Священная война

— А… А где я? — Лунтик! Пойдем уже! Весело отозвался голос Кузи, который стоял впереди дороги которая вела в густой лес, лежавший вдалеке. — сколько можно ждать тебя? Что ты там застыл? Лунтик, не веря самому себе, осмотрелся. Трава, тропинка, где-то сверху дует легкий ветерок, а справа журчит маленький ручей, который уходит куда-то вниз. Чистое небо, яркое солнце которое ещё греет, но не так сильно как в середине лета. — Кузя… А. А это точно ты? — Конечно я! Или ты кого-то другого здесь увидел? — расплылся в добродушной улыбке кузнечик. — Ну что ты стоишь?! Давай, пошли уже быстрее! Пчелёнок заждался! — Пчелёнок? Но его же… Он же мобилизирован… Разве нет? Его отпустили? — О чём ты, Лунтик? Тебе что, кошмары снятся? Нее, с нашим Пчелёнком всё нормально, всё тот же зануда. «А может. Нет… Это не мог быть кошмар, всё слишком реально, не может же такого быть!» — думал Лунтик, но продолжал медленно и осторожно идти за Кузей, ближе к тому лесу, несмотря на свои сомнения. — Кузя, постой! А скажи мне… Мы сейчас куда идём? Кузя остановился. Он стоял спиной к Лунтику и смотрел в сторону дороги. Он развернулся и подошёл ближе. Его улыбка исчезла, а сам он просто посмотрел уставшими и измученными глазами на Лунтика. Пока они смотрели друг на друга, Лунтик разглядел Кузю как следует. «Да… Это он в своём привычном виде, просто стоит и смотрит на меня… Он чего-то ждет? Или собирается с мыслями?» — Кузя? — Лунтик… — Кузя! Объясни мне, что тут происходит?! Где Пчелёнок, почему ты молчишь? — Лунтик… — Кузя?! Эй, Кузя, Кузя! Да ответь ты в конце концов! Правая рука Кузи задрожала, а потом и сам Кузя стал трястись словно от холода или страха. — КУЗЯ! Что с тобой?! Из леса раздался крик, кому-то или чему-то словно наступили на горло, и, чтобы выжить, оно должно орать своим булькающим и хрипящим голосом. Небо залилось кроваво-красным, прям как тогда, когда случился тот чертов день когда они полезли в муравейник, но только сейчас всё выглядело не как красота природы, а как пожар, полностью охвативший небо. Внезапно земля под ногами Лунтика начала проваливаться. — Что..? Кузя? Кузя! Помоги! — Лунтик… Паника началась не сразу, она накатывала волнами на Лунтика. Он то пытался выбраться, то успокоиться и повторял себе из раза в раз: «Это сон, это кошмар, я скоро проснусь!» Только когда его ноги уже полностью оказались погребены под землей, он бросил самоуспокоения и его ужас раскрылся полностью. — КУЗЯЯЯ! КУЗЯ, ПОЖАЛУЙСТА! ПРОШУ. ДАЙ РУКУ, ВЫТАЩИ МЕНЯ ОТСЮДА! Но Кузя настойчиво продолжал игнорировать мольбы Лунтика, всё время повторяя его имя, пока Лунтик всё больше и больше оказывался под землёй. — ПОЖАЛУЙСТА, КТО-НИБУДЬ, Я ВАС ПРОШУ, ПОМОГИТЕ МНЕ! ПОЖАЛУЙСТА! Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ, ПОЖАЛУЙСТА, КТО-НИБУДЬ!!! Он продолжал просить помощи у Кузи, но Кузя… Кузя всё повторял: «Лунтик…» «Ещё немного осталось до того, как земля перекроет мне воздух, и я задохнусь… Неужели я так и погибну? Просто задохнусь под землёй в страшных муках? Может быть… Это просто расплата за смерть того муравья…? Но почему тогда тут только я? Где Пчелёнок?! Почему Кузя тогда не страдает? Я самый невинный среди них, я просто был рядом, так почему тогда я умираю так больно, а Кузя жив?! Почему он…» Перед тем как голова Лунтика успела пропасть под землёй, к нему подошёл старый добрый Пчелёнок… Но с фонариком. Земля лезла в рот и мешала говорить, поэтому всё, что осталось Лунтику, — это мычание… — ММММ, МММ! — Прости нас, Лунтик. Нам не нужны лишние глаза. «Что?! Лишние глаза?! О каких глазах идёт речь??? ПЧЕЛЁНОК! ОТПУСТИ МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА!» — пытался выговорить Лунтик, но получалось только дышать из-за