Волны

Мама всё же вспоминает о её дне рождения. Это Лиза понимает ранним пятничным утром, когда находит небольшую коробку и высокий бумажный пакет на столике перед телевизором в гостиной. Рядом лежит безвкусная розовая открытка с цветочками и наклеенными поверх блёстками, но найдя внутри несколько купюр, Лиза даже находит такой дизайн ироничным. Под красивым коротким стишком с пожеланиями долгих лет жизни, накарябано "удачи в спорте. Женя". И это даже немного. Неожиданно. В прошлом году мамин хахаль под благовидным предлогом устанавливать проводку в отеле на берегу моря, свалил на несколько дней, пока мама с бабушкой решили устроить праздник в их квартире и даже пригласили всех родственников. Просто сделал вид, что её не существует. В этом, наверное, мама не вовремя напомнила, так что найти внезапную халтуру было слишком поздно. Ну и ладно. Лиза прячет деньги в задний карман своих джинсов и тянется к большому пакету. Там тоже открытка, не менее розовая и нелепая, но уже от бабушки. В отличие от маминого хахаля, она на дешёвые напечатанные розовым цветом стишки не разменивается и написала довольно большое и милое письмо с пожеланиями спортивных успехов. Невольно в голове Лизы мельком, на самой периферии, проносится мысль, что она вообще единственная в этой семейке, кто помнит о её профессиональной карьере пловчихи, но тут же отметает её в сторону, потому что чушь всё это. Помнят, конечно. Просто не считают нужным цепляться с постоянными расспросами. И так, наверное, даже лучше. Лучше молчать, чем засыпать дурацкими, неуместными вопросами с пошлым подтекстом от полупьяного маминого ухажёра. Словно невзначай Лиза отряхивается от навязчивых мыслей и лезет дальше в бумажный пакет. Там, упакованный в непрозрачную плёнку, лежит очень крутой кашемировый кардиган нежно-голубого цвета. Ценник на бирке конечно же оторвали, но она может видеть марку, и это немного разбивает сердце — бабушка её слишком сильно балует. Мысленно Лиза ставит себе пометку в голове, чтобы ей перезвонить сегодня днём на перерыве и только потом медленно открывает подарок от мамы. Новый телефон. И хоть на старом были эти трещины, закрывающие половину экрана, Лизе было так даже удобно. Хотя бы точная гарантия, что никто не осмелится засунуть свой любопытный нос в её переписки, пока едет в метро с утра. С другой стороны, трещин было так много, что было невозможно включить фронтальную камеру, так что новая, блестящая модель конечно же приходится ей по вкусу. Как раз самое время надеть на себя новый кардиган и устремиться в университет под праздничное отличное настроение. "С днём рождения!" — приходит первым делом сообщение от мамы на новый телефон. Спустя несколько секунд добивается ещё одним. "Ты уже взрослая, поэтому оставлю квартиру полностью на тебя. Только пользуйся защитой, пожалуйста ;)". "Йост мы забрали с собой". Лиза очень устало закатывает глаза. Женя — очень специфический человек, и его способности к уместным шуткам явно не запишешь в категорию "сильные стороны" в мысленном профайле. Очень жаль, что такую точку зрения не разделяет мама. "Спасибо за подарок, мама, он очень крутой" — ограничивается она лаконичным ответом. К счастью, вся основная информация со старого телефона автоматически загружается в новый за считанные секунды, и Лиза может наконец выйти на улицу. В эту пятницу словно по иронии судьбы все тренировки отменились, что даёт ещё больший размах на вечеринку с девушками, но самое первое разочарование она чувствует, когда наконец приглашает Сашу. — Сегодня? — моргает та, и в её глазах мерцает бликом от ламп искусственного освещения в аудитории. Лизе всё же хочется верить, что это положительный знак, но слабое, почти незаметное сомнение, которое проходится по верхушкам голоса тонкой вуалью сразу говорит само за себя. — А это обязательно вот именно в эту пятницу? Просто я только с утра пообещала брату