взяла куртку и посмотрела на Ха Джина. Чтобы не помять рубашку, ей придётся помочь ему одеться. От одной этой мысли её бросило в жар.       Ха Джин молча повернулся к ней спиной.       Подойдя ближе, Рина осторожно просунула его руки в рукава и аккуратно натянула куртку на плечи. Затем поправила воротник. Её пальцы случайно коснулись горячей кожи под тканью рубашки. По телу словно пробежал слабый электрический разряд. Рина резко отдёрнула руки и поспешно обошла его кругом, оценивая внешний вид.       Всё выглядело идеально.       Она коротко кивнула, показывая, что закончила. Ха Джин ничего не сказал. Лишь для вида поправил рукав куртки и вышел из трейлера, прекрасно зная, что Рина пойдёт следом.       Впереди их ждали долгие часы съёмок. И Рина искренне надеялась, что время пролетит как можно быстрее.       Она прекрасно помнила съёмки с Соль Иджуном; несколько часов подряд снимать одну и ту же сцену, затем выбирать лучший дубль и повторять всё заново.       Иджун был невероятно требователен к самому себе. Если ему не нравилась хотя бы одна мелочь, он настаивал на пересъёмке. Никакие уговоры не работали. Он стоял на своём даже тогда, когда едва держался на ногах от усталости.       Рина боялась представить, насколько дотошными могут оказаться «VEIL». Особенно учитывая ожидания, которые на них возлагали.       Она украдкой посмотрела на Ха Джина. Внешне он выглядел совершенно спокойным. Рине хотелось сказать что-нибудь ободряющее, но она промолчала. Ведь сейчас дистанция была безопаснее. Она не должна была пытаться сблизиться с ним.       «Просто делай свою работу, Чон Рина», — строго приказала она себе.       К съёмочной площадке они подошли одновременно, но дальше разошлись в разные стороны.       Ха Джин направился к остальным участникам группы, а Рина заняла место рядом с режиссёром, который уже раздавал указания съёмочной команде.       — Сейчас снимаем фрагмент с «На-на-на», — сказал Квон Сону, сопровождая слова жестами. — Дальше работаем по сценарию.       Как только участники «VEIL» заняли свои позиции перед камерами, весь остальной мир для Рины словно исчез. Теперь существовали только объективы.       И то, что происходило внутри кадра.