Life After Loss

            Утро для Бэкхёна выдается по настоящему отвратительным. Открыв глаза, первое что он чувствует — физическая боль во всем теле. Голова раскалывается от малейшего движения, тело ломит от жара, в глаза словно песка насыпали, а опухшие губы стягивают жесткие корочки. Дальнейший анализ физических ощущений прекращается когда в глаза бросается незнакомый потолок комнаты. Где я..? Блондин медленно поворачивает голову в сторону осматривая совсем не узнаваемую обстановку. Высокий темный шкаф в потолок, мягкое кресло у панорамного окна, рядом на журнальном столике стоит белая кружка и кажется лежит планшет. Все эти наблюдения бесполезны, они никак не помогают установить местонахождение. Бэкхён поворачивает голову в другую сторону превозмогая тупую боль и видит темную макушку, что лежит рядом с его бедром. А еще свою руку, что сжимает чужую ладонь. Ниже на полу глаза фиксируют большого белого пса породы самоедской лайки, который спокойно дремлет у ног мужчины. Воспоминания вчерашней ночи медленно всплывают в сознании заставляя болезненно простонать. Вот он выходит из душа и берет в руки планшет, смотрит фотографии в галерее и натыкается на свое свадебное видео, включая его. Горько плачет под конец просмотра и достает бутылку крепкого алкоголя из бара на кухне, а дальше уходит из дома в тапочках, халате и слезах. Человек рядом шевелится и поднимает голову, осматривается прищуренными глазами, видимо не сразу осознавая где он, и наконец отпускает теплую руку. Пёс тоже просыпается, поднимается, и потягиваясь разминает лапы, встряхивая густую шерсть. Блондин рвано выдыхает и накрывает измученные глаза одной рукой. — Бэкхён? — чужой хриплый ото сна голос, — Ты помнишь, что вчера было? Я… — монолог прерывают тихие слова. — Ты Чанёль, я помню. — желания услышать пересказ вчерашних событий нет, а картинка начинает чётче складываться в голове и появляются догадки о том где он. — Ты как? Сейчас принесу тебе воды. — мужчина разминает затекшую шею и поднимается на ноги, морщась после такого неудобного сна. Белый пёс внезапно запрыгивает на постель, ставя мощные лапы на узкую грудь укрытую одеялом. — Макс! Куда?! Ну-ка, слезь! — строгий, возмущенный вскрик и брюнет спешно убирает пса с немного испуганного и удивленного парня. — Прости, это пёс моего друга. Я временно его нянька. Не бойся, он добрый, просто молодой еще и игривый. — Макс, иди сюда. — пёс послушно подходит ближе и заинтересованно смотрит на мужчину. — Так знакомиться нельзя. Это плохо. — Чанёль четко проговаривает слова, а после берет руку блондина в свою и подносит ее ближе к светлой морде. — Это Бэкхён, не пугай его. Макс заинтересованно обнюхивает предложенную ладонь, и гость несмело касается кончиками пальцев мокрого носа. Пёс доверчиво подставляет пушистую голову под ласку немного жмурясь от удовольствия, когда рука гладит между ушей. Брюнет уходит куда-то, но быстро возвращается с запечатанной бутылкой воды. Бэкхён аккуратно привстает, и ему тут же подкладывают подушку под спину, на которую он опирается. Теплое одеяло поправляют, протягивают бутылку, предварительно открыв и подают в руки. Первый глоток сопровождается острой болью в горле и першением, но парень сдерживает кашель, делая еще пару глотков. Чанёль треплет свои и без того растрепанные волосы, пытаясь проснуться окончательно и присаживается на постель. — Я у тебя дома? — первый вопрос, который задает приходящий в себя гость. — Да, так получилось, ты уснул вчера и я привез тебя к себе. — Спасибо. — наверное уместно это сказать? — Прости за… — парень тормозит, раздумывая как вообще назвать их ситуацию. — За вчера. — Я рад, что успел вовремя… — отстраненно произносит мужчина, чувствуя себя некомфортно. Им обоим некомфортно. Они не знакомы, совсем чужие люди, но теперь их связывает такая личная ситуация. Как поступить дальше? Что сказать? Брюнет принимает решение, что лучше всего сейчас попытаться общаться на обыденные темы. Задавать вопросы о том, что случилось, он точно не будет. Это совсем не уместно. — Предлагаю перекусить для начала. — улыбка наигранная, неуверенная. — Хорошо. — тихое согласие. А что еще ответить? Бэкхён откидывает одеяло, поправляя халат на груди, и видит пластыри на голых ногах, вспоминая в каком виде он вчера ушел из дома. Обреченный выдох.        — Да, по поводу одежды, я сейчас что-нибудь тебе подыщу. — Чанёль встает и открывает большой шкаф, немного порывшись выуживает оттуда необходимое. На одеяло опускается простая белая футболка свободного кроя, черная толстовка с капюшоном и спортивные штаны с завязками на поясе для удобства, а также новые белые носки с этикеткой. Блондин по виду на размера четыре меньше, и вся выданная одежда явно будет ему большая, но меньшей совсем нет. Чанёль предлагает ему одеться, сходить в ванную и приходить завтракать, а после уходит забирая с собой пса. Бэкхён потирает горячий лоб отмечая явно повышенную температуру, снимает свою одежду откладывая на постель, и мельком задерживает взгляд на своем теле. Болезненная худоба и бледная кожа. Горе съедало его изнутри. Нежелание видеть это отвратительное зрелище мотивирует скорее одеться, парень натягивает на себя все предложенные вещи и подвязывает широкие штаны. Приходится еще подкатать чтобы они не тащились по полу. В ванной обнаруживается чистое полотенце, на нем новая запакованная зубная щетка и расческа. Взгляд обращается к зеркалу, бессмысленно разглядывая собственное отражение, словно пытаясь понять жив ли он еще или нет. Внешний вид отчетливо отражает мертвое внутреннее состояние. Дрожащие пальцы открывают кран с холодной водой, пытаясь привести голову в адекватное состояние хотя бы на время пребывания в этой квартире. Закончив с процедурами в ванной, Бэкхён несмело заходит на кухню, откуда уже идет запах готовящейся еды. Стоит несколько секунд на пороге, не зная, как лучше поступить, но в итоге брюнет сам его замечает. — Проходи, садись за стол. — мужчина улыбается уже более расслабленно что-то помешивая на сковороде.        Блондин кивает и присаживается, обращая внимание на пушистого пса, который что-то аппетитно поедает из своей миски. Перед глазами появляется прозрачный стакан с растворяющейся в воде шипучей таблеткой.        — Выпей пока, это аспирин. Еда почти готова.        Гость не отказывается, понимая, что выглядит он более чем болезненно, да и температуру нужно сбить. Не хватало упасть в обморок и доставить еще больше проблем. Обхватывает пальцами предложенный стакан и делает несколько маленьких глотков. Вода теплая, что приносит небольшое облегчение воспаленному горлу, а желудок следом напоминает о себе голодным спазмом.        На столе появляются две тарелки на которых яичный омлет и помидоры черри, еще одна с нарезанным сыром и ветчиной, зеленый чай с жасмином, и предварительно открытая коробка конфет. Чанёль ставит чашку черного кофе для себя и садится на стул сразу же отправляя вилку с омлетом в рот. Он явно голоден, делает глоток напитка и поворачивается к гостю.        — Бэкхён, тебе нужно позвонить кому-нибудь? Я думаю твои близкие волнуются… — но блондин отрицательно мотает головой не поддерживая идею, подцепляет маленький кусочек омлета вилкой и отправляет в рот. Принимает решение что лучше сразу ехать, возможно никто не успел заметить его отсутствия. Размышляет как в данной ситуации попасть домой без денег, обуви и в чужой одежде. Попросить отвезти? Слишком неловко.        — Чанёль, ты можешь вызвать мне такси? Я переведу тебе деньги, как буду дома. — Я сам тебя отвезу, не волнуйся, кушай и сразу поедем.        