Ловушка для гроссмейстера<3

Утреннее солнце после вчерашней развесистой грозы казалось неестественно ярким, почти ослепляющим. Токио умылся ливнем, и теперь воздух на школьном дворе Академии Некома был непривычно свежим, наполненным ароматом влажной зелени, мокрой коры старых деревьев и нагретого асфальта, от которого всё ещё поднимался едва заметный пар. Многочисленные лужи, словно осколки зеркала, дробили в себе лазурное небо и резные контуры кленовых листьев. Кира сидела на скамейке в тени раскидистого клёна, лениво пролистывая на планшете конспекты по английской литературе. До начала занятий оставалось ещё достаточно времени, и школьный двор постепенно заполнялся учениками. Вокруг звенели голоса, хлопали входные двери учебного корпуса, кто-то громко обсуждал сорванные из-за шторма клубные тренировки, а кто-то судорожно повторял материал перед приближающимися тестами. Кира оставалась глуха к этому шуму — её мозг в фоновом режиме продолжал анализировать ночной рейд. «Кенма совершил три нетипичные ошибки на фазе удержания босса, — фиксировала она в мыслях, методично прокручивая строчки конспекта. — Его реакция замедлилась на 0,4 секунды. Он отвлекался. Мои слова в реальной жизни зацепили его сильнее, чем я предполагала. Аналитический центр applepi перегружен поиском совпадений. Он ищет паттерны там, где привык видеть лишь хаос». — Охо? Кого я вижу! Ранняя птичка нашей школы, — раздался сверху знакомый, насмешливо-ленивый голос, нарушивший её уединение. Кира даже не вздрогнула. Она плавно подняла взгляд, сохраняя абсолютное хладнокровие. Перед ней стоял Куроо Тетсуро. Школьная форма сидела на нём как обычно небрежно — пиджак расстёгнут, галстук слегка сдвинут набок, одна рука глубоко покоилась в кармане брюк, а на лице блуждала фирменная, хитрая ухмылка. Из-за его плеча уныло маячила двухцветная макушка Кенмы. Связующий изо всех сил притворялся, что его здесь нет, уставившись в экран своей портативной приставки, а его пальцы мелко подергивались на кнопках. — Доброе утро, Куроо-сан, — ровно ответила Кира, заблокировав экран планшета и сложив руки на коленях. — Твой энтузиазм в столь ранний час выглядит подозрительно. Обычно люди с такой хаотичной причёской до обеда находятся в состоянии глубокого анабиоза. Куроо театрально прижал ладонь к сердцу, притворно вздыхая и качая головой: — Ауч. С самого утра и сразу прямо по больному. А я ведь пришёл со всеми добрыми намерениями, Кайси-сан! И даже привёл нашего пугливого связующего, который обычно в это время ещё спит на ходу. Кенма, поздоровайся с дамой, ты же вчера так галантно провожал её под дождем. Нам ведь по пути, не так ли? Кенма едва заметно вздрогнул от этих слов капитана, но взгляда от экрана Нинтендо не поднял. Его пальцы продолжали методично кликать по пластиковым кнопкам, хотя Кира сразу заметила, что ритм кликов сбился — он явно прислушивался. — Привет... — тихо буркнул Кенма, делая едва заметный шаг назад, чтобы спрятаться за широкую спину Куроо. Парень чувствовал себя ужасно неловко. Всю ночь его мучили странные, пугающие параллели между этой ледяной первогодкой и его виртуальным напарником Eisenherz. Мозг Кенмы, привыкший к чётким игровым алгоритмам, буксовал, пытаясь связать два не связанных между собой мира, а тут ещё и Куроо силой притащил его к самому источнику его ментального хаоса. Не выдержав, Кенма всё же бросил быстрый, раздраженный и одновременно безумно любопытный взгляд на Киру сквозь отросшую желто-черную челку. — Козуме-сан, — Кира слегка наклонила голову, подмечая его скрытую нервозность и мешки под глазами. Внутри неё разлилось приятное, обжигающее чувство тактического азарта. — Надеюсь, ты вчера не промок под тем ливнем. Твой иммунитет и так не кажется мне образцовым, а Некоме нужен дееспособный пасующий, особенно перед важными отборочными матчами. Будет обидно проиграть из-за банальной простуды. — Всё нормально... Я не промок, — Кенма наконец полностью закрыл приставку, с тихим щелчком опустив