Не потерять тебя

Майлз со всей силы толкнул дверь ногой – раздался глухой стук, но та не поддалась. С другой стороны слышались похожие удары: кто‑то явно пытался открыть дверь снаружи, но безуспешно. – Сволочи! – выругался полковник, сжимая кулаки. Он отступил на шаг, размахнулся и снова ударил по двери – на этот раз плечом. Дерево затрещало, но замок держался. Майлз выругался сквозь зубы, отступил ещё дальше и нанёс третий удар – уже ногой, прицелившись в район ручки. Но вместо того, чтобы поддаться, дверь лишь глухо отозвалась, а с потолка над ней посыпалась штукатурка. Майлз замер, поднял голову – и в этот момент кусок старой лепнины отвалился и с грохотом упал в паре сантиметров от его ноги. – Да вы издеваетесь… – процедил он, отступая назад. Тея, стоявшая чуть в стороне, невольно отпрянула к стене. Она смотрела, как с потолка медленно осыпаются мелкие кусочки штукатурки, как обнажается старая проводка, свисающая лохмотьями. Помещение и без того выглядело ветхим, а теперь стало ясно, что оно едва держится. – Может, попробуем позвать на помощь? – осторожно предложила она. – Кто сюда придёт? – Майлз хмуро посмотрел на неё. – Все знают, что я здесь. Если никто не спешит нас спасать, значит, это не случайность. За дверью снова раздались удары – на этот раз слабее, будто кто‑то потерял энтузиазм. Затем послышался приглушённый голос Лили: – Эээ, полковник? Вы там живы? – Живы, – громко ответил Майлз. – Но если вы не откроете эту дверь в ближайшие пять минут, живыми останетесь только вы. Лили нервно хихикнула, но ничего не ответила. Тем временем Лайл, который до этого изображал бурную деятельность у двери, вдруг выпрямился и громко объявил: – Так, я побежал за подмогой! Надо найти кого‑то с инструментами, может, замок придётся вскрывать! – Давай, – кивнула Софа, стараясь не улыбаться слишком широко. – И поторопись! Лайл развернулся и быстрым шагом направился прочь по коридору. Как только он скрылся за поворотом, его лицо расплылось в широкой ухмылке. Он огляделся по сторонам, убедился, что никто не следит, и свернул в боковой проход – тот вёл прямиком к столовой. Там, у самого входа, его уже ждали Софа и Лили. – Ну что? – Лили заговорщицки подмигнула. – Они там? – Заперты, как в сейфе, – Лайл хлопнул в ладоши. – И, судя по грохоту, полковник уже начал терять терпение. – Отлично! – Софа хлопнула в ладоши. – Значит, у нас есть минимум полчаса. Пошли есть, я умираю с голоду. – А если они выберутся раньше? – Лили всё ещё немного волновалась. – Тогда мы просто скажем, что искали помощь, – Лайл пожал плечами. – А пока… – он распахнул дверь в столовую, – дамы, прошу! Девушки рассмеялись и вошли следом. Майлз продолжал бить в дверь, но та никак не открывалась. Удары звучали глухо, словно дверь была сделана из монолитного металла, а не из дерева. Он уже начал нервно теребить край футболки, когда Тея заговорила: – Полковник, мы помрём здесь либо от этого количества пыли, либо от того, что нам на голову упадёт потолок. Майлз медленно обернулся, посмотрел на неё снизу вверх. Тея стояла в белой футболке, у которой одно плечо сползло вниз, оголяя часть синей кожи с яркими веснушками, и в серых спортивных штанах. Сейчас она казалась совсем маленькой, словно беззащитное создание, затерявшееся в этом пыльном, ветхом помещении. – Ладно, найдём запасной выход, – Майлз наконец отошёл от двери. – В подсобке? – выдохнула Тея. – Этернис, ты сейчас серьёзно? В любом помещении есть вентиляция или окно, – отрезал он. Полковник подошёл к стене и начал её осматривать. Он постукивал костяшками пальцев по поверхности, прислушиваясь к звуку, водил ладонью по неровностям, выискивая малейшие признаки люка или щели. Его движения были точными, выверенными – видно, что он привык искать выходы даже там, где