Волчонок станет волком

Ева

      После того непонятного поцелуя и появления отца прошла неделя. И если второй перманентно врывался в мою жизнь и так же исчезал, то первый меня самым наглым образом избегал. Я видела Айзека в школе, пару раз направлялась в его сторону, а он просто разворачивался и уходил. Частенько с Эрикой. Он вообще сильно изменился после того вечера. Обновил гардероб, его пару раз подвозил незнакомый мне парень лет двадцати пяти на черном Камаро, стал проводить очень много времени с Рейс.              А сейчас я и вовсе сидела на трибунах, вместе с остальными девочками, пока тренер проводил отбор в команду прямо на уроке, пытаясь найти замену двум братьям, что перевелись из школы, и смотрела на довольного Айзека, который справился с поставленной задачей мистера Финстока и был зачислен в команду. Ладно сменить круг общения и одежду, но за пару дней превратиться в ловкого и талантливого спортсмена… Люди так не могут. Даже те, чьи чувства были отвергнуты.              Мне до сих пор не по себе, когда я вспоминаю тот вечер.       

Пять дней назад

      Появление отца и его громкий восклик не остался незамеченным Лейхи. Парень тут же отпрянул от меня и в замешательстве уставился на незнакомца, который даже представляться не думал, а просто с угрожающим лицом стал надвигаться на нас. Я заметила, как он потянулся к Айзеку с явным намерением схватить того за шкирку и выкинуть за порог.              — Не смей, — подскочила я и преградила отцу путь.              — Я тебя сюда привез не трах… — Дин оборвал себя на полуслове, — не шашни крутить с первым встречным!              — Действительно, а зачем ты меня сюда привез? Очень интересно послушать твою версию, — после моих слов я заметила, как напрягся отец, как гневно раздувались его ноздри и как он не мог и слова сказать, — молчишь? Ну значит и не имеешь права устанавливать свои правила в этом доме. Чужом для тебя доме.              — Тебе всего шестнадцать! — нашел таки он довод, — какие парни?!              — Мне исполнилось семнадцать две недели назад, — хмыкнула я, — спасибо за поздравления и подарки.              — Что? — растерянно протянул Дин, а потом резко достал телефон и глянул на экран, — блять. Ева, прости. Я помню, когда у тебя день рождения, я просто…              — Замотался, — закончила я за него, — конечно, я понимаю. Ребенок удовольствие дорогое, а охотникам не платят, как выяснилось, надо было провернуть пару делишек.              Отец снова замер. Но на этот раз выглядел подавленным. Единственное хорошее качество в Дине Винчестере — открытый показ эмоций. Если он зол, то все вокруг крушиться под его гневом, если радостный, то об этом весь мир должен узнать, а если растерян, вот как сейчас, то молчит и опускает взгляд в пол.              — Я, пожалуй, пойду, — воспользовался Айзек заминкой в нашем диалоге и встал с дивана.              — Куда ты пойдешь? — устало спросила я, оборачиваясь к Лейхи, — я обещала тебе ночлег, так что иди в душ, а я пока тебе постелю. Наверх и вторая дверь справа.              Спровадив парня, наплевала на присутствие отца и направилась в кладовую, где хранилось чистое постельное. Алан оказался человеком дотошным, у него все лежало по полочкам и было идеально выглажено. И это при том, что я ни разу не видела его с утюгом в руках.              Застилая диван простыню, вдруг почувствовала легкое прикосновение к моему плечу. Обернувшись, встретилась взглядом с отцом. Он шумно выдохнул и упал на рядом стоящее кресло.              — Что тебе рассказал Сэм? — видимо он понял за эти минуты, что избежать разговора не получиться.              Пусть я уже и не была на эмоциях, как тогда, когда оставляла ему одно голосовое сообщение за другим, но все же руки предательски задрожали. Марк вывалил на меня столько информации, которую я даже осознать не успела, встречаясь нос к носу с проблемой Айзека, что тоже выбивало из колеи. И именно сегодня меня решили добить. Откровенный разговор с отцом? Такого отродясь не было.              — Ничего, — мотнула я головой, хватая подушку и начиная натягивать на нее наволочку. Лишь бы занять чем-то руки. — Мне даже показалось, что ему было скучно тогда.              — Тогда кто…              — Мир не без добрых людей, — хмыкнула я, уже раз в пятый взбивая подушку, — точнее, родственников. Оказывается, по линии вашей матери есть еще люди. Кто бы знал, да?              — Я не знал, — подобный честный ответ заставил меня резко обернуться и озадаченно посмотреть на отца, а тот лишь поджал губы, — отец не раз говорил, что мамина семья не одобрила ее выбор в плане спутника жизни, их отношения ухудшились, а потом они умерли. Ни про каких других Кэмпбеллов я не в курсе.              — Ладно, — я приняла такой ответ, но как дальше развивать диалог и нужно ли это вообще, я не знала, так что принялась за одеяло.              — Что конкретно тебе рассказали? — спустя пару минут раздался голос Дина.              — Помимо пятидесятилетнего…              Мне пришлось заткнуться, так как по лестнице стал спускаться Айзек. Его волосы были мокрыми, а вот одежда все еще пыльная. Как-то я не подумала предложить ему хотя бы чистую футболку Алана. Думаю, тот не сильно бы обиделся. Парень затормозил на последней ступеньке и кидал настороженный взгляд в сторону Дина.              — Поговорим в машине, — бросила я отцу, кивая на входную дверь. Мне очень хотелось спровадить его отсюда. Этот дом, как и дом Памелы мне нравился и осквернять его задержавшимся Дином мне не хотелось.              Он видимо сейчас вообще не понимает, как себя вести со мной, раз так безропотно согласился и направился на улицу. Сейчас мне это на руку, надеюсь у нас и дальше будет проходить диалог в том же ключе. Потому что сейчас было все непредсказуемо с Айзеком.              — Спасибо, — кивнул парень на диван, а потом замялся и кое-как выдавил, — по поводу того… я просто подумал… короче, прости, что полез к тебе с этим поцелуем.              — Все нормально, — мягко протянула я и улыбнулась, подходя к Лейхи и беря его ладони в свои, — мы не выбираем, кто нам понравиться.              — Значит ты тоже…              — Нет, прости, — покачала я головой, — ты мне дорог, правда, Айзек. Ты стал мои первым настоящим другом, а в этом городе вообще спасением.              — Но, — закончил за меня парень, — все хорошо, Ева. У меня по жизни всегда есть какое-то «Но».              — Спокойной ночи, Айзек, — я привстала на носочки и поцеловала его в щеку.              — Спокойной, — его голос показался мне каким-то обреченным что ли.              Не сиди тогда отец в машине перед домом, я бы больше уделила внимания Айзеку. Но он был там и у него были ответы. Очень надеюсь, что они есть, потому что состояние дяди меня сейчас тревожило куда сильнее отказа во взаимности другу.              Выскочив на улицу, заметила не только Импалу и отца около нее, но и Мерседес Дитона. Алан стоял рядом с Дином и они о чем-то тихо переговаривались. Подлетев к мужчинам, прекрасно понимая, что прерываю их, затараторила по поводу Айзека, его непростой ситуации дома, не вдаваясь в подробности, и завершила свой монолог тем, что оставила парня на ночь. Дитон слушал внимательно, не перебивая, а потом просто согласился со мной. Без всяких уточняющих вопросов. Взял и принял факт того, что я распорядилась его жильем по своему усмотрению. Да уж, мне бы такого отца.              Стоило Алану уйти, как я оказалась в Импале. Сейчас уже пол двенадцатого, завтра в школу и я очень надеялась на быстрый разговор. Но сперва собиралась озвучить свои вопросы, которые рождались по мере повествования Марка. И если ответы на них мне не понравятся, то и продолжать не стоит.              — Если Мэри была охотницей, то и дедушка тоже? — задала я первый и всем корпусом развернулась к Дину. Все, что я узнала, так или иначе переносило меня мысленно к Джону Винчестеру.              — Да, — кивнул отец, — до встречи с мамой он был обычным солдатом. Армейские навыки очень пригодились в нашем деле.              — Он и правда умер из-за автокатастрофы? — я не раз задавалась этим вопросом, но ответ всегда был положительным. И это еще больше убивало меня. Сперва одна машина унесла жизни моей семьи, потом вторая — новую ее часть.              — Нет, — ответ заставил меня напрячься, — авария была, Ева. Сэм и отец легко отделались, а я попал в реанимацию. Прогнозы врачей были единогласны — смерть. Тогда отец заключил сделку с демоном и обменял свою душу на мою жизнь.              Первая моя мысль была чисто эгоистичной и продиктована детской обидой. Дедушка бросил меня, решив, что его сын вдруг исправится и станет отцом года? Что же, хреновое решение.              — Что подразумевает сделка? — я вернулась к теме, которая задевала болезненно за нутро.              — Он попал в ад, — сквозь зубы прошипел отец.              — Ад? — я ошарашенно распахнула глаза, — тот самый? Библейский?              — Ад и рай существуют, — пояснил Дин, — по поводу второго еще есть сомнения, но вот наличие первого я проверил лично.              — Что?!              — Помнишь, я пропал, а тобой занимался только Сэм? Возможно, он тебя знакомил с девушкой по имени Руби.              — Не знакомил, — покачала я головой и поежилась, — а вот четыре месяца без тебя помню.              — За год до этого Сэм попал в заварушку и его убили, — эти слова каким-то непонятным холодом прошлись по моему позвонку и я принялась остервенело застегивать куртку, — и я пошел стопами отца. Демон, сделка, моя душа за жизнь Сэмми.              Я просто язык проглотила от подобной информации. Марк рассказывал о демонах, но лишь в общих чертах. Ни про какие сделки и души речи не шло. Я всегда знала, что братья Винчестеры близки до невозможного, но теперь я осознаю масштаб. И подобный шаг Дина был по истине благородным, но детскую обиду не так просто вытравить из себя и я просто не могла понять одного. Почему он пошел на это при наличии ребенка в его жизни. Всецело доверял Сэму? Хотя чего это я. Он с самого начала ко мне относился пренебрежительно и скорее просто терпел мое присутствие, чем реально занимался воспитанием.              — Тебя разыскивала полиция и ФБР, как ты сымитировал свою смерть? — я решила переключиться на факты. Узнавать новые детали семейных отношений уже было невмоготу.              — Ты и об этом знаешь? — удивился мужчина.              — Об этом в газетах писали, — объяснила я, — тебя там называли маньяком и были хвалебные оды правоохранительным органам за твое убийство.              — Мы били на охоте, столкнулись с перевертышем, он принял мое обличие и именно его застрелили, — отец внезапно потянулся к приборной панели и включил печку, — замерзла небось.              — Значит тех людей убил не ты? — я проигнорировала его замечание о холоде, хотя и правда уже изрядно подмерзла, а Дин просто кивнул, — сколько человек ты убил?              — Много, — протянул он спустя минутную паузу, а я тут же напряглась, — мы долгое время не знали, что когда демон вселяется в тушку, человек еще жив. Я стрелял в них, резал их, топил.              — То есть это были не целенаправленные убийства? — в моей голове все еще крутились заголовки СМИ о сатанинских ритуалах.              — Целенаправленные, — кивнул отец, — только не людей, а демонов.              Информация, полученная от Марка и от отца соединялась, заполняя собой пробелы двух историй и я не знала, как реагировать на все это. Я не брала в расчет саму охоту и монстров. Я пыталась уложить в своей голове такое простое «Мой отец — не серийный убийца». Прожив с подобной мыслью три года, сложно враз отказаться от нее.              Все, что я приписывала Дину, все, что думала о нем внезапно оказалось неверным. И как принять новые факты я не знала. Оставался лишь один неизменный фактор и я уповала на него, раскрывая рот и задавая новый вопрос.              — Почему никто раньше мне не говорил об охоте?              — Никто из нас троих не желал тебе такой участи, — спокойно ответил отец, — моя мама росла в семье охотников и погибла. Моя отец стал охотником и погиб. Сэм тоже пошел этой стезей и умер. Я попал в ад. Как бы ты жила, узнай правду в детстве? В вечном ожидании смерти.              Я, пусть и недовольно, но приняла этот ответ. В принципе он был прав.              — Что происходит с Сэмом?              — Я не знаю, — покачал Дин головой, вдруг глянув на меня с явным сомнением в глазах.              — Может хватит секретов? — спросила я, когда пауза слишком затянулась, — Сэм — единственное, что нас с тобой связывает, так что если есть что сказать, говори.              — Он не единственное… — начал было отец и оборвал сам себя, заметив мой скептический взгляд и поджатые губы, — ладно.              Я приготовилась слушать, но пока до меня доносились лишь вдохи и выдохи, видимо там что-то совсем по жести, раз после обсуждения всего прочего, отец никак не решится начать. Что же, лучше бы так и не решился. Потому что стоило ему заговорить, как уже я забывала, как дышать.              Все началось давно, сами небеса вмешались в личные жизни Мэри Кэмпбелл и Джона Винчестера. Свели их, подождали, пока те деток нарожают, а потом бум и оба брата, согласно какому-то хитровыдолбаному плану, ну или как нравится говорить ангелам — пророчеству, стали истинными сосудами двух архангелов. Дин для Михаила, а Сэм для самого дьявола. И как бы Винчестеры не брыкались, исход был плачевным. Дядя сказал «Да» Люциферу, а потом просто прыгнул вместе с ним в клетку, которая служила дьяволу пристанищем последние тысячу лет.              Два последних месяца отец колесил по стране и пытался найти способ вытащить своего брата, но все было тщетно. А потом позвонила я и наговорила такого, что повергло его в шок. Бэйкон-Хиллс был по пути в Индепенденс, вот он и заехал проведать меня, да поговорить.              — Если он знал, что… — я не смогла произнести слово «умрет». В глазах стояли слезы, и я даже силуэт отца видела расплывчато. Грудную клетку сдавливали сдерживаемые слезы. И я хрипло закончила. — Почему он не попрощался?              — Он попрощался, — неожиданно заявил Дин, наклоняясь ко мне и открыв бардачок, достал оттуда уже чем-то заляпанный и чуть помятый конверт, а потом положил его себе на колени, — это письмо для тебя. Я не читал, если что. Сэм просил его отдать тебе через какое-то время, а я надеялся, что смогу вернуть брата раньше, чем у тебя возникнут вопросы.              Я тут же потянулась к конверту, невольно отмечая, как дрожит моя рука. И прежде, чем я смогла хоть дотронуться до бумаги, как отец схватил письмо и увел от меня дальше. Я аж охренела от подобного и непонимающе уставилась на мужчину.              — Знаешь, как Сэм подчинил себе Люцифера для того прыжка? — вопрос был чисто риторическим, ведь я точно не могла знать ответа, — я тоже точно не знаю, но он в какой-то момент что-то увидел в машине и это помогло. Я ее всю излазил, но так и не понял. Но думаю, что он что-то вспомнил, что-то хорошее и это придало ему сил. Ты сказала, что он странный и я подозреваю, что в нем могло остаться что-то от Люцифера. И это письмо очень важно не только для тебя, но и для него. Я могу его тебе отдать, но ты прочитаешь его сейчас же и отдашь мне.              — Давай, — после моего согласия, в мои руки перекочевал конверт, который я тут же открыла и развернув лист из него, ни на секунду не взглянула в написанное. Достав телефон, сфотографировала письмо и заблокировав экран, всунула писанину дяди обратно отцу.              — И что это было?              — Я не готова читать его сейчас же, да еще и при тебе, — протянула я, а потом глянула на Дина, — Марк сказал, что они неизвестно сколько еще пробудут в Индепенденсе, так что поспеши. С ними еще мой прадед, который выглядит лет на пятьдесят. И держи меня в курсе.       

