Судьба лисьего сердца

Они поднялись на второй этаж почти бесшумно. Коридор встретил их тишиной — такой плотной, будто дом действительно уснул, затаив дыхание и не желая мешать. Шаги звучали глухо, приглушённо, словно и они старались быть осторожными. Эндрю остановился у гостевой комнаты — своей комнаты. Простой, аккуратной, выверенной до мелочей: ничего лишнего, всё на своих местах, как и он сам. Он открыл дверь, жестом пропуская Нила вперёд, затем вошёл следом и закрыл её. Щёлкнула щеколда. Коротко. Тихо. Надёжно. Эндрю прислонился спиной к двери, скрестив руки на груди, и несколько секунд просто смотрел на Нила, будто примеряя слова, проверяя их на прочность. — Ты не против… — он слегка нахмурился, — если переночуешь здесь? — Не против, — мягко ответил Нил, улыбнувшись так спокойно, что напряжение в комнате чуть ослабло. Эндрю кивнул, но так и остался стоять. Неловкость повисла между ними тонкой ниткой. Он выдохнул, словно принимая решение, и подошёл ближе, обняв Нила со спины. Крепко, но бережно. Как будто проверяя: здесь, настоящий, никуда не денется. Нил положил ладонь поверх его рук и ярко улыбнулся, едва сдерживая хвост. — Тут одна кровать, — заметил Эндрю негромко, с лёгкой усмешкой. — Оу… — Нил чуть сжал его руки. — Ну, я не против спать вместе. Улыбка Эндрю стала мягче. Он наклонился и поцеловал Нила в шею — коротко, почти невесомо. — Прекрасно… Нил вздрогнул, сдерживая улыбку, и сильнее прижал его руки к себе. — Тебе дать сменную одежду? — спросил Эндрю, вдыхая его запах, будто запоминая. — Давай. Эндрю нехотя отстранился, подошёл к шкафу, достал футболку и шорты и бросил их Нилу. Затем протянул полотенце и флакон шампуня — сладковато-горький, с запахом шоколада. Подойдя ближе, он поцеловал Нила в щёку. — Душ напротив. Давай быстрее. — Хорошо, я быстро, — улыбнулся Нил и вышел. В ванной он, не глядя в зеркало, снял линзы, аккуратно убрал их в контейнер, разделся и встал под тёплую воду. Душ смыл остатки напряжения, мысли стали тише. Вытершись и одевшись, Нил на мгновение задумался, затем кивнул своим мыслям и решил — линзы сегодня не нужны. Когда он вернулся, Эндрю уже был в спальных штанах и футболке. Кровать была застелена, и он лежал у стены, глядя в потолок. Нил закрыл дверь, подошёл ближе. Эндрю перевёл взгляд на него и молча откинул одеяло, приглашая. Нил лёг рядом, положил контейнер с линзами под подушку и повернулся к нему. Их взгляды встретились. — Без линз? — Эндрю поднял руку, коснулся его щеки большим пальцем. — Милашка… У Нила покраснели кончики ушей. — С тобой они не нужны, — тихо сказал он и придвинулся ближе. Эндрю задержал взгляд на его лице, будто на чём-то особенно ценном, и спросил почти шёпотом: — Можно тебя поцеловать? — Угу… — Нил улыбнулся. — Поцелуй меня, Дрю. Эндрю притянул Нила к себе за воротник футболки — уверенно, без спешки — и поцеловал в губы. Поцелуй вышел тёплым, глубоким, словно обещание, а не требование. Нил ответил сразу, почти инстинктивно. Его ладонь скользнула на талию Эндрю, осторожно, будто проверяя границу, и прижала к себе. Секунда нерешительности — и он всё-таки обнял его, неловко, но искренне. Эндрю ответил тем же: притянул ближе, крепче, поцеловал в шею. Туда, где кожа особенно чувствительная. Нил тихо выдохнул — звук сорвался сам, неосознанно. Эндрю наклонился к его уху и шепнул, почти с улыбкой: — Милашка… Нил вспыхнул, будто его подожгли изнутри. — Дрюю… Эндрю тихо рассмеялся, коротко поцеловал его в лоб и, наконец, устроился удобнее, притягивая Нила ближе к себе, как что-то своё, драгоценное. — Спокойной ночи. Нил мягко улыбнулся, расслабляясь в его объятиях. — Спокойной ночи, Дрю. Эндрю ещё некоторое время лежал, прислушиваясь к его дыханию, к тому, как оно выравнивается, становится глубоким и ровным. Только убедившись, что Нил уснул, он позволил себе закрыть глаза и тоже провалиться в сон. Ночь прошла спокойно. Нил проспал её, не шевельнувшись ни разу, словно боялся разрушить это хрупкое чувство покоя. Проснулся он рано, ещё до рассвета. Осторожно, почти не дыша, выбрался из кровати, стараясь не разбудить Эндрю. Надел линзы, собрал вещи и тихо вышел в душ, чтобы переодеться. Вернувшись в комнату, он аккуратно положил свои вещи, бросил последний взгляд на спящего Эндрю — и, улыбнувшись, вышел.

