Шисюн и шиди в Облачных Глубинах

      Выздоровление Вэй Усяня всё же немного затянулось, но Лань Ванцзи не отходил от него и заботился так нежно и трепетно, что Вэй Усянь наконец смог восстановить силы. Он то засыпал, то приходил в себя, но Лань Ванцзи неизменно был рядом, играя целительные мелодии и поднося укрепляющий чай — и целуя, целуя много, осторожно, без конца. Хорошенько осмотрев шрамы своего пациента, лекарь Лань Бао успокоил Лань Ванцзи — в них не было тёмной ци или гневной энергии, подобной той, что носят в себе сабли ордена Не. — Возможно, дело было просто в ненависти Юй Цзыюань, — успокоил целитель Второго Нефрита. — Покой, целительные мелодии, даже ласки, нет, я бы сказал, особенно ласки, помогут этим шрамам сойти уже в скором времени. Ненависть излечит тепло, А-Чжань. Только тепло. — Благодарю, наставник Бао, — поклонился Лань Ванцзи, и продолжил заботиться о возлюбленном ещё нежнее.       От своего возлюбленного Вэй Усянь узнал, что, пока лежал в постели, Цижэнь с Вэнь Цин вступили в брак, Вэнь Нин стал помогать лекарям Лань, чем заслужил немалую благодарность адептов — теперь на них с Вэнь Цин уже никто в Облачных Глубинах не смотрел с предубеждением. Цзян Чэн рядом с любимым наставником также пришёл в себя ото всех пережитых потрясений, и благословлял Небеса за своё решение избавиться от Цзыдяня, повторяя, что охотнее носил бы скромный бумажный веер Не Хуайсана, чем подобное духовное оружие. К тому времени, как Вэй Усянь окончательно смог встать с постели, произошло ещё одно значимое событие — в Облачные Глубины вернулся Сичэнь в сопровождении Не Минцзюэ. Как узнал Вэй Усянь от Лань Ванцзи, они с Сичэнем и Цижэнем не раз говорили о том, чтобы не только освободить Пристань Лотоса от Вэней, но и совершить поход в Безночный Город, и Вэнь Цин уже снабдила Цижэня для этого охранными талисманами, только чудом убедив Не Минцзюэ не причинять вреда мирным Вэням. — Мы тоже отправимся туда, Лань Чжань? — спросил Вэй Усянь, уже представляя себе, как не только вернёт Суйбянь, но и сможет найти в сокровищнице Вэней что-нибудь весьма любопытное. — Не вздумай, — сразу же прервал его Лань Ванцзи. — Ты ещё слаб. Там будут дядя, брат и глава Не. — А Цзян Чэн? — спросил Вэй Усянь. — Дядя настаивал, чтобы твой шиди оставался здесь, где безопаснее всего, но, узнав, что Чифэн-цзунь отправится в Цишань, Цзян Ваньинь настоял, что также непременно хочет быть там. — Чифэн-цзунь? — переспросил Вэй Усянь. — Цзян Чэн, выходит, успел полюбить его. Недаром так просил наставника Ланя не спешить с устройством своего брака… — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи. — Брат также это заметил и не против помочь им сблизиться, если Чифэн-цзунь будет не против позаботиться о Ваньине. — Это к лучшему, Лань Чжань, только к лучшему, — улыбнулся Вэй Усянь. — Им будет хорошо вместе. Но всё же, прошу, Лань Чжань, летим в Безночный Город тоже. Я устал лежать. У меня давно ничего не болит, да и наставник Бао не против…       Он вдруг неслышно заплакал. Лань Ванцзи погладил его по голове и поцеловал в волосы. Второй Нефрит успел поклясться себе, что его Вэй Ин больше не узнает скорби, поэтому очень нежно ответил: — Хорошо. Летим в Цишань.       Прибыв в Безночный Город, они были немало удивлены, увидев во главе заклинателей, атаковавших Вэней, не кого иного, как госпожу Цзинь. Заметив среди прибывших Вэй Усяня и Лань Ванцзи, она ловко бросила им Суйбянь и Бичэнь. — Теперь я понимаю, почему Вэни в своё время не причинили никакого вреда Башне Золотого Карпа, — понял Вэй Усянь. — Госпожа Цзинь сражается лучше многих. О если бы это произошло хоть немного раньше — может быть, не было бы никакого лагеря перевоспитания, да и Пристань Лотоса бы осталась цела… — Кто знает, что было причиной, — вполголоса ответил ему Лань Ванцзи. — Возможно, глава Цзинь всё же не хотел рисковать своей женой, зная её немалый потенциал, ведь, проиграй госпожа Цзинь Вэнь Жоханю, это не только неминуемо отразилось бы на всём ордене Цзинь, но и на ней самой — госпожа Цзинь наверняка стала бы пленницей Вэнь Жоханя, а значит, её не ждало бы ничего хорошего, он