помочь сегодня в приюте для животных… Лизе хочется уверенно кивнуть и крикнуть, что да, обязательно. Что у неё вообще-то сегодня день рождения. Что она достойна хотя бы один день в году почувствовать себя словно на троне. Но Саша внезапно продолжает. — Брат кошмарно не любит, если я не сдерживаю обещания. В прошлый раз он заставил меня выучить имена всех кошек в приюте только потому что я забыла, как зовут нашего старшего… В это же время в кармане снова оживает новенький телефон. И вся эта маленькая, крошечная надежда уговорить Сашу договориться с братом хотя бы на сегодня автоматически отлетает после рокового сообщения. — Таси сегодня не будет, — вздыхает Лиза, тут же перебрасывая все свои нехитрые пожитки возле места Саши. — Сказала, что с автобусами совсем беда и она только сумела схватить билет на тот, который отправляется прямо сейчас, так что ничего страшного, что сегодня не погуляем. Ты же не хочешь учить теперь имена всех имеющихся собак? — Это я и без неё знаю, — вдруг широко улыбается ей Саша, стрельнув взглядом куда-то в сторону. — Мой брат кошмарный кошатник, а я наоборот — собачница. Вот и живём вместе как кошка с собакой и лучше его не раздражать лишний раз… И ещё, послушай… — Я тоже собачница, — быстро перебивает её Лиза, быстро водя пальцами по экрану телефона. — У меня даже собственный пёсель есть. Хочешь глянуть? Его Йост зовут! Саша конечно же хочет. Пока Лиза про себя незаметно выдыхает и хвалит собственную осторожность и быстрые реакции. Она точно знает, что должна был услышать несколько секунд назад. Никому не нужны неловкие извинения. После которых наверняка бы пришлось пускаться в долгие объяснения, почему эту вечеринку нельзя перенести на любой другой свободный вечер. Пришлось бы оправдываться, извиняться самой, вгонять их двоих в ещё более неловкое положение. В какой-то мере Лиза даже надеется, что у Жени тоже сегодня найдутся более важные планы и интуиция её не обманывает — во второй половине дня она ловит десяток сообщений, полных рыдающих мордочек. Некая роковая зазноба Ира сама пригласила её в кино, а такой шанс выпадает раз на миллион. А побухать они успеют когда угодно и где угодно. У Лизы уже даже нет сил чтобы снова загнаться. Просто сегодня удача не на её стороне, такое бывает. Обидно, что этот день выпал именно на девятнадцатый день её рождения, но чёрт возьми. На ней и правда свет клином не сошёлся. Не сумела взрастить вокруг себя круг людей, которые готовы подвинуть свои планы ради тебя — не жалуйся, когда у них и правда находятся дела поважнее твоих. В хорошем настроении папа часто говорил, что после таких неудачных дней должно обязательно повезти в любви. На этот раз Лиза определяет свою любовь в абстрактном, широком понимании и всё же направляется вечером в спортивный комплекс. В конце концов, не в круглосуточном магазинчике за пачкой рамёна ей отмечать свой одинокий день? Уже достаточно поздно, и обычно все активные часы посещения бассейна давно закончились, но она всё ещё надеется. Там, у самого входа в комплекс уже стоит охрана и сперва Лизу даже посылают в сухое плавание (ты просто счастливчица сегодня, девчонка), но после применения своего основного козыря, всё же, нехотя впускают. — Только не включай верхний свет в бассейне и пожалуйста, помни о всех мерах безопасности, — вздыхает охранник, проведя своим ключом у дверей в раздевалки. Быть профессионалом в какой-то определённой сфере хорошо, когда это даёт свои привилегии. У Лизы их не сказать, что много, но кое-что есть: официальное разрешение пропустить до тридцати процентов занятий, опционально, более гибкий график и лояльное отношение от преподавателей в университете. Сюда же можно записать и гораздо более размытые часы посещения бассейна как необходимого инструмента для достижения цели — прославления университета в спортивном поприще. Ради этого Лизе и давали стипендию, так что сейчас