За столом повисает тишина, прерываемая только тихим стуком столовых приборов. Блондин не сопротивляется принимая чужое решение, съедает половину порции, не столько из-за аппетита, сколько из-за того, чтобы лишний раз не привлекать внимание. После завтрака они собираются в дорогу и босому Бэкхёну выдаются обычные светлые домашние тапочки, так как передвигаться в любой обуви 44 размера будет для него невозможно. От куртки он отказывается, утверждая, что не замерзнет пока дойдет от подъезда до машины. Макса берут с собой планируя погулять с ним после возвращения гостя домой, и он устраивается на заднем сиденье машины заинтересованно выглядывая в окно. Парень называет адрес и почти весь путь они едут в полной тише. По радио играет спокойная музыка, и Бэкхён прикрывает глаза, засыпая или просто желая абстрагироваться от внешнего мира. Чанёль спокойно ведет авто, изредка поглядывая на пассажира, но не пытаясь нарушить его молчание. Машина выезжает на нужную улицу, двигаясь по уютному коттеджному поселку. Брюнет находит глазами нужный номер и паркуется у ворот красивого двухэтажного дома, обращая внимание на открытую дверь ведущую в ограду. Оттуда через мгновение выходит мужчина средних лет, с усталостью вынося свежий снег на широкой лопате и скидывает в кучу. Он оборачивается, не сразу замечая припаркованный автомобиль, и несколько секунд смотрит на него невидящим взглядом, мысленно находясь не здесь. — Спасибо за всё. Забудь то, что ты видел вчера. — тихая просьба, и Чанёль кивает, хотя внутренне не согласен с этим. Бэкхёна нельзя оставлять одного, не нужно надеяться на его внутреннюю силу, он вчера уже чуть не наделал глупостей. Что бы это ни было, его близкие должны знать, что он не справляется… Блондин неспешно открывает дверь машины и выходит на улицу, стараясь не смотреть на отца. Чанёль выходит следом, огибает капот и останавливается немного позади. Хочет лично убедиться, что передал Бэкхёна в руки близких и ситуация под контролем. — Бэкки, — на выдохе, облегченное, а в глазах блестят слезы. — Миён, Бэкки вернулся, — кричит взрослый мужчина, втыкая лопату в снег, а его руки слегка дрожат.        Из ворот выбегает взрослая женщина с заплаканными глазами, и молодой парень, взволнованно держащий ее под руку. Они все смотрят на блондина с облегчением и затаенным страхом. Они все действительно испугались, когда обнаружили открытый пустой дом. Бэкхён лишь мажет взглядом по родным лицам и останавливается на доме. Смотрит на светлые кирпичные стены, большие панорамные окна, которые так ему нравились, а по щекам текут слезы. Он опускает глаза вниз, устало садится на колени перед воротами, а брюнет, стоящий позади не сразу понимает, что происходит. Ему снова плохо? Близкие дергаются в его сторону, но Чанёль позади оказывается ближе всех, и первым хватает парня за плечи, осознавая, что тот не теряет сознание. Бэкхён запускает руку в снег, сжимает его в кулак и жмурит глаза. На его лице гримаса бескрайней боли и сожаления.

"— Так, закрой глаза, не подглядывай, — голос Джинхо звучит так взволнованно и счастливо, на что Бэкхён тихо посмеивается. Муж аккуратно ведет его куда-то, при этом закрывая глаза своими ладонями.

— Джин, что за сюрприз такой с утра пораньше? — искренняя улыбка в предвкушении.

— Обещаю, тебе понравится, сейчас, еще пара шагов… Стой, — руки исчезают и в глаза сначала бьет яркий солнечный свет.

А после Бэкхён видит красивый двухэтажный дом с темной крышей, большими панорамными окнами, просторным гаражом на две машины, уютной террасой, на которой уже стоит небольшой диван и подвесное кресло, а еще стеклянный столик. Территория огорожена забором вдоль которого высажены ели, а вокруг дома простирается сочный газон, разделяемый дорожками вымощенными светлой плиткой. Вдоль них установлены небольшие газонные фонарики, а еще здесь цветут живописные вишневые деревья. Все вокруг пропитано уютом и комфортом.

