Что за чертовщина?

Питер поднял взгляд от окна, за которым суетилась платформа, и перевёл его на дверь купе. Он жестом призвал магию, готовый в любой момент применить какое-нибудь заклинание, но чутьё молчало. Это были не враги. — Войдите, — сказал он достаточно громко, чтобы его услышали за дверью. Дверь с лёгким стуком отъехала в сторону, и на пороге появилась знакомая компания. Драко Малфой, выглядевший как всегда безупречно, замер на мгновение, увидев, кто сидит в купе. За его спиной маячили Теодор Нотт, Блейз Забини и Пэнси Паркинсон. — Поттер, — произнёс Драко, и это прозвучало не как оскорбление, а как констатация факта. — Не занято? Питер окинул взглядом пустые сиденья напротив себя. Компания была не самой маленькой, но он вдруг понял, что не хочет отказывать. После утреннего расставания с семьёй, после всей этой суматохи с двумя мирами, ему не хотелось сидеть одному. К тому же, Локи был прав — змеи были ему ближе. — Свободно, — кивнул он, слегка усмехнувшись. — Присаживайтесь, раз пришли такой толпой. Ребята переглянулись. Пэнси, не дожидаясь приглашения, проскользнула внутрь и плюхнулась на место напротив Питера, окинув его быстрым, изучающим взглядом. Остальные зашли следом, и Драко, помедлив, закрыл за собой дверь купе, отгораживая их от шумного коридора. — Ну и ну, Поттер, — протянул Блейз, с интересом разглядывая его простую, но явно не магическую одежду — удобные тёмные джинсы и лёгкую толстовку. — Ты прямо магнит для слизеринцев. Сначала Лютный переулок, теперь поезд. Специально нас ищешь? — Ищу приключений, — парировал Питер, пожав плечами. — А вы где обычно тусуетесь? В конце поезда? Тео хмыкнул, оценив шутку. — Обычно да, но сегодня там какая-та истерика с гриффиндорцами. Лонгботтом потерял своего жабу, и теперь всё купе вверх дном. Мы решили, что тишина — это лучший вариант. — Жабу? — переспросил Питер, приподняв бровь. — Вы серьёзно? — Магический мир, Поттер, — вмешалась Пэнси, поправляя идеально уложенные волосы. — Привыкай. Здесь жаба может быть лучшим другом, а письмо с совой — главной новостью дня. Питер фыркнул, но в его глазах мелькнуло веселье. Он уже скучал по таким простым, земным (ну, или магическим) разговорам, которые не касались спасения вселенной. — Кстати, — Драко, наконец, сел, устроившись с максимально возможным комфортом. — Мы слышали, что распределение прошло… нестандартно. Без всей школы,тихо. Питер кивнул. — Да, мы решили не устраивать цирка. Провели всё в кабинете. — И ты попал к нам, — в голосе Драко не было насмешки, скорее любопытство. — Знал, что ты первый Поттер на Слизерине? — Мне уже сказали, — Питер посмотрел на Драко. — Есть проблемы? На несколько секунд в купе повисла тишина. Драко внимательно смотрел на него, и Питер чувствовал, как тот оценивает его, взвешивает. Он привык к такому взгляду — так смотрели на него и Флэш Томпсон, и журналисты на пресс-конференциях. Но во взгляде Малфоя не было враждебности, лишь холодный, аналитический интерес. — Проблемы? — Драко, наконец, чуть заметно улыбнулся, уголками губ. — Скорее наоборот. Наконец-то на нашем факультете будет кто-то, с кем интересно поговорить. — О, Мерлин, Драко, не начинай свои политические игры, — закатила глаза Пэнси, но в её голосе слышался интерес. — Поттер, не слушай его. Мы просто хотели убедиться, что ты не тот «золотой мальчик», которого описывает «Пророк». А после Лютного переулка и твоей… компании, — она многозначительно подняла бровь, намекая на Локи, — мы почти успокоились. Питер усмехнулся. — Могу вас заверить, «золотого мальчика» из меня не выйдет. — Это мы уже поняли, — вставил Блейз. — Когда ты без палочки заклинания кидаешь, это впечатляет. — Да и отец Драко после вашей встречи был… задумчив, — добавил Тео. — А он не часто бывает задумчивым из-за студентов. Питер пожал плечами. Он не собирался обсуждать Люциуса Малфоя. — Просто вежливость, — уклончиво ответил он. Разговор перетёк в более спокойное русло. Слизеринцы расспрашивали его о жизни вне магического мира, но Питер был