Эксперимент 125

В туслых сумерках, когда солнце лишь начало подниматься над горизонтом, а густой лес ещё был объят кромешной тьмой, две фигуры безостановочно мчались сквозь него. Высокий розоволосый демон с полосками по всему телу бежал так быстро, что слабые деревья под его скоростью прогибались, а сам он все дальше отдалялся от своего спутника. Мальчишка лет тринадцати, с тяжёлой отдышкой, физически не успевал за скоростью Высшей Луны. Красно–жёлтые волосы развивались на сильном ветру, подобно пламени, а отросший хвостик покачивался в такт в районе лопаток. Тёплая кожа, как и положено всем демонам, побелела, но большие яркие глаза остались прежними, вот только белый зрачок хищно вытянулся подобно дикому зверю. Молодой демон одежду не менял, лишь в районе спины аккуратно вырезал большой ромб. Некогда роскошные крылья, сейчас бело–серой массой неухожено и растопырено свисали со спины. Ренее длинные белые перья уже не были такими густыми и клочками торчали на худых костях, а кое–где отчётливо посматривались пломаные кости. Сенджуро уже как месяц перестал за ними ухаживать. Когда у тебя их три пары и те переодически ломают при отрастании, смысла поддерживать их внешний вид Ренгоку не видел. Наоборот, старался прятать от сильных рук Луны. — Торопись! — резкий крик под самое ухо и Сенджуро, испуганно подпрыгивает, оглядываясь, — Сгореть хочешь? — Нет! — быстро отвечает Ренгоку, пытаясь ускориться, да только ноги адски жгло от перенапряжения, а тело было свинцовым, — Я стараюсь… Сенджуро не успел толком ничего понять, как его лёгким движением руки схватили за шиворот одежды и больно закинули на сильное плечо. Воздух выбило из лёгких, а шесть крыльев под воздействием скорости перекинулись через голову, полностью закрывая обзор. Лучше бы их вообще не было. Господину Аказе следовало его убить той ночью. Сенджуро помнит, как резко перестало хватать воздуха, ибо демон держа в одной руке осколок клинка, потребовал от него оголить руку. Помнит, как дрожал, с ужасом смотря в пол и буквально осел, не веря чужим словам. Помнит, как в страхе забился в угол, тихо рыдая в стену, пока Третий делал глубокий надрез от самого локтя. — Про–о–шу, го–о–сподин. Мне нельзя...я–я ве–едь Ренго–о–ку...батенька, Кё... — От того, что ты Ренгоку я тебя и обращаю, тупица! Он помнит, как невыносимо больно было обращаться в демона, как каждая клетка в теле противилась чужеродной крови, но Ренгоку проиграл и желание жить было сильнее, чем прописаный долг истребителей. Поэтому преодолев агонию, он открыл свои большие глаза, чётко видя в темноте подвала без свечь. Он ни чего не забыл и все понимал, мыслил как раньше, осознавая всю неизбежность ситуации. А на следующий день вся спина начала невероятно зудеть! Ренгоку с ума сходил раздирая плоть до крови и когда господин Аказа таки соизволил навестить его, то был ошарашен. Весь пол и стены были окрашены свежей кровью, а молодой демон сидел за сдвинутой кроватью залитый слезами, пока из спины торчали шесть крепких белых костей. Три пары мощных конечностей спустя пару месяцев, перелиняв, обрели силу и покрывшись белоснежными, как иней перьями красиво лоснились под светом белесой луны. Аказа в первые испугался. Ренгоку ни чего не стоит от него сбежать! Достаточно лишь взмыть в небо очень высоко! Тогда была первая и последняя ночь, когда Сенджуро мог полетать. А потом ему по очереди шесть раз эти самые крылья сломали вырывая кости из локтей, оставляя торчать из спины только шесть оскольчатых костей. Оставляя боль в сердце на всю его бесконечную жизнь. — Переждем этот день здесь, — спуская мальчишку на пол пещеры, спокойно говорит Аказа, цепляясь взглядом за мертвые конечности, — Что с крыльями? Почему перья всю дорогу осыпаются? Он не видел Сенджуро неделю, выполняя задания господина, потому был поражен. Нет, его крылья и раньше не блестали красотой вечно поломаные, но Третий не намеревался лишать Ренгоку их полностью. Они ему даже нравились, это необычное и редкое явление давало преимушество в воздухе даже над сильными демонами! — Я не знаю, — честно отвечает мальчишка, отодвигаясь от Высшей Луны и садясь к тому передом. Аказа заметил, как тот неосознанно прижал крылья к спине, будто старался слить в единое целое с собой, — Возможно, потому что не летаю… Это робкое предположение вылетело под зажмуреный взгляд крылатого. — Понятно, — легко ответил демон, поворачивая голову в сторону выхода и наблюдая, как теплые солнечные лучи пробирались в холодный лес, освещая его и нагрева от чего в воздух поднимался утрений пар. Аказа знал лишь одного демона, который мог летать и имел крылья, потому повернув голову обратно к полусонному Ренгоку, Высшая Луна принял тяжелое и судьбаностное решение.