её такие плюсы своей судьбы даже более чем просто устраивают. В помещении бассейна всё ещё горит аварийный свет, и этого вроде более чем достаточно Лизе. Дорожки видно прекрасно, бортики тоже. Что ещё нужно для счастья? Поэтому она особо не теряет времени зря и тут же в мощном прыжке сразу же погружается в прохладноватую прозрачную воду на самой центральной дорожке, огороженную жёлтой нитью поплавков. В ночное время скорее всего отопление работает не на полную мощь, но так даже лучше. Все мышцы тела тут же сокращаются и расслабляются подобно точному часовому механизму, а из головы вылетают одновременно все мысли сразу. За это Лиза и до сих пор не бросила плавание. Когда ты отдаёшь воде контроль над разумом, оставляя для себя только две основные мысли: вдох и выдох. Когда теряя способность устоять на двух ногах, ты наконец обретаешь то устойчивое психическое состояние, где нет места конкуренции, стипендии и ненужной учёбе. Когда ты настолько чувствуешь себя в своей стихии, что жалеешь только о том, что в этой жизни переродилась человеком, а не независимой хищной рыбой. Она не считает количество проплытых кругов. Просто гоняет от одного бортика к другому, туда и обратно, туда и обратно. Приходит в себя из незыблемого далёкого транса только когда внезапно слышит плеск воды справа от себя на очередном повороте у бортика. Подпрыгивает на месте на секунду. Сердце, и без того перегруженное незапланированным марафоном, вдруг начинает толкать кровь по всему телу ещё интенсивнее, адреналин мгновенно разносится по всем клеточкам от носа до кончиков пальцев ног, концентрируясь в районе пяток. — Мне когда охранники сказали, что я не первая такая больная на голову припёрлась на ночное плавание, то сразу же подумала о тебе, — счастливо улыбается Алёна с соседней дорожки, поправляя на ходу свою чёрную шапочку с белой полоской сбоку. — Какой ещё идиот захочет провести вечер пятницы наедине с собой и своими обязанностями? Кожа на животе, где в прошлый раз в качалке прикасалась Алёна, словно начинает гореть сама по себе, нагревая воду вокруг Лизы словно маленький кипятильник. Всё ещё напуганное от неожиданного раздражителя сердце бьёт как молот по наковальне из рёбер. Это всё странно. Странно и неправильно. Нет нужды сейчас как-то пытаться задеть Алёну. Она не испытывает к ней жгучей ненависти. Очень сложно осуждать человека исключительно за вещи, которые сама придумала в своей голове, но чёрт возьми. Чёрт возьми. — Мама с сестрой опять устроили стрим? — слабо усмехается Лиза и вот чего она не ожидает, так это блеснувших в тусклых бликах от аварийного освещения. Что-то похожее она сегодня видела у Саши с утра прежде, чем та предпочла ей компанию брата, с которым у неё явно непростые отношения. — Ого, ты запомнила! — восклицает Алёна, проплыв небольшой кружок вокруг своей оси, а потом возвращается в исходное положение. Темноватая от тусклого освещения вода доходит ей по ключицы и на несколько секунд Лиза снова задумывается о её вздувшихся, рельефных дельтах. Определённо, это не ненависть, а скорее даже зависть. У Алёны лучшие показатели из всей команды. Замечательная мускулатура тела, помогающая добиться потрясающих результатов. Она прекрасно находит общий язык со всеми, кто её окружает, включая незнакомых собак и наверняка прочих животных. Краем уха Лиза слышала, что у неё и с учёбой всё замечательно. У неё есть два отличных верных друга. Мама, сестра и младший брат, которые не пропускают ни одного её соревнования. Верная семья. Просто. Зависть. И простое человеческое желание жить хотя бы не хуже, что в этом такого? Лиза просто хочет так же. — Да, они решили сделать эту рубрику еженедельной, — неловко продолжает Алёна спустя несколько секунд молчания Лизы и улыбается мило так. Заискивающе. — Я не была голодная, так что в магазинчик решила не идти, а почему-то внезапно захотела отработать сегодняшнюю