панель, и уставился прямо на Киру. Его золотистые глаза на секунду полыхнули несвойственным ему, упрямым и резким огоньком. — И с моим иммунитетом всё в порядке. Я редко болею. Не нужно делать поспешные выводы, основываясь только на моём внешнем виде, Кайси-сан. Кира удивленно приподняла одну бровь. Этот тихий, вечно ускользающий парень впервые открыто огрызнулся в её присутствии. Это была защитная реакция загнанного в угол аналитика. Значит, он начинает принимать правила её игры, сам того не осознавая. — Охо, какая муха тебя укусила, Кенма? — Куроо весело перевёл взгляд с друга на Киру, явно забавляясь этой внезапной вспышкой. Он перехватил инициативу, наклоняясь к Кире чуть ближе, отчего его тень полностью накрыла скамейку. Глаза капитана опасно сузились. — Так вот, Кайси-сан. Я тут всю ночь думал над твоими вчерашними словами в зале. Про «новую переменную» в лице Карасуно и их «непредсказуемость». Ты ведь не просто бросила эту фразу, чтобы поумничать. Ты ведь детально видела их игру, верно? Или, может, ты умеешь читать чужие тактические схемы по воздуху? Откуда у первогодки, которая заявляет, что далека от спорта, такие глубокие познания в нашей кухне? Кира спокойно встретила его давящий, проверяющий на прочность взгляд. Ей нравился Куроо как соперник — он был умен, проницателен, обладал великолепной интуицией и умел читать людей. Настоящий мозг и дирижер своей волейбольной команды. Но против её уровня симуляции и холодного расчета у него просто не было шансов. — Я умею читать сухую статистику, Куроо-сан, — ледяным, размеренным тоном парировала она, смотря ему прямо в глаза.— И умею сопоставлять факты, которые лежат на поверхности для любого, у кого есть логика. Карасуно — команда с колоссальным атакующим потенциалом, но критически слабой стабильностью. Вы — их полная противоположность. Защита Некомы монолитна, гибка, но предсказуема для тех, кто умеет вычислять тайминги пасов и траектории движения игроков. Если ваш связующий устанет физически или, что более вероятно, отвлечется на внешние раздражители раньше времени, ваша «кошка» просто потеряет когти и погрязнет в собственных ошибках. Для этого не нужно быть спортивным экспертом, достаточно владеть базовым анализом. Куроо на секунду полностью перестал улыбаться. Его лицо стало серьезным, а взгляд — по-настоящему острым, оценивающим. Атмосфера между тремя подростками мгновенно наэлектризовалась, словно воздух перед вчерашней грозой. — Кенма, ты слышал это? — тихо, без прежней шутливости произнес капитан, не сводя напряженного взгляда с Киры. — Нас только что разложили по полочкам и лишили когтей всего за три предложения. — Я слышал... — Кенма сделал шаг вперед, неожиданно полностью выходя из-за спины Куроо. Его бледные щеки слегка порозовели — то ли от легкого утреннего ветра, то ли от скрытого волнения, а голос прозвучал на удивление отчетливо и твердо: — Кайси-сан права только в сухой теории. Но спорт — это не математические графики на бумаге. На практике защита Некомы строится не на фиксированных таймингах, а на постоянной ментальной адаптации к противнику. Если Карасуно попытается ускорить темп до своего максимума, я не буду подстраиваться под их скорость. Я просто изменю траекторию передач, собью их ритм и заставлю их блокирующих бегать вслепую, выматывая самих себя. Это... чистая геометрия площадки, где мы управляем пространством, а не они. Кира почувствовала, как по её коже пробежала легкая волна мурашек. Это было поразительно. Кенма защищал свою стратегию с тем же самым скрытым, яростным и дотошным азартом, с каким её ночной тиммейт applepi отстаивал тактику рейдов в текстовом чате, когда они спорили до четырех утра из-за расстановки сил. Те же речевые маркеры, то же нежелание уступать в вопросах чистой логики. — Математика и геометрия сильны только тогда, когда в расчеты не закрадываются системные ошибки, Козуме-сан, — Кира медленно поднялась со скамейки, делая шаг к нему навстречу. Теперь они стояли почти на одном