«Это был не он»

Он не понимает.     Кровать слегка поскрипывает, пока Моб неугомонно продолжает переворачиваться с бока на бок.     Он думает, я идиот. Идиот, который боится жёлтого шара.     Мысли не давали уснуть. Вот уже как три дня Моб позвал своего друга, Твикселя, к себе в мир, в надежде на помощь в решении своей «небольшой» проблемы. Но тот категорически его не понимает и считает, что тот преувеличивает.     «Тебе стоит выйти и потрогать траву, ну, или что-то в этом духе» — сказал ему тогда Твиксель в ответ на очередные жалобы насчёт своей «проблемы».    Всё-таки, не выдержав, Моб встаёт с постели. Хотелось курить. Глаза бросаются на комод, а рука хватает заветную пачку. Не взглянув даже в сторону жёлтого парень молча выходит с дома, уже невтерпёж доставая сигарету.  —Блядь, — осознав, что он забыл взять зажигалку, глаза озаряются по сторонам.     Рядом только темнота, забор, лава внизу и факела, что немного освещали вид. Точно, факела.     Наконец закурив сигаретой, которую он только что поджёг от факела, Моб облегченно выдыхает прямо с дымом. Всё кажется нереальным, бредом сумасшедшего, от которого его уже тошнит. Даже спать невозможно. Ничего невозможно. Как же не хочется обратно идти в этот блядский до-    Крик. Мужской протяжный крик. Совсем рядом, буквально в шагах двух от него.     Парень поворачивается в сторону. Взгляд падает на дом друга, Твикселя, что был совсем близко. Свет не горел да и с чего бы ему гореть? Он явно давно спит. Неужели крик был и впрямь оттуда?    Без долгих раздумий Моб решает не томить и направиться в сторону дома друга, дабы узнать точно, был ли это от туда. Да и разве, по сути, это мог быть кто-то другой в ЕГО мире? Хотелось бы надеятся, что возможно да.     Дверь со скрипом открывается, показывая вид на кромешную темноту. Лунный свет плохо был виден здесь, отчего окна были бесполезны в этой ситуации. Нужно достать факел.     Так он и поступает, заставляя помещение немного осветиться, давая себе возможность разглядеть силуэт приятеля, стоявшего неподалёку в углу. Стоял он, конечно, к нему спиной.  —Твиксель? — озадаченно отзывает его Моб. — Ты в норме?    В ответ тишина. Чёрный силуэт лишь немного вздрогнул, но не повернулся.  —Это ты кричал?     Всё ещё ничего. Моб хотел уже подойти поближе, но голова друга медленно начала поворачиваться в сторону, отчего тот остановился.  —Привет, Моб.     Что-то в его лице было не то.  —Эм…— парень делает шаг назад, явно в качестве безопасности. — Ты…почему кричал?    От страха факел выскальзывает из мокрых рук, падая на пол. Моб тянется вниз, но останавливается, застыв в полусогнутом положении. На полу были лужи крови.     Схватив факел и резко встав, перед лицом Мобом уже стояло чужое, то есть, лицо Твикселя. Парень слегка вскрикивает, но его рот очень быстро затыкают, а руки заламывают назад, вынуждая выкинуть единственный источник света во второй раз.     Даже не успев проморгаться, Моб для себя осознаёт, что его лицо уткнуто в подушку. Он лежит на кровати, а сверху — его лучший друг. Сказать, что парень был обескуражен — ничего не сказать.  —Ч-что ты делаешь!? — извиваясь всеми возможными способами, обращается к тому несчастный. — Это нихуя не смешно, прекрати!     Ему ничего не отвечает чужой голос, но зато отвечают руки, что чувствовались на каждой части его тела: начиная от волос и заканчивая бёдрами. Он успел его облапать везде, где даже мать родная не трогала.  —Хватит, блядь! — пытаясь хоть как-то повлиять на действие со стороны «друга», Моб активно сопротивляется и ругается в чужой адрес. — Ты совсем сошел с ума!? ХВАТИТ.     Он знает, что дело до того, о чем он думает, не дойдёт. Это же глупо, да? Твиксель с ним так никогда не поступит. Это же бред, полный и безрассудный. Он не из «этих», да и Моб тоже. Не будет же он своего собственного друга-    Руки аккуратно проскальзывают под одежду, заставляя тело другого вздрогнуть от неожиданности и забыть свои мысли за секунду. Ноги бьют кровать, Моб вырывается как может, но всё тщетно — впервые в жизни он ощутил себя будто бы хрупкой девушкой, хотя никогда не отличался слабостью, да и Твиксель не был никогда таким сильным, как именно сейчас. Нет, это пора заканчивать.  —Твиксель! Послушай, — учащенно дыша, парень поворачивает голову к «приятелю», пытаясь разглядеть черты его лица. — давай поговорим, обсудим. Это же не вых-    Слова проглатываются ровно за секунду, когда к нему приходит осознание, что внизу чувствуется то, что не должно там быть. Рот остаётся слегка приоткрытым, но ничего не говорит. Просто нет духа что-то произнести теперь.  —Больно не будет. — говорит голос со стороны, налегая на чужое тело почти полностью.     Он не освобождает того от одежди, да и сам себя не раздевает, наоборот — он пытается сделать всё «закрыто». Моб же лежит молча, чувствуя то, как чужой половой орган трётся об него. Мозг не в силах обдумывать ситуацию, поэтому и парень прекращает предпринимать попытки поговорить с тем, или же вырваться. Он в целом не подаёт никаких признаков жизни, пока у его уха чётко слышно дыхание со стороны.     