отменённую тренировку. Видимо, грит майндс синк элайк… — Что? — Говорю, у дураков мысли сходятся, — хихикает Алёна, подплыв ближе к бортику и цепляясь рукой за кромку бассейна. — Ты как? Передохнула чуть? Давай кружок навернём мне для разминки, а то что-то вода чувствуется прохладнее чем обычно. — Да, наверное, по ночам меньше греют, — несколько раз кивает Лиза и сама занимает исходную позицию. Её сердечный ритм всё ещё чуть выше нормы, и по-хорошему, стоило бы сейчас вылезти из воды чтобы отжаться пару раз, пока сердце приходит в норму, но почему-то она соглашается на ещё один круг. — Только давай на этот раз без соревнований? Просто в прогулочном темпе в любом стиле? — вдруг склоняет голову набок Алёна, когда надевает на глаза очки и непроизвольно Лиза издаёт короткий смешок. Она сейчас так сильно напоминает щеночка, который отчаянно хочет понравиться угрюмой взрослой, что только один этот факт в пустой голове вызывает улыбку. Лиза хочет иметь такое же влияние на людей. — Ладно, но только на этот круг, — наигранно благосклонно кивает она, отворачиваясь в исходную позицию у самой стены и сама надевает очки. Не замечает или делает вид, что не замечает краем глаза облегчённую улыбку, проскользнувшую на лице Алёны в ответ на реплику. Хочет повернуться ещё раз, проверить, так ли это на самом деле, но нельзя. Нельзя проиграть хотя бы в этом психологическом микро-поединке. — Гоу, — вдруг выдыхает Алёна рядом и с мощным толчком от стены легко пружинит вдоль водяной глади. Лиза усмехается про себя (могла бы и обратный отсчёт устроить, говнючка) и тоже толкается вперёд, выдыхая под водой весь набранный воздух. Это не соревнование, но уже почему-то снова собраться и улететь в свой собственный мирок, где нет гравитации и законов физики уже не получается. Это не соревнование, но Алёна всё равно пытается выиграть хотя бы половину корпуса преимущества. И да, чёрт возьми, это не соревнование, но зачем ты тогда выбрала баттерфляй в качестве вольного стиля? Опять хочешь продемонстрировать, какая ты крутая? Вдох и выдох под водой, гребок, ещё один вдох. Спокойно. Сейчас вокруг них двоих в бассейне никого, так что если сейчас с Алёной что-то случится, то это можно легко расценить как попытку устранить конкурентку. Лиза хорошо помнит историю про фигуристку, которая устранила соперницу по команде сломав ей коленные чашечки, а потом вылетела из большого спорта навсегда. Сейчас можно было бы спокойно вывести Алёну в режим "соревнования" и вызвать у неё разрыв плечевых связок, вон как она энергично машет руками, но в ту же секунду Лиза мысленно пытается помыть рот в мыле. Она не желает зла Алёне! Даже мысленно! Поэтому она сама добровольно снижает темп разминочного круга и позволяет Алёне радостно оторваться на целый корпус, пока сама заканчивает второй. И последней. Зависит от того, как посмотреть на ситуацию. — Вот это ты мощь, — улыбается Лиза, поворачиваясь спиной к бортику, а потом в мощном прыжке усаживается на него, свесив ноги в воде. — Раньше я думала, никто не любит бат. Лично я после него устаю как тварь, если честно. Алёна покачивается со стороны в сторону, но даже сквозь очки видно, насколько она рада, когда её погладили вдоль шёрстки. — Я в детстве была гиперактивной, так что батом тренер гасил всю прущую из меня энергию, — смеётся Алёна, откинув голову назад так, чтобы лечь на воду в свободном плавании. — Вот как-то тогда и полюбила, а сейчас это мне даже на руку на всяких соревнованиях. — Круто, что она в тебе рассмотрела такой талант! — кивает несколько раз Лиза, махнув левой ногой перед собой, переводя взгляд на брызги, которые сама и вызвала. — Мне кажется, это было не специально, но я не жалуюсь. А у меня сегодня день рождения. Не хочешь поздравить? — А мне тренер сказала, что стоит тренировать больше выносливость, может, хоть на длинных дистанциях будет толк, — вместо этого отвечает