земли, которая уже поднялась к носу и попала в ноздри. — ММММ, МММ, МММ! — Прощай. Пчелёнок замахнулся фонариком… --- — Мокро... Что...? Капли? НЕТ! Нет, нет, нет! Не может быть! Почему так темно?! — Лунтик! Ты проснулся! — Мила? Он дотронулся до лица, почувствовал влажную тряпку на глазах и убрал её. И увидел потолок. Самый обыкновенный потолок, который от других потолков не отличался ничем. Едва он начал думать, Мила подбежала к нему и крепко обняла: — Ты жив... Ты очнулся! Наконец-то! Лунтик! — М.. Мила.. — пытаясь прийти в себя, прошептал Лунтик. — От чего я...? Я что, спал? Мила забрала мокрую повязку у Лунтика и положила её в синий тазик. Влажная повязка плюхнулась в воду с характерным звуком. — Лунтик, когда ты упал посреди комнаты, мы все очень сильно за тебя перепугались! Тебя донесли до кровати, и я вызвалась следить за тобой. Ты что-то бормотал во сне, про Кузю и Пчелёнка, а потом… Лунтика словно ударило молнией, и он снова перестал слышать слова Милы. В его голове пронеслось: «Что... ЧТО Я СДЕЛАЛ? Нет! Нет, нет, нет, нет! Только не это, я же обещал им молчать! Как.. Почему я... Я не мог! Нет, нет, так нельзя, нужно понять, что я наговорил». — Мила… — перебил её Лунтик. — Мила, а скажи… Ты случайно не слышала, о чём я там говорил? — Нет, Лунтик, я не поняла ни слова. Я думаю, что ты переживал очень сильно за Кузю и Пче… П.. Пчелёнка… Последние слова из её уст прозвучали очень тихо, она быстро заморгала, а потом закрыла лицо рукой и начала всхлипывать. Лунтик крепко обнял её. — Мила… Мила, не плачь, пожалуйста! Мы же не знаем ещё, что с Пчелёнком, не надо так, с ним всё будет хорошо… Она подняла свой взгляд на Лунтика. Она смотрела на него, внешне уставшего, но вечно доброго и хорошего друга, который всегда всех поддерживал, любил, прощал ошибки других. — Ты прав… Да, ты прав… Всё же будет хорошо, всегда было… Он выберется оттуда, я верю в это… — Я тоже. — Лунтик… — Что? — Спасибо… Так они сидели ещё несколько минут, не говоря ни слова. Лунтик осмотрел комнату. В углу, где раньше стояли стеллажи с книгами, лежали теперь раскладушки — хозяев не было видно. На полу много грязи, прям как дома перед уходом, а единственное окно над столом было открыто, но вид из него закрывали шторки, которые оставались без движения. Мила вышла на улицу искать дядю Шнюка. Лунтик остался в полном одиночестве — даже тех мам и маленьких жучков, которых он видел вчера, тут не было. Здесь никого не было, кроме вещей, лежавших на раскладных кроватях, спальных мешков в центре комнаты и самого Лунтика. Он лежал и разглядывал комнату, пока не услышал шаги за дверью. — А вот и Лунтик проснулся! — сразу с ходу сказал Шнюк, только открыв дверь. Он был в зелёном военном мундире и в фуражке. — Ну здравствуй, как самочувствие? — Я.. Не знаю... Нормально, вроде..? — Что ж.. Ладно, судя по твоему состоянию и со слов Милы, тебе сегодня можно отдохнуть, но завтра идёшь на работу в общем порядке, понял? — Да… — Вот и хорошо. Он посмотрел на Лунтика, а потом перевел свой взгляд на Милу и положил ей руку на плечо. Она встала в стойку смирно и казалось, что она напряжена. — Мила.. Когда Лунтик отдохнёт, проведи ему экскурсию ближе к обеду, ясно? — Так точно! — Ну всё, за работу. — Есть! Шнюк еще раз посмотрел на Лунтика, но уже не оценивающим взглядом, а… полным некоторого сожаления? Он ушёл вместе с Милой, закрыв перед уходом окно. — И... И что это было? — сказал вслух Лунтик, глядя на закрытую дверь. — Так и должно быть? Эта ситуация полностью отвлекла его от прочих мыслей, он пытался понять, что здесь происходит. Почему Шнюк в форме и почему Мила отвечает так по-солдатски? Новые правила? Но потом к нему вернулся один единственный вопрос: «Но всё таки… Где же Кузя?»