♡ ♡ ♡

Утренний воздух обжигал лёгкие прохладой. Нил бежал долго — ровно, ритмично, будто каждый шаг выстукивал мысли из головы. Когда сердце стало биться чуть быстрее, а дыхание — тяжелей, он остановился возле старой телефонной будки. Стекло было запотевшим, как в зимних окнах, и отражало его лицо — спокойное, но усталое. Он бросил монеты и набрал знакомый номер. — Да? — послышался усталый голос Винсента, словно его подняли прямо из-под одеяла. — Сахарок, это я. Голос мужчины стал мягче: — Натаниэль, рад слышать. Ты, как всегда, ранняя пташка. — А у вас уже обед, — тихо улыбнулся Нил. — Кей не спит? — Нет. Секунду, сейчас позову твоего ангелочка. — Спасибо. Нил откинулся спиной к холодной дверце автомата и прикрыл глаза. Ветер тронул волосы, как заботливая рука, — и вдруг трубку заполнил звонкий, солнечный голос. — Пааапочка! Я соскучился! У Нила внутри что-то дрогнуло — светло, тепло, как от первого глотка горячего чая. — Я тоже, ангелочек, — улыбнулся он, и улыбка отчётливо слышалась в его голосе. — Рассказывай, что у тебя нового? На другом конце зашелестела суета — будто кто-то сел поудобнее, поджал ноги и приготовился рассказывать целую жизнь. — Мы вчела лепили из пластилина! — радостно выпалил мальчик. — И я слепил Ламфолинхуса . А дядя Винсент глупенький и сказал, что это Птеланодон . Нил улыбнулся, прикрыв глаза. — Они же разные. — Вот! — сразу оживился ребёнок. — И я так сказал — глупенький он. — Ты у меня умный мальчик, — мягко сказал Нил, и голос его стал тёплым, как плед. — Как дела с буквами? На том конце гордо фыркнули: — Я дошёл до J! — Молодец, — Нил улыбнулся шире. — Скоро будешь читать быстрее меня. — Я сталаюсь! — гордо ответил малыш. Голос ребёнка стал снова звонким и счастливым, а у Нила в груди расправились невидимые крылья — лёгкость, надежда, ощущение, что ради таких минут стоит держаться. — А ещё мы гуляли! — Кей перешёл на восторжанный шёпот, как будто делился большой тайной. — Мы с Жу ходили к озелу. Там утки! Настоясие! И одна такая смесная — как салик. Нил тихо рассмеялся. — И что ты делал? — Кормил их, — гордо сообщил Кейли. — Но только немножко, Жу сказала, что много нельзя. Нил на секунду замолчал, чувствуя, как сердце сжимается от нежности. — Рад, что вы веселитесь, — мягко ответил он. Кей немного поёрзал, потом осторожно спросил: — Папочка… а как ты? Что ты делаесь? Нил на мгновение прикрыл глаза, прислоняясь к прохладному стеклу телефонной будки, и улыбнулся — спокойно, уверенно: — Я в порядке, ангелочек. Сейчас бегал. — С теми штуками? — Мгм, с утяжелителями. — Тебя никто не обижает? Голос стал тише, серьёзнее — совсем не по-детски. — Я сам кого угодно обижу. Меня никто не обижает. С другой стороны провода снова зазвенел облегчённый смех. — Тогда я буду за тебя пележивать чуть-чуть, — серьёзно заключил Кей. — Совсем капельку. Нил тихо хмыкнул: — Хорошо. Кей хихикнул, словно маленький колокольчик звякнул в трубке, и заговорил, подпрыгивая голосом: — А ночью мне снилось, что я сильный! — восторженно сообщил он. — Прямо-прямо, как ты. А потом я сел на крышу и охранял город, как герой… И ты там был. Мы вместе ловили плохих. Нил улыбнулся — тихо, почти беззвучно. — Храбрый мой, — прошептал он. — Настоящий защитник. Они ещё немного поговорили, обмениваясь мелочами, которые вдруг становились чем-то тёплым и важным, — и, попрощавшись, повесили трубки. Нил, выдохнув, вышел из телефонной будки и направился обратно.