Лиза, снова взглянув на Алёну. — Правда, она ещё говорит, что чемпионкой мне не стать никогда, но зачем тогда меня было брать в команду, если не за золотыми медалями, а? Алёна коротко вздыхает и тоже садится на бортик бассейна рядом с Лизой. — Мне кажется, она рассчитывала на мощного спринтера как мы с Женей и просто не ожидала, что к ней в руки приплывёт такая золотая рыбка, — говорит она после небольшой паузы. Алёна снимает шапочку, поправляет светлые, немного влажные непослушные волосы и Лиза невольно отмечает в голове, что это первый раз за всё время их знакомства, когда Алёна не носит головной убор. — Хотела, наверное, собрать команду эстафеты, а то выходит так, что если Юля с Алиной в этом году выпустятся, то в следующем тебе придётся брать один из этапов, Лиза. — А если придут две марафонки? — То тогда мы в жопе, — пожимает плечами Алёна, усмехаясь куда-то перед собой пока Лиза снова и снова, раз за разом продолжает смаковать в голове своё имя, сказанное Алёной невпопад. Лиза. Лиза. Ли. За. — У меня сегодня день рождения, — вдруг выпаливает она то, что хотела сказать весь день всем, буквально каждому встречному человеку, кроме того, кому она это и рассказала. Очень иронично. — Но ты сейчас сидишь в полумраке в холодной воде здесь, со мной, — вздыхает Алёна, всё так же глядя куда-то перед собой. — С днём рождения, Лиза. — Спасибо. Если хочешь знать, то ты — единственная, кто меня поздравила, исключая маму, её хахаля и бабушку. Пожалуйста, не спрашивай, почему. — У тебя на это, наверное, были свои причины, — поворачивает к ней голову Алёна, виновато улыбаясь. — И ради всего святого, умоляю, не надо меня сейчас жалеть, хорошо? Это был мой осознанный выбор, — резко отвечает Лиза, плюхаясь обратно в воду. — Давай лучше пройдём десять кругов брассом и сдохнем вместе после. — Как скажешь, именинница, — хмыкает Алёна, натягивая обратно шапочку на голову прежде чем нырнуть и самой в воду. — Твоё желание сегодня закон. Пользуйся, пока не наступила полночь, а принц не превратился в тыкву… — Какой принц, такие и желания, — фыркает в ответ Лиза. Она довольно живо занимает исходную позицию, уже готовый отомстить за прошлый старт без предупреждения, но резко поворачивает голову в сторону Алёны ещё раз. — Мы всё ещё не бьёмся насмерть, но только попробуй мне поддаться потому что я именинница… — Никакой пощады! — угрожающе щурится Алёна из-под очков, пока Лиза решает всё же играть по правилам и начинает обратный отсчёт. — Три! Го! — кричит она, с силой отталкиваясь ногами от стартовой точки. Брасс как стиль плавания на самом деле ненамного лучше чудовищно энергозатратного баттерфляя, но весь его секрет заключается в правильно поставленном дыхании. Нужно чётко рассчитать сколько нужно вдохнуть воздуха перед погружением в воду так, чтобы хватило до следующего выныривания и чтобы лёгкие были готовы глотнуть новую порцию одновременно. Из-за этого Лиза сильно ненавидела брасс в детстве и предпочитала вообще что угодно кроме этого дыхательного ада, но с возрастом так сказать, вошла во вкус. К тому же во время брасса нет времени оглядываться по сторонам: у тебя есть только ты, твои руки, одновременно прорезающие водную гладь и ритмичное, годами отрабатываемое дыхание. Мозг от перегруза снова отключается, отправляясь на космическом корабле в новые горизонты и оставляет только чёткую инструкцию, что нужно делать эти шесть кругов. Вдох, выдох, повторить. Вдох, выдох. Вдох. Кувырок, мощный толчок от стены, выдыхая остатки воздуха и снова вдох. В таком режиме даже прежде холодная вода словно нагревается на несколько градусов по Цельсию и становится даже слишком жарко, но Лиза напирает, толкается вперёд. Она не спешит продемонстрировать свою доминантность перед Алёной — всё равно та в любой момент может использовать карту "я тебе поддалась". Просто качается на созданных собственным телом волнах, толкается