Настоящее время

      Воспоминания о самом долгом и самом тяжелом разговоре с отцом, заставили меня снова потянуться к телефону. Я уже неделю то и дело кручу его в руках, заходя в галерею, но не открывая ту самую фотографию. И дело вовсе не в том, что я точно буду рыдать, читая письмо дяди. Я буду неистово злиться на него за то, что даже перед смертью он в нем точно соврал. Потому что там точно не будет фразы: «Прости, но по пророчеству ангелов я прыгнул в клетку с дьяволом в моем теле».              Финсток так оглушительно засвистел, что я чуть не подскочила от неожиданности. Не сказать, что тренер был прям в не себя от радости, но хотя бы не раздавал направо и налево ругательства в бездарности пробующихся в команду. Видимо на сегодня ему хватило и Айзека, который показывал прямо-таки блестящие результаты. Вон как тот гордо хлопал по плечу парня. Такое чувство, что за каждую победу команды Финстоку премию выписывают.              Следующим уроком у нас была математика, какой-то промежуточный тест, к которому я была совершенно не готова. Как вообще можно сосредоточиться на учебе, когда в моей семье твориться невесть что? А ведь Дин, к моему удивлению, и правда не только пару раз заезжал лично, но и звонил, рассказывая о своих взаимодействиях с Сэмом. Он пока не понял, что не так с братом, но был согласен со мной на все сто, что тот сильно изменился. И не в лучшую сторону.              Сегодня утром тоже звякнул и сообщил о том, что он с Сэмом, Марком и моим прадедом закончили работу в Индепенденсе и уезжают. Что за работа так и осталось для меня секретом, тот наотрез отказался обсуждать со мной детали охоты. Но вспоминая того оборотня в клетке, я подозревала, что именно они и были целью охотников.              За прошлую неделю я много сидела в интернете и искала хоть что-то про этот вид монстров. Начиталась массы ненужной информации, но почти в каждой статье было упоминание того, что оборотни стайные существа. В принципе логично, в них есть что-то от волков. А раз так, то тот был не один и охотники выслеживали стаю.              Мистер Вест раздал листки с тестом и уселся за свой стол, а я приняла читать задания, то и дело отвлекаясь на Айзека, который сидел не как обычно, а на первой парте и у выхода. Он на всех совместных уроках садился как можно дальше от меня. И обязательно рядом была Эрика. Вот как и сейчас. Они о чем-то шептались, возможно, сравнивали свои ответы или подсказывали друг другу. Учитель никакого внимания на первые пару рядов не обращал, сосредоточившись на тех, кто был позади и явно намеревался списать.              Я поставила отметки на ответах лишь в тех вопросах в которых была уверена и без всяких расчетов, а потом попыталась сосредоточиться на более сложных. Сложных не потому, что я вдруг резко отупела и все старания дяди пошли прахом, а потому что не могла сосредоточиться. Взгляд то и дело сам по себе находил Лейхи. Я еще никогда в жизни не встречалась с потерей друга и не знала, должна ли я чувствовать эту щемящую боль в груди и постоянно искать его в толпе. Это выходило само собой.              — Третий «С», четвертый «А», — раздался шепот слева от меня и я покосилась на источник звука. За соседней партой сидела Эллисон Арджент. Удивившись ее резкой добродетели, помощь приняла и чуть сдвинув руку ниже, показала ей тем самым на что еще не ответила. — Шестой «А», последний «В».              Сдавая в конце урока тест и совершенно чистый лист для расчетов, надеялась лишь на то, что прошлые мои успешные ответы у доски помогут Весту не усомниться в моих мозгах. В тех самых, которые сейчас забиты семейными проблемами уж очень нехарактерными для среднестатистических людей и Айзеком.              