их, казалось бы, быть не может. – И что ты собираешься делать? Пробить стену головой? – не удержалась Тея. – Если понадобится – да, – Майлз усмехнулся, но тут же снова стал серьёзным. – Хотя лучше бы обойтись без этого. Он нашёл небольшой металлический люк в углу – тот был забит пылью и паутиной. Потянул за ручку – люк не поддался. – Вот чёрт, – он дёрнул сильнее, но безрезультатно. – Может, просто подождём? – предложила Тея. – Рано или поздно кто‑нибудь придёт. – Рано или поздно – это когда мы уже успеем перегрызть друг другу глотки, – фыркнул Майлз, но всё же отошёл от люка. Тея нервно хихикнула и направилась вглубь подсобки. Шаги давались тяжело – воздух был настолько пыльным, что каждый вдох отдавался в горле неприятным першением. Свет был тусклым: одна из ламп мигала, создавая прерывистые тени, которые дёргались по стенам, словно живые. Девушка зашла глубже и увидела на одной из полок кучу пробирок – стеклянных, пластиковых, разных размеров и форм. Некоторые были помечены цветными стикерами, другие – старыми рукописными этикетками, покрытыми слоем пыли. Тея вспомнила про задание Ардмор и принялась искать нужные вещества. Она осторожно брала каждую пробирку, стряхивала пыль, вглядывалась в надписи. Пальцы скользили по холодным поверхностям, глаза напряжённо вчитывались в полустёртые буквы. Одна пробирка – нет, не та. Вторая – тоже мимо. Третья… Ага! Вот она – с синей меткой и кодом «А‑73». Тея аккуратно положила её в карман. Затем нашла ещё две – с жёлтой и зелёной маркировкой. Отложив всё нужное в небольшую коробку, она решила проверить другую часть подсобного помещения. Тея двинулась дальше, пробираясь между большими коробками и какими‑то странными тумбами с выдвижными ящиками. Коробки были свалены в беспорядке – некоторые стояли вертикально, другие лежали на боку, третьи громоздились друг на друга, угрожая обрушиться при малейшем толчке. Тумбы выглядели массивными, с потускневшими металлическими ручками и следами ржавчины по углам. Она шла медленно, стараясь не задеть ничего лишнего. Пыль поднималась с каждого шага, оседая на футболке и волосах. Взгляд скользил по предметам, пытаясь найти хоть что‑то полезное или интересное. Вдруг нога зацепилась за торчащий провод, и Тея едва не упала. Она инстинктивно вытянула руку, чтобы опереться о ближайшую тумбу, но ладонь наткнулась на острый край отломанной панели. – Ай! – девушка отдёрнула руку и увидела, как на коже проступила тонкая струйка крови. Порез был неглубоким, но болезненным. Тея поднесла палец ко рту, слегка коснулась языком края раны, затем огляделась в поисках чего‑нибудь, чем можно было бы перевязать. В этот момент она услышала голос Майлза: – Что случилось? Он уже шёл к ней, нахмурившись и глядя на её руку. – Ничего страшного, – попыталась отмахнуться Тея, но полковник уже достал из кармана платок. – Дай сюда, – он взял её за запястье, аккуратно развернул ладонь и начал обматывать палец. Его движения были неожиданно бережными. – И осторожнее тут. Это место явно не для прогулок. Тея молча кивнула, чувствуя, как от его прикосновения по коже пробежали мурашки. В подсобке по‑прежнему мигала лампа, пыль висела в воздухе, а дверь по‑прежнему была заперта. Но вдруг стало как‑то… спокойнее. Тея шла за Майлзом медленными шагами, стараясь на него особо не пялиться, чтобы не вызвать у него вопросов – и у самой себя тоже. Она разглядывала пол под ногами: потрескавшийся линолеум, пятна неизвестного происхождения, мелкие осколки чего‑то стеклянного. Взгляд скользил по стенам, по полкам с пыльным хламом – лишь бы не встречаться глазами с полковником. Они вернулись к той самой двери – запертой, неподатливой, словно нарочно преграждающей путь к свободе. Тея огляделась в поисках, куда бы присесть, и заметила у стены