Пятнадцать мест и уличный артист

Уроки закончились и все уже давно разбрелись по своим комнатам, готовясь к следующему дню. Шень Чэнби сидел на тех самых качелях, смотря, на отражение в воде вино-красного закатного солнца. Руки юноши уже замёрзли, а на ладонях появилось раздражение от грубых верёвок. Но он все сидел и ждал. Он даже сам не знал, чего именно ждал. Чэнби откинулся назад и запрокинув голову, посмотрел на верх. На ветке сидела пестрая птичка мандаринка. Она прыгала туда сюда, смотрела по сторонам и обеспокоено крякала. Рядом было небольшое гнездышко, которое она почему-то не спешила залезать, только и делала, что прыгала по веткам красного клена. Спустя несколько минут такой беготни к ней пришла вторая такая же. Она тихо крякнула, будто боясь, а вторая одним прыжком оказалась рядом с ней. Вместе они залезли в свое гнездо, и прижавшись друг к другу, начали греться. Шень Чэнби незаметно улыбнулся своим мыслям, и сел ровно, продолжая лениво прокачиваться. Так наследник провел следующие три вечера. Каждый день, освободившись, он тут же шёл туда и терпеливо ждал до отбоя. Он не реагировал на других учеников, отдыхающих здесь. На все их вопросы и беспокойства реагировал лишь дежурной улыбкой и кивком. Но улыбка никогда не доходила до глаз. Ведь он ждал не их. Он ждал его. Ли Линьчуань встречался с ним пару раз в галереях, и каждый раз, когда их взгляды находили друг друга юноша вздрагивал и тут же смотрел в другую сторону. Он избегал его. Эта мысль особенно больно кольнула сердце наследника, что он сжал верёвки качели до боли. Но Шень Чэнби так же заметил, что Линьчуань, в целом, стал вести себя по другому. Он стал пугливым, рассеянным. Сегодня Шисюн сходил к наставникам и поинтересовался, как идут успехи к новенького шиди. И ситуация была печальной. Он последний по успеваемости. Все это напрягало Чэнби, он чувствовал, что все идёт не так. Что его решение привести его сюда было ужасно неправильным. Почему он решил, что не сможет поддерживать с ним связь на расстоянии? Он мог бы давать ему денег, дать тот веер, и постепенно развивать отношения. Он мог, хотя-бы попробывать. Но вместо этого он сделал это. И теперь, есть шанс, что Линьчуаня с позором выгонят и ему прийдется вернуться на улицу. Шень Чэнби пнул носком камень, а после со всей силой оттолкнулся от земли и раскачался на качелях. Мысли в голове крутились в бешном ритме. Можно продолжать сидеть здесь и давать ему время, можно поговорить с ним, но о чем? Как начать? В каком месте? Все эти мысли убивали тор мелкий росточек надежды на то, что он все исправит. Все что он мог — это качаться со всей силы, и верить, что шиди сделает ему шаг на встречу. Впервые он — наследник великого ордена — чувствовал себя таким слабым и беспомощным. Ученики лениво уходили с зоны отдыха, исподтишка поглядывая на Да-шисюна. Шень Чэнби продолжал качаться на качелях. Ноги болели, к горлу подступала тошнота, а кожа на ладонях по немногу начала слезать от постоянного трения, но это не мешало, а наоборот, отрезвляло. Эта боль помогла приступить панику, и в его голове, наконец-то, зарядилась идея для первого шага. Идея проста: прийти к нему в комнату и отдать веер, сказав, что в тот день он не хотел его пугать, а просто хотел подарить этот подарок. План слишком простой для наследника великого ордена. Но имеем, что имеем. С этой мыслью Чэнби постучался в комнату. Открыл дверь сонный шиди, но увидев Да-шисюна сразу взбодрился —Ли Линьчуань здесь? — спросил Чэнби лишь кинув в качестве приветствия. Шиди отошёл в сторону, пропуская внутрь. Зайдя взгляд наследника сразу нашёл нужного человека. Линьчуань лежал на кровати спиной ко всем, свернувшись калачиком в верхней одежде, даже не думая переодеваться. Улышав знакомый голос он повернулся к двери. Глаза стали испуганными, он быстро вскочил с кровати, привёл свою одежду и волосы руками и в два шага перешёл всю комнату. Он выглядел взволнованно. Шень прекрасно видел это по его резким движениями и бегающим глазам. Они вышли из комнаты, отходя от того места подальше. Чэнби старался идти прямо и не смотреть никуда, думая, что говорит дальше, но боковым зрением он, все же, подглядывал на юношу. Он шёл на шаг позади и уже минуту пинал камень. Он тоже старался не смотреть на него. Между ними тишина становилась все напряжённее. Никто не хотел вспоминать тот день. Когда они уже почти подошли к зоне отдыха, Ли Линьчуань вдруг заговорил. —Чего хотел? — неуверенно сказал он, продолжая пинать камень Вся заготовленная речь влетела из головы. Он должен был начать этот разговор! —Я хотел поговорить о том дне...