Изнанка моей ненависти к тебе

Вспышки камер резко ударили по глазам сразу после того, как телохранитель открыл дверь автомобиля. Адриан прищурился, но рефлекторно выпрямился. Выглядеть идеально даже в той ситуации, когда весь мир против тебя. Парень вышел из машины, накидывая капюшон своей толстовки, чтобы скрыться от папарацци, которые с самого утра уже столпились около ограждения кампуса. — Адриан Агрест, посмотрите сюда! — Каково это — учиться за счёт жизней, разрушенных вашим отцом? — Адриан, посмотрите в камеру! Кровь Бражника уже даёт о себе знать? Он плотнее закрыл лицо капюшоном, проходя мимо. Лицо даже не дрогнуло. «Я не он», — повторял себе мысленно Адриан, чтобы успокоиться. Телохранитель оттеснял журналистов, давая Адриану пройти за железные ворота; они с лязгом закрылись, отгораживая парня от прессы. После победы над Бражником Парижу нужен был новый злодей, чтобы выместить свою злость и обиду, а девятнадцатилетний наследник компании «Gabriel» идеально подходил на эту роль. Во внутреннем дворе студенты смеялись и болтали, но, как только Адриан сделал первый шаг, шум стих. Слышался только едкий шепот, кто-то оборачивался, слегка отходил в сторону. Адриан чувствовал на себе каждый взгляд, сверливший его спину. Он слышал шепот, который даже никто и не пытался скрыть. — Это же сын Бражника? — Жуть, ты видела его глаза? Он точно сын злодея... — Как ему вообще разрешили тут учиться? Блондин остановился возле тяжёлых дубовых дверей. Высшая школа медиа и коммуникаций. Он сжал руки в карманах настолько сильно, что ногти с болью впивались в кожу. Адриан вздохнул, чтобы успокоиться. «Спокойно, ты не должен показывать слабость». «Ты не должен ударить в грязь лицом». Если он сейчас покажет слабость, расколется, все вокруг поймут, что он просто сломанный, одинокий мальчишка. У него не было друзей, он никогда не ходил в школу, лишь тот один несчастный день. У него больше не было отца, который бы сейчас продиктовал ему, что сделать. У него был только фасад холодного, неприступного сноба, который он позаимствовал у Хлои Буржуа — единственного человека, с которым он общался в детстве. Парень сглотнул. По спине пробежал мерзкий холодок, но он уверенно открыл дверь и зашёл внутрь учебного заведения. Гул с улицы моментально стих, пространство вокруг заполнилось шумными разговорами других студентов, идущих на занятия. Адриан облегчённо вздохнул: под капюшоном никто не заметил в нем сына Бражника. Сейчас никто в помещении не обращал на него внимания. Его плечи расслабились, он посмотрел на экран телефона: «Аудитория 201». Блондин собирался сделать шаг, как кто-то врезался в него, сбивая с ног. Когда он приземлился на мраморный пол, капюшон медленно сполз с его головы. Чужие конспекты рассыпались по полу, тяжёлый звук привлек некоторых студентов, которые теперь смотрели прямо на Адриана. Шепот. Взгляды. Парень сжал челюсть. Раздражение брало верх. Первый день, который и так начался паскудно, теперь окончательно испорчен. — Простите, я совсем не смотрела, куда иду, — послышался тихий женский голос. — Я такая расс... Но девушку перебили. — Смотри, куда идёшь, совсем бестолковая, — процедил Адриан, поднимаясь с пола и отряхивая свои джинсы. Парень поднял взгляд. Глаза цвета васильков, темные распущенные волосы, раскинувшиеся по плечам. Он сразу узнал её. Глупая девчушка из его класса, Маринетт Дюпен-Чен. Девушка вдруг подняла взгляд. — Эй, я же не специально, — она замолчала, увидев перед собой Адриана Агреста, дружка Хлои Буржуа, который в школе прилепил ей жвачку на стул. — Ты?! Её изначальное чувство вины сменилось на ледяную ярость. Она поднялась с пола, сжимая кулаки, мысленно сдерживая себя, чтобы не врезать этому заносчивому мажору. — Не нужно было стоять посредине, как придурок, — огрызнулась Маринетт. Адриан хмыкнул, собираясь брызнуть ядом в ответ, но слишком громкий шепот за спиной заставил его остановиться. — Эй, это что, Адриан Агрест? Тот самый сын Бражника? — Он только что накричал на ту девушку, видно, яблоко от яблони... В горле встал ком, пальцы слегка дрогнули, но парень тут же выпрямился. Бросив холодный взгляд на Дюпен-Чен, он вновь накинул на себя капюшон. Он развернулся, оставив девушку без ответа, поспешил убраться отсюда к своей аудитории, попутно наступив на конспект Маринетт. Девушка смотрела в спину Адриана, испепеляя его взглядом. Когда его идеально белые кеды оставили след на её конспекте, щеки покраснели от злости. — Ну ты и олень! — крикнула в спину Дюпен-Чен, опускаясь на корточки, чтоб подобрать разбросанные по полу бумаги. Ураган под названием Маринетт Дюпен-Чен ворвался в аудиторию. Она злобно кинула свою сумку на парту, отчего Аля и Нино вздрогнули. — Девочка, ты чего? — поинтересовалась Аля, когда увидела покрасневшую от злости Маринетт. Она покачала своим конспектом перед лицами друзей. На листе бумаги