осторожен, умело уходя от прямых вопросов о своей семье, заменяя их общими фразами про школу, науку и путешествия по разным странам. Его рассказы о «технологиях», которые могли работать без палочки, вызвали у Блейза и Тео неподдельный интерес. Пэнси больше занимала его внешность и то, почему он так спокойно относится к своей славе. — Тебя не бесит, что все на тебя пялятся? — спросила она прямо. — Ты же теперь самый обсуждаемый человек в Британии. Питер задумался на секунду. «Бесит ли меня, что на меня пялятся? После того, как за тобой охотится пол-вселенной, а пресса пишет, что ты незаконнорождённый наследник империи, магические сплетни кажутся детским лепетом». — Привык, — ответил он с лёгкой, но какой-то взрослой усталостью в голосе. — Главное, чтобы рядом были те, кому ты действительно дорог. А на остальных… мне плевать. Его слова, сказанные так просто и искренне, заставили слизеринцев замолчать. В этой фразе было что-то, что выходило за рамки их привычного мира чистокровных интриг и борьбы за влияние. В ней чувствовался опыт, которого у них не было. Тишину прервал стук в дверь. На этот раз он был более настойчивым. Дверь открылась, и на пороге появилась девочка с пышными каштановыми волосами и очень решительным выражением лица. За её спиной маячил рыжий мальчик. — Извините, — начала она, бросив быстрый взгляд на слизеринцев, но, узнав Поттера, её глаза расширились. — О, Гарри! Мы ищем Невилла. Он не заходил сюда? Питер узнал их. Это были те самые Гермиона Грейнджер и Рон Уизли из библиотеки. Рон, увидев, с кем сидит Поттер, тут же нахмурился и дёрнул Гермиону за рукав. — Пошли, Гермиона. Его тут нет. И вообще, нам тут не рады, — последнюю фразу он произнёс достаточно громко, косясь на Драко. Драко лишь элегантно закатил глаза, даже не удостоив Рона ответом. — Уизли, твой уровень интеллекта, как всегда, на высоте. Мы здесь мирно беседуем. Если не хочешь присоединиться, проваливай. Рон побагровел и уже открыл рот для ответной колкости, но Гермиона, сжав его руку, остановила его. Она перевела взгляд на Питера. В нём не было вражды, лишь любопытство и лёгкое разочарование. — Гарри, — сказала она официально. — Если тебе что-то понадобится, мы в конце поезда, в купе с Невиллом и Лавандой. — Спасибо, — кивнул Питер. — Удачи найти жабу. Гермиона удивлённо моргнула, но кивнула в ответ и, утянув за собой всё ещё бурчащего под нос Рона, закрыла дверь. В купе повисла напряжённая тишина, которую нарушил тихий смешок Блейза. — Ну, Поттер, кажется, ты только что сделал свой первый серьёзный выбор в магическом мире. И это был не Гриффиндор. Пэнси самодовольно улыбнулась. — Разумеется. Мы же не могли упустить такого, как ты. Питер посмотрел на них. Он видел их насквозь — их высокомерие было маской, их цинизм — защитой. Но под этой бронёй он чувствовал то, что было знакомо ему самому: желание быть частью чего-то, быть принятым, иметь надёжный тыл. Они были не плохими и не хорошими. Они были просто… детьми своего мира. Такими же, как и он. — Ладно, — сказал он, откидываясь на спинку сиденья и чувствуя, как напряжение последних дней начинает отпускать его в этом странном, новом, но почему-то не чужом окружении. — Рассказывайте, что за предметы нас ждут. И почему все так боятся Снейпа? Слизеринцы переглянулись, и на их лицах появились понимающие улыбки. Разговор возобновился, став ещё более живым и открытым. Поезд мерно стучал колёсами, унося их всё дальше от Лондона, в самое сердце магической Шотландии. *** Хогвартс встретил Питера тысячами свечей, парящих над Большим залом, и пронзительным взглядом профессора Снейпа, который, казалось, сверлил в его затылке дыру. Питер сидел за слизеринским столом, чувствуя себя немного не в своей тарелке. С одной стороны, змеиные эмблемы и серебристо-зелёные цвета вокруг казались чужими после всего, что он слышал об этом факультете от Сириуса. С другой — рядом сидели Драко, Пэнси, Блейз и Тео, и их присутствие создавало островок относительного комфорта в этом море незнакомых лиц. — Не пялься