Ловушка для гроссмейстера<3

После обеда время в школе Некома потекло по совершенно иной траектории. Обычная рутина — высшая математика с её экстремумами функций и сложная лекция по истории — больше не казались Кире монотонными. Внутренний процессор Кайси работал на повышенных оборотах, анализируя грядущие сорок минут на тренировке волейбольного клуба, куда её так опрометчиво пригласил капитан второгодников. «Куроо Тецуро — классический пример экстравертного лидера, использующего хаос как катализатор для команды. Но Кенма...» — Кира вывела на полях тетради аккуратную синусоиду, — «Кенма сознательно занижает свои показатели энергоэффективности в жизни, чтобы сохранять ресурс для анализа. На крыше он зафиксировал позицию. Он принял вызов». Её размышления прервал звонок с последнего урока. Юми, собиравшая сумку с рекордной скоростью в 42 секунды, заглянула Кире в лицо с хитрой ухмылкой. — Ну что, ледяная королева, идем препарировать наших спортивных мальчиков? — Юми заговорщически подмигнула. — Весь класс только и говорит о том, как ты срезала учителя литературы. Если ты еще и на волейболистов наедешь, тебя признают неофициальным боссом первого года. — Я иду исключительно ради сбора эмпирических данных, Юми, — ровно ответила Кира, застегивая замок сумки с выверенным, сухим щелчком. — Шоуменство Куроо-сана требует жесткой математической верификации. Когда они открыли массивные двери спортивного зала, Кира мгновенно зафиксировала изменение микроклимата. Воздух здесь был плотным, пропитанным запахом талька, разогретого паркета и чистой, концентрированной энергии. Звуки ударов мяча о ладони резонировали от высоких стен, создавая четкий, почти военный ритм. Сердце Киры на секунду пропустило удар — старая травма либеро и призраки паркета на мгновение напомнили о себе, но она жестко подавила эти эмоции. Теперь она здесь в роли аналитика. — Охо! Защита, внимание! Наш главный аналитик прибыл на позицию! — зычный голос Куроо перекрыл шум зала. Капитан стоял у сетки в тренировочной форме, и его растрепанные волосы, казалось, торчали во все стороны еще агрессивнее, чем обычно. Яку Морисукэ, принимавший мяч на задней линии, отвлекся на секунду и тут же получил глухой удар снарядом прямо в предплечье. — Куроо, придурок, не ори под руку! — рявкнул либеро, но тут же перевел взгляд на вошедших девчонок и вежливо кивнул. — Добрый день. Не обращайте внимания на нашего капитана, у него дефицит внимания в терминальной стадии. Кира спокойно прошла к скамейке менеджера. Юми тут же упорхнула к Яку и Льву, расспрашивая их о сложности тренировок, а Кайси села, расправила форму и положила на колени чистый блокнот. Кенма стоял чуть поодаль, лениво перебрасывая мяч из руки в руку. Увидев Киру, он не побежал прятаться, как сделал бы раньше. Напротив, он медленно подошел к сетке, чеканя мяч о лакированный пол строго в один и тот же подсознательный тайминг. Его золотистые глаза зафиксировали её фигуру. — Мы играем три половинных сета, — Куроо подошел ближе, крутя на пальце свисток. На его лице блуждала та самая азартная улыбка с крыши. — Кенма сегодня пасует за основу. Покажи нам, где наши «системные ошибки». — С удовольствием, Куроо-сан, — Кира щелкнула кнопкой механического карандаша. — Начинайте. Хронометраж запущен. Первые десять минут игра шла в штатном режиме. Кира делала быстрые, лаконичные записи: «Куроо — тайминг блока 0.8 сек после прыжка связующего соперника. Эффективность 87%. Лев — координационный сбой, прыжок совершается на 0.15 сек раньше оптимальной точки встречи с мячом». Но всё её внимание было приковано к Кенме. Козуме двигался по площадке с минимальными энергозатратами, словно экономил каждый джоуль энергии. Но