— Теперь он наш. — с гордой улыбкой произносит Джинхо и получает шокированный взгляд.

— Ты купил его? — в голосе затаенный восторг.

— Да, можем заняться переездом, — мужчина улыбается, и блондин с визгами счастья кидается ему на шею.

Его тут же подхватывают, кружат в руках, и пара счастливо смеется. Бэкхён нежно целует родные губы, поверить не может своему счастью. У него самый лучший муж на свете. Который удобнее перехватывает его на руках и несет в сторону двери их дома.”

— Бэкки, малыш, — мама опускается на колени рядом, и Чанёль убирает руки с хрупких плеч. Она прижимает плачущего парня к себе, как когда-то в детстве, крепко, пытаясь укрыть от всех бед. С другой стороны на снег опускается парень, в его глазах скапливаются слезы, но он лишь молча сжимает холодную ладонь блондина. Отец стоит словно в оцепенении, кажется даже не дышит, только небрежно смахивает выступившую влагу на глазах. А Чанёль не знает, что сказать от увиденной ситуации. Что ему делать? Как вести себя? Молча уехать? Изначально брюнет все-таки хотел поговорить с кем-то из семьи и обратить внимание на скрытую проблему. Но с кем? Когда здесь все держатся на волоске от полного отчаяния. Он не находит ничего лучше, чем открыть заднюю дверь автомобиля и выпустить большого пушистого пса с белой шерстью. Щелкает пальцами и молча указывает глазами на сидящих у ворот людей, а пёс с радостью подбегает к ним. Лезет мокрым черным носом прямо в заплаканное лицо Бэкхёну, облизывая, тем самым заставляя обратить на себя внимание всех присутствующих. Мама смотрит удивленно, парень рядом немного испуганно, а сам блондин растерянно. За спиной Чанёль снова щелкает пальцами и дергает указательным вниз, и пёс послушно садится перед парнем. Тонкие дрожащие пальцы тянутся к густой шерсти, несмело зарываясь в нее. Эффект не плохой. Хотя бы все прекратили плакать. Пёс начинает нетерпеливо ерзать, ставит лапы на колени блондина, снова пытается лизнуть лицо, и только брюнет хочет сказать «нельзя», как Бэкхён крепко обнимает Макса за шею. — Прошу вас, поднимайтесь, все. На улице холодно, — глава семейства подает руку жене помогая подняться, а парень рядом встает сам, не решаясь нарушить чужие объятия. — Извините, мы кажется незнакомы, как Вас зовут? — вежливо интересуется отец, и женщина рядом тоже переводит заплаканный взгляд на незнакомого человека. — Да, меня зовут Пак Чанёль, — молодой мужчина учтиво пожимает протянутую руку. — Я вчера… помог Бэкхёну. — расплывчатая фраза, скрывающая слишком многое. — Я Бён Менсу, отец Бэкки, спасибо Вам, — мужчина слегка склоняет голову в поклоне. — Это моя жена — Миён, а это Лу Хань — друг Бэка. Чанёль только кивает. Ситуация мало располагает к светским беседам. Брюнет присаживается на корточки рядом с псом, который даже не пытается вырваться из объятий и треплет его между ушей, благодаря за отличную работу. Как бы там ни было, но Бэкхён не плачет. — Эй, Бэк, — тихий шепот, и на светлые волосы аккуратно накидывают капюшон черной толстовки. — Вставай, ты итак вчера достаточно замерз. Макс тебя проводит в дом, мы побудем столько, сколько ты захочешь. — брюнет мягко уговаривает, пытаясь хоть немного отвлечь. — Ты ему определенно нравишься. — добрая улыбка заставляет обратить на себя внимание. Бэкхён смотрит на этого чужого человека с которым его теперь связывает неприятная тайна, и почему-то опять поддается его словам. Разжимает объятия отпуская пса, и берётся за протянутую ладонь. Снова. Этот человек снова поднимает его с обледенелого асфальта. — Вот так, — тихо произносит мужчина, наклоняясь, и голой рукой стряхивая снег с чужих штанов. Макс крутится рядом, макает нос в снег, который смешно прилипает, а после недовольно фыркает. — Макс, рядом, — щелчок и палец указывает на место рядом с блондином. — Иди рядом с Бэкхёном. — твердый тон, и пёс послушно ждет, когда парень сделает первый шаг.        