ведь мог из мести сделать госпожу Цзинь своей наложницей, чего глава Цзинь допустить не мог уж точно. А может быть, госпожа Цзинь уступила просьбе госпожи Юй поберечь себя, они ведь были лучшими подругами. Но, скорее всего, причина в ином. — В чём же, Лань Чжань? — заинтересовался Вэй Усянь. — Прежде госпожа Цзинь всё же была не так сильна, а то, что Цзинь Цзысюаня всё же пришлось отправить в лагерь перевоспитания, подтолкнуло её совершенствоваться усерднее. И к моменту возвращения Цзинь Цзысюаня его мать была уже сильна по-настоящему, достаточно, чтобы возглавить поход на Безночный Город. — Сильнее даже госпожи Юй? — спросил Вэй Усянь. — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи. — Но даже если так, что сможет госпожа Цзинь противопоставить Вэнь Чжулю с его даром? — чуть пожал плечами Вэй Усянь. — Ей надо помочь — я знаю, как.       Лань Ванцзи снова кивнул, мгновенно поняв намерение возлюбленного. Соединив игру на гуцине-Ванцзи и флейте Чэньцин, они смогли обездвижить Сжигающего Ядра, а госпожа Цзинь, послав юношам благодарный взгляд, связала руки Вэнь Чжулю золотыми цзиньскими нитями из ци, лишив его возможности применять свой дар. — Надолго ли нити госпожи Цзинь сдержат Вэнь Чжулю, Лань Чжань? — вздохнул Вэй Усянь. — Ведь госпожа Цзинь стала сильнее слишком недавно… — Не сомневайся, юноша, — уверила его госпожа Цзинь, одной рукой отражая атаки меча Вэнь Сюя, а другой — отбрасывая посылаемое в неё вэньское пламя.       С Вэнь Чао, оставшимся без защиты Вэнь Чжулю, заклинатели справились шутя, над Вэнь Сюем в конце концов одержала верх госпожа Цзинь, хоть это и стоило ей огромных сил, но оставался Вэнь Жохань — все понимали, что глава Вэнь им не по зубам. — Дядя всё же сразится с главой Вэнь, — твёрдо сказал Лань Ванцзи вполголоса, так, словно знал это давно. — Вэнь Жохань заставлял наставника Ланя страдать и прежде? — предположил Вэй Усянь. — Или между ними было нечто в юности, что ранило наставника Ланя? — Должно быть, и то, и другое, — ответил Лань Ванцзи. — Будем наготове — я не хочу, чтобы дядя пострадал, как и ты, и брат. — Я тем более не прощу себе, если с наставником Ланем, с тобой или с Сичэнем-гэ случится хоть что-то, — кивнул Вэй Усянь. — Но ничего, Вэнь Цин успела научить меня одному секрету, способному рассеять и обезвредить вэньское пламя. — Особая мелодия на Чэньцин? — понял Лань Ванцзи. — Именно так, Лань Чжань, — подтвердил Вэй Усянь. — Вэнь Цин подсказала мне эту мысль, как только я вырезал Чэньцин. — Всё же разумнее прибегнуть к помощи музыки, только если не будет иного выхода, — решил Лань Ванцзи. Вэй Усянь согласился с возлюбленным, чувствуя, что так действительно будет лучше.       Оба, как и Сичэнь с Не Минцзюэ и остальными, наблюдали за поединком Вэнь Жоханя и Лань Цижэня, невольно замерев. И Сичэнь, и его младший брат признавали, что их дядя сражался с искусством, какого не демонстрировал никогда прежде. Кто знает, что именно придало сил наставнику Ланю — память ли о страданиях Лань Ванцзи в лагере Вэней или любовь к Вэнь Цин и сознание того, что Вэнь Жохань может заставить её страдать, если позволить ему одержать верх. Возможно, и то, и другое вместе помогло Цижэню нанести удар, от которого глава Вэнь упал мёртвым. — Неужели?.. — тихо выдохнул Лань Ванцзи. — Выходит, что да, — кивнул любимому Вэй Усянь.       За поединком Цижэня и Вэнь Жоханя следил и ещё один человек — Мэн Яо. Не вступая в битву, он, тем не менее, готов был вмешаться в любой момент. Пока Мэн Яо наблюдал за противостоянием двух сильнейших совершенствующихся, в котором одинаковое уважение внушали и мощь главы Вэнь, и неколебимое спокойствие старейшины Лань, о которое разбивалось даже пламя, перед глазами юноши невольно прошли самые значимые моменты его жизни — он попытался прийти в Башню Золотого Карпа, но был отвергнут, поступил на службу в Нечистую Юдоль и почти смог стать правой рукой главы Не, но и в ордене Не у него в конце концов не сложилось, он служил у Вэнь Жоханя — сильнейшего из заклинателей, но и тот смотрел на Мэн Яо свысока. Что если он попросит приюта у Ланей? Лань Сичэнь был