Time-out: наше любимое лето

— Прости, я все исправлю. — Голос предательски дрожал, а мне хотелось лишь одного: исчезнуть. — Чего ты так распереживалась? — пронеслось неожиданно в воздухе. — Сейчас все исправим. Полуулыбка не сходила с его лица. Хенджин осторожно вытащил книги с полок и шустро построил из них пирамидку. Напряжение вышло из легких. Я подняла глаза на парня, который сейчас смотрел на меня с теплотой. А я думала, он меня прибьёт. Я даже самое легкое задание не смогла выполнить без него. Прошла уже неделя с небольшим, а к новой работе я совсем не привыкла. Каждое утро превращалось в пытку. Пока шла на работу, я все время думала о том, что мне придется разговаривать с незнакомыми людьми, подсказывать, направлять. С дедушкой Квоном мне повезло. Пока он разговаривал с покупателями, я делала уборку или помогала с бумагами. Наверное, он понимал, что ничего хорошего из меня не выйдет если меня поставить на кассу. А сейчас вместо дедушки на работу вышел Хенджин. Его я совсем не знала, не успела привыкнуть. Каждый раз я сильно нервничала и обязательно делала что-то не то. Своего напарника я сторонилась. А он, наоборот, кажется, пытался подружиться. Он всем улыбается. А у меня не получалось, как он, раскрепощенно усесться рядом и, болтая ногами, рассказывать какую-нибудь тупую шутку. На все его действия я заставляла себя улыбнуться и кивнуть. Как реагировать ещё — не знала. Наверное, он терпеть меня не может, хоть и не показывает ничего кроме своей доброй улыбки и приподнятых в удивлении бровей. Но Хенджин почему-то меня терпел. Даже сейчас, когда я перепутала авторов, и нам пришлось перекладывать все книги заново, он не раздражался, а вызвался помочь, пока клиентов не было. — Ерунда это все, — успокаивал он параллельно и схватил огромную кипу книг, потащив в дальний угол. — Освоишься. Ему верить хотелось. Даже в тени его изящный блеск в глазах не померк. Но Хван Хенджин все еще оставался для меня вне зоны доступа. Вернее, пока что я его боялась. Надеюсь, мы сможем сработаться. Главная дверь открылась. Послышался приятный звук колокольчиков. Я резко повернулась к выходу со склада. — Кажется, кто-то пришел, — заключил парень. Потом поднял подбородок и добавил: — Обслужишь? — Я?! — от неожиданности я даже подпрыгнула на месте. Поперхнулась воздухом. Дрожащий голос шепотом возмущался: — Почему я? — Ну, — Хенджин кивнул на тяжёлые книги, которые так легко держали его руки. — Я пока раскладываю их. — Давай я разложу, а ты иди, — сказала я тихо дрожащим голосом и уже потянулась, чтобы выхватить стопку. Только не это! Пожалуйста! Хенджин не ослабил хватку. Одна из книга с грохотом повалилась на пол. Хван без раздражения в лице поставил уцелевшую стопку на стол и повернулся ко мне. — Они слишком тяжёлые для тебя. Руки-то какие тонкие. — Он усмехнулся и тыкнул указательным пальцем в мягкое плечо. Я невольно отпрянула. Сердце забилось. Я боялась приближаться. На складе было темнее, чем в основном помещении. Сверху, у самого потолка, находились маленькие окна, встречающие теплые лучики света, которые сейчас освещали улыбчивое лицо. Я подняла голову вверх, чтобы видеть Хенджина, на голову выше. — Хорошо-хорошо, — уступчиво ответила я и взяла стопку поменьше. Никакая я не слабая! Но доказывать что-то сейчас не хотелось. Ноги сами бежали к пустым полкам. Под подошвой обуви скрипнул деревянный паркет. Атмосфера становилась мрачнее. — Иди, а я уж тут справлюсь. Хенджин сделал шаг к выходу, а я спряталась за его спину. Мельком я услышала, как он хмыкнул. Парень ушёл, и только когда звук шагов стих, я позволила себе выдохнуть. Ноги подкашивались. Я присела, облокотившись всем телом на стену, стараясь слиться с ней, будто пятнышко. Высокие потолки теперь казались еще огромнее. Одну ногу я обхватила обеими руками. Потом схватилась за лицо. Стараясь придти в себя, ударила по щекам несколько раз. Больно. Зато приводило в чувство. Стало страшно, что паническая атака застигнет прямо здесь. Я все еще не научилась справляться с ними в тайне от окружающих. А пугать никого, конечно, не хотелось. Да и неудобно это как-то. Почему мне было так страшно? Сердце, казалось, сейчас пробьет грудную клетку. Это изматывало. Одна мысль о том, чтобы заговорить с возможным покупателем, вводила в ступор. Ещё и Хенджин теперь подумает про меня что-нибудь плохое... Например, что я отлыниваю от работы. Я просто не могла себя заставить выйти в ту секунду. Будто приклеилась к полу. Мельком было слышно голоса из соседней комнаты. Хенджин в присущей