♡ ♡ ♡

На заднем дворе пахло влажной травой и свежим утром. Эндрю появился из дома, неся две кружки кофе, от которых лениво поднимался пар. Он протянул одну Нилу и сел рядом, чуть коснувшись плечом. — Я проснулся, а тебя нет, — спокойно сказал он, но в голосе сквознула тень недовольства. — Не делай так. Нил обхватил ладонями тёплую кружку, сделал осторожный глоток и виновато улыбнулся. — Прости… Ты так сладко спал, не хотел будить. Я просто вышел на пробежку. Эндрю кивнул и, чуть наклонившись, положил голову ему на плечо. — Хоть записку бы оставил. — Не подумал, — тихо признался Нил. — Я привык, что… я один. Эндрю едва заметно усмехнулся. — Привыкай, — сказал он, глядя куда-то вдаль, где свет, разливаясь, словно растапливал утро. — Теперь у тебя есть я. — Угу… — Нил кивнул, делая ещё глоток. — Теперь я не один. Он замолчал, и голос стал мягче, тише и грустнее: — Надеюсь, это продлится подольше. Эндрю повернул к нему голову. — Хочешь поговорить? Нил встретил его взгляд, вдохнул глубже — и кивнул. — Расскажи. От кого ты бежишь? — От отца. И его людей, — выдохнул Нил. — Кто он? Нил оглянулся, словно проверяя, не подслушивает ли кто, и, понизив голос до шёпота, проговорил: — Веснински. Натан Веснински… Слышал? Брови Эндрю сдвинулись. — Да, — он замолчал на секунду. — И этот ублюдок — твой отец? Нил опустил голову. — Да. Эндрю осторожно провёл рукой по его волосам. — Нелегко тебе пришлось… Посмотри на меня. Нил поднял взгляд. — Я с тобой, — тихо сказал Эндрю и коснулся его лба поцелуем. — И никому тебя не отдам. Плевать я хотел на твоего отца. Нил мягко улыбнулся: — Спасибо… Затем его лицо посерьёзнело, словно где-то внутри защёлкнулся замок. — Эндрю… что бы ни случилось, не иди против него. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Хорошо? Эндрю замолчал. Тишина растянулась, как струна. — Эндрю, пообещай, — прошептал Нил. — Не будешь идти против него. Эндрю сжал пальцы на кружке так, что костяшки побелели, потом медленно покачал головой. — Не могу, — сказал он ровно, глядя прямо, без малейшего сомнения. — Я не хочу тебя потерять. — А я не хочу потерять тебя… — голос Нила дрогнул. — Он гонится за мной уже восемь лет. Он может… Чёрт… Он правая рука Кенго Мариямы. Он может всё. В этот момент дверь тихо скрипнула — и во двор, щурясь от света, вышел Кевин. — Что ты сейчас…? Нил резко повернул голову, и страх вспыхнул в его глазах. — Что ты услышал? — «Он правая рука Кенго Мориямы», — осторожно повторил Кевин. — О ком вы говорили? — О человеке, — коротко бросил Нил. Эндрю поднялся. Его движения стали жёстче, словно он собрался в единый кулак. — Я разберусь. Он развернул Кевина и буквально втолкнул в дом, закрывая дверь с другой стороны — чтобы говорить без свидетелей. Но Нил, едва успев осознать, что происходит, вскочил и распахнул дверь. — Здесь, — твёрдо сказал он. — Говорите здесь. И я хочу присутствовать. Эндрю коротко кивнул и вытолкал Кевина обратно на крыльцо. — Хватит меня толкать! — Заткнись, Кевин. — Мхф… Так вы объясните, что тут происходит? Эндрю бросил взгляд на Нила, приподняв бровь — мол, можно ли говорить правду. Нил глубоко вдохнул, выдохнул — и шепнул только для него: — Бомба «Кевин Дей» взорвалась… Я думал, это будет не так