Родные лишь молча переглядываются, но не спешат вмешиваться, замечая положительное влияние этого незнакомого мужчины. У входа в дом брюнет чувствует себя некомфортно, ему странно заходить, он здесь явно лишний, но пёс заходит вместе с хозяином дома и выбора не остается. Бэкхён разбито садится на диван в гостиной, а Макс у его ног, доверчиво укладывая морду между коленей в ожидании ласки. Все вокруг пропитано печалью, холодом, серостью, люди слишком потерянные, расстроенные, плавающие в мыслях. Хочется скорее уйти, чтобы не чувствовать это. В доме непривычно холодно, даже пуховик снимать не хочется, а еще мрачно. — Надо бы камин разжечь, — неуверенно произносит глава семьи Бён, потирая холодные руки. — Отличная идея и ужин приготовим, — наигранно воодушевленно поддерживает Лу Хань. Все вокруг пытаются собрать себя в кучу, кроме блондина, сидящего на диване и смотрящего на пса. Кажется, он даже не замечает наигранные старания всех вокруг. — Я сейчас принесу дров, — старший мужчина уже разворачивается в сторону выхода, но его останавливает голос. — Я помогу Вам, — не предлагает, скорее настаивает брюнет. Отец кивает. Они молча выходят из дома в сторону небольшой кладовки на заднем дворе, Менсу замерзшими пальцами отворяет дверь, включая тусклый свет. В помещении аккуратно сложены дрова для камина, еще какой-то уборочный инвентарь и прочие хозяйственные вещи. Чанёль обдумывает пару секунд как лучше спросить, и все-таки задает вопрос. — Извините, что лезу не в свое дело, но так уж сложилось, что я здесь, прошу, скажите, что случилось с Бэкхёном? Не думаю, что могу задать этот вопрос ему, но и непонимание усложняет ситуацию. — брюнет серьезно смотрит на мужчину напротив, и тот обреченно выдыхает, облокачиваясь на шкаф с инструментами позади. Устало проводит рукой по лицу и облизывает пересохшие губы, явно готовясь сказать что-то очень болезненное. — Две недели назад муж Бэкхёна — Джинхо погиб. — рваный обреченный выдох отца, и Чанёль давится вдохом. — В тот день снегопады были и гололед, он возвращался из Пусана — рабочая поездка, попал в аварию на трассе и… погиб на месте. Услышанная информация ударяет обухом по голове, выбивая воздух из легких. Брюнет прокручивает несколько раз слова мужчины и пазл начинает складываться. Свой голос звучит как гром среди ясного неба: «Может подождешь до лета? Сейчас не лучшее время купаться». Идиот. Придурок. Нес какой-то бред человеку, что сходил с ума от горя и хотел покончить с собой. Браво, Чанёль. В сознание появляется настойчивое желание перекурить полученную информацию. Чанёль молчит. Отец Бэкхёна видимо дает ему время осознать услышанное. Что здесь сказать? Глупые слова «мне жаль» от которых ни тепло, ни холодно? Эти люди пытаются адаптироваться к горю, принять его, и хоть как-то держать на плаву тонущего вдовца, который так и хочет лечь рядом с мужем. Слишком. Так глубоко окунуться в чужое горе — слишком. Чанёль нащупывает во внутреннем кармане помятую пачку сигарет и выбивает одну, зажимает между губ, и молча предлагает Менсу. Мужчина также молча принимает предложенную отраву и несколько минут они просто молча курят. Каждый думает о своем, затягиваясь и выпуская серый дым в морозный воздух. — Чанёль, у меня к тебе встречная просьба, прошу, ответь мне, что вчера произошло? — мольба в голосе, от которой мурашки. — Хань первый утром обнаружил пустой дом, все двери были открыты, позвонил сразу нам. Мы чуть с ума не сошли пока ждали его, мы