Раньше я думала, что быть подростком легко и все эти психологи просто нагло врут, лишь бы родители к ним записывали своих детей, да бабки отстегивали за болтовню. Сейчас же, когда мне на голову свалилось все это, то я уже и сама была бы не прочь, что бы мне кто-то помог разобраться. И если с потерянной дружбой я могла и к школьному психологу обратиться, то вряд ли существуют терапевты для охотников. Хотя есть же клубы помощи для родственников наркоманов и алкоголиков, может есть и для меня? Только что-то они не афишируют себя.              — Привет, — раздался женский голос около меня, когда я доставала учебник по биологии из шкафчика. Рядом со мной стояла Эллисон.              — Спасибо за ответы, — кивнула я ей, совершенно не понимая ее внимания к моей персоне. Мы учились вместе, она встречалась со Скоттом МакКоллом, который как-то заступился за меня. Больше ничего нас не связывало.              — А, — отмахнулась Арджент, — я все равно у Лидии списала. Решила поделиться ее мудростью.              — Ладно, — протянула я, не совсем понимая, почему она так верит в умственные способности мисс Мартин. Девушка не только не разбирается в парнях, раз встречается с ублюдочным Уиттмором, но и вообще казалась легкомысленной и недалекой.              А потом я себя одернула. Уж не мне ли теперь не знать, что за фасадом может скрываться что угодно? Красивая дурочка вполне может оказаться гением. У меня отец вообще из серийного убийцы и психопата преобразовался в защитника людских жизней от тех, про которых ужастики снимают.              — Я тут заметила, что ты всю неделю одна ходишь, даже без Айзека, — упоминание друга больно кольнуло в груди, — не знаю, что между вами случилось, да и не мое это дело. Я еще совсем недавно была такой же новенькой, как и ты, и если бы не Лидия и Скотт, то мне было бы одиноко и явно паршиво. Я не предлагаю тебе дружбу вот так сходу, но может мы хотя бы нормально познакомимся? Сходим куда-то? А там видно будет.              — Например? — нахмурилась я, ожидая банального девичьего ответа «по магазинам».              — Например, в «Бей посуду», — широко улыбнулась Эллисон, — думаю тебе надо снять стресс.              — А-м-м, — выдала я непонятные звуки, поражаясь тем, что она смогла меня удивить, — ладно. Давай сходим.              — Отлично! — радости Арджент не было предела, — тогда вот, напиши мне свой адрес, я заеду. — Девушка всунула мне в руки клочок бумажки с номером своего телефона. — И сегодня, Ева.              Биология, что была на сегодня последним уроком, пролетела быстро. Я прямо на нем отправила сообщение Эллисон со своим адресом и получив в ответ веселый смайлик, даже невольно улыбнулась.              Вышагивая по тротуару к дому, пыталась анализировать резкое изменение отношения Эллисон ко мне, но помимо реального желания девушки, которая еще недавно была в той же категории «новенькой», помочь мне влиться в школьную жизнь, не видела. Я мало знала ее парня, но тем поступком он мне импонировал. Как и его друг — Стайлз. Может это правильно? Я потеряла Айзека, но вполне могу завести других друзей. Да, это реально, но… это чертово «но», портило все.              В моей жизни, как и в жизни Айзека, по его словам, «но» присутствовало всегда.              Но, только с ним я вела более-менее откровенные диалоги. Но, только он видел мое странное общение с отцом. Но, только его отца чуть не застрелил, а потом просто вырубил мой родственник. Но, он был первым, кто был добр ко мне не по просьбе Дина.              Из-за Эллисон и ее предложения, теперь в моей голове был только Лейхи. И нескончаемые «но».              Дорога к дому в привычном месте резко сворачивала налево и стоило мне зайти за все еще пышные кусты каких-то растений, как я увидела спину Айзека всего в метрах двадцати. Он явно где-то тут тормозил, раз я не видела его раньше.              Подгоняемая всеми недавними рассуждениями, я ускорила шаг, но чем ближе я приближалась к Лейхи, тем быстрее он начинал идти. Парень точно не видел меня, но будто чувствовал мое приближение. А в какой-то момент и вовсе, даже не глядя по сторонам, перешел дорогу. Пожалуй, более жирного намека на нежелание общаться я не видела.       

