Тени на пергаменте

Она не спала. Свечи догорели, отбрасывая длинные тени на стены. За окном шумел ветер, где то внизу лаяли собаки, но в комнате было тихо – слишком тихо для ее мыслей. Алисия сидела на подоконике, прижав колени к груди, и смотрела на ночное небо. Траурная черная ткань платья была ей мала, она давно скинула корсет, но не могла заставить себя переодеться в цветное. Не потому, что скорбила. Скорее потому, что черный цвет давал ей право на молчание. Никто не требовал от нее улыбок, участия в праздниках, разговоров. Она могла быть одна. И она была одна. С мыслями о том, как отец смотрел на нее на совете, когда решал ее судьбу. С мыслями о том, как Алисента шепталась с лордами за ее спиной. И мыслями о нем. О Деймоне. Который исчез, как дым. Она не искала его. Не посылала записок. Не спрашивала слуг. Ее гордость была слишком велика, чтобы бегать за тем, кто сказал ей, что она ему не подходит. Даже если она знала, что он лгал. Даже если он убил ее мужа, чтобы спасти ее. “Если он хочет меня – пусть сам приходит” – думала она, вглядываясь в темное небо. И в этот момент она услышала легкий звук – царапанье по стеклу, скрип. Она насторожилась, но не успела встать, как окно бесшумно приоткрылось, и в комнату скользнула тень. Деймон. Он был в черном, с мечом, с мокрыми от ночной расы волосами. Он закрыл за собой окно так тихо, будто делал это сотню раз, и остановился напротив нее, глядя с привычным хищным прищуром. Алисия не вскочила. Она не удевилась, не ахнула. Она осталась сидеть на подоконике, скрестив руки на груди, и смотрела на него так, будто он был всего лишь призраком ее воображения. - Ты вломился в мои покои через окно, - сказала она ляденым тоном. – Ты сошел с ума? Если тебя увидят… - Меня не увидят, - он шагнул к ней, остановился в двух шагах, его тень упала на ее лицо – Я знаю, что ты одна. Твоя служанка спит внизу, я проверил. Она поджала губы. Внутри нее что то дрогнуло – смесь ярости и того страшного тепла, которое она ненавидела. - Зачем ты пришел? – спросила она ровно. – Чтобы снова сказать мне, что я тебе не подхожу? Или чтобы убить еще кого нибудь из моих мужей? Боюсь у меня их пока нет. Деймон усмехнулся, но усмешка была невеселой. Он подошел ближе, почти вплотную, и она почувствовала его запах – дым, кожа, холодный ночной воздух. - Я пришел предупредить тебя, - сказал он, и его голос стал тише, серьезнее – Твой отец уже нашел тебе нового жениха. Лорд Касвелл. Он приезжает через неделю. И твой отец уже подписал предварительное соглашение. Алисия замерла. Ее сердце пропустило удар, но она не позволила себе показать страх. - Откуда ты знаешь? – спросила она, и голос дрогнул лишь чуть чуть. - У меня есть уши даже в кабинете твоего отца, - он наклонился чуть ближе, и их лица разделял только воздух. – Я знаю все, что он говорит. Знаю, что он хочет избавиться от тебя, потому что ты стала слишком опасной. Вдова Блэквуда, которая слишком много знает. Он не хочет, чтобы ты оставалась в замке. Алисия встала с подоконика, чтобы оказаться с ним на одном уровне, но он был выше, и она смотрела снизу вверх, пытаясь скрыть дрожь. - И что ты предлагаешь? – спросила она, ее голос стал резким. – Опять южные ворота? Опять закат? Ты думаешь, я побегу к тебе, потому что ты сказал мне, что я тебе не подхожу, а потом убил моего мужа у всех на глазах? - Я не прошу тебя бежать, - сказал он, и в его голосе не было привычной насмешки – только сталь. – Я прошу тебя подумать. Когда Касвелл приедет, у тебя будет два дня до официальной помолвки. Если ты не придешь – я не буду ждать. Я улечу на Драконий Камень и больше не вернусь. Но если ты решишь, что хочешь свободы, ты знаешь где меня найти. Он развернулся, собираясь уйти, но она схватила его за руку – резко, сильно, почти болезненно. - Ты не имеешь права просто приходить и уходить. – сказала она, и ее голос дрожал от гнева. – Ты сказал мне, что я тебе не подхожу. Ты сказал мне что я слишком сложная. Ты в конце концов убил человека, и теперь хочешь, чтобы я сделала выбор? Между тобой и еще одним стариком? Между ложью и клеткой? Деймон замер. Он медленно повернулся к ней, и его лицо было темным, почти злым. - Тогда скажи мне, что ты хочешь, - сказал он, и его голос был хриплым. – Скажи мне прямо сейчас. Хочешь ли ты, чтобы я ушел навсегда? Или ты хочешь, чтобы я остался и забрал тебя отсюда, несмотря на твою гордость. Она смотрела на него, внутри нее боролись два чувства: ненависть – за ложь, за убийство, за то что он посмел решать за нее. И что то другое – что то, что она не хотела называть. - Я хочу чтобы ты ушел, - сказала она, и ее голос был твердым, хотя внутри все дрожало. – Я хочу, чтобы ты ушел и не возвращался. Но я знаю, что ты не уйдешь. И это меня бесит больше всего. Деймон усмехнулся – на этот раз искренне, почти ласково. - Ты права, - сказал он. – Я не уйду. Но я дам тебе время. Два дня. Южные ворота. На закате. Если не придешь – я все равно не улечу, потому что я так решил. Даже если ты ненавидешь меня за это. Он резко притянул ее к себе, поцеловал – коротко, жадно, так, что у нее перехватило дыхание. Она не сопротивлялась, но и не отвечала. Она стояла, окаменев, чувствуя его губы на своих, и когда он отстранился, ее глаза были полны слез, которые она не позволяла себе пролить. - Уходи, - прошептала она. – Пожайлуста. Он отпустил ее, шагнул к окну. Уже стоя на подоконике, он обернулся и сказал: - Я буду ждать. Не ради того, чтобы ты пришла. Ради того, чтобы ты знала: есть выбор. Даже если ты его не сделаешь. И он исчез в ночи, оставив окно приоткрытым. Алисия осталась стоять, прижимая пальцы к губам, чувствуя его вкус, и с трудом сдерживая рыдания. Никто не узнает об его визите. Никто. Это будет их тайной. Но она знала: через два дня ей придется принять решение.