так боялись, что он… — Менсу не заканчивает фразу, в его глазах застывают страх и ужас от одной только мысли, а сигарета между пальцев догорает до фильтра. Чанёль медлит, видит боковым зрением как мужчина нервничает, хочет услышать правду и одновременно с этим боится ее до дрожи. Брюнет докуривает и тушит сигарету, выдыхает дым снова принимая серьезное решение. — Бэкхён напился и ушел из дома раздетый. Я случайно увидел его на обочине, уговорил сесть в машину, он был очень уставший и заплаканный, сразу отключился. Я отвез его к себе, он переночевал у меня, а утром мы позавтракали и я привез его сюда. — вроде бы и правда, но не вся. Только та часть, что не слишком травмирует взволнованного родителя.        Скрыл правду? Пожалел его? А завтра Бэкхён вскроет вены в ванной, потому что его родные не знали о его намерениях. И это будет уже отчасти твоя вина. Ты знал но никого не предупредил. Отец жмурит глаза и массирует переносицу, кажется испытывает легкое облегчение. Это не самое страшное чего он боялся. — Давайте вернемся, нужно согреть дом хоть немного. — брюнет чувствует как молчаливая тяжесть чужого горя ложится на собственные плечи, заставляя колени подгибаться от его веса. Накладывает на одну руку застывшие поленья и думает, что делать дальше в этой безвыходной ситуации. Менсу набирает такую же охапку и они возвращаются в дом. На кухне уже горит свет, Миён на автомате нарезает овощи на деревянной доске, а Хань задумчиво мешает что-то в кастрюле, смотря в нее невидящим взглядом. Они выпадают из своих мыслей, обращая внимание на вошедших. Бэкхён лежит на светлом диване с закрытыми глазами, а пёс рядом, положив голову ему на плоский живот. Чанёль аккуратно, стараясь не шуметь, сгружает дрова рядом с камином и помогает старшему мужчине, кивая в сторону парня. Они стараются не нарушить сон или апатическое спокойствие, на данный момент довольствуясь хотя бы отсутствием слез. — Что-то случилось с отоплением, я попробую его запустить в подвале, справишься с камином? — шепотом спрашивает Менсу и Пак уверенно кивает. Теперь между ними тоже есть тяжелый тайный разговор, после которого Чанёль уже не воспринимается таким чужим.        Макс обращает внимание на пришедшего временного хозяина и уже хочет сорваться к нему, но брюнет треплет его между ушей шепча тихое «лежи». Пёс послушно остается на диване неосознанно передавая часть тепла этому маленькому человеку. В чем только душа держится? Как он вообще пережил вчерашнюю «прогулку»? Наверно крепкий алкоголь помог все-таки отчасти согреть. Пак расстегивает все тот же красный пуховик и снимает, накрывая им уснувшего блондина. Касается тыльной стороной ладони чужого лба, отмечая повышенную температуру, и принимается разжигать камин. Попутно размышляет о том, как резко повернулась его жизнь за какие-то сутки. Сейчас он добровольно подставил свои плечи под чужую беду, встал рядом с этими людьми пытаясь облегчить их ношу. Для чего? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Он просто не смог сесть в машину и уехать. Забыть, словно ничего и не было. Как взять и забыть эти глаза полные отчаянья и скорби? Огонь постепенно разгорается сильнее, и брюнет поправляет защитный экран перед камином. Поленья тихо потрескивают сгорая, огонь отбрасывает тени на светлый паркет, и комната начинает медленно оживать. Чанёль встает в полный рост, неосознанно обращая внимание на фотографии в рамках на стене. На первом фото видит блондина и рядом с ним, наверное, его мужа. Высокий, статный мужчина нежно обнимает улыбающегося Бэкхёна, целует в висок на фоне морского пейзажа и закатного солнца. Они выглядят влюбленными. Дальше фото с выпускного, парень стоит