единственным, кто отнёсся к нему с искренним теплом, так, что сердце Мэн Яо затрепетало. Он сделал бы, что угодно, только бы Сичэнь смог полюбить его… И тут Мэн Яо заметил, что Вэнь Чжулю, пока все остальные несколько отвлеклись, наблюдая за поединком старейшины Лань и главы Вэнь, сумел сбросить с себя и обездвиживающее заклятие Ланей, и золотые нити госпожи Цзинь. Ощутив, что свободен, Вэнь Чжулю бросился к Вэй Усяню. Почему именно он стал мишенью для ненависти Сжигающего Ядра? Потому ли, что тот помнил, как Вэй Усянь смотрел на него в Пристани Лотоса — с откровенным презрением и едва ли не с насмешкой, хотя и сам истекал кровью после тридцати полученных ударов Цзыдянем? Так или иначе, но Вэнь Чжулю бросился именно на Вэй Усяня — так стремительно и злобно, что, казалось, тому уже не спастись, но неожиданно Вэнь Чжулю упал навзничь, не успев нанести удара — Мэн Яо метнул ему в спину клинок. Вэй Усянь моргнул, поняв, что ему только что угрожало, и что он спасён. Лань Ванцзи порывисто обнял возлюбленного, а Сичэнь взглянул на Мэн Яо с искренней благодарностью. Госпожа Цзинь же смерила его откровенно презрительным взглядом. — Не повезло в Башне Золотого Карпа, у Не и у Вэней — решил произвести впечатление на Ланей и стать приёмным сыном Лань Цижэня? Мэн Яо не ответил, но Сичэнь прикрыл его собой, сказав весьма твёрдо: — Госпожа Цзинь может питать предубеждение к Мэн Яо, но я — нет. Мэн Яо спас молодого господина Вэя, и я на правах главы ордена Лань принимаю Мэн Яо в клан. — Как угодно, — пожала плечами госпожа Цзинь и обратилась уже к Вэй Усяню: — Яньли передаёт тебе привет, юноша. Она вполне счастлива с Цзысюанем, вернувшись из Пещеры Черепахи-Губительницы он серьёзно изменился к лучшему и очень нежен с Яньли. Прости, что мы с Гуаньшанем не пригласили вас с Ваньинем на её брачную церемонию, но ради безопасности Яньли брак нужно было заключить, как можно скорее. — Я понимаю, госпожа Цзинь, — кивнул Вэй Усянь. — Главное, что шицзе счастлива. Но ведь госпожа Цзинь хотела сказать мне не только это, верно? — Ты всегда был проницателен, — чуть улыбнулась госпожа Цзинь. — Видишь ли, я слышала, что в Пещере Черепахи-Губительницы тебе удалось добыть меч из тёмного железа. Это в самом деле так? — Госпожа Цзинь права, — признал Вэй Усянь. — По правде говоря, я почти забыл о нём и подумывал избавиться, но только не знаю, как. — Если он всё ещё при тебе, лучше избавиться сейчас, — разумно заметила госпожа Цзинь. — Кто знает, что может случиться, если хранить тёмное железо при себе слишком долго… — С помощью золотых нитей госпожи Цзинь? — недоверчиво улыбнулся Вэй Усянь. — Вэнь Чжулю они удержали недолго, смогут ли уничтожить тёмное железо? — А ведь госпожа Цзинь рассудила здраво, молодой господин Вэй, — заметил Сичэнь. — Если мы объединим наши духовные силы, от тёмного железа удастся избавиться.       Так и было сделано — все собрались, и меч из тёмного железа был благополучно развеян. Пока это происходило, Сичэнь не мог не заметить, как Цзян Чэн, стоявший рядом с Не Минцзюэ, смотрел на главу Не — с таким восхищением и надеждой, что глава Лань, сам ощущавший неодолимую нежность к Мэн Яо, твёрдо решил помочь им сблизиться, предчувствуя, что этот союз не принесёт обоим ничего, кроме счастья. За этим последовала ещё одна неожиданность. Цижэнь с Лань Ванцзи и Вэй Усянем решили наведаться в библиотеку Безночного Города, чтобы привезти самые интересные для изучения тома в подарок Вэнь Цин, ведь вряд ли Вэнь Жохань позволял ей пользоваться своей библиотекой так свободно, как хотелось бы, и среди свитков и книг нашли малыша, спрятавшегося так, что заметить его сразу его было весьма нелегко. — Кто ты? — спросил Вэй Усянь, широко улыбнувшись, так как видел, что мальчик растерян и напуган. — Юань… — всхлипнул малыш. — Мне страшно… Я хочу к тёте Цин и дяде Нину… — Они оба со мной, — успокоил дитя Цижэнь. — Я отвезу тебя в Облачные Глубины, там тебе будет спокойно. В Безночном Городе есть ещё кто-то из твоих близких? — Бабушка, — кивнул Юань, протягивая руки к Цижэню. — Мы её найдём, — пообещал Цижэнь, устраивая Юаня у себя на руках. — Не бойся.