старый бетонный блок – видимо, остаток какой‑то конструкции. Она вытерла его найденной поблизости тряпкой – та была пыльной и жёсткой, но хоть немного очистила поверхность – и села, прислонившись к стене. Майлз вопросительно на неё посмотрел. – Что? – спросила Тея, поднимая брови. – За языком следи, – фыркнул он, вспоминая её недавнее «ой». – Ой, – закатила она глаза, но тут же сдержала усмешку. Они замолчали. Тишина повисла в помещении – густая, осязаемая, наполненная тиканьем старых часов где‑то вдалеке и редким потрескиванием мигающей лампы. Так прошло минут десять. Тея подняла глаза на мужчину. Он сидел на холодном полу, опершись на стену, закрыл глаза, лицо расслабилось – впервые за всё время она видела его таким… спокойным. Плечи опущены, дыхание ровное, руки расслабленно лежат на коленях. Камуфляжная куртка слегка расстёгнута, под ней видна тёмная футболка, подчёркивающая рельеф мышц. Короткие тёмные волосы чуть взъерошены, на скуле – едва заметный шрам, о котором она никогда не спрашивала. Даже суровая линия рта сейчас казалась мягче, не такой жёсткой, как обычно. Ей понравилось, как он сидит – не по‑военному, не по‑командирски, а просто как человек, уставший от всего этого. В этот момент он выглядел… обычным. Живым. – Нравится? – вдруг спросил Майлз, не открывая глаз. Тея резко отвела взгляд, инстинктивно прикрывая лицо прядями волос, которые выбились из косы. – Н‑нет, я просто… задумалась, – пробормотала она. Майлз улыбнулся – и Тее на секунду даже показалось, что эта улыбка была настоящей. Не та, что была вчера во время тренировки, – насмешливая, колючая, а какая‑то тёплая, почти добрая. – Помнишь, как мы застряли в лифте? – неожиданно для самой себя спросила Тея. – Помню, – отозвался полковник, приоткрыв один глаз. – Ты тогда ещё чуть не разревелась, потому что была голодная. – Боже, почему ты это не забыл? – прыснула Тея, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. – Я тогда не ела три дня, а ты прикалывался надо мной, – закончила она мысль, вспоминая тот давний случай. Майлз снова закрыл глаза, слегка качнул головой. – Ты всегда была такой… эмоциональной, – усмехнулся он. В помещении становилось холоднее. Температура опустилась уже ниже нормы – видимо, система отопления здесь работала через раз. Тея начала промерзать: тонкая белая футболка не спасала от ледяной стены, к которой она прислонялась. Она подтянула колени к груди, обхватила их руками, пытаясь согреться. Майлз заметил это. Не говоря ни слова, он снял с себя куртку – плотную, тяжёлую, ещё хранящую его тепло – и кинул ей. – Что это? – удивлённо спросила Тея. – Здесь холодно, заболеешь, – коротко ответил он.  – Не надо… – она хотела кинуть куртку обратно, но Майлз сжал кулаки и метнул на неё недовольный взгляд. Тея сглотнула. Полковник и правда начал злиться – не на неё, а на ситуацию в целом: на запертую дверь, на холод, на то, что они застряли здесь, как двое глупцов. Но в этом гневе не было угрозы – скорее раздражение человека, который привык всё контролировать, а сейчас бессилен. Она молча накинула куртку на плечи. Та оказалась слишком большой – рукава свисали, подол доходил почти до колен, – но зато сразу стало теплее. Тея невольно вдохнула – ткань пахла так же, как и он сам: мужским одеколоном с лёгкой ноткой пота, металлом, кожей. – Спасибо, – тихо сказала она. Майлз лишь кивнул, не открывая глаз. Но уголки его губ чуть дрогнули – снова эта почти незаметная улыбка. Лампа над головой мигнула в последний раз и погасла, погружая подсобку в полутьму. Остался только слабый свет из щели под дверью – и тепло куртки, в которую укуталась Тея. – Мы же не умрём здесь? – Тея произнесла это настолько тихо, что испугалась даже сама. Слова повисли в воздухе, тяжёлые и тревожные, словно осели пылью на полу вокруг. – Дура, – бросил Майлз, не открывая глаз. Его голос прозвучал резко, но без злости – скорее как привычная защитная реакция. – Я не дура! – резко отреагировала она, вскинув подбородок. – Дура, – повторил он, на этот раз чуть мягче, с едва заметной усмешкой. – Нет! – рявкнула Тея, но тут же осеклась, поймав его взгляд.  – Тея, замолчи, – Майлз поменял позу: теперь одна его нога была выставлена вперёд, а вторая всё так же поджата, руки опирались на колени. Он наконец открыл глаза и посмотрел на неё – не строго, а скорее устало. – Мы не умрём. Просто подождём, пока нас найдут. Или пока дверь не сломают. Или пока потолок окончательно не рухнет. В общем, что‑то да случится. Тея поджала губы, но спорить не стала. Она сидела, подтянув колени к груди, обхватив их руками, и смотрела куда‑то в сторону. Её плечи слегка дрожали – то ли от холода, то ли от волнения. Футболка всё так же сползала с плеча, обнажая веснушки на синей коже, но она не замечала этого. Неожиданно лампочка над головой снова зажглась, вспыхнув на мгновение ярче обычного. Свет заиграл на волнистых прядях, рассыпавшихся по плечам. Девушка подняла взгляд, распуская волосы – коса давно растрепалась, и пряди стали мягкими, слегка вьющимися, обрамляя лицо. Майлз это заметил. Он чуть прищурился, разглядывая её – не как подчинённую, а просто как человека. – Этернис, ты что, решила устроить показ мод в подсобке? – усмехнулся он. – Волосы распустила, вид такой, будто только что с обложки журнала. А ещё минуту назад собиралась умирать от голода и холода. – Полковник, вам бы стоило немного начать следить за языком, – не подумав, ответила Тея. – Этернис, не перегибай палку, или ты забыла, с кем разговариваешь? – Майлз приподнял бровь, но в глазах мелькнуло что‑то похожее на веселье. – Майлз, перестань, у меня нет сил ругаться. Давай поругаемся завтра? – она поправила волосы, стараясь скрыть смущение, и невольно улыбнулась. В этот момент сверху послышался странный шум – глухой скрежет, будто что‑то тяжёлое сдвигалось с места. Майлз резко поднял голову, прислушался – и в тот же миг подскочил на ноги. Он схватил Тею за тонкую талию, прижал к себе и рывком оттащил в сторону, закрывая своим телом. – ААА! – вскрикнула девушка, инстинктивно прижимаясь к нему и закрывая глаза. Её щёки загорелись румянцем, когда она почувствовала горячую руку на своей талии. Она упёрлась руками в его грудь, пытаясь отстраниться, но сильные руки не дали ей этого сделать. Раздался резкий грохот – огромный кусок потолка обрушился туда, где они только что сидели. В воздух взметнулось облако пыли, заскрипели старые балки, посыпались мелкие обломки штукатурки. Тея вжалась в Майлза ещё сильнее, хватая пальчиками чёрную футболку на его груди. Ткань была грубой, но тёплой, и от неё исходил знакомый запах – смесь одеколона, пота и чего‑то неуловимо мужского. Он закрыл её голову своей рукой, создавая защитный купол. – Сука, – выругался он сквозь зубы, крепче прижимая её к себе. Тея повернула голову и замерла. Если бы Майлз не успел, этот кусок бетона упал бы прямо ей на голову. От осознания этого по спине пробежал холодок, а пальцы непроизвольно сжались на его футболке. – Спасибо, – прошептала она, голос дрогнул. – Не за что, – коротко ответил он. – В следующий раз будь внимательнее. Майлз взял её за руку и повёл чуть глубже в подсобку – туда, где было две лампы, и воздух казался менее пыльным. Они дошли до относительно безопасного места – небольшой ниши между старыми стеллажами, где потолок выглядел прочнее, а стены не так осыпались. Полковник сел на пол и, глядя на Тею, похлопал себя по коленям: – Садись. – Даже не мечтай, – выпалила она и опустилась рядом, прислонившись к стене. – Я вполне могу сидеть отдельно. – Тебе вообще‑то детей ещё рожать, – констатировал он факт, глядя куда‑то вдаль. – На колени я к тебе не сяду, Майлз, – она выделила последнее слово, подчёркивая интонацией. Он ничего не сказал – просто силой подхватил её и усадил к себе на колени. – Отпусти! – Тея начала вырываться, отталкиваться руками, пытаться встать. Но усталость брала своё.  