Вдруг, что-то пролазит вниз. Парень сначала думает о наихудшем исходе, но это оказываются… Пальцы. Да, две фаланги пальц. Не сказать бы, что это не было больно, но больше по просту неприятно. Не сильно ужасно. Просто… странно.     Моб утыкается лицом в подушку, зажмурив глаза и лишь мыча в ответ на все действия по отношению к нему. Всё тело потрясывает, но он им не управляет больше. Это и есть петтинг? Не так ужасно. Не так…    Не успев даже и «проникнуться» к чужим действиям, как они тут же прекращаются. Моб слегка возвращается в реальность, поворачивает немного голову к «другу», но тут же снова чувствует внизу «новое», уже однозначно не пальцы. Блять.     Парень вновь вскрикивает, пытаясь даже слегка привстать. Тело само по себе начало шевелиться, всячески проявляя сопротивление. Моб сам не понимал, что чувствовал: неприязнь, или же некое садистское удовольствие. Всё в голове смешалось, тело тряслось, а пот стекал без остановки. Нет, это всё неправильно, им правда не стоит-    Рука хватает Моба за волосы, заставляя лечь обратно. После этого чужое тело вдалбливается до предела, вынуждая другого кричать от неожиданности теперь уже в подушку. Он морально не был готов к такому, очевидно.     Проходит секунд пять абсолютного бездействия. Грубо говоря — таймаут. Рука чу-чуть приподнимает того за волосы, давая возможность отлипнуть от заслюнявленной подушки, да и подышать тоже. Моб так и поступает, глотая свежий воздух как сумасшедший, но довольно скоро он ощущает толчок. А затем ещё. И снова. И снова.     Тело безудержно дрожит. Моб стоит в позе «собаки» еле как, ведь руки почти не держат его. Твиксель решает наконец отпустить волосы несчастного, перейдя на его талию теперь. Толчки не сильные, наоборот — спокойные и, даже, аккуратные. Он не сжимает его тело, а лишь держится за него, при чём нежно, будто бы боясь проявить дискомфорт. Руки сгибаются и Моб слегка опускается. Его рот не затыкается, стоны просто вырываются. На глазах слёзы, лицо всё в поте, а там — немного больно. Как же это мерзко. Как мерзко. Как…приятно. Хорошо. Как…    Моб прикрывает себе рот. Он только что сам себя словил на этих мыслях. Какой пиздец. Какой же-   Мысли опять прерываются, побуждая парня обратить внимание на руку приятеля, что опять тянулась вниз, на этот раз намереваясь потрогать чужое достоинство. Моб негласно наблюдает, чувствуя, как чужие пальцы проходятся вверх-вниз, вызывая у него бурю эмоций теперь в двойном объеме. Все размышления о том, как это «неправильно» улетучиваются, и теперь Моб лишь мычит в руку, склоняя голову вниз. Он занимается «любовью» со своим лучшим другом, пока тот параллельно его ублажает. Всё таки, шутить про ваше гейство, видимо, не стоило.     Моб не знает, сколько прошло времени. Он помнит лишь то, как потом он сам прислонялся к чужому телу, заставляя вгонять в себя член поглубже и грубее. Помнит, как хватался за руку Твикселя, как кончал несколько раз, как снова падал лицом в подушку и издавал всевозможные звуки. Помнит, как в него «заканчивали» уже дважды, помнит, как он сидел потом сверху, сжимая плечи «друга». Помнит поцелуй, или то, как он его трогал, как трогал сам того, помнит…    Семя изливается прямо на лицо, заставляя парня прикрыть глаза. Он тяжело дышит, вытирая с губ выделения. Зелёные глаза неразговорчиво смотрят на «приятеля» стоящего перед ним, только что «закончившего» ему в ебало.     Вдруг, Твиксель начинает резко кашлять. Да и не просто кашлять, а будто бы пытаясь выплюнуть свои собственные внутренности.  —Т-Твикс..?    Очевидно, тот ему ничего не отвечает, а наоборот — отходит подальше, схватившись за горло. Моб не знал, что ему делать, да и у него по просту не было сил на помощь. Ему оставалось лишь сидеть на полу и наблюдать за другим, пока…     …пока тот не выплёвывает жёлтый шар на пол, вперемешку с желчью.      Глаза округляются. Парень теряет последние клетки рассудка, мысленно взирая на то, что только выблевал его «напарник». Жёлтый шар же, в свою очередь, молча укатывается в сторону выхода, покидая дом. Моб переводит взгляд на Твикселя, что стоял напротив него, облокотившись об стену. Он неровно дышал, явно выглядя нездорово. Было чётко видно, что стоять ему сейчас тоже не легко.     Они смотрят на друг друга без слов. Парень заметил, как друг его судорожно разглядывал, теряя здравый смысл постепенно вместе с ним. Твиксель осматривает затем и себя, а потом и помещение, пристально пялясь на кровать. Она вся мокрая.  —Нет. — наконец, говорит тот, озаряясь на сидевшего. — Этого не было, да?    Моб ему ничего не отвечает, лишь отворачивается в сторону. Думаю, и так ясно, что до него всё дойдёт и без слов.     Точнее, уже дошло, ведь ровно через секунду его стошнило на пол. Первая стадия это всегда отрицание.