красовался след от обуви. Нино недоуменно почесал затылок, а Аля выгнула бровь. Конспект Маринетт им ничего не говорил. Девушка вздохнула, прежде чем начать бурно рассказывать, что только что произошло. — Этот след... оставил самый настоящий придурок в мире! — прошипела Мари, пытаясь выкинуть из головы высокомерное лицо Адриана Агреста. — Ого, интересно, кто мог тебя так разозлить, — с интересом сказал Нино. — Неужели Хлоя вернулась из Нью-Йорка, лишь бы наступить на твой конспект? Аля пнула Нино под столом, намекая, что ему стоит заткнуться, ведь тема Хлои все ещё кидала Маринетт в холодный пот. — Ты почти угадал, — отозвалась девушка, плюхаясь рядом с друзьями за парту, — это её мерзкий дружок — Адриан Агрест. Нино открыл рот от удивления, а Аля поперхнулась. — Агрест? Тот самый Агрест, сын Бражника? — глаза Али загорелись журналистским блеском. Маринетт упала лицом на парту, зарываясь в свои волосы, спутывая их между пальцами. — Это просто катастрофа, почему он поступил учиться именно сюда? — промычала Маринетт, проигнорировав энтузиазм Али разыскать Адриана для интервью. Голоса студентов стихли, когда в аудиторию вошёл профессор. Он подошёл к своему столу, тяжело опустив папку. — Добро пожаловать в Высшую школу медиа и коммуникаций, — раздался строгий голос профессора, эхом отскакивая от стен. — Многие из вас думают, что самое сложное было поступить сюда. Вы ошибаетесь. Самое сложное — дожить до конца учебного года и не возненавидеть друг друга. Маринетт закусила губу, по спине прошлись мурашки от его слов. Профессор взял пульт со своего стола. Нажав на кнопку, проектор вывел на экран презентацию. За его спиной загорелась кричащая надпись: «Итоговый междисциплинарный проект». — В реальном мире никто не работает в одиночку, — продолжил профессор, расхаживая перед первым рядом. — Гениальный дизайнер ничего не стоит без грамотного пиара. Музыкальный продюсер останется ни с чем без четкого бизнес-плана. Поэтому ваш главный экзамен в этом году — создание полноценного, готового к запуску стартапа. Бренд одежды, медиа-кампания, музыкальный лейбл — мне неважно. Важно, чтобы это была командная работа. В аудитории повисла напряженная тишина. Аля начала записывать все в свой блокнот, Нино скучающе подпёр подбородок рукой, а Маринетт сжала подол своей юбки от нервозности. — Каждая команда должна состоять из четырех человек: дизайн, аудиовизуал, журналистика и управление бизнесом, — профессор поправил очки на переносице. — Вы должны разбиться на команды, а завтра предоставить список. Ну и перед тем как вас всех отпустить, проведем перекличку. Профессор проговаривал имена студентов. Маринетт уже витала в своих мыслях: их команда уже почти собрана, дизайнер — она сама, аудиовизуал — Нино, журналистика — Аля, но управление бизнесом... Придется найти кого-то, можно даже и зануду, все равно это уже идеальная команда. — Маринетт Дюпен-Чен? Её нет? — повторил профессор. Нино толкнул подругу в плечо. Мари непонимающе взглянула на парня. — Дюпен-Чен? — мужчина поднял взгляд на аудиторию. Наконец расслышав свое имя, девушка резко подскочила с места, подняв руку. — Я здесь! — громко вскрикнула Маринетт, привлекая внимание всех. Нино подавил смешок, а Аля хлопнула себя по лбу, поражаясь рассеянности подруги. — Какая вы энергичная девушка, — усмехнулся профессор, продолжая перекличку. Щеки Маринетт загорелись от стыда. Она медленно опустилась обратно на свое место, прикрывая ладонью лицо. Мужчина продолжал говорить имена других студентов, а затем на секунду замолчал, прочистив горло. — Адриан Агрест? Маринетт резко выпрямилась, оборачиваясь по сторонам, чтобы разглядеть этого паршивца среди студентов. По аудитории прошлась волна негодования. Все студенты начали перешептываться, некоторые даже не старались говорить тихо. Адриан сидел на задних рядах совершенно один. Его сердце застучало сильнее. Он сжал кулаки под столом, стараясь унять тревогу. Едкие комментарии при упоминании его фамилии он старался пропускать мимо ушей, но всё безрезультатно. Сглотнув, он снял капюшон, подняв руку. Шепот резко заглох, когда блондин хрипло сказал: — Я тут. Профессор кивнул, продолжив перекличку дальше. Аля уже обсуждала с Нино возможное интервью с сыном злодея. А Маринетт злобно сверлила блондина взглядом, кусая карандаш. Адриан, почувствовав чей-то пристальный взгляд, обернулся. Их глаза встретились. Маринетт вздрогнула от его ледяного выражения лица, но, нахмурившись, продолжила сверлить его взглядом. Агреста позабавила ярость девушки: она была похожа на тупую акулу, намеревавшуюся откусить ему голову. Он ухмыльнулся холодно, показывая всё свое высокомерие. Карандаш, не выдержав злости, хрустнул надвое в зубах у Дюпен-Чен. Одними лишь губами Адриан произнес: «Идиотка». Маринетт его прекрасно поняла, и Адриан готов был поклясться: у неё из ушей пошел пар от злости.