уровне, и её темные глаза встретились с его золотистыми в безмолвном, невидимом поединке. — А судя по твоей реакции и легкой заторможенности, ты сегодня явно не выспался. Твой собственный процессор перегружен. Какая уж тут адаптация на площадке? Кенма шумно выдохнул сквозь зубы, его губы дрогнули, готовые выдать резкий, колкий ответ, но этот напряженный, звенящий тактический баттл был бесцеремонно и шумно разрушен. — Кира-а-а-а! Боже, я едва успела на эту чертову электричку! — со стороны школьных ворот, оглушительно гремя металлической фурнитурой огромной сумки, неслась Юми. Ее щеки пылали румянцем, каштановые волосы растрепались во все стороны, а в правой руке она отчаянно зажимала пластиковый стакан с ледяным латте, из которого на ходу выплескивались капли пены. — Доброе... Ой. Юми резко, со скрипом затормозила своими яркими кедами прямо перед их группой, едва не пролив остатки кофе на чистые кроссовки Куроо. Она удивленно перевела дыхание, широко распахнутыми глазами осматривая сначала высоченного, замершего с ухмылкой Куроо, затем насупившегося, взъерошенного Кенму, а под конец — абсолютно невозмутимую Киру. — Привет, Юми, — Кира плавно отступила на полшага назад, мгновенно возвращая себе привычную маску ледяного, безупречного спокойствия. — Как раз вовремя. Позволь мне познакомить тебя с коллегами по тактическому спору. Это Куроо Тетсуро, капитан волейбольного клуба, старшеклассник. А это Козуме Кенма, их связующий. Мальчики, это Юми. Моя одноклассница, подруга и, возможно, будущий великий дизайнер одежды, если перестанет опаздывать на транспорт. — О-о-о, дизайнер? — Куроо мгновенно сориентировался, и его серьезное лицо снова расплылось в привычной, хитрой и обаятельной улыбке. Он вежливо и плавно наклонил голову, переводя всё утреннее напряжение в легкую шутку. — Очень приятно, Юми-тян. Какое высокое звание! Значит, ты творишь текстильное искусство, а Кира просчитывает для тебя идеальные швы и лекала по линейке? Теперь мне окончательно понятно, почему она видит весь наш мир исключительно в виде геометрических схем и системных ошибок. У неё отличный учитель в лице сухих цифр. — А... да! Здравствуйте! Мне тоже очень приятно! — Юми от такого внимания со стороны высокого, харизматичного старшеклассника густо покраснела до самых кончиков ушей, судорожно закивав головой. Она украдкой, но весьма ощутимо толкнула Киру локтем в бок, округлив глаза и безмолвно крича всем своим видом: «Это тот самый капитан?! Которого ты назвала просто "элементом системы"?! Да он же чертовски привлекательный! И ты молчала?!» Немного справившись с шоком, Юми затараторила, активно жестикулируя свободной рукой: — Кира просто... она правда гений в расчетах! Я вот вообще в цифрах ничего не понимаю, вечно путаю миллиметры в выкройках, а она один раз посмотрит на мой хаотичный чертеж — и сразу видит, где сползла симметрия. Я без её графиков как без рук, честное слово! А вы, значит, те самые волейболисты, про которых все говорят? Круто! Кенма-кун, верно? А я тебя, кстати, кажется, видела вчера в коридоре у автомата! Ты ведь тоже на приставке играешь? Я заметила у тебя в руках такую же Нинтендо, как у моего младшего брата, только цвет другой! Кенма от такого внезапного, шквального напора девичьей энергии ощутимо вздрогнул, сделал еще один шаг назад и попытался буквально вжаться подбородком в высокий воротник своей школьной куртки. Его пальцы снова судорожно вцепились в корпус спрятанной в кармане приставки. — Да... играю... Бывает... — тихо, едва слышно выдавил он, напрочь отказываясь смотреть Юми в лицо и уставившись на подсыхающую лужу у своих ног. — О, нашего Кенму лучше не трогать, когда речь заходит об играх или громких разговорах, Юми-тян, — весело хохотнул Куроо, закидывая руки за голову и с интересом рассматривая Юми. — Иначе он уйдет в глухую оборону и сотрет свой персональный код из реальности окончательно. Он у нас парень непубличный, общается только посредством пасов и игровых серверов. — Ну, игры — это тоже отличный способ развивать пространственное мышление! — не унималась Юми, делая глоток своего латте и искренне пытаясь поддержать беседу, пока Кира молча наблюдала за ними со стороны. — Я вот когда создаю концепты одежды, тоже иногда вдохновляюсь образами из видеоигр. Там бывают такие крутые костюмы у персонажей! Особенно у магов или рыцарей в тяжелых доспехах. Плотные ткани, металл, строгие линии... Это же чистая эстетика! При словах «рыцари в тяжелых доспехах» Кенма снова резко поднял голову, бросив на Киру быстрый, почти испуганный взгляд. В его сознании опять вспыхнул ник Eisenherz. *Суровый, железный рыцарь*. Совпадения продолжали множиться с пугающей скоростью, наслаиваясь друг на друга, как баги в неоптимизированном коде. Школьный двор тем временем заметно опустел. Большая часть учеников уже перетекла в теплое здание учебного корпуса. Над головами подростков раздался громкий, раскатистый и длинный звонок, эхом пронесшийся над пустыми скамейками и возвещающий о том, что до начала первого урока осталось ровно пять минут. — Оу, кажется, время наших тактических дебатов официально истекло, — Куроо с легким сожалением посмотрел на огромные круглые часы, закрепленные над главным входом в школу, а затем снова повернулся к Кире, и его ухмылка стала еще более задорной. — Ну что, Кайси-сан, спор еще далеко не окончен. На следующей же открытой тренировке я лично докажу тебе, что наша «кошка» не просто умеет адаптироваться к любым переменным, но и способна переписать любые чужие расчеты прямо по ходу матча. Придешь посмотреть на наш крах или нашу победу? — Только если у меня будет свободное от изучения настоящей литературы время, Куроо-сан, — Кира едва заметно улыбнулась одними кончиками губ, её голос оставался ровным и невозмутимым. — Буду ждать ваших доказательств. Посмотрим, чья система окажется гибче. — Договорились! Юми-тян, было очень приятно пообщаться, не позволяй Кире совсем замучить тебя математикой! — Куроо весело махнул рукой на прощание и, бесцеремонно схватив за шиворот всё еще погруженного в свои мысли, глубоко задумавшегося Кенму, потащил его в сторону лестницы для старшеклассников. Связующий Некомы послушно переставлял ноги, но в самый последний момент, перед тем как зайти за стеклянные двери, он обернулся. Через плечо Куроо он бросил на Киру один-единственный — долгий, тяжелый, невероятно пристальный взгляд, в котором смешались подозрение, вызов и глубокое, отчаянное замешательство аналитика, чья гипотеза трещит по швам. — Боже мой, Кира-а-а-а! — как только парни скрылись из виду, Юми буквально набросилась на подругу, хватая её за локти и прыгая на месте от переизбытка эмоций. Её стакан с латте опасно накренился. — Это что сейчас вообще было?! Капитан волейболистов — он же просто отпад! Такой высокий, харизматичный, а этот его голос? И то, как он улыбается! Стиль одежды у него, конечно, слегка небрежный, я бы перешила ему пиджак, чтобы подчеркнуть линию плеч, но в целом — чистый седзе-манга персонаж! А ты с ним разговариваешь так, будто он тебе отчет по бухгалтерии сдает! У меня аж искры перед глазами летали от вашего напряжения! Вы о чем вообще спорили?! Какая еще статистика, какие когти?! — Успокойся, Юми, ты прольешь кофе на свою форму, — Кира мягко, но настойчиво высвободила свои руки из захвата подруги и поправила лямку сумки. Они неторопливо зашагали к дверям своего крыла. — Мы говорили исключительно о волейбольной стратегии Некомы и их будущих соперниках. Ничего личного. Куроо-сан слишком самоуверен в своей защите, а я не люблю, когда очевидные уязвимости системы выдают за абсолютное совершенство. — Ой, да ладно тебе, «уязвимости», «системы»... Ты неисправима! — Юми зашагала рядом, забавно надув губы и делая очередной глоток через трубочку. — Ты даже на таких парней смотришь как на набор текстур и геометрических формул. А второй? Маленький, этот Кенма-кун? Он же такой милый! Настоящий взъерошенный котенок, который хочет спрятаться от всего мира в