так на профессоров, Поттер, — прошептал Драко, элегантно разрезая кусочек стейка. — Снейп и так сверлит тебя взглядом. Ещё пара таких взглядов, и ты рискуешь вспыхнуть. — Я не пялюсь, я изучаю обстановку, — так же тихо ответил Питер, отправляя в рот кусок картофельной запеканки. — А он всегда такой… мрачный? — Только когда видит кого-то с фамилией Поттер, — усмехнулся Блейз, сидящий напротив. — Драко, твой отец не рассказывал, что там у них произошло? Говорят, что-то личное. Драко бросил быстрый взгляд в сторону учительского стола. — Что-то связанное с отцом Поттера и Лили Эванс. Мама обмолвилась однажды, что Снейп был влюблён в неё, а Джеймс Поттер был его главным школьным врагом. Так что, Поттер, готовься к интересным урокам зельеварения. Питер внутренне вздохнул. Ещё одна проблема в копилку. Ему не нужен был учитель, который будет придираться к нему из-за старых обид. Но он промолчал, лишь кивнул, принимая информацию к сведению. Распределение уже прошло, и новоиспечённые первокурсники разбрелись по своим столам. Питер заметил, как за гриффиндорским столом Невилл Лонгботтом вздрагивает при каждом упоминании Снейпа, а рыжая девочка с пышными волосами, которую он уже видел, что-то активно записывала в блокнот, даже не притрагиваясь к еде. — Грейнджер, — перехватила его взгляд Пэнси. — Маглорождённая. Говорят, уже прочитала половину учебников. Уизли на неё молится, потому что она даёт ему списывать. Думаю, она будет главной занозой нашего курса. — Или главной надеждой, — задумчиво сказал Питер, вспоминая её настойчивость в библиотеке. — Такие люди, как она, обычно добиваются успеха. Слизеринцы обменялись удивлёнными взглядами, но комментировать не стали. После ужина старосты повели первокурсников в подземелья. Питер шёл в толпе, запоминая повороты, статуи и проходы. Его тренированная память цеплялась за детали: третий камень слева у входа, два поворота направо, затем налево мимо горгульи с отбитым носом. Карты местности он составлял автоматически — привычка, въевшаяся в кровь после всего пережитого. Гостиная Слизерина поразила его. Она находилась под Чёрным озером, и сквозь огромные окна лился призрачный зеленоватый свет. По стёклам скользили тени каких-то глубоководных существ, и это было одновременно жутковато и красиво. — Впечатляет, правда? — раздался рядом голос. Тео Нотт стоял, засунув руки в карманы мантии, и тоже смотрел на воду. — Когда идёт шторм, волны бьются прямо в стёкла. Говорят, магия замка не даёт им разбиться, но ощущения — те ещё. — Красиво, — искренне сказал Питер. — Очень необычно Староста, высокая девушка с длинными чёрными волосами по имени Геминия, провела их по гостиной, показала расписание и объяснила основные правила факультета. — И запомните, — закончила она, обводя взглядом первокурсников. — Слизерин — это семья. Мы держимся вместе. Если у кого-то проблемы, мы решаем их внутри. Никто из других факультетов не должен знать наших слабостей. Ясно? Питер кивнул вместе со всеми. Эта фраза — «держаться вместе» — была ему очень знакома. Так говорил и Тони, когда собирал команду. Так думали и мстители. Принцип был универсальным, и он его уважал. Комнаты мальчиков оказались уютными, отделанными тёмным деревом и зелёным бархатом. Питеру досталось место у окна. Он бросил сумку на кровать и подошёл к стеклу. Вода за ним была тёмной, почти чёрной, и только редкие светящиеся рыбки прорезали тьму короткими вспышками. — Нервничаешь? — Драко зашёл без стука, что говорило о многом. Видимо, здесь это было нормой. — Привыкаю, — честно ответил Питер, не оборачиваясь. — Вода давит немного. — Привыкнешь. Я тоже поначалу боялся, что стёкла треснут. Отец сказал, что за тысячу лет такого не случалось. Так что можешь спать спокойно. Питер обернулся и посмотрел на Малфоя. Тот стоял, прислонившись к косяку, и в его позе не было привычной высокомерной надменности. Он был просто подростком, который пытался… наладить контакт? Странно. — Спасибо, — коротко ответил Питер. — За сегодня. За то, что не дали утонуть в