ему спокойной беззастенчивой манере советовал покупателю книгу. У него это хорошо получается. А я так не могу... Я встала, отряхнула со светлых шорт пыль и принялась раскладывать книги по полкам. Теперь уже в нужном порядке. Может хоть здесь я смогу стать немного полезной? Телефон в кармане завибрировал, отпечатывая звук на коже. Звонила мама. Мы с ней проболтали пару минут. Я сказала, что перезвоню вечером. Через несколько минут в комнату ворвался силуэт, тенью отпечатавшийся на противоположной от двери стене. Я не обернулась — и так понятно, что Хенджин. Снова стало не по себе. Он сейчас будет меня ругать, так? Но он ничего не сказал. Просто забрал у меня оставшиеся книги и поставил на верхние полки, до которых я сама не дотянулась бы. В руках теперь звенела пустота. Мышцы забились от нагрузки. Все-таки перестаралась. Я обхватила локоть и молча стала ждать следующего указания Хенджина — дедушка Квон оставлял его за главного, когда уходил. Хван повернулся ко мне, изучая. Мышцы сократились. Я ждала, скажет ли он что нибудь. — Как ты только набралась смелости попроситься на работу? Даже на кассу встать боишься. Уголок губ соскользнул вверх. Улыбка парня не была саркастичной. Мой взгляд сам собой примагнитился к глазам, выражавшим лишь спокойствие и заинтересованность. В ушах громким звоном забилось сердце. Казалось, я сплю. Страх снова делал своё дело. Я никогда не умела нормально контактировать с людьми. Ненавижу себя за это. И Хенджин, наверное. Просто не показывает этого. В такие моменты мозг как будто выключался. Но работа была мне очень нужна. Как мне объяснить это Хенджину? Да разве он, такой весёлый и распрекрасный, поймет меня? — Я не знаю. — Я только пожала плечами, стараясь не пересекаться взглядом с пристальными глазами, ни на секунду не отстающими от моих. Хенджин не настаивал. Только кивнул вперед, давая мне столько времени, сколько нужно. — Господин Квон показался мне добрым. — Я ответила вполне честно. Это тоже послужило причиной. Хенджин кивнул. Он свесил голову на сжатый кулак. — А я? — пронеслось эхом. — Что ты? — вырвалось у меня сразу. Мои глаза, наверное, расширились так, что чуть не вылетели с орбит. — Я кажусь тебе добрым? Меня ты боишься? — спокойно отвечал Хенджин. Мне не очень нравилась его привычка смотреть четко в глаза. Он вообще когда-нибудь моргает? Я застыла. Не знала что отвечать. Могу ли я доверять ему? Сказать ли правду? Он ведь будет смеяться, верно? Я сделала шаг назад. Не специально. Тело само включило аварийную тревогу. Руки сжались за спиной. Паника охватила мысли. Я снова посмотрела на него, на его спокойные глаза. Вот бы и мне быть такой. Кажется, он совсем никого не боится. — Так боишься или нет? — Я в принципе людей боюсь, — в конце концов сказала я и прикусила язык. Повисла густая, как туман, тишина. — Почему? — Он все-таки рассмеялся. Но вместо ехидства или издевки я услышала в этом смехе солнце, смешанное с корицей. Он не высмеивал. Он искренне не понимал. Не понимал, как такое возможно. Но в то же время я так же искренне не понимала его. Почему он не боится? — Я не знаю, — голова упала вниз. Волосы свисали с плеч, закрывая обзор. Я разглядывала кроссовки, будто они могли что-то подсказать. Парень на полминуты отстранился. В эти секунды я позволила себе негромко выдохнуть. Брюнет снова повернулся ко мне, уселся на стойку, возвышаясь, и посмотрел на меня своим привычным притягательным взглядом. — А что если я докажу тебе, что люди ничуть не страшные? Блеск в его глазах стал значительно ярче. Он игриво заулыбался, будто нашел забавное занятие. Я застыла, разглядывая перебегающие из стороны в сторону глаза. Шоколадная радужка отливала медовым, когда на неё падал мягкий луч света. — Как? — слетело с губ. Я стояла, ошаращенная его словами. А внутри вскипал неведомый интерес к этому парню. Как он мне это докажет? — Я пока еще не придумал, — ответил он легко, поправив непослушные лохматые волосы. В голове бушевал ураган. Соглашаться или нет? — Ну что думаешь? — спросил он, наклоняя голову так, чтобы видеть мои опущенные глаза. От переживаний руки затряслись и я спрятала их в карманы просторных шорт. — Попробуй, — пронеслось тихо. На что я подписываюсь? Я уставилась на Хвана в ожидании. Никогда еще я не видела его без улыбки. Сейчас он был крайне серьёзен. А настойчивый взгляд говорил громче любых слов: ты не разочаруешься. — Просто доверься мне, — сказал он, а внутри отозвалось тепло. Его не хотелось бояться. Его хотелось послушаться. Итак, я доверилась Хван Хенджину.