рано. Я попробую сам. Эндрю кивнул «попробуй» — но в глазах ясно читалось, что вмешается, если всё пойдёт не так. Нил повернулся к Кевину. — Кевин… эм… Давно не виделись. Я… — он постучал пальцем по скуле. — Король. Ну… Должен был им быть. Кевин застыл, будто холодная вода плеснула на лицо. — Натаниэль… Чёрт. Кого я взял в команду… Нил на мгновение замер, услышав своё имя, но всё же продолжил: — Меня. Гордость и проклятие Тецудзи. Отличного защитника, который сбежал от свиты в детстве. Кевин медленно кивнул, затем перевёл взгляд на Эндрю. — Ты ему рассказал? — Ну… да, — Нил пожал плечами. — Про отца. Про то, что я от него бегу. И… что я должен был быть в свите. — Если бы кое-кто не вмешался, — процедил Эндрю, — мы бы сейчас занимались не только разговорами. Он смотрел на Кевина так, словно мог прожечь взглядом дырку. Кевин растерялся, глядя то на одного, то на другого, словно пытаясь сложить пазл, у которого не хватало деталей. Он открыл рот — и тут же закрыл, не найдя слов.Нил вдруг тихо засмеялся. — И?.. Тебя всё устраивает? Кевин перевёл взгляд на Эндрю. — А в чём проблема? — Он буквально сын преступника и имеет дела с мафией, — сухо заметил Кевин. Эндрю только раздражённо выдохнул. — Так… Я собирался на пробежку — значит, на неё и пойду. Мне нужно всё обдумать. Он посмотрел прямо на Нила — без злости, но серьёзно. — Я никому не расскажу. Нил кивнул — коротко, благодарно, как человек, которому сняли тяжёлый груз с плеч, но не избавили от него полностью. — Спасибо. Нил повернулся к Эндрю и подошёл ближе, с тихой, почти робкой улыбкой. Эндрю в ответ мягко провёл ладонью по его волосам. Кевин смущённо кашлянул, пробормотал что-то невнятное — и всё-таки ушёл. — Эндрю… спасибо тебе, — Нил выдохнул, словно сбрасывая груз. — Я подсчитал… и, наверное, девяносто девять процентов, что я не доживу до следующего лёта. Но… — он стиснул пальцы, — я всё равно что-нибудь придумаю. Если ты не можешь дать, то обещание… пообещай хотя бы, что сделаешь всё, чтобы не пострадать. Эндрю кивнул, не отводя взгляда. — Это я могу, — тихо сказал он. — Обещаю. Лицо Нила осветилось яркой улыбкой. — Тогда и я обещаю — сделаю всё, чтобы выжить. Эндрю подозвал его, и он шагнул ближе и почти неслышно прошептал у самого уха. — Можно… обнять тебя? — Я для этого тебя и звал, — усмехнулся Эндрю. Он обнял Нила за талию и легонько поцеловал его в кончик носа. Нил осторожно прижался, тепло прошептав: — Мой… мой Дрю. Эндрю покраснел от неожиданности и посмотрел на Нила. — Так внезапно... — отвернулся. — Говорить такое... — буркнул он, но обнял крепче. Нил тихо рассмеялся: — Ты мой. Мой милый Дрю. Эндрю слегка прикусил его. — Ай, Эндрю! — Чтобы не удивлял так, — пробормотал он и поцеловал. — Теперь я точно не могу тебя отпустить. — Не отпускай. Нил наклонился, оставил на его шее заметный засос и довольно хмыкнул посмотрев на своё творение. — Хаа... Мм, ты мне мстишь, что ли? — Не мщу, я тебя пометил. Эндрю закатил глаза. — Спасибо, что хотя бы не как собака, — фыркнул Эндрю и коротко поцеловал Нила. — Я не собака, — Нил улыбнулся глазами: я — лис. — Поэтому и говорю спасибо. Серьёзно, Нил, ты такой глупый, — мягко сказал Эндрю и снова поцеловал. — Милашка. Нил слегка покраснел. — Я