—сказал через некоторое время Шень, сам испугавшись своей храбрости. Линьчуань промахнулся по камню и он остался позади — Тогда я не хотел тебя пугать.. Я просто хотел подарить тебе кое-что, но... Наверное, я выбрал не лучшее время. И мне очень жаль. Правда. Линьчуань немного покарснел и отвёл взгляд —Ты меня тоже прости за такую реакцию.. Это не ты меня напугал, это просто... — на его щеках выступил более яркий румянец, он закусил губу, но посла секундой запинки он вдруг улыбнулся, и почесав затылок ответил с ноткой пренебрежения — Ты же знаешь, какой я чувствительный. Вот я получил замечание на медитации, и так странновато отреагировал. — Чэнби хотел что то сказать, но Линьчуань вдргу заговорил громче и эмоциональнее, но в этой эмоциональности было что-то странное — Нет, ну ты просто представь! Я всего лишь немного вздремнул! Ну да, это плохо, так нельзя, но это же мой первый урок, всякое случается! Шень смотрел на него и чувствовал себя странно. Он, вроде, должен улыбнуться, посмеяться, но он чувствовал подвох. Ли заметил отсутствие смеха и прикусил губу снова. —Ладно давай забудем — неловко улыбнувшись сказал он. Шень кивнул, но странное чувство не пропало. —Так что ты хотел подарить? — они подошли к своему привычному месту рядом с качелями, и Ли привычным движением сел на качель и легонько оттолкнулся от земли. Шень Чэнби сделал глубокий вдох. Незаметно дрожащая рука потянулась в рукав за веером. Глаза Ли Линьчуаня посмотри на него я явным интересом, но и с непониманием. —Веер? Но у меня же и так есть... — протянув свой веер в качестве доказательства. У него, как у новенького, был самый обычный красный веер, так что Шень смотерл на него с пренебрежением —Это можешь выкинуть, он тебе больше не пригодится. В глазах юноши все ещё было сомнение, но он с интересом разглядывал сложные узоры и иероглифы, нежно прикасаясь к ним кончиком пальца. —Спасибо большое — счастливо выдохнув сказал он, начав разглядывать вторую сторону. Шень сел на соседние качели и с нежной улыбкой наблюдал за Ли. —А что это за иероглифы? — спросит Ли ведя пальцем по сложному иероглифу незаметно переходящий в другой. Шень перекусил губу и отвёл взгляд. —Ничего особенного, просто узор — слишком обыденным голосом произнёс он, будто говоря о погоде. Рука Ли на мгновение замерла, будто почувствовав фальш. Но не дав тишине разлиться между ними, Линьчуань снова задал вопрос. —А чем он отличается от моего? — Голос его звучал возбужденно и радостно. То сомнение пропало и теперь он рассматривал новый веер, а старый для него уже лежал в помойке. На это Шень тоже что-то неуверенно пробубнил, но теперь он уже смотрел на Ли. На его сияющие глаза, на улыбку, на его тонкие пальцы которые теперь не касались рисунка, а неуклюже держали веер, пытаясь элегентно им обмахнуться, словно аристократ. Смотря на это в глазах наследника появились смешинки, хотя внутренне напряжение некуда не ушло. Спустя несколько секунд он снова спросил, но успокоившись его голос стал мягким и приятно удивленым — А это ты сделал? Шень Чэнби почувствовал как щеки начали краснеть и отвёл взгляд, уставившись в озеро. Он кивнул. Его руки сжали края качели, пытаясь скрыть свой страх и не выдать смущения. Ли смотрел на его реакцию пару мгновений, улыбка из яркой и слегка безумной от веселья превратилась в тихую и нежную. Он тихо рассмеялся покачав головой. Повисла пауза наполненая кряканьем мандаринок. —Спасибо, Чэнби. Правда, спасибо. — Чэнби смущённо улыбнулся, а его щеки все ещё пылали. Спустя пару минут молчания и восторженных вздохов Ли Линьчуань убрал веер себе в рукав и между ними снова повисло молчание, но на этот раз не такое напряженое как раньше, а комфортное, разряженое шелествой листвы красных кленов. —Как дела? А то я так и не спросил, а мы давно с тобой не разговаривали — с смущением спросил Ли Линьчуань —Да ничего нового. Я вот, благодаря тебе в последнее время чаще здесь сижу. Раньше постоянно прятался в комнатах. Теперь хоть свежим воздухом дышу по вечерам. — Чэнби улыбнулся. Теперь он не сидит здесь один, а рядом с ним, так что все те дни ожидания того стоили — Ну и из совсем неинтересно, мне надо искать нового слугу. Вот думаю, где найти бы хорошего. А то обязанностей то много, да и жить рядом с наследником дело ответственное. — Шень Чэнби сделал небольшую паузу о чем-то размышляя, как вдруг Линьчуань сказал —Возьми меня на это место.