Бесконечное лето: Танец игрока

В ту секунду, когда Семён резким движением выхватил пистолет из-за пазухи, время на площади будто застыло. Толпа ахнула и инстинктивно попятилась. Обычные пионеры, Ольга Дмитриевна, вожатые — все замрут в первобытном ужасе. Не вздрогнули только четверо: Санёк, Лена, Шурик и Генда. Семён: — Хватит! — Семён сорвался на крик, и его голос, сорванный и хриплый, разнесся над «Совёнком». — Я страдал все эти циклы! Одно и то же! Одно и то же дерьмо каждый раз! Я не мог выйти, я заперт здесь с вами, как в клетке с манекенами! Он обвел стволом площадь, и пионеры в испуге пригнулись. Семён: — Вы все меня достали! — продолжал он орать, брызжа слюной. — Я всех вас перестреляю, а потом застрелюсь сам! И наконец… наконец я покину этот проклятый лагерь! Санёк сделал полшага вперед, сохраняя пугающее спокойствие. Санёк: — И что это даст, Семён? — холодно бросил он. — Ну, выстрелишь ты. Мы все возродимся. Снова первый день, снова автобус, снова Лена с книжкой. Ты просто нажмешь кнопку «Рестарт». Лена в этот момент, не дожидаясь команды, выхватила свой нож. Лезвие хищно блеснуло на солнце. Она стояла в боевой стойке, готовая в любой момент рвануть к Семёну и перерезать ему глотку. Остальной отряд, увидев ещё и нож у «тихони» Лены, окончательно впал в ступор. Ольга Дмитриевна просто сползла по стенке административного корпуса, не в силах вымолвить ни слова. Генда всё это время стоял в стороне, наблюдая за происходящим с видом энтузиаста, который смотрит финал чемпионата. Наконец он подал голос. Генда: — Покинуть это место можно, Семён… Но реальность — вещь жестокая. Ты уверен, что готов к выходу? Семён: — Неважно! — гаркнул Семён. — Хотя бы так! Любой выход лучше, чем это место! Шурик, который всё это время лихорадочно соображал, вдруг дернул Санька за край рубашки и зашептал на ухо: Шурик: — Саш, погоди… Кажется, я понял. Этот пистолет… это и есть возможность покинуть систему. Санёк на мгновение нахмурился. Санёк: — Точно. Но как? Семён, услышав их шепот, безумно расхохотался, выставив пистолет перед собой на вытянутых руках. Семён: — А вы ещё не поняли? Пули в этом стволе… они убивают окончательно! ГГ замер. Пазл в его голове сложился со щелчком. Санёк: — Вот оно что… — прошептал он. — Воскрешения в новом цикле не будет. Если он попадет в кого-то, код сотрется навсегда. Генда, стоявший чуть в стороне, начал смеяться. Это был не обычный смех — это был властный, безумный хохот человека, который видит, как его план достигает апогея. Он выглядел как истинный хозяин этого хаоса. Семён подхватил этот смех. Он хохотал во всю глотку, запрокинув голову к небу, пока его рука с пистолетом продолжала гулять по толпе. Точка кипения была пройдена. Маски были сброшены, и теперь «Совёнок» стоял на пороге своего окончательного уничтожения. Семён: — Ну что, — Семён вдруг оборвал смех и посмотрел на Санька в упор. — Кто первый пойдет на «удаление»?