траектории его пасов были безупречны. Мяч ложился точно в ладонь нападающим, словно ведомый невидимым лазерным прицелом... Он видит блок соперника еще до того, как совершает касание, — отметила Кира, и внутри неё шевельнулось приятное исследовательское удивление. — Это не интуиция. Это чистый, холодный расчет вероятностей. Он играет в волейбол как в пошаговую стратегию». В середине второго сета Лев в очередной раз рванул на взлет слишком рано. Кенма уже выпрыгнул для паса, мяч был над его головой. Ситуация кричала о тактическом провале — блок соперника уже выстроился перед Львом, готовый закрыть атаку наглухо. Кира прищурилась, готовая записать в блокнот «критическая ошибка связки». В эту долю секунды Кенма Козуме совершил то, чего Кира никак не могла ожидать от его ленивого, энергосберегающего билда. В воздухе, за мгновение до касания, он неуловимым движением кисти изменил угол наклона ладоней. Мяч не полетел ко Льву. Он мягким, обманным навесом перевалился через сетку прямо в пустую зону за спины блокирующих соперника. Стихийный, идеальный сброс. Чистое очко. Зал на секунду затих, а затем Лев оглушительно закричал: «Кенма-сан, это было гениально!», а Куроо разразился своим фирменным хохотом. Кенма приземлился на ноги, слегка покачнувшись от усталости. Он проигнорировал вопли Льва и медленно повернулся в сторону скамейки менеджера. Он посмотрел прямо на Киру сквозь ячейки сетки. Его дыхание было сбитым, но в золотистых глазах горело абсолютно ясное, торжествующее послание. «Я изменил алгоритм в реальном времени, Eisenherz. Просчитай это». Кира почувствовала, как по её коже пробежал мимолетный, горячий импульс. Ей бросили вызов на её же территории — территории абсолютного контроля. Она медленно поднялась со скамейки, подошла к кромке площадки и остановилась в паре метров от сетки, за которой стоял Кенма. — Диверсификация атаки выполнена успешно, Козуме-сан, — её голос прозвучал отчетливо в притихшем зале. Она слегка наклонила голову, и на её губах появилась живая, азартная улыбка. — Но ваш сброс — это лишь временное устранение симптома. Если ваш центральный блокирующий не научится синхронизировать свои биоритмы с вашими пасами, в следующем сете соперник просто выставит пассивный блок на скидку. Вы потратили лишние 15% выносливости из-за чужой невнимательности. Это неэффективно. И выскажу все недовольство вами по полной, как и обещала, Куроо-сан, — добавила она, ухмыляясь в сторону капитана. Кенма замер, глядя на её улыбку. Его уши медленно, но отчетливо окрасились в пунцовый цвет. Он быстро отвел взгляд в пол, натягивая край футболки на рот, и тихо буркнул: — Я знаю... Я просто... не хотел проигрывать этот мяч. Куроо, переводивший взгляд с Киры на Кенму, внезапно затих. Его глаза расширились от осознания. Он подошел к Кенме, приобнял его за шею и негромко шепнул: — Кенма... Дружище... Так вот с кем ты рубишься по ночам до двух часов со сломанным лицом? Наша первогодка — это твой секретный босс? — Заткнись, Куроо, — еще сильнее покраснел Кенма, пытаясь вырваться. — Ничего подобного. Куроо снова расхохотался, оборачиваясь к Кире и салютуя ей двумя пальцами от виска: — Кайси-сан, ты чудо! Твоя «чистая математика» официально зачислена на службу Некоме. — Мой лимит свободного времени на сегодня исчерпан, — Кира вернулась к скамейке, закрывая блокнот. Время её хронометража истекло ровно секунда в секунду. Она повернулась к Юми, которая всё еще увлеченно обсуждала что-то с Яку: — Юми, я ухожу. Ты остаешься? — Ой, Кира, иди-иди, я догоню! — замахала руками подруга. Кира кивнула, закинула сумку на плечо и направилась к выходу. У самых дверей она обернулась. Кенма проводил её взглядом. Система была перезапущена.