в черной мантии университета и академической шапочке, держит в руках диплом и большой букет белых пионов. Улыбается такой счастливой улыбкой, а рядом с ним снова стоит его муж в строгом темно-синем костюме, с такой же улыбкой, уверенно обнимая его за талию. А следующее фото уже свадебное. Красивый мужчина в черном смокинге уверенно смотрит в камеру, стоит полубоком, улыбаясь уголком губ, а к его плечу сзади прижимается хрупкая фигура с трепетной улыбкой на губах. Белоснежный приталенный костюм, выгодно подчеркивающий стройную фигуру, светлые волосы собраны в небрежный пучок, а к левому плечу прикреплена длинная фата, которая спадает на пол. Это выглядит так естественно и уместно. На всех фото Бэкхён счастливо улыбается, светится как самая яркая звезда, он совсем не похож на того Бэкхёна, которого видел Пак. Даже глядя на эти кусочки воспоминаний можно понять, как были счастливы эти двое, и почему блондин так сильно хочет к нему. Чанёль даже отдаленно не может представить через что он сейчас проходит, у него ни с кем не было таких отношений и таких чувств. Оборачивается назад, а сердце сжимается от жалости к этому сломленному человеку. Как ему помочь? Нет лекарства от таких ран, невозможно вылечить утрату любимого человека. Нет таких слов, что будут уместны в этой ситуации. В кармане вибрирует смартфон оповещая о входящем вызове, и брюнет вспоминает что у него есть еще и своя жизнь из которой он выпал, утопая в чужом горе. Бесшумно выходит из комнаты и отвечает в коридоре. — Чанёль, привет. Как вы там? Макс хорошо себя ведет? — в трубке раздается бодрый и веселый голос лучшего друга — О Сехуна, который чем-то шуршит на заднем плане. — Да, у него все прекрасно, не волнуйся. Сехун, давай поговорим позже. У меня проблемы, точнее не у меня, я объясню тебе все позже. — Эээ… стой. Что случилось? — интонация резко меняется и в голосе проскальзывает волнение. — Ты где? — Я не дома, лично со мной все в порядке. Я напишу тебе, хорошо? Неудобно говорить. — Жду. Напиши хотя бы кратко, иначе я себе места не найду. И не пропадай со связи. — Договорились.        Вызов скидывается и Чанёль быстро печатает сообщение, в общих чертах обрисовывая сложившуюся ситуацию. В ответ приходит лаконичное «Полный пиздец» и мужчина убирает телефон обратно в карман. В этот момент из подвала тяжело поднимается Бён Менсу и облегченно вздыхает. — Получилось запустить, думаю в течение часов двух дом должен прогреться. Камин греет? — Да, в комнате уже ощутимо потеплело. — Отлично, это хорошая новость.        Менсу идет на кухню и гостю ничего не остается, как последовать за ним. За столом сидит задумчивая женщина, грея руки о кружку дымящегося чая. Ее глаза немного опухли от слез, на лице читается усталость и она позволяет себе расслабиться, стать слабой, пока рядом нет убитого горем сына. Лу Хань в этот момент накладывает овощное рагу с мясом и рисовым гарниром в тарелки, расставляя их на столе. Он суетится, достает ложки, ставит попутно чайник, и со стороны кажется, что его это в какой-то мере успокаивает. Чанёль отмечает, что они с другом даже чем-то похожи, только Хань выглядит более здоровым, нет той болезненной худобы и бледности, в красивых глазах много боли, но они все еще живые. Симпатичное, миловидное лицо с женственными чертами, маленький ровный нос, аккуратные бледные губы с тонким шрамом под нижней. Русые волосы до плеч собраны в неряшливый пучок, из которого выбилось несколько прядей, спадая по спине. — Садитесь за стол. — приветливо приглашает парень, — Я схожу за Бэком, он тоже должен покушать. Первым садится отец, занимает место рядом с матерью, а напротив на свободное место в конце стола присаживается