Бесконечное лето: Танец игрока

Утро встретило Санька неожиданной бодростью. Он открыл глаза еще до того, как над лагерем пронесся звук горна. Кровать Семёна была пустой и уже заправленной — старый лис снова куда-то исчез по своим делам. Санёк умылся, накинул форму и вышел на улицу. Лагерь еще только просыпался, солнце едва пробивалось сквозь верхушки сосен, разгоняя ночной туман. На площади уже начали собираться первые группы пионеров. Санёк встал в стороне, засунув руки в карманы. (Мысли Санька): «Ого, я проснулся так рано, что даже на линейку не опоздал, — подумал он, зевнув. — Эх, что-то я устал за эти дни. Не похож я на себя, стресс начинает сказываться. Слишком много событий для одного "отдыха"». Не успел он додумать эту мысль, как боковым зрением заметил фиолетовый цвет. К нему подходила Лена. Она улыбалась — не той вымученной улыбкой из игры, а как-то… иначе. Щёки её слегка порозовели. Лена: — Привет, — тихо сказала она, остановившись рядом. — Как спалось? Как дела? Санёк посмотрел на неё с глубоким недоверием. В памяти сразу всплыл ПМ под её матрасом. Санёк: — Да как обычно, — сухо ответил он. — А что случилось, пионерка? Улыбка Лены мгновенно погасла. Было видно, что слово «пионерка» вместо имени её больно задело. Она нахмурилась, во взгляде мелькнула обида. Лена: — Не надо быть таким невежливым, Саша… Я же тебе ничего плохого не сделала. Санёк: — Ну, конкретно сегодня — почти ничего, — бросил Санёк, прищурившись. Лена удивленно подняла бровь, не понимая намека об украденном стволе. Лена: — Почти? Я не понимаю… Санёк: — Да так. Если бы ко мне не приставали с самого утра, было бы вообще отлично. Лена хмуро отвела взгляд в сторону. Она явно смутилась, но в то же время в её позе чувствовалось какое-то странное напряжение, будто она из последних сил сдерживала желание что-то сказать или сделать. И тут, как чёрт из табакерки, появился Семён. Он буквально влетел в их разговор — веселый, игривый, но с тем самым блеском безумия в глазах, который Санёк заметил еще вчера. Семён: — О-о-о, какие люди! — воскликнул он, хлопая Санька по плечу. — Наш герой уже на ногах! Что, Саня, романтика на рассвете? Смотри, а то Ольга Дмитриевна ревновать будет! Санёк: — Иди нахуй, Семён, — процедил Санёк, сбрасывая его руку. — Тебе что, с утра в кашу вместо сахара галлюциногены насыпали? Семён: — Да ладно тебе! Я же от чистого сердца! — Семён начал приближаться к Саньку, будто собирался прошептать какую-то гадость на ухо. — Слушай, а у Лены сегодня глаза какие-то особенные, не находишь? Прямо убивают наповал… Лена, которая до этого молчала, вдруг сделала шаг вперед и встала прямо между ними. Она была на полголовы ниже Семёна, но смотрела на него так зловеще, что тот мгновенно замолчал. Это не был взгляд стеснительной девочки — это был взгляд человека, который готов вцепиться в горло. Семён поднял руки в защитном жесте, хищно усмехнулся и начал отходить к колонне своего отряда. Семён: — Всё, всё, понял! Оставляю вас наедине с вашими секретами… Санёк мысленно усмехнулся. Лена довольно эффектно «отшила» Семёна, защищая свое пространство (или Санька). Это выглядело круто, но в то же время напрягало еще сильнее. Она становилась слишком активной фигурой на доске. Однако через секунду Саньку стало резко всё равно. Усталость взяла свое — ему хотелось, чтобы этот цирк скорее закончился. В этот момент на крыльцо вышла Ольга Дмитриевна с рупором. Ольга Дмитриевна: — Отряд! Равняйсь! Смирно! — прогремел её голос над площадью. Линейка началась. Санёк стоял в строю, чувствуя спиной тяжелый взгляд Лены, и понимал: этот день принесет гораздо больше сюрпризов, чем предыдущий.