«Всё ради игры: Границы»

Эндрю заметил первым. Конечно заметил. Эндрю всегда замечал всё — феноменальная память, внимание к деталям, взгляд, который прошивает насквозь, даже когда зрачки расширены от таблеток или пыли. Он мог сидеть молча часами, сканировать пространство, и от него не укрывалось ничего: ни лишний взгляд, ни заминка в разговоре, ни то, как Ники меняется в присутствии его брата. В тот день Эндрю сидел на диване в гостиной, поджав под себя ноги. Светлые волосы взлохмачены, на лице застыла та самая эйфоричная улыбка, которая никогда не касалась глаз. Глаза оставались холодными, пустыми, стеклянными — особенно когда таблетки работали в полную силу. Ники вошёл за водой. Просто за водой. Но Аарон тоже был здесь — читал что-то в телефоне, устроившись в кресле у окна. И Ники, сам того не замечая, засмотрелся. На то, как свет падает на светлые волосы. На то, как Аарон кусает губу, вчитываясь в экран. На маленькие пальцы, листающие ленту. Эндрю наблюдал. — Ты слишком нервный рядом с ним, — сказал он спокойно. Без эмоций. Будто комментировал погоду. Ники замер с бутылкой воды в руке. — С кем? — спросил он, хотя ответ знал. Чувствовал, как шевелится волосы на затылке. — Не притворяйся. Эндрю смотрел прямо. Светло-карие глаза, такие же, как у Аарона, но совершенно другие — в них не было тепла. Только холодный расчёт и та самая эйфоричная отстранённость, которая делала Эндрю похожим на инопланетянина в человеческом теле. — Это плохая идея, — добавил он. Ники сглотнул. Краем глаза он видел, что Аарон поднял голову от телефона. Смотрит на них обоих. Прислушивается? — Я ничего не делаю! — выдохнул Ники, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Пока. Слово повисло в воздухе. Эндрю произнёс его без угрозы, просто констатируя факт. Но от этого стало только хуже. Тишина стала тяжёлой. Густой, как патока. Ники чувствовал на себе два взгляда — ледяной, сканирующий Эндрю и настороженный, вопросительный Аарона. — Просто прекрати раньше, чем станет хуже, — закончил Эндрю и отвернулся к окну. Аудиенция была окончена. Ники постоял ещё секунду, потом развернулся и вышел. Вода так и осталась нетронутой на столе. В коридоре он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Сердце колотилось где-то в горле. «Прекрати раньше, чем станет хуже». Легко сказать. Проблема была в том, что Ники не знал, как прекратить то, что даже не начиналось. Не знал, как перестать смотреть. Как перестать чувствовать. Как вырезать из груди тот узел, который затягивался каждый раз, когда Аарон оказывался рядом. Он открыл глаза. Перед ним стоял Аарон. Маленький, светлый, с телефоном в руке. Смотрел снизу вверх своими медовыми глазами, и в них больше не было настороженности. Только вопрос. — Что он имел в виду? — спросил Аарон тихо. — Ничего, — ответил Ники автоматически. — Он под таблетками, сам знаешь. Несёт чушь. — Эндрю никогда не несёт чушь. Ники промолчал. Потому что это была правда. Даже под таблетками, даже под пылью, даже когда улыбался своей жуткой эйфоричной улыбкой — Эндрю никогда не говорил просто так. Аарон шагнул ближе. Теперь их разделяло меньше метра. Ники смотрел на него сверху вниз и с ужасом понимал, что хочет протянуть руку. Просто коснуться. Провести пальцами по светлым волосам, по щеке, по губам, которые сейчас были сжаты в тонкую линию. — Ники, — позвал Аарон. Голос прозвучал тихо, но в тишине коридора — оглушительно. — Что? — Ты опять так смотришь. Ники моргнул. Отвёл взгляд. Посмотрел в сторону, на обшарпанные стены общежития, на грязный пол, на всё, что угодно, только не на Аарона. — Извини. — Не извиняйся, — Аарон вздохнул. — Просто… объясни. — Нечего объяснять. — Врёшь. Это слово прозвучало как эхо. Эндрю говорил так же. Близнецы. Ники сжал челюсть. Внутри всё кипело — страх, стыд, желание, отчаяние. Хотелось провалиться сквозь землю. Хотелось схватить Аарона в охапку и прижать к себе так сильно, чтобы кости затрещали. Хотелось сбежать и никогда не возвращаться. — Отвали, Аарон, — выдавил он грубее, чем хотел. — Просто отвали. И ушёл. Быстрыми шагами, почти бегом, в свою комнату. Захлопнул дверь. Прислонился к ней спиной и сполз на пол, закрыв лицо руками. Тёмные волосы упали вперёд, спрятали от мира. За стеной было тихо. Но Ники знал, что Аарон стоит в коридоре. Чувствовал кожей. И ещё он чувствовал взгляд Эндрю. Который, наверное, сидел на диване и улыбался своей стеклянной улыбкой, потому что он всё видел. Всё знал. «Просто прекрати раньше, чем станет хуже». Слишком поздно, Эндрю. Слишком поздно.