Секрет под паутиной

Взломать программное обеспечение, созданное Тони Старком, считалось задачей из разряда невыполнимых. Но когда на кону стояла твоя самая страшная тайна, а мозг работал в режиме перманентного стресса, грани возможного стирались. ​Питер сидел на полу в своей комнате, обложившись учебниками, чтобы у тети Мэй не возникло лишних вопросов. На его коленях лежал разобранный веб-шутер, подключенный к старому, модифицированному ноутбуку. Экран заливал лицо парня синеватым светом, отражая бесконечные строки кода. ​— Так, Карен... прости меня, — прошептал Питер, быстро стуча по клавишам. — Если ты расскажешь Пятнице, мне конец. ​— Питер, я фиксирую несанкционированный доступ к моим корневым протоколам безопасности, — раздался тихий, слегка искаженный голос ИИ из динамика ноутбука. — Я обязана отправить уведомление мистеру Старку. ​— Нет-нет-нет! Карен, отмена! Введи код авторизации: «Питер-Паркер-Стажер-Номе-Один-Восемь-Два», — Питер судорожно вбил комбинацию, которую подсмотрел в Башне еще пару месяцев назад. ​Экран моргнул красным, а затем сменился на зеленый. Система Старка пропустила его, признавая права администратора. ​— Доступ разрешен. Слушаю вас, Питер. Почему вы пытаетесь изолировать мои медицинские датчики? ​Питер сглотнул. Сердце колотилось в ушах. Ему нужно было переписать алгоритмы так, чтобы костюм игнорировал гормональные изменения, увеличение веса, смещение центра тяжести и, самое главное, второе сердцебиение. ​— Карен, создай изолированную подпрограмму, — тихо, но твердо скомандовал Питер. — Назови её... «Проект Кокон». Запиши туда текущие показатели моего пульса, давления и температуры как базовую норму. Все отклонения, связанные с... эм, эндокринной системой, блокируй. Для внешнего сервера Пятницы я должен выглядеть абсолютно здоровым, обычным Альфой или Бетой. И удаляй все логи каждые двадцать четыре часа. ​— Питер, сокрытие медицинских данных противоречит протоколу «Внутреннее руководство по обучению». Мои сенсоры показывают, что уровень твоего прогестерона и специфических гормонов омеги превышает норму на 400%. Согласно моей базе данных, это указывает на... ​— Я знаю, на что это указывает! — резко перебил её Питер, и в его голосе проскользнули слезы. Он прижал ладонь к животу, который под свободной футболкой уже начал едва заметно округляться, теряя привычные кубики пресса. — Пожалуйста, Карен. Если ты расскажешь ему, он заберет костюм. Он запретит мне помогать людям. Он возненавидит меня. Пожалуйста, сохрани это в тайне. ​ИИ замолчал на несколько долгих секунд. Программы Тони Старка были идеальны, но они были созданы для защиты. И Карен, проанализировав уровень стресса Питера, пришла к выводу, что раскрытие правды нанесет её носителю тяжелейшую психологическую травму. ​— Протокол «Кокон» активирован, Питер, — мягко отозвалась Карен. — Данные зашифрованы локально. Но я обязана предупредить: при физических нагрузках твой пульс будет расти быстрее. Ткань костюма обладает высокой эластичностью, но через два-три месяца скрывать изменения визуально станет невозможно. ​— К тому времени я что-нибудь придумаю, — выдохнул Питер, обессиленно откидываясь спиной на кровать. ​На следующий день был запланирован патруль. Надевая спандекс, Питер впервые почувствовал, что костюм сидит иначе. Пояс больше не прилегал идеально, а в области талии ткань натянулась чуть сильнее, чем обычно. Привычный прыжок с крыши отозвался странной, тянущей тяжестью внизу живота. ​Паучье чутье предупреждающе звякнуло, когда Питер перелетал с одной высотки на другую. Он больше не был один. Каждое его движение, каждый полет на паутине теперь были риском не только для его собственной жизни.