Пятнадцать мест и уличный артист

В воздухе витал запах сандала и нежный запах благовоний. С улицы в команту дул свежий, вечерний воздух. Шень Чэнби отложил кисть и взглянул на свои труды. Веер. На нем красовались сложные и элегантные иероглифы разных оттенков красного и розового, которые не бросались в глаза, а выглядели, как гармоничный, но очень непонятный рисунок. Но на самом деле этот "рисунок" был самым сильным заклинанием, которое Шень Чэнби знал. И сильным оно было не только из-за сложности написания, но и из-за того, что в него нужно вложить огромное количество духовных сил, чтобы оно работало. Он сделал это потому, что прошлой ночью вместо сна, пытался забыть тот яркий актёрский наряд, зелёные глаза, и такое милое беззащитное лицо своего шиди. Но так и не смог. Он вспоминал, что сил к Линьчуаня было мало. А в этом ордене ему прийдется не сладко, если он не сможет защитить себя. Так что, всю оставшуюся ночь и этот день он потратил не этот веер. С ним он мог бы наложить на кого угодно простые заклинания, даже не зная как именно это делается. Мог развеять заклинание наложенное на самого Хозяина, и ещё некоторые магические трюки. Он пр поднял веер чуть выше, позволяя яркому закатному солнцу осветить его творение. То ещё раз, наверное, раз пятый, перепроверил свою работу. Все иероглифы чёткие, красивые и яркие. —Последние два, прям про него... — сказал Чэнби и тут же захотел ударить себя по лицу. Его рука слегка дрожала, то-ли от волнения, то-ли от истощения духовных сил. Точно второе. Он тряхнул головой, пытаясь собраться. Аккуратно положив веер на стол, он устало встал и потянулся, хрустнув костяшками. Нужно встретиться с Линьчуанем и подарить ему веер. Но постараться сделать это, как нибудь, мило, романтично, что-ли? Да-шисюн гордо вышагивал размеренным темпом по ярко-красным галереям. В голове крутились разные варианты, как именно преподнести Линьчуаню этот подарок. Но все эти мысли разбежались по углам сознания, когда Шень Чэнби увидел его. Ли Линьчуань стоял спиной к нему, опираясь на колонну. Он крупно дрожал, обнимая себя руками, а голова была опущена в низ. Ладони прошлись верх и вниз по плечам, будто пытался согреться. Юноша не замечал никого вокруг, да и на уроки не спешил, хотя у младших учеников он начался, уже как пять минут назад. Шень Чэнби сделал несколько неувереных шагов к нему, но Линьчуань до сих пор не замечал, что к нему кто-то идёт. Вырвало его из своих, явно не приятных мыслей, ели слышный скрип под ногой Чэнби. Чэнби и Линьчуань замерли. Глаза Линьчуаня были спрятаны за его волосами, но Шисюн надеялся, что сейчас он посмотрит на него и хоть немного успокоиться. Но Линьчуань тут же развернулся рывком и бросился бежать. Шень Чэнби вздрогнул от неожиданно движения, и удивлёно провожал взглядом убегающего шиди. Он постучал по своей руке веером несколько раз, будто надеясь, что это действие приведёт все в порядок, но ничего не произошло. —Ли Линьчуань, постой.. — наконец выдавил из себя Чэнби неуверенным голосом. Шень Чэнби хотел бросился за ним, остановить, обнять и спрсоить, что случилось. Но здравый смысл ему говорил: если он убежал, значит сейчас не готов к разговору. Подавив свое желание догнать его, он развернулся и ушёл в свою команту. А веер так и остался лежать у него в рукаве.