Секрет под паутиной

Коридоры Мидтаунской школы науки и технологий гудели, как растревоженный улей. Питер сидел на уроке геометрии, уткнувшись лбом в прохладную деревянную парту, и молился только об одном: чтобы этот день поскорее закончился. ​Каждый шорох, каждый громкий смех одноклассников отзывались в его голове острой болью. Но хуже всего были запахи. Школьная столовая на первом этаже сегодня пекла пиццу «Пепперони», и этот обычно любимый аромат жирной колбасы и расплавленного сыра сейчас казался Питеру настоящим биологическим оружием. Желудок судорожно сжимался, напоминая, что утренний приступ тошноты еще может повториться. ​— Чувак, ты вообще живой? — Нед Лидс толкнул его локтем в бок, взволнованно округлив глаза. — Ты пропустил уже три звонка. И... почему ты не прикоснулся к своему черничному кексу? Ты же обожаешь чернику. ​Питер медленно поднял голову. Под глазами залегли глубокие тени, а кожа казалась почти прозрачной. На нем снова была та самая безразмерная темно-синяя худи. Он поправил её на животе, неосознанно натягивая ткань пониже. ​— Я не голоден, Нед. Правда, — тихо ответил Питер, отодвигая от себя тарелку. ​— Так, Паркер, с меня хватит, — Нед дождался, пока учитель повернется к доске, чтобы начать писать формулы, и придвинулся ближе. — Ты не спишь. Ты выглядишь так, будто тебя покусал вампир, а не паук. Ты носишь зимнюю одежду в июне. И от тебя... чувак, от тебя пахнет вишневым сиропом так сильно, что у меня зубы сводит. Какие, к черту, химикаты Старка? Ты омега, Питер. Я твой лучший друг, я знаю твой запах. Что происходит? ​Питер почувствовал, как по спине пробежал ледяной трепет. Он посмотрел на Неда — в его глазах была чистая, искренняя тревога. Скрывать это дальше от человека, который прикрывал его каждый раз, когда он улетал в окно в костюме Паука, было выше его сил. ​— Нед... — шепнул Питер, и его голос предательски дрогнул. — Давай уйдем с физики. Пожалуйста. Мне нужно тебе кое-что показать. ​Через десять минут они сидели в самом дальнем, полутемном углу школьной библиотеки, между стеллажами со старыми энциклопедиями, куда годами никто не заглядывал. Питер глубоко вздохнул, собираясь с духом, и медленно, осторожно потянул край своей огромной толстовки вверх, оголяя живот. ​Нед замер. Его рот медленно открылся, а глаза стали размером с чайные блюдца. ​Под тонкой школьной футболкой отчетливо выделялся небольшой, но уже круглый, мягкий холмик, который никак нельзя было спутать с результатом плотного обеда. Паучье чутье Питера в этот момент выдало мягкую, ритмичную пульсацию, защищая маленькую жизнь от любого внешнего вмешательства. ​— О... мой... Бог, — едва слышно прошептал Нед, хватаясь за голову. — Питер... Ты... Ты ждешь ребенка? ​Питер судорожно опустил толстовку и закрыл лицо руками, сдерживая подступающие слезы. ​— Да, Нед. Да. Пять с половиной недель. ​— Но... как? Кто?! — Нед перешел на панический шепот, оглядываясь по сторонам. — Кто этот Альфа? Тот парень из параллельного? Или... подожди. Тот запах озона, который был на тебе месяц назад... Нет. Быть не может. Только не говори мне, что... ​— Тони Старк, — выдохнул Питер, утыкаясь носом в свои колени. — Это Тони, Нед. Но он ничего не знает. И никто не знает. Тетя Мэй думает, что я связался с плохой компанией или принимаю что-то. А завтра... завтра Старк вызывает меня на чекап к Брюсу Бэннеру. Если я пойду туда, они всё узнают. Мне конец, Нед. Мне просто конец. ​Нед сидел в полном шоке, пытаясь переварить информацию о том, что его лучший друг-подросток беременен от самого известного супергероя планеты. Но преданность другу взяла верх над паникой. Он решительно положил руку на плечо Питера. ​— Так. Спокойно. Мы что-нибудь придумаем, чувак. К Бэннеру тебе нельзя, это точно. Мы найдем способ пропустить этот осмотр. Я с тобой, слышишь? Мы справимся. ​Питер поднял на него полные слез глаза и впервые за долгое время слабо, но искренне улыбнулся. У него появился союзник. Но времени до встречи в Башне оставалось всё меньше.