дальше, уходит на новый круг. Пятьсот метров брасса — это почти неподъёмно как для начинающего, но вполне терпимо профессионалу, разве что надоедает где-то на половине пути. Но она сама попросила, так что самой приходится выполнять, рассчитывая где-то на задворках сознания, что Алёна задолбается со своими данными спринтера и первая попросит о пощаде. Обычно на тренировках все заплывы на выносливость выполняются фристайлом, но так даже интереснее — насколько хвалёные рельефные дельты Алёны выносливы на самом деле? В своих хоть и не настолько ярко выраженных мышцах Лиза почти не сомневается. И, наверное, именно они и приносят ей фантастическую победу в целую половину дорожки преимущества. Лиза уже с победным видом тянется к своей бутылке воды, пока Алёна едва доплывает до бортика и громко вздыхает. — Я задолбалась. И чтобы ещё раз я повелась на такую дичь без разминки… Лиза ничего не отвечает, пряча самодовольную улыбку за полупрозрачным пластиком бутылки. Да, пускай это было не при тренере и девушках. Пускай это было скорее по её собственным правилам, но она победила. Хотя бы раз смогла сама доказать, что Алёна здесь не единственная, кто получает спортивную стипендию и все эти рельефные мышцы рук и груди совершенно ни к чему, когда речь заходит о выносливости. — Что? Уже устала? Может, тогда пойдёшь баиньки? — скалится Лиза, закручивая крышку бутылки и ставя её на место у бортика. — Ты на кого здесь пакетик шуршишь? — внезапно спрашивает Алёна, подныривая под перегородку и резко оказываясь на стороне Лизы. Резко толкается в её сторону и на короткую секунду, на какую-то долю мгновения мышцы живота снова сжимаются, напрягаются пока в голове играет противный звук сигнала боевой тревоги. Алёна совершенно явно будет нападать, и Лиза старается незаметно сжать руки в кулаки под водой, готовясь к агрессивному отпору. Сейчас вокруг них только пустота и несколько сотен тонн воды. Мысль о фигуристке, промелькнувшая ранее, снова всплывает в сознании, но на этот раз жертвой выступает совсем не Алёна. — Ты на кого батон крошишь, — внезапно улыбается она и от души обрызгивает лицо Лизы. Слегка пахнущая хлористым очистителем вода попадает в рот, в нос и даже немного в её уши. Отмена. Улыбка на лице Лизы тоже растёт сама по себе, и спустя пару секунд она принимает правила игры, прижимая Алёну за плечи вниз. Для устойчивости она пытается влезть на неё коленями, но почти сразу же теряет равновесие и погружается под воду уже сама, едва успев набрать немного воздуха щеками. Они мутузятся под водой и едва на поверхности ещё добрых минут пять, пока силы, ещё сохранившиеся после интенсивного полукилометрового брасса, не покидают тело Лизы окончательно, и она, вроде как сдавшись, позволяет прижать себя на самое дно. Но полежать на кафельном полу особо не удаётся — Алёна мощным рывком выталкивает её вверх на поверхность, где они обе дышат как ненормальные, пытаясь хотя бы частично восстановить сердечный ритм. — Слушай, Алёна, — внезапно говорит Лиза, пока орущий после атаки мозг переваривает все фразы с небольшой задержкой. — Давай мы с тобой пойдём и напьёмся в баре? — Но ты же… — Сегодня мой день рождения, что хочу, то и делаю, — перебивает её Лиза, вытягивая всё тело из воды на руках, а потом на цыпочках крадётся к своим тапочкам и полотенцу, которые оставила на лавочке прямо перед дорожкой. — Я хочу знать, почему всем так нравится бухать? Что в этом такого классного и магического? — Алкоголь расслабляет, — слышит она позади себя голос Алёны, а потом тихий плеск воды и звуки шлёпания босых ног по белому кафелю. — Хочу тогда расслабиться, — выдвигает последний вердикт Лиза, чувствуя капризные нотки в собственном голосе и ждёт хотя бы уговоры подождать подходящую компанию, настроение. Но Алёна внезапно соглашается. А Лиза начинает жалеть о своём импульсивном желании ещё даже не покинув помещение бассейна.