***

Вечерние токийские сумерки густели, окрашивая комнату общежития в глубокие синие тона. Кира закрыла за собой дверь, защелкнула замок и с тихим, облегченным вздохом прислонилась спиной к прохладному дереву. В комнате было пусто и непривычно тихо после оглушительного шума спортзала. Тактический азарт немного улегся, и Кира почувствовала, как наваливается усталость. На столе её ждал раскрытый блокнот, деревянные дедушкины шахматы и пара учебников. Внутренний алгоритм требовал перезагрузки, и Кира решила сделать плановый звонок домой — она обещала держать родителей в курсе своей адаптации. Она включила ноутбук и запустила видеосвязь. Экран моргнул, и в кадре появилась просторная, со вкусом обставленная гостиная их загородного дома. Родители сидели на диване: отец просматривал какие-то документы на планшете, а мама читала книгу. Заметив вызов, они оба тепло улыбнулись. Из глубины комнаты доносился тихий стук деталек Лего — семилетний Харуто был увлечен очередной стройкой и не стал сразу атаковать камеру. — Привет, Кира, — мягко произнесла мама, поправляя домашний кардиган. — Как прошел день? Голос уставший. Опять засиживаешься за книгами допоздна? — Здравствуйте. Всё в порядке, просто день был довольно плотным, — Кира слегка расслабила плечи, откидываясь на спинку стула. — Провела сорок минут в мужском волейбольном клубе Некомы. Зафиксировала несколько интересных закономерностей в их игре, немного поспорила с их связующим. Отец отложил планшет и внимательно посмотрел на дочь. На его лице появилось выражение сдержанной гордости — он ценил её аналитический ум. — Волейбол — это хорошо для разгрузки, но не забывай, зачем ты перевелась в Токио. Как твои дела с регистрацией на майский отборочный турнир? Ты отправляла документы в Шахматную федерацию Канто? — Да, папа. Все бланки заполнены и заверены, — ровно ответила Кира. — Заявку приняли сегодня утром. Мой первый официальный квалификационный турнир в Токио начнется через полтора месяца. Сетка обещает быть сложной, уровень игроков здесь значительно выше, чем в нашей провинции. — Отлично, — одобрительно кивнул отец. — Токио не прощает расслабленности. Бабушка просила передать тебе, не забывать наставления Дедушки, чтобы ты уделила больше внимания дебютным базам. Сильные игроки сразу увидят, если ты начнешь импровизировать без четкой структуры. — Я помню его напутствия. Занимаюсь каждый день по два часа, — Кира едва заметно улыбнулась. — Мы в тебе не сомневаемся, дорогая, — добавила мама. — Главное — соблюдай режим сна. Сая звонила вчера, хвалила твою самостоятельность. Сказала, что ты устроилась лучше, чем она ожидала. Если для подготовки к турниру понадобятся какие-то редкие учебники или программы для анализа партий — просто скажи, мы всё оплатим. — Спасибо, пока мне всего хватает. Я использую международные форумы, там много качественного материала, — заверила их Кира. В этот момент в кадр на секунду заглянул Харуто, победно продемонстрировав Кире собранную из Лего сложную геометрическую башню, молча получил от старшей сестры одобряющий кивок и убежал обратно на ковер. Разговор продлился еще несколько минут — спокойный, размеренный, без лишней суеты. Родители уважали личные границы Киры и её независимость, зная, что если она поставила цель стать чемпионкой, её ничто не остановит. Когда экран погас, Кира обнаружила, что на её губах всё еще блуждает тонкая, уверенная улыбка. Ментальная перезагрузка прошла успешно. Она поднялась, подошла к окну и посмотрела на далекие огни токийских небоскребов. Фаза ярости Кенмы, хитрые блоки Куроо, загадки русской грамматики и надвигающийся майский турнир — всё это больше не казалось хаотичной угрозой. Это были просто задачи, которые ей предстояло решить. Кира подошла к столу, уверенным движением открыла ноутбук и запустила игровой чат. «База данных обновлена. Энергоэффективность — 100%», — подумала она, набирая сообщение для одного конкретного золотистоглазого геймера. — «Ну что, Козум е-сан, поиграем?»