***

— Хантенгу, выходи! — громкий грозный голос раздается на всю ближайшую часть Крепости Бесконечности и Третий недовольно смотрит себе под руку. Прижавшись к нему словно запуганный котенок, Сенджуро вцепился в малиновую безрукавку и ошарашенными глазами безмолвно просит не оставлять его одного. Хоть он и слабый демон, но даже до него доходит, где он оказался и кто жители этих мест. Аказа не стал его прогонять. Пусть будет рядом, психов в Крепости предостаточно. А Сенджуро всеми фибрами, каждой клеточкой тела чувствовал ауры демонов вокруг, но больше всего пугала одна — смертельно–удушающая и бездонно–темная. Она была далеко, он предположил, что пешком добирался до ее центра месяцами, но такая сильная, что отголоски пугали до трясучки. Он уже встречался с Ним! Эта встреча была подобна аду! — Ч–что тебе ну–ужно, Аказа? — дрожащий голос раздался за закрытым расписными седзи и Сенджуро вздрогнул, — А кто это тако–ой вкус–сный с тобой? — Ты что ослеп под старость лет или уже демона от человека отличить не можешь? Продержалась минутная пауза, а после жалобный голос в отчаянии проныл. — Вам бы только над бедными и несчастными поиздеваться! Я не виноват, что мальчонки твой странный такой! Ах, я бедный и несчастный! — Хватит ныть, мне нужен Уроги, — начал закипать демон и кулаки рефлекторно сжались, от чего Сенджуро напуганно отшатнулся, но уйти далеко от Высшей Луны боялся, потому спрятался за широкой спиной, оглядываясь. — Я ни чего не знаю! Оставь меня! — Хантенгу, я его силой достану! — Вот всем вам надо меня обижать! А я между прочим самый слабый и никчемный… Терпению Третей Луны очень быстро пришел конец и чувствуя неладное, Ренгоку заприметил недалеко длинный мост за которым можно кое–как спрятаться. Постоянно оглядываясь, он начал аккуратно отходить от Третьей Луны, но когда Высший демон встал в боевую стойку, Ренгоку в ужасе сорвался на бег. — Магия крови: Боевой стиль! Ударная волна, созданная демоном, была такой мощи, что от комнат, где пряталась Четвертая Луна, в радиусе километра все было буквально снесено и раздавленно. Ни одна живая душа не способна перенести такой удар без последствий. — Наконец–то свобода! Кричащий крик радости доносится от куда–то из обломков, а затем с высокой скоростью подобно гигантской птице демон взмыл ввысь вырисовывая пару раз смертельные петли. — Только посмотрите, кто это нас позвал! Сам Аказа! «Он летает на своих крыльях!» — с восторгом смотря на верх, где развивался счастливый демон, была первой мысль Ренгоку. Мальчишка спрятался за колонной моста и от туда прекрасно видит с какой легкостью этот весельчак взмахивает своими крыльями, ловя здоровыми перьями воздушный поток. Как он непринуждённо изгибаясь телом, меняет направление движения и вот уже парит над Аказой, смеясь. В районе сердца противно закололо, а воздуха словно перестало хватать и кажется слезы нахлынут вновь. Сенджуро уже не обращает внимания на то, что помимо летающего Уроги появились ещё трое демонов, что бурно обсуждали что–то с Аказой. Он ведь тоже когда–то так летал! Давным давно, два года назад. Господин Аказа все–таки выпустил его из надоедливого подвала и не успел Высший демон открыть незапертую дверь, как радостный Сенджуро пулей пролетел у того над головой, оставляя после себя остатки воздушного давления и пару выпавших белых перьев. Это было незабываемое чувство свободы! Затекшие конечности приятной болью отдавалось в тело, когда вылетая на улицу под ослеплящий свет полной луны, Ренгоку в десяток мощных рывков, поднялся до самих облоков, зависая. Холодный разряженый воздух противно сжимал легкие, но Сенджуро ни чего не замечал пока из глаз текли крупные слезы в которых отражалась полная луна. Красота необъятной природы и чувство эйфории смешались в сладкий коктейль от которого Ренгоку пьянел, словно от крепкого саке. Но сила гравитации, как и положено любому закону, начала тянуть вниз и мальчишка не сопротивляясь, с тем же удовольствием пикировал спиной, стараясь до последнего созерцать ночную богиню и ее ярких спутников усеянные по всему небу. Лишь, когда боковое зрение