брюнет, чувствуя себя не в своей тарелке. На кухню сначала вбегает пёс, он весело машет хвостом и заинтересованно ведет носом, учуяв запахи еды. Ставит крупные лапы на бедро Чанёля и встает, пытаясь заглянуть в его тарелку, за что тут же получается строгое «нельзя». Но за хорошую работу положено вознаграждение, а Макс действительно сегодня работал психологической поддержкой, за что получает кусочек мяса из тарелки и ласку. За пушистым психологом в комнате появляются Бэк и Хань, и первый несколько секунд смотрит невидящим взглядом на пустующее место во главе стола, а потом садится сбоку через стул от Пака. Хань присаживается между ними, двигая посуду с едой ближе к другу. — Покушай Бэкки, тебе это нужно, а после примешь лекарство. — тихий голос и к тонким пальцам двигают вилку. Блондин только слегка кивает, ослаблено сжимает вилку и накалывает кусочек картофелины, а пёс в это время уже перемещается к нему в ожидании нового лакомства. — Я съезжу домой за вещами и перееду на время сюда, поживу с Бэкки, помогу с домом. — уверенно начинает друг, бодро отправляя в рот порцию мяса, всем своим видом показывая, что его решение твердое. Все присутствующие прекрасно понимают, что вслух не озвучивается: «я проконтролирую, чтобы он больше не натворил глупостей». Хозяин дома аморфно воспринимает информацию, или вовсе не слушает, никак не реагирует, глядя в свою тарелку. Родители переглядываются между собой, обмениваются нечитаемыми взглядами, и мама кивает поддерживая идею. — На завтра опять передавали сильный снег, я постараюсь приехать пораньше до темноты, сразу после работы и почищу во дворе. — старший мужчина отправляет в рот пищу и достает телефон, что-то проверяя в нем. — Можете приехать послезавтра, я сам почищу. Вам добираться из пригорода больше часа, отдохните хоть денек, Вы итак каждый день мотаетесь в город. — Лу ободряюще улыбается, тем самым пытаясь убедить родителей, что все будет хорошо, он со всем справится. — Мне ехать сюда около получаса, я могу помочь со снегом. Это не сложно. — неуверенно произносит Пак, пытаясь просчитать на сколько уместно его предложение. — И привезти Макса, кажется, он положительно влияет на Бэкхёна. За столом воцаряется минутная тишина. В глазах близких людей вдовца проскальзывает удивление, сомнение, недоверие и непонимание мотивов. Зачем этому мужчине приезжать? Какие цели он преследует? Почему он вообще до сих пор здесь? В тот момент, когда молчание затягивается, и брюнет уже жалеет о сказанных словах, Хань берет на себя ответственность за принятое решение и уверенно произносит: — Приезжайте. Вопрос решается без возражений, и родители за столом молчаливо соглашаются, все еще недоверчиво приглядываясь к мужчине напротив. Далее обед проходит почти в тишине, семья Бён о чем-то переговариваются с Ханем, но Чанёль не слушает, утопает в своих мыслях изредка поглядывая на хрупкую фигуру, что сейчас заботливо отдавала кусочки мяса из своей тарелки Максу. Бэкхён на время оживает пока контактирует с псом, трогает мягкую шерсть, смотрит на него осознанно, не так как на все вокруг. Брюнет думает о том, что если пёс Сехуна способен помочь хоть чуть-чуть, то он будет лично привозить его сюда хоть каждый день. Тем более что командировка друга продлится еще неделю. После еды Чанёль собирается домой, чувствуя, что нужно перевести дыхание самому, но уже на выходе говорит Лу Ханю, что обязательно приедет завтра вечером. Они предварительно обмениваются номерами телефонов, и Пак просит звонить если потребуется любая помощь. Они с Максом выходят за ворота садясь в заранее прогретую машину, и мужчина еще раз бросает взгляд на красивый, но теперь такой одинокий дом.