Бесконечное лето: Танец игрока

Плац превратился в мясорубку. Семены накатывали волнами, пытаясь задавить нас числом, пока «мини-боссы» Совета готовили свои удары. Пивовар против Слави-коммунистки Славя-коммунистка двигалась с механической точностью, ее удары были тяжелыми и выверенными. Пивовар, несмотря на свое состояние, крутился волчком. — Пивовар: — Ик! Ты гляди, какая правильная! Аж тошнит! — воскликнул он, пропуская удар кулаком в плечо, но тут же ловя Славю на «медвежью услугу». Он просто навалился на нее всей массой, сбивая с ног, и начал методично «забивать» ее в землю короткими ударами локтей. Славя сопротивлялась, пыталась выколоть ему глаза, но Пивовар только рычал, игнорируя боль. Лена и Шурик против Коммунистки-Лены Это был самый странный бой. Две Лены — одна живая, с глазами, полными ярости, и другая — холодная кукла. Шурик прикрывал нашу Лену, отбивая атаки Семенов-гвардейцев обломком арматуры. — Шурик: — Она… она двигается по протоколу! — кричал Шурик, вычисляя траекторию следующего выпада двойника. Наша Лена, воспользовавшись подсказкой, сделала обманное движение и вонзила нож прямо в сердце своему коммунистическому отражению. — Лена: — Я — это я. А ты лишь эхо, — прошептала она, когда двойник начал рассыпаться цифровой пылью. Я и Красная Алиса против Мику-коммунистки Мику не пела — она визжала ультразвуком, который буквально выворачивал мозги. Ее Семены-охранники лезли на нас, как зомби. — Красная Алиса: — Заткни эту радиоточку! — крикнула Красная Алиса, пробивая путь через толпу. Я, стиснув зубы от головной боли, бросил нож прямо в горло Мику, когда она набрала воздуха для очередного крика. Она захлебнулась собственной кровью, и в этот момент Алиса с разбегу влетела в нее, буквально растоптав то, что осталось от «звезды» коммунизма. Мы стояли посреди кучи тел. Я, Лена, Шурик и Алиса были в ужасном состоянии: кровь собственная смешалась с чужой, одежда порвана, дыхание со свистом. Только Пивовар выглядел более-менее держащимся на ногах, хотя тоже шатался сильнее обычного. Красный Семен медленно вышел вперед. Его лицо подергивалось от гнева. — Красный Семен: — О как… Всех перебили. Теперь я понимаю Соловья… О какой угрозе он предупреждал. Я вас всех перебью нах*й! — Соловей: — Ну привет, Красный придурок! — вдруг раздался спокойный, насмешливый голос со стены штаба. Там сидел Соловей, беспечно болтая ногами. — Соловей: — А я ведь говорил, а ты не поверил. Лох ты, Красный Семен. Семен резко обернулся, его глаза чуть не вылезли из орбит. — Красный Семен: — Ты что, охр*нел?! Ты помогать будешь или нет?! — Соловей: — Нет, — Соловей улыбнулся, доставая яблоко. — Я только понаблюдаю. Ты понимаешь, если ты потерпишь поражение — то все миры поднимутся против Совета Пионерии. Движение Сопротивления выступит, и ваша власть падет, Лорд. — Красный Семен: — Ах ты… крыса предательская! — прорычал Семен. — Соловей: — Ну-ну, кто сказал, что я предатель? Мне просто интересна твоя смерть. А так я… типа верен Лорду. Я стоял, пытаясь поймать воздух, и в моей голове пронеслась мысль. (Мысли Санька): «Да ну нахрен… Совет Пионерии не так един, каким казался». Он начал гнить с верхушки. Сильное сопротивление заставило их лидеров грызться между собой. Но сам Соловей… Он напрягал меня больше всего. Еще с момента нашей встречи с Женей из Сопротивления я чувствовал: этот гад — самое скользкое существо во всем «Совенке». Хитрый, непредсказуемый выродок. — Соловей: — Ну что, — Соловей глянул на меня и подмигнул. — Посмотрим, как ты справишься с ним, «Игрок»?