стало улавливать очертания верхушек деревьев, мальчишка ловко перевернулся, почти у самой земли расправляя свою шестерку мощных крыльев. Сенджуро в тот момент впервые видел напуганного Аказу. Высший демон буквально готовился его ловить, чтобы новообращенный не разбился, но Сенджуро по–доброму улыбаясь с силой взмахнул, от чего его легкое тело под энерции подкинуло наверх, а крупный лесной мусор принялся водоворотом крутиться вокруг взволнованного демона. Сенджуро вновь расправляя крылья не замечал, как Аказа удивляется и злится одновременно. Он окрыленный свободой радостно маневрировал во круг пиков елей, от чего зеленые красавицы шатались под его напором и после спускаясь к хмурому Аказе, мальчишка принялся резво летать во круг демона, как птица вокруг гнезда, благодаря Луну за долгожданную свободу. Вот только сосредоточенный демон не разделял его радости. — Сенджуро, подойди сюда! — приказной крик молнией выгнал Ренгоку из воспоминаний и он робко поглядывая на присутствующих, под внимательным взором пяти пар глаз, потрусил к своему господину. Новые демоны стояли на обломках бывших комнат и изучающи глядели на мальчишку, от чего Ренгоку ускорил шаг, чувствуя себя неуютно. — Что за тряпки за ним тянутся? — грустно спрашивает рогатый демон с необычайно синими глазами. Даже белки были окрашены в тот же цвет. — Я в этой игре «Птичка в клетке» участвовать не собираюсь, — грозно смотря на сжавшегося Ренгоку, рычит такого же вида демон, только выглядит чуть старше и глаза окрашены в ядовито–красный. — Новообращеный что–ли? На человека уж слишком похож, — сказал, как отрезал зеленоглазый клон, лениво осматривая яркого мальчишку. — Неплохо тебя так изуродовали! Сенджуро в ответ пытается слабо улыбнутся, оглядываясь на всех по очереди и ища поддержки, но хищные взгляды только с интересом его изучали, как маленькие дети жука. — Уроги, его крылья можно восстановить? — прямо спрашивает Аказа, пропуская лишний шум. Крылатый демон шумно приземлился позади Сенджуро от чего младший резко развернувшись, с неподдельным восхищением наблюдал, как большие расправленые крылья красиво складываются у их обладателя за спиной. Такие сильные и величественные! — А разве он похож на целителя? — могильный голос Айзетцу резко раздается за спиной и Ренгоку не успевает соорентироваться, как веселый Караку быстро подскачив, перехватывает его за руки, крепко удерживая. Сенджуро пытается пару раз брыкаться, но все попытки приводили зеленоглазого Луну в дикой восторг и Ренгоку с надеждой оглянулся на господина Аказу, ища поддержки. Вот только Третья Высшая бесчувственно стоял рядом и требовательно смотрел на летающего сородича, ожидая от того ответ. — Пахнешь вкусно! Не бойся мы тебя не съездим, — хищно улыбаясь в широком оскале, пытается кое–как успокоить Караку и Ренгоку слегка сгорбившись, затравленно посмотрел на рогатого демона. А потом словно ошпареный подпрыгнул на месте, когда прохладные ладони печального клона аккуратно легли на сломанные запястье крыльев. — Все еще чувствительные… — Ну, я вижу, что он истощён, — пытался вмешаться в диалог крылатый с предвкушением поворачиваясь на Аказу, — Откорми его! Я же угодал, да? Ты его толком не кормишь! Розоволосый демон стальным взглядом проследил–то, как веселый Уроги засмеявшись, вновь вспохнул верх, накручивая между гигантских комнат Крепости Бесконечности широкие дуги. — А ты попробуй его накорми, — вполне спокойно, но с нотками вызова возразил Третий, а после недовольно взглянул на мальчишку, — Он человечину есть не хочет. — Быть такого не может?! — Он просто моречи не пробовал! — Ты кормил его принудительно? Может ему дети или девушки по душе? А то твоя диета… Сенджуро, до этого в страхе застыв и решив подчиняться, сейчас в ужасе оглядывался на каждого демона и ловил на себе удивленные взгляды. Да, он физически стал демоном, много что в нем изменилось, но память сохранила все воспоминания о прошлой жизни и Сенджуро продолжал чувствовать себя человеком. Он словно выбрал жизнь между двух огней, хватая по чу-чуть с обеих сторон. Вот только психика, что для логики демона