этом всём. Драко слегка приподнял бровь. — Ты наш сокурсник, Поттер. Как там сказала староста? Слизерин — семья. Спокойной ночи. Он вышел так же бесшумно, как и появился, оставив Питера наедине с его мыслями и тёмной водой за окном. Питер достал из сумки маленький медальон — подарок Пеппер, с крошечной фотографией их троих внутри. Он открыл его, посмотрел на улыбающихся Тони и Пеппер, и на душе стало теплее. — Я справлюсь, — прошептал он в тишине комнаты. — Обещаю. Он лёг на кровать, не раздеваясь, и позволил себе просто смотреть на игру теней за окном, пока сон медленно затягивал его в свои объятия. Утро первого учебного дня началось с хаоса. — Поттер, подъём! — голос Пэнси ворвался в сон, как сирена пожарной тревоги. — Через двадцать минут завтрак, а тебе ещё одеваться! Питер рывком сел на кровати, мгновенно включаясь в боевой режим. Сердце колотилось, руки сжались в кулаки, готовые к драке. Но вокруг была не поле боя, а уютная спальня, залитая призрачным зелёным светом. — Я в порядке, — выдохнул он, расслабляясь. — Иду. Пэнси, стоявшая в дверях с идеальным макияжем и волосами, которые, казалось, не касалась расчёска, скептически приподняла бровь. — Ты так реагируешь на каждое пробуждение? — Только когда меня будят криком, — огрызнулся Питер, но беззлобно. — Дай мне пять минут. Сборы заняли ровно четыре. Питер натянул форму, пригладил рукой вечно взлохмаченные волосы (теперь, после покраски Наташей, они стали ещё темнее и ещё больше торчали в разные стороны) и вышел в гостиную. Там его уже ждали Драко, Тео и Блейз. Пэнси, разумеется, ушла вперёд. — Ты всегда так быстро собираешься? — удивился Тео, окидывая его взглядом. — Мне нужен минимум час, чтобы привести себя в порядок. — У меня в другом мире не было часа на сборы, — усмехнулся Питер. — Обычно на патруль нужно было вылетать через три минуты после сигнала тревоги. — Патруль? — переспросил Блейз, но Драко качнул головой, давая знак не лезть. — Пошли, потом расспросим. Снейп не любит опоздавших. Завтрак в Большом зале был шумным и многолюдным. Питер сидел между Драко и Тео, пытаясь переварить не только еду, но и количество информации, которое на него обрушилось. — Первым уроком Зельеварение, — объявила Пэнси, разворачивая расписание. — Со Слизерином и Гриффиндором. Будет весело. — Почему весело? — насторожился Питер. — Потому что Уизли и его компашка сидят с нами в одном классе, — усмехнулся Драко. — А Снейп терпеть не может Гриффиндор. Особенно после того, как они всем факультетом покрывали твоего отца и его друзей. Питер внутренне вздохнул. «Опять наследие Поттеров». Подземелья, где находился класс зельеварения, встретили их запахом сушёных трав и чего-то кисловатого. Студенты рассаживались за двойные парты. Питер занял место рядом с Драко. Напротив, за соседний стол, плюхнулись Рон Уизли и Гермиона Грейнджер. Рон бросил на Драко неприязненный взгляд, а Гермиона, заметив Питера, слегка улыбнулась и помахала. Питер кивнул в ответ, чем вызвал лёгкое недоумение у слизеринцев. — Ты чего с ними любезничаешь? — прошипела Пэнси с соседнего ряда. — А чего мне с ними ссориться? — пожал плечами Питер. — Я их даже не знаю. Драко хотел что-то ответить, но дверь класса с грохотом распахнулась, и в помещение влетел профессор Снейп. Чёрная мантия развевалась за ним, словно крылья огромной летучей мыши. Он резко остановился у кафедры и обвёл класс тяжёлым, испепеляющим взглядом. Когда его глаза остановились на Питере, в них мелькнуло что-то… сложное. Ненависть, боль, возможно, сожаление. Но длилось это лишь долю секунды. —Всех с новым учебным курсом.