свой воротник. Но ты видела, как он на тебя посмотрел в конце? Прямо у-у-ух! Мне показалось, он тебя взглядом сканировал. Вы с ним раньше где-то пересекались, кроме вчерашнего дождя? Кира на секунду замолчала, смотря на свои чистые туфли, мерно стучащие по кафельному полу школьного коридора. В памяти снова всплыл этот кошачий, золотистый взгляд. — Нет, Юми. Мы не пересекались, — спокойно и твердо ответила она, хотя внутри её аналитического центра загорелся новый маркер. — Просто Козуме-сан очень не любит проигрывать в логических спорах. Мы похожи в этом аспекте. Пойдем быстрей, учитель английского не разделит твой восторг по поводу волейболистов, если мы опоздаем на его лекцию. Они вошли в свой класс как раз в тот момент, когда над школой прозвучал финальный, предупреждающий удар колокола. Кира села за свою парту, достала учебник и мысленно зафиксировала еще один важнейший паттерн прошедшего утра: Кенма начал открыто, агрессивно защищать свою стратегию. Его привычная выдержка и желание оставаться в тени дали серьезную трещину. А это значит, что приманка сработала идеально. Тем временем на втором этаже, в коридоре старших классов, Куроо и Кенма быстро шли к своему кабинету. Капитан весело насвистывал какую-то бодрую мелодию, явно довольный утренней встряской, а Кенма плелся чуть позади, низко опустив голову и уставившись на носки своих кроссовок. Его пальцы внутри кармана куртки судорожно, до побеления суставов сжимали пластиковый корпус Нинтендо. В его голове сейчас происходил настоящий ментальный взрыв. «Шахматы... — лихорадочно думал Кенма, и в его сознании разрозненные кусочки пазла наконец начали стягиваться в одну пугающую картину. — Сперва эти её странные геймерские словечки у автомата про тайминги и баги. Вчера — шахматы и литература. А сегодня она в открытую говорит про "системные ошибки" и "ошибки в дебютах". Ночью Eisenherz написала мне в чате точь-в-точь те же слова про закрытый дебют и пошаговую стратегию. И этот её тон... Этот холодный, расчетливый, абсолютно бескомпромиссный подход к вещам. Стиль, в котором нет места лишней суете и эмоциям. Точно так же Eisenherz контролирует каждый шаг в данже и отчитывает меня за малейший промах по времени». Кенма нахмурился, чувствуя, как внутри груди нарастает странное, тяжелое и одновременно безумно пьянящее волнение, от которого слегка кружилась голова. Он резко потряс головой, прогоняя наваждение и пытаясь вернуть привычный контроль. «Нет, это бред. Это просто статистическая флуктуация, — пытался успокоить себя связующий. — Eisenherz — это суровый, опытный рыцарь-танк, который прикрывает мою спину на сервере уже больше полугода. Мы прошли десятки рейдов. А Кайси Кира — просто высокомерная, начитанная первогодка с хорошим аналитическим складом ума и скверным характером. Реальная жизнь — это не игра, в ней не бывает настолько кинематографичных совпадений. Это глупо. Но почему тогда... почему мне кажется, что я играю в одну и ту же партию с ними обоими?» — Эй, Кенма, ты чего опять завис на ровном месте? — Куроо резко остановился у двери класса и ткнул друга локтем в бок, прерывая его внутренний монолог. — Заходи давай, а то Яку нас точно сожрет живьем и даже не подавится за опоздание на построение перед уроком. — Да... иду я, — тихо, почти беззвучно ответил связующий. Он проскользнул мимо капитана в класс и сел за свою парту у окна. Кенма открыл тетрадь, но его взгляд был устремлен на стекло, по которому все еще стекали редкие капли утренней влаги. Козуме Кенма, который всю свою жизнь сознательно избегал любых трудностей, ответственности и сложных, запутанных загадок в реальном мире, впервые в жизни почувствовал, что напал на след чего-то по-настоящему масштабного и грандиозного. И эта скрытая игра, правила которой он еще не до конца понимал, обещала стать самой захватывающей и опасной партией в его жизни. Скорее бы закончились занятия. Уже 15:21 Ему отчаянно нужно было зайти на сервер и лично проверить одну безумную теорию.