и для логики человека, стала у Ренгоку невероятно абсурдной. — Я не буду канибалом! Громкий задористый смех двух демонов и мрачно охающий, одновременно прозвучал на всю округу однообразной крепости и один Аказа не разделял их радости. В его памяти всегда свежи воспоминания, как два года он мучился с новообращеным, пытаясь того накормить. Вот только сколько бы он в него не пихал, даже когда человеческая плоть уже торчала из самой глотки, ни чего не выходило. Господин Мудзан тогда предположил, что в его крови текут гены Столпов, кто беспрерывно поддерживали родовое дыхание, потому слабый мальчишка не потерял память и может сопротивляться вечному голоду. Аказа молча наблюдал за ними, ожидая, когда клоны Четвёртой Высший успокоятся, но видя как веселье только набирает обороты, терпение Третьего потихоньку иссякало. — Так что с ними делать?! — резко и грубо раздался вопрос и все обернулись на старшего по силе. Аказа уже был злой, но кулаками размахивать не спешил, потому клоны не стали испытывать его терпения. — Почему они не восстанавливаются сами? Даже если он не ест, регенерация со временем все равно должна работать. Этот интересный вопрос от Айзетцу смог мигом успокоить двух игривых клонов, а все внимание теперь переключилось на Высшего демона. — Потому что на протяжении двух лет, я каждую неделю их ломал. Они успевали восстанавливаться ровно за этот срок. Повисла тишина. Три демона по очереди смотрели друг на друга, словно безмолвно общались, пока Ренгоку и Аказа стояли ни чего не предпринимая. — Получается, — медленно начал Айзетцу, вновь аккуратно хватая мальчишку за запястья скомканных крыльев, — Они адаптировлись быть вечно сломаными, вот и не регенирируют. У демонов так бывает, я знаю. Ренгоку, чувствуя неладное, сжал зубы и пытаясь упираться ногой в держащего его все время Караку, принялся вырывать руки из железного захвата. — Не так быстро, птичка! — весело гаркнул зеленоглазый клон, низко накланяясь к лицу обескураженого Ренгоку. Мальчишка, который чуть носом не столкнулся с Четвёртой Луной, тяжело сглотнул, боязливо отводя глаза. — А чтобы это исправить, их нужно просто вырвать. — Нет! Пожал… И под сдавленный крик Ренгоку, Уроги быстро залетает за спину Третьей Высшей, хватая того орлиными лапами за широкие плечи. Полосатый демон бежавший к мальчишке тут же почувствал, как острые большие когти насквозь протыкают его плоть, пуская по груди алые дорожки крови и веселый клон с силой махая своими крыльями, оттаскивал Аказу от Сенджуро, над которым словно стервятники склонились два клона. Прям на глазах встревоженого Аказы, Айзетцу больно схватил Сенджуро за основание верхних крыльев, а Караку злорадно улыбаясь, прижал жертву к своей груди, обхватывая его за талию и шею. Сенджуро рычал, брыкался, царапался и кусался пытался вырваться, но силы были явно не равны и в один слаженый рывок демоны потянули каждый на себя. Под зверинный крик боли и громкий раздирающий хруст костей первая пара больших крыльев осталась в руках печального демона, а Ренгоку обмяк в чужих объятиях, не в силах держать себя на ногах от боли. Из спины в районе лопаток бурным потоком хлестала кровь, заливая всю спину молодого демона и останавливаться не спешила. Аказа смотрел на это и не смел пошевелиться. Конечно Четвертый клон прав, то что есть сейчас у Ренгоку само уже не востановиься, да и Сенджуро от такого не умрёт, но смотреть как другие издеваются над его демонёнком было противно. Где–то глубоко внутри заиграло чувство страха и собственичества от чего давно небьющееся сердце сжало болью. А он ведь даже себе такого не позволял! — Аха-ха-ха! Так у него еще есть! — с восторгом смотря на худую спину, где остались еще конечности, кричит зеленоглазый клон. Айзетцу, в руках которого была первая пара сломаных крыльев, с грустным удивлением не мог не согласиться с клоном. Ему как и всем присутствующим думалось, что у мальчишка лишь одна пара испорченых крыльев, просто необычайно больших и ужасно свяленых. — Три пары, Уроги! У него было три пары! Да, он даже быстрее тебя будет! — восхищённо копошась в грязных перьях и