вообще-то умный. Просто… не всегда. — Ага, — зевнул Эндрю, устроив голову у него на плече. — Я не выспался. Пойдём спать. — Пошли. Он протянул руку. Эндрю взял её, и они вместе вернулись в комнату. Эндрю плюхнулся на кровать и лениво прищурился: — Если через пять секунд тебя тут не будет — покусаю. Нил тихо рассмеялся, устроился рядом и шепнул: — Спи спокойно. Я никуда не уйду. Эндрю обнял его и прижал к себе. — Может, пристегнуть тебя наручниками? На всякий случай? Нил сильнее прижался. — Не надо. Я останусь. Честно. — Угу… Эндрю закрыл глаза — дыхание стало ровным, спокойным. Нил ещё немного лежал, слушая этот ритм… и незаметно сам провалился в сон.

♡ ♡ ♡

Эндрю проснулся от шума — где-то в доме грохотало, хлопали двери, а чей-то смех катился эхом по коридору. Рядом, тёплый и спокойный, спал Нил. Но вскоре он поморщился, словно от яркого света, и медленно открыл глаза. — Что там у них происходит…? — Как обычно, — сонно отозвался Эндрю. — Ники опять что-то устроил. Посмотрим? — Да, хочу. Интересно, — Нил сел, потянулся и на секунду задумался, прежде чем пожать плечами. Достав контейнер, он снял линзы — мир сразу стал чуть расплывчатым, мягче. Эндрю соскользнул с кровати, подошёл к двери и распахнул её как раз в тот момент, когда по коридору промчались двое. Ники едва дышал от смеха, а Аарон — с ярко-синими волосами — нёсся за ним, как ураган. Эндрю молча постоял, закрыл дверь обратно и тихо выдохнул: — Пиздец. Нил, уже привыкший к ощущениям без линз, подошёл ближе. — Пиздец? Что там такого, что ты даже дверь захлопнул? — У моей копии синие волосы. Ужас, — Эндрю скорчил мину. — Ну… теперь нас хотя бы точно перепутать не смогут. — Вы и так не особенно похожи, — хмыкнул Нил. — Пойдём узнаем, что там произошло? — Раз тебе интересно… пойдём. Они вышли в коридор. В гостиной Ники валялся на диване, задыхаясь от смеха, а Аарон с яростью колотил его подушкой. — Придурок! Как я с таким выйду из дома?! Эндрю остановился в дверях, облокотился на косяк и лениво наблюдал за происходящим. — Весело. Нил несколько раз моргнул, всматриваясь в синеву на голове Аарона, а потом не выдержал — рассмеялся. Когда смех улёгся, он тихо добавил: — Так значит, юная госпожа теперь стала Мальвиной… Эндрю поспешно прикрыл рот кулаком, стараясь не расхохотаться в полный голос. Аарон резко остановился и медленно повернулся к Нилу. — Как ты меня назвал…? Нил с самым серьёзным видом посмотрел на него: — Ты про «юную госпожу»? — Да как ты… — Аарон едва сдерживался. Волосы испорчены, утро убито, и теперь ещё эти прозвища… — Тебе идёт, — прозвучал чей-то голос. Кевин, словно возникший из воздуха, невозмутимо стоял рядом. Аарон застыл, покраснел — и, резко развернувшись, процедил: — Да идите вы все… Он ушёл в комнату, громко хлопнув дверью. Нил тихо рассмеялся и посмотрел на Кевина: — Знаешь, Кеви… не знаю, как ты, а я рад, что мы снова встретились. И передай юной госпоже: есть смывка — он ещё вернёт свой цвет. Кевин хмыкнул и улыбнулся. — Да, я тоже рад тебя видеть. Но, поймав хмурый взгляд Эндрю, он тут же сдал назад: — Пойду к Аарону. Когда он скрылся в коридоре, Нил повернулся к Эндрю и улыбнулся. Тот приподнял бровь: — Что? — Ничего, — мягко ответил Нил. На диване пошевелился