Через пару минут сопротивление стало слабее, ещё через десять – она перестала сопротивляться вовсе. Её голова склонилась на его плечо, дыхание стало ровным и глубоким. Майлз слегка улыбнулся, осторожно поправил прядь волос, упавшую ей на лицо, и прижал её чуть ближе к себе. Его рука мягко легла на её спину, поддерживая. Тея уснула – измождённая, но в безопасности. В её сознании ещё мелькали обрывки мыслей: о том, как странно всё сложилось, о том, что полковник, которого она считала холодным и жёстким, сейчас оказался таким… заботливым. Но эти мысли быстро растворились в тепле его тела и ровном биении сердца, которое она чувствовала сквозь футболку. В подсобке по‑прежнему мигала лампа, пыль медленно оседала, а за дверью всё ещё не было слышно шагов тех, кто мог бы их спасти. Но сейчас это уже не казалось таким важным. Где‑то далеко, за пределами этого пыльного помещения, Лили, Софа и Лайл наверняка уже начали паниковать, искать способы их вытащить. Но здесь, в этой нише, время словно остановилось. Майлз посмотрел на спящую Тею – её ресницы подрагивали, губы чуть приоткрылись, волосы разметались по плечу. Он вздохнул, чуть покачал головой и прошептал: – Ну и навязалась ты мне на голову, Этернис… Но в голосе не было раздражения – только усталость и что‑то ещё, что он сам пока не готов был назвать. Что-то от чего в груди разлилось какое-то непонятное, забытое чувство.  *** Стук. Ещё один. Пол под ногами начал дрожать, трещать – будто старая подсобка, в которой они укрывались, решила развалиться на части прямо сейчас. Майлз первым разлепил глаза. Он инстинктивно сдавил плечи Теи, когда понял, что потолок над ними начал осыпаться: мелкие куски штукатурки уже падали вниз, а балка в центре угрожающе прогнулась. – Что такое? Что случилось? – пробормотала Тея, ещё не до конца проснувшись. Майлз резко подскочил – от этого движения девушка проснулась окончательно и вжалась в его грудь своим телом. – За мной! – крикнул он и потащил Тею следом. Они выбежали в коридор – тёмный, узкий, с мигающими лампами, которые то вспыхивали, то гасли, создавая хаотичные тени на стенах. Пол под ногами ходил ходуном, словно здание вот‑вот должно было рухнуть. Майлз тащил Тею за руку, не давая ей отставать. Коридор казался бесконечным. Тея спотыкалась о какие‑то обломки, цеплялась за выступающие трубы, но Майлз не давал ей упасть – он крепко держал её за запястье, почти волоча за собой. – Быстрее! – бросил он через плечо. Стены дрожали, с потолка сыпалась пыль, в воздухе стоял запах гари и сырости. Лампы мигали всё чаще, погружая пространство то во тьму, то в тусклый свет. Тея едва успевала переставлять ноги – дыхание сбилось, в боку кололо, но она старалась не отставать. Тупик? – промелькнуло в голове девушки. Она увидела впереди глухую стену и похолодела. – Нет, нет, нет! – сказала она вслух, чувствуя, как паника подступает к горлу. – Успокойся! – Майлз дёрнул её вперёд, и в тот же миг заметил сбоку узкий проём. – Сюда! Они забежали в какую‑то комнатку – маленькую, захламлённую. На полу валялись гнилые ящики, лужи какой‑то жидкости, а в углу лежали останки дохлых животных. Тея поежилась, прикрыла рот рукой, чтобы не закричать. Майлз ухмыльнулся – реакция Теи была для него чересчур детской. – Пискнула, как маленький ребёнок, – хмыкнул он. – Глупо, по‑девчачьи, – добавил он про себя, – словно увидела монстра, который хочет убить кого‑то из её родни. «Ребёнок» – промелькнуло в голове Майлза. А ведь этот «ребёнок» полез с ним тогда, пять лет назад, на Джейка Салли. Полез без страха – прямо в огонь, прямо… чёрт возьми, с ним.  