насчитывая количество костей на спине, кричит Караку. Сенджуро их уже не слышал, безвольной куклой повиснув на чужой руке. Слезы мелкой дорожкой текли из больших глаз, а сам их обладатель находился в полуобморочном состоянии, почти не дыша. Адская боль огрела всю спину, забирая на себя силы и только в остатках сознания жила мысль, чтобы господин Аказа не оставил одного. — Шесть крыльев!? Восхитительно! Дайте мне оторвать остальные! — требовательно кричит желтоглазый демон и в моменте отпускает Третью Высшую, стрелой мчась к месту веселья. Только долететь он не успел. Магия Крови разрушительным ударом настегает летающего демона и на пол пути к месту расчленения, Уроги с разрушеным крылом громко плюхается на пол. — Я вам головы оторву, сопляки! — рычит разозленый Третий, тяжелыми шагами подходя к Уроги, который от удара только начал регенировать. — Господин, но их ведь уже не спасти, — печально и тихо проговорил Айзецу, показывая Третьему в каком состоянии были крылья, — Они с трудом разгибаются, мышц практически нет, связки одереневели. Сами скорее всего не востановятся. Единственный выход это вырастить новые. Вы только его кормите хорошо… — Да, Аказа! — с нахальной лыбой продолжил за брата крылатый клон. Удар пришелся на спину и сейчас на кости крыльев только начали налазить мышцы, но Уроги словно не замечал боли, пытался стать на дрожащие птичьи ноги, — Давай ему крылья разминать и пусть их чистит, раз плоть не ест! Третья Высшая молча проходя мимо раненого сородича, лишь косо на него взглянул, но трогать не стал направляясь к Ренгоку. Сенджуро уже постепенно приходил в себя, размыто смотря на приближающуюся фигуру и слабенько улыбнулся. Находиться в объятьях чужого демона было неуютно, хотя сейчас стало уже все равно, но желание быть поближе к Третьему было сильнее, потому Ренгоку пытался слабо оттолкнуться. Что не укрылось от встревоженно–состредоточенного взгляда. — Отдай его мне, — холодно приказал Аказа, когда дошел до Кураку. Зеленоглазый демон с веселой улыбкой, но без лишних вопросов протянул мальчишку ему, словно какого–то щенка и Третий беря его, посадил мальчишку на свою руку от чего тяжелая голова Ренгоку опустилась на широкое плечо Высшему демону, а руки слабо свисали вниз. — Если вырывать, то все разом надо было! — От куда мы знали, что их шесть? — тут же принялся оправдываться Караку, веселье которого медленно сходило с лица, — А что продолжения не будет? — Он ведь демон, от болевого шока не умрет. — Без меня?! Оставьте мне хоть одно крыло! — кричал Уроги, неспеша подходя к ним на своих птичьих ногах. В небе он все–таки чувствует себя уверенее. — До–м, — тихий шепот обжог слух Луны и неуверенно подняв вторую ладонь, розоволосый демон пару раз погладил Сенджуро по голове чувствуя, как тот раслабляется, — Мы домо–о—й? Такой просто вопрос, на который есть лишь два простых ответа, остался без внимания и Аказа прижимая Ренгоку к себе, вглянул на двух стоящих демонов. Конечно Айзетцу прав и другого способа просто не может быть, но почему–то Аказа все ещё относился к Ренгоку, как к слабому человеку хотя и перестал считать его куском мяса. Поразмыслив, полосатый демон слабо кивнул своих двум сородичам. В ответ те переглянулись и каждый в своей манере отошли в стороны, окружая. — Потерпи еще немного. И под злой крик: «Почему без меня!» синеглазый и зеленоглазый клоны быстро хватают каждый по паре крыльев. В секунду хлынула алая кровь! Рев Сенджуро прозвучал до самых покоев Второй Высшей Луны от чего поедавший плоть демон, отвлекся. Длинные кровоточащие царапины на спине Третьей Луны мигом затягивались, но обезумевший от боли Ренгоку наносил новые, пытаясь вырваться. Худая и окровавленая спина с шестью глубокими ранами чистым полотном предстала перед Четвертыми клонами и те с любопытством размышляли, как она выдерживала вес тяжелых крыльев. Хотя судя по их внешнему виду шестьдят процентов массы они давно потеряли. — Думаю, что вам пара, — видя, что мальчишка начал утихать, а аура более могущественного демона появилась на чутье радара, грустно прощается Айзетцу, — Накиме, спрячь их.