Ники, наконец напомнив о своём присутствии — как будто всё это шоу происходило исключительно ради него. — Эй, Ники, — Нил наклонился к нему. — Как это вообще произошло? — Ну… я случайно? — Ники виновато пожал плечами. На нём тут же остановился тяжёлый взгляд Эндрю. — Ладно, — вздохнул Ники. — Возможно, не совсем случайно. Я увидел в магазине краску, переклеил этикетки и подложил Аарону. Хотел пошутить. Она слабая — смоется даже без смывки. Нил улыбнулся, качнув хвостом. — Ну… зато было весело. На подоконник легко опустилась тень — и через секунду рядом с Ники уже сидел Сет. Крылья сложились, он беззаботно потянулся, будто возвращался с прогулки. — Я был у птенчиков, — сообщил он невозмутимо. Его взгляд скользнул к Нилу — и задержался. Сет наклонил голову, прищурился. — Давно тебя таким не видел… Лишь тогда Ники понял, о чём речь, — присмотрелся внимательнее и ахнул: — Вау… какие глаза. Серьёзно, ты стал выглядеть ещё лучше, Нил. Эндрю тут же нахмурился. Нил на секунду растерялся — потом вспомнил, что без линз, и неловко повёл плечом: — Спасибо… наверное. — Николас Эстебан Хеммик, — тихо произнёс Эндрю. Тон был спокойный — но железный. Ники вздрогнул, слез с дивана и поднял руки. — Понял, понял. Он твой, я не лезу. Нил наблюдал за этим со стороны — и внезапно улыбнулся по-настоящему. Он мягко проговорил на немецком как и Ники до этого : — Милашка… — и тише, почти только для Эндрю: — Мой. Уши Эндрю залились краской. Он резко повернулся: — Ты! Опять…? Нил только шире улыбнулся и тем же тоном продолжил, всё ещё по-немецки: — А что, не нравится? Мой Дрю такой милашка… Щёки Эндрю полыхнули. Он закрыл лицо ладонью и отвернулся: — Дурак… Нил подошёл ближе и аккуратно обнял его, словно спрашивая разрешения жестом. — Ладно-ладно, не буду. Просто ты так мило ревнуешь… Он и не подумал возвращаться на английский — лишь бросил взгляд на Ники. Тот стоял с лицом, на котором одновременно читались изумление, смущение и восторженное «ничего себе» — словно слова у него просто закончились. — Я не знаю, чему удивляться больше, — наконец выдохнул он. — Тому, что ты знаешь немецкий… или тому, что смог растопить ледяное сердце моего братишки. Эндрю в этот момент мечтал провалиться сквозь пол. Желательно — вместе с Нилом. Он точно утянет его за собой. Нил мягко провёл ладонью у него по спине. — Я вообще много языков знаю, — спокойно сказал он. — Они мне легко даются. От его прикосновения по коже Эндрю пробежали мурашки, и он невольно придвинулся ближе. Ники улыбнулся чуть теплее. — Что ж. Раз ты теперь парень моего брата… должен ли я провести «разговор о лопате»? Нил моргнул, явно не понимая. Эндрю фыркнул: — Не нужно. Свали уже. Ники тихо рассмеялся, махнул Нилу и ушёл на кухню. Эндрю перевёл взгляд на Нила: — Ты глупый. Нил наклонил голову. — А о чём он? Эндрю вздохнул. — «Разговор о лопате» — это когда родственники предупреждают парня или девушку, что обижать их ребёнка нельзя, потому что у них есть лопата — и они могут тебя закопать. Ники вообще-то кузен… но ведёт себя как отец. Нил улыбнулся чуть грустнее: — Он просто беспокоится о вас. — Я знаю… — Эндрю тихо ответил и уронил голову ему на плечо. Комната словно потеплела — и шум дома на секунду отодвинулся куда-то далеко.