Тогда всё было иначе. Они оказались в засаде – Джейк Салли и его люди окружили их отряд. Тея не послушала приказа отступать – рванула вперёд, пытаясь прикрыть Майлза. Стрела просвистела в воздухе, и вот она уже лежит на земле, кровь растекается по земле. «Бррр… Продирает до сих пор», – подумал Майлз, чувствуя, как внутри всё сжимается. Это было так давно, но почему‑то картинка в голове была, будто всё произошло сейчас: Тея лежит на его руках без сознания. Почти не дышит. Его девушка была почти мертва… Он тащит её на себе до операционного стола. Оплачивает всё лечение. Делал всё возможное – но Тея так и не приходит в себя. Тогда было принято решение сделать её рекомбинанткой. Вернуть ей жизнь, но уже в синем теле. В тот же день Майлз рванул к Джейку. Нашёл его, начал драться – даже чуть не убил его голыми руками. Сколько же было крови… Полковник был готов придушить наглого Салли, но в самый последний момент из ниоткуда появилась Нейтири. Её стрела воткнулась в его руку. Майлз сразу отпустил Джейка и схватился за рану – кровь хлынула ручьём, одежда тут же промокла. «Сука…» – прошипел он, чувствуя, как силы уходят. Ещё минута – и эта чёртова семейка бы его накрыла. Убила, как и Тею. Его Тею… Он стиснул зубы и хотел пойти снова в бой, как вдруг выскочил Лайл. Он мощным ударом ударил Джейка по голове – тот упал на пол.  Затем Лайл схватил Нейтири и приложил к её горлу нож. Холодное лезвие слегка вошло в кожу, из лёгкого пореза брызнула струйка крови. –Мучайтесь, суки! – крикнула Жница и схватила полковника за руку. – Ты думал, мы тебя умирать здесь оставим? – сказала тогда она ему. Вертолёт приземлился рядом, и троица заскочила в него, оставляя Нейтири валяться в луже крови, смешанной с кровью самого Майлза. Джейк, приподнявшись, крикнул им вслед: – Если хочешь, чтобы твоя подружка осталась жива, брось её! Внутри Майлза разливалась ярость. Он выпрыгнул из вертолёта, подлетел к Джейку и врезал ему в челюсть. Тот улыбнулся – грубо, ядовито – и процедил: – Ты заставляешь страдать меня, я заставлю страдать тебя… Я убью твою Тею снова, если она будет твоей. Майлз снова влепил ему в челюсть, чувствуя, как кулаки горят от ненависти. – МАЙЛЗ! – заорала Тея, выводя мужчину из оцепенения. Он вздрогнул, моргнул и снова оказался в захламлённой комнатке. Перед ним стояла Тея – живая, испуганная, но живая. Её глаза были широко раскрыты, пальцы дрожали. – Ты в порядке? – спросила она, осторожно касаясь его руки. Майлз сглотнул, провёл ладонью по лицу, будто стирая воспоминания. – Да, – хрипло ответил он. – Просто… на секунду потерялся. – Что ты видел? – Тея заглянула ему в глаза. – Что‑то страшное? – Прошлое, – коротко бросил он. – Неважно. Нам нужно выбираться отсюда. Он огляделся, оценивая обстановку. Комната была тесной, но, кажется, более устойчивой, чем подсобка. Стены не дрожали, потолок не осыпался. – Подождём здесь, пока не утихнет, – решил Майлз. – Потом найдём другой путь. Тея кивнула, но не отошла от него. Она стояла рядом, глядя на него с тревогой, и Майлз вдруг почувствовал, как что‑то в груди оттаивает. – Спасибо, что спас меня, – тихо сказала она. – Я просто делаю свою работу, – попытался отшутиться он, но голос дрогнул. В комнате повисла тишина – не напряжённая, а какая‑то новая, непривычная. Где‑то вдалеке всё ещё слышались глухие удары, но здесь, в этом маленьком убежище, время будто замедлилось. Майлз посмотрел на Тею – на её веснушки, на растрёпанные волосы, на то, как она закусила губу, ожидая его ответа. И впервые за долгое время он почувствовал не только долг и ответственность, но и что‑то ещё – тёплое, живое, почти забытое.