Айзек Лейхи

      С момента, как я официально попал во френдзону и до укуса Дерека прошли всего сутки.              В тот вечер, когда она сидела так близко и дула мне на раны, хотя я еще недавно заявил, что не нуждаюсь в этом, я сдался. Ева Винчестер была особенной. И я не про то, что она заявилась с каким-то незнакомым парнем ко мне домой, позволяя мне впервые увидеть страх в глазах отца. Она просто была… вообще, странной. В ней было намешано столько всего. Она явно что-то скрывала, впрочем, как и я, наше общение вообще началось вынужденно. Если бы не мистер Дитон, который поручил мне показать Еве школу и вообще ввести в курс дела, я бы просто принял факт, что к нам переводятся только красивые девушки. Сперва Эллисон Арджент, а потом и Ева Винчестер. Внешне они кардинально отличались, но проигнорировать врожденную красоту, правильные черты лица и остальное было невозможно.              Увидев ее в первый раз, я даже замер. Но единственному адекватному соседу, который к тому же был еще и добр сверх меры, отказать я не мог. На мое счастье, девушка тогда сама попросила просто подсказать куда ей идти. И на этом все могло закончиться, но… Как я и сказал недавно Еве, в моей жизни слишком много этих двух букв.              Мы подружились. По-настоящему. Со смерти мамы я не чувствовал, что могу кому-то просто рассказать, как прошел мой день и не оказаться за неправильные слова в холодильнике в подвале. Она же казалась просто потерянной, вечно ищущей что-то. И я до сих пор не знаю, что именно. Скорее всего, уже никогда не узнаю.              В какой-то момент нашего общения я уже и позабыл, что сперва я отметил ее внешность. Человеком она оказалась очень интересным. Вспомнить хотя бы наши посиделки у нее на крыльце, где мы обсуждали все, что в голову придет. Однажды, когда была безоблачная ночь, девушка взяла мою руку в свою и стала моим указательным пальцем тыкать в звезды и рассказывать о них.              Наверное, тогда я и пропал.              После вечера астрономии я только и думал, как бы ее поцеловать. И вот шанс выпал. Я рискнул и проиграл. Она видела во мне только друга и ничего большего.              Ускользнув рано утром, до того, как кто-то в доме проснулся, впервые прогулял школу. Хотя знал, что ей нужно дружеское плечо. Тот мужчина, что неожиданно появился в момент поцелуя, судя по их диалогу, мог быть только ее отцом. А разговор у них не клеился вообще. Учитывая, что Ева никогда не говорила о нем и тот факт, что она жила у Дитона, говорил о многом. Но я не мог пересилить себя. Мне нужно было время для смирения.              Только времени мне никто не дал.              Стоило мне принять предложение Дерека, стоило принять укус, как жизнь должна была измениться. Верно же? С учетом новой информации и новой сущности, я должен был забыть о существовании Евы Винчестер. Только все пошло не по плану.              С обостренными чувствами восприятия, стоило мне только оказался около школы, как я почувствовал ее запах. Мята, лайм и какая-то сладость. С первыми двумя ингредиентами вопросов не возникло, это был запах ее геля для душа. Я лично им пользовался.              И все бы ничего, но мое тело отреагировало нестандартно. Дерек говорил, что в начале будет сложно себя сдерживать, но тогда он имел ввиду полнолуние. А тогда до полной луны было еще двадцать дней. Тем не менее глаза у меня загорелись, безошибочно находя ее фигуру в толпе школьников, появившиеся неожиданно клыки впились в губы, а когти вообще проделали дырки в карманах куртки. Эрика, которой было интересно, как я почувствую себя в школе после обращения, крутившись около меня от самого дома, силком увела меня с парковки.              Самостоятельно у девушки не получилось меня привести в чувства, я вообще не понимал где нахожусь, вырывался и нападал на одну из своей стаи. Рейс видимо как-то маякнула Дереку о моей состоянии, потому что стоило ему появиться и использовать голос альфы, как я притих. И лишь после этого понял, что мы стоит за трибунами, в самой отдаленной части стадиона, ближе к лесу. Эрика вся растрепанная и злая, прижимала к себе руку, тихонько поглаживая ее. А у моих ног валялись щепки от лавочек, парочка железным распорок под трибунами были изогнуты и на металле остались отчетливые следы когтей. Моих по всей видимости.              Хейл потребовал ему все рассказать, но я смог передать лишь начало своего странного состояния, потом в основном говорила Эрика. И очень возмущалась, что альфа не предупредил ее о том, что я чокнутый. Дерек смерил меня заинтересованным взглядом и потребовал от меня держаться подальше от Евы, а Рейс — глаз с меня не спускать. И мы оба должны были явиться к нему вечером с рассказом, как прошел день. С меня описание чувств, с нее объективная оценка моего поведения.              И тот вечер стал еще одним из переломных моментов моей жизни.              Дерек выслушал наш сбивчивый рассказ и положив перед собой книгу, открытую где-то на середине, ткнул в страницы пальцем. Да заявил, что такая потеря контроля среди белого дня, в тихое и спокойное время, и исходя из моих объяснений, продиктована инстинктами. Сказал, что подобное встречается редко и у потомственного оборотня, а уж у обращенного, так вообще было известно лишь пару случаев. Которые как раз и описывались к этой книге.              И имя этому инстинкту — истинная пара.