Один выстрел

      Джордж смахнул несуществующую пылинку со своей футболки и поднял глаза на Алекса. Албон пристально за ним наблюдал, чуть приподняв одну бровь, и коротко спросил:       – Что?       – Да всё это ощущается как-то тревожно, – вздохнув, констатировал Рассел и чуть дёрнул плечами, чувствуя скованность в мышцах. – Я смотрел его крайние попытки на симуляторе. Обгоняет. На тридцать сотых в основном, иногда на шестьдесят.       – Ты же понимаешь, что симулятор и трасса – всё равно не одно и то же? – пилот Вильямса склонил голову набок, ловя взгляд своего собеседника. – К тому же завтра начнётся только первый этап сезона. И ты знаешь, в чём твоя сила – в умении адаптироваться.       – Я просто не рассчитывал, что это произойдёт так скоро, – грустная улыбка закралась в уголок губ британца. – В прошлом году он был совсем зелёный. Тото радовался тому, что Кими финишировал, больше, чем моим подиумам.       – Джордж, мне кажется, ты начинаешь копать себя раньше времени. Я уверен, в воскресенье подиум будет за вами. Или по крайней мере за тобой точно, – рука Алекса легла поверх ладони Рассела.       – Да, пожалуй, как минимум первые пару этапов мы должны оставаться недосягаемыми, – кивнул пилот Мерседеса, но тут же встрепенулся. – Но это инженерная тайна, я тебе ничего не говорил!       – Ваша «инженерная тайна» – уже главная и всем понятная тема в паддоке, – Алекс хохотнул, но тут же переменился в лице и продолжил трагичным тоном. – Эх, жалко, нельзя отправить болид на тренировки, чтобы он скинул хотя бы пару лишних килограммов.       Тема была и вправду болезненная для Албона, но от этой показной драмы Джордж не смог сдержать смешка.       Услышав это, пилот Вильямса тут же надулся, скрестив руки перед грудью и поспешно отвернувшись, чуть не сбив стоявшую перед ним чашку.       – Сам пошутил, сам обиделся. Лекси, так не делается, – рука Рассела скользнула под стол, и он чуть сжал бедро таиландца.       – Вечером обсудим ваше поведение, Джордж Вильям Рассел, – Алекс продолжал ломать комедию, хотя сам британец уже видел, что пилота Вильямса начинает пробирать смех. – Вам, уважаемый, тоже впору бы уже допить чай и отправиться на встречу с инженером.       Албон поднялся из-за стола, на котором всё ещё покоился давно остывший чайник и две аккуратные чашки, на дне которых прилипла пара чаинок. Совместный завтрак перед первым этапом сезона. Завтра их затянет в водоворот прессы, работы с командами, петлю трассы. Поэтому им нужен был этот короткий вдох в компании друг друга – просто за завтраком. Почти на людях: всё-таки они выбрали место в углу небольшого ресторанчика с панорамными окнами, но при этом не лишённым ощущения уединённости.       Джордж скользнул по таиландцу взглядом снизу вверх. И от того, как свет аккуратно объял фигуру, Расселу вспомнилась одна из первых встреч. Это было в начале десятых, когда будущий пилот Мерседеса только начинал покорять вершину картинга. Они встретились на одной из европейских трасс. Алекс тогда был уже почти суперзвездой от мира четырёх колёс. А сам британец… Он восхитился этим пронзительным светом, что исходил от вечно взлохмаченного парня, которому пророчили большое будущее.       Таиландец тоже нередко вспоминал те времена на интервью, и Джорджу приходилось заливаться краской, когда он натыкался на очередную цитату. «Рассел уже в тринадцать лет ходил по паддоку в отглаженном комбинезоне с папкой для бумаг и вёл себя как профессиональный менеджер», – посмеиваясь, подчёркивал Албон.       Сейчас Алекс всё ещё стоял неподвижно, наблюдая за тем, как взгляд Рассела затуманился от погружения в воспоминания. Он шумно выдохнул, опуская руку на плечо британца, чтобы вернуть его в реальный мир.       – Мне правда пора. Может, пересечёмся ещё в паддоке.       – А, ага, хорошей дороги, – немного рассеянно кивнул Рассел.       Пилот Вильямса кивнул и направился к выходу. Джордж посидел ещё немного, приводя мысли в порядок, и подозвал официанта, попросив счёт. Юноша в строгой форме чуть замялся:       – Ваш спутник уже всё оплатил перед уходом.       Британец поспешил извиниться за то, что отвлёк понапрасну, и, выйдя наконец на улицу, сразу почувствовал, как обжигающие солнечные лучи стремятся лизнуть его щёки. Это Австралия. Стоило ещё утром намазаться солнцезащитным кремом. Всё-таки надо поблистать аристократической бледностью хотя бы пару этапов.       – А потом в Сен-Тропе… – шёпотом подбодрил себя Джордж, надевая тёмные очки и замечая знакомую машину, которая должна была доставить его в паддок.       Уикенд захлестнул стремительно и непреклонно. Болид – пресса – болид. Замкнутый круг пятничного графика.       Суббота должна была пройти так же, с той лишь разницей, что вечером должна была состояться квалификация. Первая за этот сезон. Определяющая настрой как минимум на ближайший месяц.       С такими мыслями Джордж вышел на трассу на третьей практике. Именно сейчас ему предстояло приоткрыть завесу тайны их настоящего темпа. Мимо него вильнул Антонелли, который покинул пит-лейн на круг раньше и уже начал осваивать программу.       Они прекрасно отработали свою задачу в предсезонный период. Стояли рядом, улыбались на каждом кадре, говорили правильные хвалебные слова. Хлопая пышными ресницами, Кими самозабвенно заявлял перед прессой: «Я мечтаю побороться за титул, и будет ещё слаще, если эта борьба случится напрямую с напарником – Джорджем». Рассел тоже не оставался в долгу: «Кими совершит огромный шаг вперёд в этом году». Но «болид естественным образом лучше подходит стилю пилотирования Антонелли» – он сам признал это ещё почти месяц назад в Бахрейне. Это важно, но не абсолютно. Он стабилен, опытен, в конце концов, как и напоминал ему Алекс, умеет быстро адаптироваться. Но что если…       Джордж готовился заходить на быструю попытку, когда у него почти перед носом взвился жёлтый флаг. Авария. Он ворвался в эфир почти в то же мгновение:       – Что случилось?       – Кими потерял машину на выходе из второго поворота, задняя часть вдребезги.       – Чёрт!       Этот ребёнок опять слишком сильно поверил в себя. Год только начался. Это Австралия. Запасных деталей не так много, да и до квалификации оставались считанные часы. То, что должно было стать заявлением о триумфе, рассыпалось карбоновой крошкой. И Джорджу это совсем не нравилось. В этот уикенд всё должно было быть идеально.       Это чувство несправедливости словно обратилось топливом, которое подлили ему в бак. Для уборки болида Кими вскоре вывесили красные флаги, так что все вернулись на трассу буквально за пару минут до конца сессии. Но этого было достаточно. Более чем. Он привёз ближайшему преследователю больше полсекунды. Не красивая точка – уверенное заявление.       Когда он наконец вернулся в боксы, там уже развернулся филиал ада на земле. Болид итальянца надо было собрать к квалификации. Любой ценой. Это понимал каждый механик. Звон, стук и скрежет стояли оглушительные и не затихали на протяжении двух с половиной часов до старта квалификации.       И даже когда Рассел покидал боксы, чтобы начать первый сегмент, болид младшего ещё стоял поднятым. Неожиданной удачей для Мерседеса стала ошибка Ферстаппена, вызвавшая красные флаги и подарившая команде серебряных стрел драгоценные мгновения. И этого хватило.       Итог квалификации был понятен всем ещё после крайней практики. Джордж на поуле, следом за ним на пересобранном Мерседесе – Кими. Ближайшие оппоненты вне зоны досягаемости.       Переступая порог пресс-центра после квалификации, Джордж почувствовал, как по спине прокатился холодок – и дело было совсем не в дующих во всю силу кондиционерах. Большинство из присутствующих пилотов были почти на грани отчаяния: казалось, работу их баз на протяжении всей подготовки к смене регламента похоронили за один час. И виновник этого был сейчас перед ними. К счастью, всем хватало ума понимать: результат британца – не причина, а следствие. Сейчас он был тем самым, кто оказался в правильном месте в правильное время.       Рассел замер в дверях, наслаждаясь произведённым эффектом, так что абсолютно нормальным исходом было то, что его напарник, мчавшийся как обычно на всех парах, врезался ему в спину.       – Кими-и-и, – протянул старший пилот Мерседеса, оборачиваясь. – Убери ногу с педали газа, мы сегодня везде уже успели. Хоть ненадолго приподними голову и посмотри не только себе под ноги.       Антонелли лишь звонко рассмеялся на это замечание и показательно задрал нос.       – Вот так? – итальянец кинул взгляд на своего напарника.       – Превосходно!