Надеюсь,хоть в этом году некоторые начнут читать учебник. Он сделал паузу, наслаждаясь напряжённой тишиной и глазами уже выбирал жертву. — Мисс Грейнджер, — вдруг резко сказал он, заставив Гермиону вздрогнуть. — Что получится, если смешать измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни? Гермиона, несмотря на испуг, выпрямилась и чётко ответила: — Получится очень мощное снотворное зелье, известное как «Сон без сновидений», сэр. — Хм, — Снейп выглядел слегка разочарованным. — Пять баллов Гриффиндору. Мистер Поттер, — его взгляд снова впился в Питера. — А вы, полагаю, как обычно, блистаете отсутствием знаний? Скажите-ка мне, где бы вы искали безоар, если бы вам понадобилось спасти кого-то от отравления? Питер спокойно выдержал его взгляд. Он ожидал подвоха. — Безоар, сэр, находится в желудке козы, — ответил он ровным голосом. — Камень, образующийся из не переваренных волос и растительных волокон. Он нейтрализует большинство ядов, если проглотить его до того, как яд попадёт в кровоток. В классе повисла мёртвая тишина. Драко рядом с ним чуть не поперхнулся. Снейп замер, и его лицо на мгновение потеряло свою маску ледяного спокойствия. В глазах мелькнуло неподдельное удивление. — Вы… — начал он, но быстро взял себя в руки. — Пять баллов Слизерину. Хотя бы один Поттер знает, как держать рот закрытым и голову на плечах. Питер слегка наклонил голову, принимая похвалу, но внутри у него всё кипело. «Он проверял меня. Специально». Урок продолжился. Снейп задавал вопросы, но больше к Питеру не обращался. Тот варил зелье от простуды, следуя инструкциям на доске, и даже сумел не взорвать котёл, хотя пара у него получалась почему-то розовая,а не голубая. — У тебя руки не из того места растут, Поттер? — прошипел Драко, косясь на его котёл. — У всех нормально, а у тебя розовый! — Может, я просто добавляю индивидуальности? — огрызнулся Питер, помешивая против часовой стрелки, как было написано и заглянул одним глазком в котёл Драко."Гендер-пати у нас что-ли?" подумал Питер, хмыкнув. Когда урок закончился, и студенты начали расходиться, Снейп вдруг окликнул Питера: — Мистер Поттер. Задержитесь. Драко бросил на него быстрый взгляд, полный сомнения, но Питер лишь кивнул, давая знак, что всё в порядке. Когда класс опустел, он остался один на один с профессором. Снейп медленно обошёл вокруг своего стола и остановился напротив Питера. Расстояние между ними было не больше метра. Тишина давила. — Где вы научились этому? — спросил Снейп тихо, но жёстко. — Чему именно, сэр? — Питер решил играть в непонимание. — Не прикидывайтесь идиотом, Поттер. Это знание о безоаре. Оно не из учебников первого курса. И ваш взгляд. Вы смотрите на меня не как испуганный ребёнок, а как солдат, оценивающий противника. Кто вы? Питер встретил его взгляд. Чутьё молчало, но он чувствовал, что Снейп не опасен. По крайней мере, не сейчас. — Я тот, кого вы видите, профессор, — спокойно ответил он. — Гарри Поттер. Который вырос не здесь. Снейп прищурился. — Дамблдор рассказал мне… некоторые детали. Другой мир. Это правда? — Правда. — И чему же вас учили в этом мире? Питер на секунду задумался. Рассказывать всю правду было опасно, но и врать прямо — глупо. — Выживать, сэр. И защищать тех, кто не может защитить себя сам. В глазах Снейпа мелькнуло что-то странное. Боль? Узнавание? — Как и ваша мать, — прошептал он почти неслышно. — Лили тоже всегда защищала слабых. Он резко отвернулся и отошёл к окну, за которым клубилась тьма озера. — Можете идти, Поттер. И впредь на моих уроках… просто будьте внимательны. Питер помедлил секунду, глядя на его напряжённую спину. Он хотел что-то сказать, но не нашёл слов. Вместо этого он просто вышел, тихо закрыв за собой дверь. В коридоре его ждала компания слизеринцев. — Ну? — нетерпеливо спросила Пэнси. — Что он хотел? — Проверить, не самозванец ли я, — усмехнулся Питер. — Сказал, чтобы был внимателен на его уроках. — Странно, — задумчиво протянул Драко. — Обычно он снимает баллы за одно только присутствие. А тут просто отпустил. — Может, я ему понравился? — съязвил Питер. Компания дружно фыркнула. — Пошли, Поттер, — Блейз хлопнул его по плечу. — Следующий урок — Трансфигурация. Там МакГонагалл. Она строгая, но справедливая. И, в отличие от Снейпа, не ест студентов на завтрак. Питер улыбнулся и пошёл вместе с ними по каменному коридору, чувствуя, как странно и одновременно правильно вплетается его жизнь в эту новую, магическую реальность.